Райтобер 3. Киришима Эйджиро
Тема - Охота на чудовище.
Способность Т/и - Ясновкусие– способность воспринимать информацию через вкусовые ощущения без контакта.
- Ну что, мы уже пришли? – спросил Киришима в цатый раз, когда Т/и оперлась о дерево и жадно отпила свежей воды.
- Почти, - вздохнула она. Монстр, которого они преследовали в этот раз, оставлял после себя в воздухе просто отвратный вкус. С каждым шагом она будто вгрызалась в перегнивший труп, покрытый болотной тиной, и вязкая гниль оставалась на языке, впечатываясь в память и перекрывая воспоминания о любых других вкусах.
- Ты в порядке? – заметил наконец Киришима состояние Т/и и положил руку ей на плечо. Неудивительно – вся побледневшая и покрывшаяся испариной она наверняка выглядела так, будто стояла одной ногой в могиле.
- Да, просто вкус мерзкий, - сплюнула Т/и и, немного придя в себя, вернулась к выслеживанию твари. Высунув язык, лизнула им воздух, нащупывая невидимый след из вкусовых ощущений, шлейфом следующих за монстром. Что это была за тварь не знал никто, ясно было лишь, что она невидимая и смертоносная, и от ее касаний подохло уже немало голов скота, а целые гектары посевов были загублены на года вперед – пропитавшаяся трупным ядом земля не скоро сможет очиститься.
Перехватив поудобнее полуторный меч из особого сплава – с добавлением серебра достаточным для убийства нечисти, и недостаточным для ослабления клинка мягким металлом – и пошла по следу, полностью сосредоточившись на нем. Киришима, шедший рядом, уводил ее от торчавших то тут, то там корней деревьев, и все оглядывался по сторонам, будто надеясь увидеть невидимое.
С каждым разом, когда она языком пробовала воздух, тошнило лишь больше, но страдания того стоили – углубляясь в лес, вкус сгущался, и тварь они настигали все быстрее. Вот только почему не могла она засесть где-нибудь в поле, где можно спокойно махать длинным мечом, не рискуя с каждым взмахом всадить клинок в дерево?
В такие минуты накатывало сожаление об их жизни – Киришима, родившийся в семье торговцев, уж точно мог жить спокойно в городе, не рискуя жизнью ради нескольких золотых или сытного ужина, но нет ведь! Хотелось приключений, хотелось быть оруженосцем, как в балладах! Вот только больно незнатен он был, и на все предложения своих услуг получал лишь отказы от рыцарей, не желавших тренировать того, кто не смог бы привнести лишь больше богатств в их ряды. Что уж говорить о Т/и, почти всю жизнь прожившей в деревне на окраине королевства, беспрестанно подвергавшейся нападениям то кочевников, то бандитов, и научившейся владеть мечом не хуже простолюдинов-воинов. Вот только после окончательного разгрома деревни подалась она в другую – и вот там никому уже не нужна была девушка, умевшая убивать, но не имевшая ни приданого, ни желания целыми днями работать то дома, то в поле.
И вот, найдя друг друга на большой дороге, они с Киришимой сплотились и бродили теперь между деревушками, истребляя то бандитов, то нечисть, и получавшими чаще в награду еду и ночлег, чем деньги.
И пусть они успели привыкнуть ко многим невзгодам, этот монстр стал настоящим испытанием. Мало того, что тварь быстрая, так еще и невидимая – и вот, прошагав по лесам и болотам несколько дней, наконец смогли они к ней приблизиться лишь для того, чтобы Т/и, истощенная постоянной тошнотой, погружалась лишь больше в зловкусие. Она уже и бежала, покачиваясь из стороны в сторону, ведомая гнилью, от которой желудок воротило невыносимо, надеясь лишь быстрее разделаться с тварью и наконец перебить впитавшийся в язык вкус.
- А ты никогда не думала пиво варить? Слышал, прибыльное это дело! А с твоим чутьем на вкус, ты бы уж точно пользовалась успехом! – спросил Киришима, все пытаясь поспевать бежать перед ней живым щитом, что было сложно – тварь, пробудившись, дергалась из стороны в сторону, и вслед за ней и Т/и бросалась то туда, то сюда, словно охотничья псина.
- Ну уж нет, оседлая жизнь не для меня. Не набегалась я по лесам. Сам чего в стражники не подался? – спросила Т/и и помассировала челюсть. Неудобно бегать с раскрытым ртом!
- Да не... там еще поди разбери, кого бить надо! Как вора или убийцу от обычного человека отличить? С бандитами и нечистью легче – с одного взгляда понятно, кто из них кто! – Киришима улыбнулся и, на секунду отвлекшись, споткнулся о воздух и повалился на невидимую преграду.
Т/и рванула вперед и вспорола мечом место, так и разившее гнилью на вкус. Брызнула невидимая же кровь, и вкус гнили исходил теперь и от Киришимы, сосредоточенно оглядывавшегося – и не видевшего ничего. Прижавшись спиной к спине Т/и, он спросил?
- Где тварь?
- Вокруг, - в очередной раз сплюнула Т/и, будто могла так избавиться от гнилого привкус во рту. А тварь и правда их окружила непрерывной стеной, словно змея. Но это Т/и было только на руку – можно было наконец засунуть язык в рот и перестать ощупывать воздух, впитывая в себя мерзотный вкус. Ведь бить можно в любое место, промахнуться просто невозможно. И вот, перехватив поудобнее меч, она бросилась вперед, рассекая пространство перед собой. Киришима же следовал за ней, прикрывая ее спину и вслепую избивал воздух.
Кажется, тварь второй ране не обрадовалась – и Киришима оказался крайне кстати. Приняв удар на себя, он схватил невидимую конечность и сжал так, что даже не пробуя воздух, Т/и ощутила гнилостный вкус, накативший с новой силой.
- Склизкое! Фу! – брезгливо крикнул он и отпустил невидимое чудовище лишь для того, чтобы осыпать его градом ударов.
Т/и же, на которую с каждым ударом накатывала все большая тошнота, не выдержала, и правда вывалила содержимое желудка на монстра.
- Ты такая умная! Запачкала этого монстрюку, чтобы его видно было? – радостно поддержал Киришима и теперь осыпал ударами воздух более прицельно, раз за разом пробивая в одну точку на теле монстра.
Т/и же, сводимая с ума мерзким вкусом на языке, стекавшим уже в гортань и желудок ядовитым отвращением, отчаянно прорубала все вокруг, пачкаясь лишь больше в мерзейшем вкусе, покрываясь невидимой кровью.
И очнулась лишь тогда, когда меч ее наткнулся не на податливую плоть, а на каменную кожу Киришимы.
- Эй, оно, кажись, сдохло. Я потыкал палкой, и оно не двигалось, - успокоил Киришима, обхватив ее предплечья и заглядывая в глаза.
Т/и вдохнула воздух ртом... и закашлялась.
- На вкус гаже, чем живое, - истерично хохотнула она, чувствуя лишь одно желание – вырвать этот чертовый язык и выкинуть подальше.
- Не беспокойся, осталось лишь отрубить голову этому монстру и отнести заказчику, а потом честно – будем изо всех сил избегать любых ужасных на вкус мест! Кстати, не знаешь, где у него голова? – огляделся вокруг Киришима, но подсказок нигде не было.
- Да оно одинаково воняет везде... может, просто любой кусок отрезать? Заказчик же все равно ни черта не увидит... - с отчаянием взялась снова за меч Т/и и вскрыла склизкую плоть.