Исключительно любить

Я сидела у постели отца. Мои руки болели от того, что мне пришлось буквально нести его увесистое тело в дом. Но ещё сильнее — болела душа. Его голова лежала на мягкой подушке, а из глаз текла ядерно-красная кровь. От этого вида мне было плохо, почти что физически.

Доктора сказали, что у него слишком высокое давление и вероятно, случился гипертонический криз. Они планировали забрать его в больницу и ждали подмогу из города.

У меня не было сил смотреть на него такого. Папа всегда был моим внутренним источником поддержки, света и добра. А сейчас, душа сжимается, глядя, как этот свет — гаснет...

— Позвони маме, пусть она приедет. Я хочу её видеть. — От каждого вымолвленного им слова, я чувствовала ощутимую тяжесть.

— Зачем она тебе? Мы поедем в больницу, всё будет хорошо... — Прошептала я, сглатывая ощущение страха.

— Райда, доченька... Я очень люблю тебя. И знаю, что жизнь тебя ждёт не лёгкая. Возможно, в этом есть моя вина. — Он говорил так, будто прощался. Я всхлипнула и прислонилась лбом к его руке, в попытке почувствовать прежнее тепло. — Я чувствую, что мне придётся оставить тебя. Но я хочу, чтобы ты пообещала мне одну вещь... — Он сделал паузу, чтобы прокашляться. Его кашель был изнуряющим, казалось, ему не хватало воздуха. — Когда меня не станет, ты должна жить с мамой до тех пор, пока не закончишь учиться. Я знаю, что ты сильная. И справишься со всем одна, но даже сильные люди нуждаются в опоре. — Это звучало, словно удар под дых. Он ведь знает, что я обижена на неё... Знает, и всё равно просит меня об этом?

— Папа, она предала тебя... Она выбрала деньги. Оставила тебя в трудную минуту. Более того, она предала меня... — Он вцепился в мою руку и перебил мысли.

— Райда, обещай мне! Прошу тебя, обещай! — Судорожно умолял отец. — Если она не успеет приехать, скажи ей, что это моя воля. Ты должна жить с ней! Дочь, я хочу чтобы ты дала мне обещания! — Слёзы градом покатились из моих глаз, но я кивнула.

— Хорошо... Я обещаю тебе. Обещаю... Прошу тебя, не волнуйся. Тебе нельзя нервничать. — Он мягко улыбнулся и его взгляд резко застыл в одном положении.

Я всмотрелась в его лицо и меня накрыла волна ворвавшейся в мою жизнь катастрофы. Он не дышал.

— Отец! — Закричала я, дёргая его за руку и толкая. Никакой реакции на усилия не было. Эта комната взорвалась от моей истерики. — Пожалуйста, папочка! — Все мои слова, врезались в него и возвращались обратно, острым ударом в сердце.

Доктора проверили пульс и установили время смерти. Крики запрыгнул мне на руки и прижался своим рыжим тельцем, словно чувствовал всю мою боль и эмоциональное онемение.

— Мне очень жаль... — Прошептал доктор.

Я встала со стула и рухнула на колени, продолжая кричать и бить руками о пол.

— Этого не может быть... Так не бывает! — Кричала я, всё ещё не веря, что я потеряла единственную родную душу...

Зачем он оставил меня одну так рано? Я должна была заставить его пойти в больницу... Почему я не сделала этого? Всему виной, эти чёртовы деньги. Неужели без денег, человека никто не может спасти... Просто так. Потому что он человек?...

Весь вечер я пролежала в кровати, скрутившись калачиком. Отца увезли в морг. Мне нужно было думать на какие деньги организовать похороны... Но у меня вовсе не было денег.

Дрожащими руками я взяла телефон. Так или иначе, я дала отцу обещание, что помирюсь с ней... Возможно, мама поможет мне похоронить его.

— Мама... — Прошептала я в трубку. — Папы... Его больше нет. — Страшная тишина зазвучала всеми струнами по ту сторону телефона.

— Я сейчас приеду... — Сказала она и отключила телефон.

Она не приехала.

Утром я решила не идти на занятия. Меня тошнило, в глазах постоянно был туман. Я ходила по комнате, трогала вещи в попытке, отыскать там следы отца и ощутить его присутствие рядом...

Мне казалось, что сейчас я лягу спать. А когда проснусь, то увижу его доброе и чистое лицо перед собой. Он вновь будет рассказывать мне смешные истории. Узнавать, что мне снилось. Чистить мандарины и кормить меня, как маленькую...

Но этого, больше никогда не случиться. Он умер. Он исчез... Я больше не увижу его добрых глаз и счастливой улыбки. Он больше никогда не погладит меня по голове и не поддержит в трудные дни.

Его больше нет. Его жизнь закончилась.

Но, как жить мне? Если бы, кто-нибудь мог дать мне ответ на этот вопрос...

Дверь заскрипела. Я услышала шаги. С тяжёлым сердцем, пошла в коридор, чтобы посмотреть на того, кто пришёл в наш дом.

Передо мною стоял изысканный облик мамы. Она, как и всегда, была одета просто безупречно. Чёрное пальто, лаковые ботинки со шпилькой... От неё веяло жизнью и лёгкостью. И казалось, что она не разделяет со мной никакой утраты.

— Как это произошло? — Холодно проронила женщина, с брезгливой осторожностью пробегаясь глазами по комнате.

— Давление... Сердце... Он много болел. — Я произносила каждое слово, с обескураженным призрением. Неужели она хотя бы немного не способна посочувствовать?

— Жаль. — Она неторопливо опустилась в кресло, словно боялась испачкаться.

— Ты не могла бы помочь мне с похоронами? Я обязательно устроюсь на работу и всё верну... — Запнулась я, не ощущая родственной связи.

— Разумеется. Я возьму на себя все расходы. Лучше скажи мне, что ты планируешь делать дальше? — Мои глаза зажмурились, в попытке договориться с самой собой. Я обещала ему, что мы помиримся... Это было его единственной просьбой, которая вероятно, была ему очень важна.

— Отец очень просил меня, чтобы я переехала жить к тебе. Ему удалось вытянуть из меня обещание... — Она усмехнулась.

— Да уж, это в его стиле... — Наши взгляды пересеклись. В её глазах не было ничего, кроме привычного злорадства, которое отравляло весь наш диалог. — Что ж, ты сможешь пожить у меня, пока не закончишь свою учебу на повара...

— Менеджера. — Твёрдо поправила я.

— Ах, ну да. Конечно... — Растерянно хихикнула женщина. — Я представлю тебя своей семье, как племянницу. Будешь работать у нас гувернанткой. Заодно, сможешь рассчитаться за похороны. Ну и в принципе без денег не останешься.

— Что? — Я просто не верила своим ушам. Она действительно считает, что это нормально? — Ты издеваешься надо мной? — Не сдержалась я, после услышанного.

— Милая моя, мой муж просто на дух не переносит вспоминать о твоём отце. Он даже слушать не станет, если я скажу ему, что ты моя дочь и будешь жить у нас. Да и вообще... Зачем нам эти склоки? Тебе же самой так будет спокойнее. Меньше внимания, меньше стараний. Подрастёшь и съедешь. Это самый оптимальный вариант для нас всех.

— Я сделаю это только ради отца... Но я не понимаю, как ты можешь так жить, мама! Это  слишком, даже для тебя... — Женщина снисходительно улыбнулась.

— Ты ещё маленькая, Райда. Тебе многое предстоит понять... — Я выдохнула, не желая продолжать конфликт. Её присутствие рядом — утомляло. Что могло быть общего между этой циничной особой и моим папочкой? Вероятно, что этого — я не пойму никогда.

После похорон, на которые мама выделила бюджет — я была очень уставшей. Вся организация была на мне, но это было не в тягость. Психологически тяжело выбирать всю эту атрибутику для родного человека. И это лишило меня последних жизненных ресурсов...

Я попрощалась со своим домом. Собрала вещи и приехала по тому адресу, который дала мне мама.

Её дом — был слишком пафосным. И мне удалось прочувствовать это, ещё не оказавшись внутри. Роскошные статуи, фонтан, не свойственные местности деревья. Этот трёхэтажный особняк, был построен на территории заповедника. Подумать только, сколько денег у её мужа и как щедро он тратит их на ошеломляющие понты.

— Добрый день. — Робко вымолвила я. Когда несколько десятков глаз стали осматривать меня с ног до головы в огромном помещении с большим количеством окон.

— Райда... — Прошептала мама и я мило кивнула. — Как добралась, милая? — В её льстивом вопросе не было ни грамма искренности. Но мне необходимо было играть по этим правилам.

— Спасибо, тётушка Хайя. Я добралась без лишних потрясений. — Её муж с подозрением бросил на неё взгляд, когда я усмешливо назвала её тётушкой...

— Пожалуйста познакомься. Это мой муж, Ричарди. — Веселые искорки в моих глазах засияли и я продолжила издевательства.

— Рада знакомству, дядюшка Ричарди. — Моя младшая сестрёнка расхохоталась. Удивительно, что я видела её впервые в жизни. Кажется, ей недавно исполнилось одиннадцать лет...

— Можно просто Ричард. — Сухо произнёс мужчина и пошагал вверх по лестнице.

— Ты смешная. — Подметила Лара. Она рассмотрела переноску с котёнком, который испуганно осматривал комнату. — Этот пушистик очень милый. Но боюсь, что в нашем доме ему не место. — Сердце застучало быстрее.

— Я оставлю его у себя в комнате. Это подарок моего отца... — Мама одобрительно кивнула и сестра предпочла замолчать.

Домработница быстро забрала мои вещи и унесла наверх.

Я чувствовала себя уязвимой... Казалось, что я абсолютно не вписываюсь в эту семейную идиллию. Все здесь было мне чуждо... Комната напоминала музей, а не место для жизни. От неё веяло холодом, как и от жителей этого дома.

К нам спустился человек, которого я никак не ожидала встретить. В особенности здесь... Как это вообще возможно?

— Это Эрчил. Сын моего мужа от первого брака. Кажется, вы можете подружиться. — Торопливо проговорила мама, уже собираясь куда-то уходить.

Глаза парня смотрели на меня с не меньшим удивлением... Это был он. Тот мажор, который зачем-то припарковался у дома Сары.

— Думаю, мы с ней не подружимся. — Почти что прошептал он, глядя мне в глаза. От смущения, я опустила взгляд.

На нём был красный свитер, с под горловины которого выглядывал воротник белой рубашки. Этот парень был олицетворением всей элиты. И кажется, в прошлый раз я разбила ему нос...