Средневековые бродяги - 1 Том [Редактируется]

   Убывающая луна раскидывала блики по комнате, создавая волшебный венец на карамельных волосах. Небольшое тело с умиротворением вздымалось и опускалось где-то в области груди.

  Дазай отрешённо наблюдал за этой картиной. Уже какой час он раздумывал над произошедшим. Ему не терпелось поскорее раскрыть весь потенциал Чуи. С первого взгляда он почувствовал в нём необъяснимую, пока что, силу. Это можно назвать интуицией, как когда-то Мори Огай увидел выгоду в нём, так и сейчас мальчик не сомневался в своих чувствах. Ровно до того момента, где он стоял на крыше и ощущал гнев с примесью страха. Анализируя прошлое, Осаму мог с полной уверенностью заявить, что директор приюта к нему подобное в далёкий день не испытывал. Когда он решил провести аналог "пользования", что-то внутри беспощадно сжалось. Неужели остатки человечности остались в его нелёгкой жизни?

  От подобных мыслей лицо бодрствовашего мальчика изменилось в глупой улыбке. Подобные умозаключения забавляли. Скользнув ещё раз взглядом по спящему, он с безразличием посмотрел на часы. Время перевалило за полночь. Самое располагающее время для шалостей.  Мальчик быстро отыскал где-то внутри матраса небольшую книжку с красной обложкой и, насвистывая в мыслях, зашагал к ферме.

  Безоблачное небо застилалось звёздами. В более бездельную ночь он бы любовался увиденным. Однако, сейчас, было важно для жизни быть готовым к удару. Затихшая флора и фауна, как перед бурей, издавала лишь напряжение. Осаму закатил глаза.  Его давно не пугала гнетущая атмосфера.

  Небольшой силуэт парнишки проскользнул на ферму, слегка побеспокоив животных, он прошёл в ту часть, где хранили коробки с припасами. Недолго думая, нарушитель покоя устроился на твердой, закрытой коробке и смиренно начал читать книжонку. К счастью, в темноте разбирать текст ему долго не пришлось. Из темноты послышался скрежет и приглушённый рык. Дазай пренебрежительно отреагировал на опасность. Раздался последний стук когтей и огромная масса рассекла воздух. С недовольным лицом мальчик отпрыгнул. Тигр влетел в коробку, раскидывая волны алкоголя для Мори. Монстр взвыл от царапин.

  "Никогда не любил выпивку" - промелькнуло где-то в сознании. Зверь наконец-то освободился и, угрожающе покачивая хвостом, направился к своей жертве. Грозный оскал размылся. Белый комок шерсти повалился на пол от осколка стекла в лапе. Наблюдая всю эту картину, Осаму победно ухмыльнулся и торжественно прошёл к представителю кошачьих. Недолго разглядывая, каштановая макушка склонилось над передней лапой и ,быстрым движением руки, вытащил стекло, когда-то сдерживающее вино. От запаха недалеко разлитого алкоголя мальчик поморщился, с любопытством подмечая, как быстро тигр регенерирует. Кровожадная морда начала приближаться, когда тонкая рука со слабым отголоском лунного свечения притронулись пальцами к его лбу. Словно печати, невидимые ленты заключили животное в решётку и сняли проклятие. На пол упал белокурый мальчишка, на вид сильно младше.

  "И как в столь юном теле бушует такая мощь?" Вздохнув максимально устало, Дазай было схватил беднягу за ногу и поволок так, к счастью для мальчика, потерявшего сознание, тот одумался и со всей неосторожностью взвалил его себе на спину. Так они и пошли. Ближе к домику, Осаму начало клонить в сон, а переступив порог он, не задумываясь, кинул светловолосого на заправленную кровать. В сознании он хотел отгородить на время мальчика коробками с вещами, но пока предпринимал попытки застелить, когда-то лишнюю, кровать сам на ней и уснул.

...

  Солнце сменило луну, проливая мягкий свет на приют. Карамельные ресницы дрогнули от припекающего луча. Голубые глаза сонно начали оглядывать комнату. Воспоминания вчерашнего дня быстро замелькали в сознании, отчего Чуя стремительно краснел. Встряхнув головой, румянец быстро сошёл на нет.  Но картина перед глазами заставила лицо снова перекраситься. Мальчик побледнел от увиденного. Запутавшийся в покрывало человек оставил одну макушку, что сливалась на светлой простыни. Что такого могло произойти за десяток часов, чтобы Дазай поседел? Чуя спешно потёр глаза, но бесполезно. Нащупав пол, он быстро направился к раковине. Может и вправду привиделось?

  Когда Накахара умылся, к его сожалению, кокон с копной светлых волос никуда не исчез. Он нерешительно подошёл ближе, рассматривая всю эту картину. Кажется волосы были короче. Напряжение чувствовалось в тишине, хотя казалось бы, вполне мирное утро. Тонкая рука зависла над краем одеяла, в которое уткнулись лицо спящего.

  Про себя Чуя успел сочинить самые разные сюжеты произошедшего. От "Он решил напугать его в отместку за вчерашнее и перекрасился" до "Он собрал машину времени, состарился, вернулся и умирает в надежде, что я ему помогу". Сердце невольно забилось быстрее, превращая безмятежный рассвет в  подъем солнца леденящий кровь. Все мысли сосредоточились на одеяле, наверное, можно было ощутить натянутую нить напряжения.

  Эта нить с шумом лопнула, заставляя карамельные волосы встать дыбом, а мальчика отпрыгнуть на пол метра в страхе, от грохота упавшей коробки. Сейчас для него в комнате находились двое, он и поседевший Дазай, который лежал укутанный в покрывало. Коробки упавшие где-то слева наталкивали тоже только на две мысли: либо он как-то плохо их поставил во время уборки, либо в доме появились призраки. Что первая, что вторая мысль были абсолютно абсурдны, хотя после своих внезапных "воспоминаний" Чуя вполне мог поверить в духов.

  С небольшой опаской мальчишка обернулся. Выражение лица мгновенно сменилось с напуганного на серьезное. Он совершенно точно не оставлял там этих коробок. Здесь что-то нечисто - это теперь понятно. В голове всё ещё не укладывался весь сюжет произошедшего. Однако долго думать ему не пришлось.

  Раздался громкий, для мертвой тишины, зевок. Ещё пара коробок с грохотом упали, из-за картонной стены показался Дазай. Он, почти с закрытыми глазами, направился в туалет, игнорируя непонимающее лицо соседа. Если Дазай там, то кто тогда здесь? Ситуация приняла поистине странный оборот для Чуи. Мальчик стремительно направился к спящему и, на мгновение, застыл в нерешительности. Рука зависла над одеялом и дрогнула, чтобы в порыве гнева разбудить несчастного, но её перехватили.

  Голубые глаза притупленно смотрели на светлую макушку. По правой руке расплывались тёплые волны.

- Пусть спит. Я тебе позже всё расскажу. - пренебрежительно сказал Осаму.

  Чуя нервно повернулся к нему, чувствуя как щёки розовеют. Злиться не было сил, поэтому он поспешно отвернулся, выдёргивая свою руку. Сборы на завтрак прошли в тишине, как и путь в столовую.

  Внутри большого здания их ждал сюрприз. Ребята спокойно прошли на свободные места, но от их внимания не утаилось скорбное выражение лица Мори Огая. Однако реакцию, у дуэта, картина вызвала противоположную. Чуя сидел с минуту насторожено, перекидывая взор с директора на друга и обратно. Осаму же ели сдерживал победную ухмылку и, полностью насладившись негодованием рыжего друга, тихо сообщил о разбитых запасах алкоголя. Чуя слегка побелел, в шоке уставившись на соседа. Тот со всей торжественностью улыбнулся только для Чуи. Хотя Мори и знает, кто постарался над его припасами, открытую войну вести не стал.

  Накахара долго беспокоился на этот счёт, ведь если он не выказал гнева сейчас, то несомненно отыграется позже. Мальчик лишь взъерошил свои каштановые волосы и заверил друга о своей полной безнаказанности.

  Дети быстро расправились с завтраком и под любопытным взглядом Мори и, с небольшой порцией добавки, направились обратно. Когда они вошли в комнату, ребёнок ещё спал. Чуя "заботливо" распахнул шторы, с нескрываемым интересом и возмущением разглядывая, всё также безмятежно спящего, который выбрался из своего одеяльного домика. Осаму жестом руки предложил им выйти, что они и сделали.

  Чуть дверь захлопнулась, Накахара с укоризненным видом облокотился спиной на уцелевшую часть перил. Его лицо с недовольным выражением смотрело на улыбающегося Осаму.

- Ладно, ладно, сейчас всё расскажу. - собеседник закатил глаза. - Этот мальчик, что сейчас нагло дрыхнет в моей кровати, и есть тигр.

- Погоди, что? - Чуя резко отпрянул от деревянных перил, будто они вспыхнули огнём. Взгляд сквозил недоверием и удивлением, казалось в небесной голубизне его радужки собирались пасмурные облака. - Но как?

  Жестом молчания Осаму прервал собеседника, взглядом показывая на что-то за спиной. Он хотел обернуться как их окликнул знакомый мужской голос.

- Дазай, Чуя. - притворная доброжелательность так и сквозила от улыбки мужчины. Он бессовестно не скрывал своих эмоций. - Уже столько дней прошло, а ваша веранда до сих пор в прискорбном состоянии. Пора бы уже определиться, нужна она вам или нет.

  Как по команде все трое переведи взгляд на изуродованные тигром перила. В общем-то они и до этого не были привлекательными.

- Мы сегодня же всё уберём. - заверил Чуя и хотел приняться за работу, но его остановили.

- Дазай этим займётся, а для тебя у меня есть другое задание. - дети насторожено переглянулись. -  Мичи нужна помощь на ферме.  Остальные сотрудники заняты, а если отправить туда Дазая, то он без лишних раздумий проигнорирует даму в беде.

  Мори состроил самое страдальческое лицо и с надеждой посмотрел на рыжего мальчика, тот без промедления сдался. Дазай пристыженно улыбнулся, виновато помахав другу на прощание. Чуя направился вниз по склону. Снова Осаму не объяснил, что происходит и почему-то Огай не хочет, чтобы он узнал. Что произошло за столь короткий промежуток времени до сих пор оставалось загадкой и никак не складывалось в общий пазл. Конечно, Чуя понимал, что тигр не простой, но этот мальчик... На фотографии из "воспоминаний" юноше было лет 17–19. На кровати лежал ребёнок лет шести. Интуиция твердила: "Это один и тот же человек".

  Что сейчас, что тогда Накахара не смог разглядеть хорошенько черты лица и какие-нибудь приметы. Обычный с виду ребёнок, таких полно в приюте. Однако дети в приюте не превращались в тигров или ещё кого-нибудь. Они были какими-то... Далёкими? Как будто у них существовал стандартный набор эмоций и типов поведения из чего они и выстраивали свою повседневную жизнь. От этих детей отличалась только Элис и Осаму. Первую, за несколько дней проживания, Чуя видел редко, да и желания с ней общаться не было так как она постоянно крутилась рядом с Мори. Второго же, в его жизни было с избытком. Всё время он проводил с этим прилипалой, толком и не общаясь с другими, Осаму и не давал повода лишний раз заговорить с кем-либо.

  После подобной мысли он задумался, а не угодил ли он в руки к жуткому собственнику? Но вспомнив всё общение за эти дни, мальчик быстро выкинул лишние мысли. В какой-то степени, как бы не было стыдно признать, Чуя сам не особо то и пытался завести разговор. Прибавить к этому его неоднозначный характер и всё встанет на свои места. От этих рассуждений выходит, что только Дазай его может терпеть. А Дазая может терпеть только он.

- Н-да... Мы как двойное зло, как... Двойной черный. Дуэт самых избегаемых детей в приюте. - горького усмехнулся Накахара. Ноги ненадолго остановились, позволяя камням, которые всё это время распинывал мальчик,  облегчённо выдохнуть. Какое-то непонятное чувство появилось глубоко в душе от этих слов. Страшно было признать, но они правда спелись за эту неделю. Теперь они правда, как настоящий дуэт.

  Взгляд зацепился за одинокий белый цветок. Он напомнил того ребёнка, принесенного Дазаем в их домик. Что если кто-то из них будет больше проводить времени с ним? Неужели тогда, их недолгий дуэт, распадётся? Да и как он вообще только что пришёл к такому естественному заключению, что они с Осаму такие друзья-друзья? Он со всеми дружелюбен. А с ним он проводит чуть больше времени только из-за соседства.

  От долгих размышлений стало дурно. Лезть в человеческую голову всегда сложно, особенно если это Дазай Осаму. Убрав рыжие волосы от глаз, мальчик ускорился в сторону приюта. Его всё ещё ждут на помощь.

  Мичи была прекрасной девушкой. Из сотрудников приюта, она жила здесь дольше всех. Чаще всех была одета в униформу приюта: тёмно-фиолетовое платье-кимоно чуть ниже колен, такие же темные туфли, белый пояс и повязка удерживающие ее, средней длины, тёмно-каштановые волосы. Лет ей было вроде двадцать шесть. Черты лица заострённые. Она в основном выполняла какие-нибудь поручения, нежели просто возилась с детьми. Но к ней проявляли уважение, впрочем, как и ко всем старшим.

  Когда Чуя зашёл в здание фермы, пройдя до склада, он обнаружил её за собиранием осколков. Воздух пропитался запахом алкоголя. Почти сразу же заметив новоприбывшего, девушка с ноткой удивления поприветствовала его и они продолжили уборку вместе.

...

У Дазая дела обстояли немного хуже. Он, с Мори, нёс деревянный ящик для остатков перил. Время от времени они перекидывались колкостями.

- Ты наверное уже слышал, Дазай, но сегодня утром, когда я пошёл за зерном для завтрака, обнаружил вдребезги разбитую коробку моих специальных припасов. От этого некоторые крупы пропитались запахом алкоголя. - мужчина с тоской вздохнул. - Какая прискорбная ситуация! И как такое могло произойти??

- Ужасное событие! Ещё и почти после привоза. Неужели вы не успели их перенести к себе?

- Да вот, после работы у меня в доме такой завал, что и ставить было некуда. Решил повременить пока, разберу, там да сям, и перенесу. Но сегодняшнее утро заставило меня пролить слезу скорби.

  Мужчина неестественно горько вздохнул, отчего Дазай закатил глаза и высказал фальшивое соболезнование. Они подошли к домику, оставив ящик вплотную у веранды. Мори помог убрать особенно застрявшие куски, а после удалился по делам. Дазай же пытался вытащить деревянную конструкцию своими хилыми ручками. Из последних сил он дёрнул её так, что она вылетела, заставляя мальчика невольно поддаться её энергии и отступить. Что ж, этого делать не стоило. Руки замелькали в воздухе предпринимая попытки схватиться за что-нибудь. Осаму с грохотом упал в ящик.

  Крайне неудобное положение конечностями верх. Шея почти мгновенно затекла от неудобства, а попытки выбраться заставили его тело ещё глубже провалиться. Взгляд упал на торчащие, в опасной близости, гвозди. Кто-то обещал Чуе, что Огай не будет отыгрываться? Сразу же было понятно, что такой， идеальных размеров, ящик для него.

  Послышался скрип двери и на улицу, озираясь, вышел маленький мальчик. За пару минут "отдыха" Осаму сразу же нашёл в нём спасение.

- Эй ты! - ребёнок от ужаса вздрогнул и начал озираться, пока не увидел торчащие ноги. Он хотел побыстрее сбежать, но голос его остановил. - Ты мой должник, я тебя спас сегодня ночью.

  Недоверие исходило от белокурого мальчишки, он развернулся, чтобы уйти. Но Дазай уверенно продолжил.

- Если бы я, не превратил тебя обратно в человека, то сейчас бы ты ехал в другой приют прикрывать грязные дела виконта. - слова сказанные ящиком, заставили остановиться. - Давай скорее, помоги мне выбраться и тогда спокойно всё обсудим. Я тебе помогу устроить спокойную жизнь.

  На радость Дазаю, ребёнок был мягкосердечен и наивен. Он протянул ему руку помощи и, спустя долгие пять минут попыток, заключённый оказался на свободе. Шатен потрепал светлые волосы в знак благодарности, и они прошли в дом. Внутри Осаму предложил ему, к сожалению остывший, завтрак. Мальчик с радостью его съел и робким взглядом начал по-новому изучать место. Покрывало спасителя, хоть и лежало ровно, было жестоко испачкано. Сам тигрёнок выглядел не лучше, одежда рваная и грязная, волосы не встречались с расчёской уже долгое время, ботинок не было, отчего ноги мальчика показывали всё своё ужасное состояние. Непривычно для Осаму, проскользнула мысль о тщательной уборке, мало ли у него ещё вши?

- Как тебя зовут? - с обречённым вздохом, старший направился к вещам в поисках одежды.

- Накаджима Ацуши. - мальчик покраснел, увидев краем глаза своё отражение в зеркале, что передвинул хозяин.

- Там справа от входа туалет есть, скоро обед, иди умойся и хорошенько помой руки. Новую зубную щётку найдёшь в ящике под раковиной. Как зубная паста выглядит, ты, надеюсь знаешь? - тёмные глаза посмотрели с вопросом на мальчика. В полумраке тёмного угла комнаты, в них читалась опасность. Накаджима быстро кивнул и скрылся в маленьком помещении. Наконец-то старший нашёл старые тапочки и, когда малыш вышел из сан узла, они направились в столовую.

  Чуя, который их ждал за столом, с ужасом разглядывал эту картину. Он с ненавистью смотрел на отводящего взгляд шатена.

- Боги, как ты мог такое допустить? - рыжик в конце концов позволил им сесть за стол.

- Он просто слишком поздно проснулся. - ещё один неодобрительный взгляд Дазай словил на себе от взрослых. Ацуши стремительно краснел. Он уже порывался сбежать, но Чуя взял его ладонь и пристально посмотрел в серые глаза, которые как хамелеон меняли цвет в зависимости от окружения.

- Сейчас хорошенько поешь, а потом мы спустимся к реке и хоть немного постараемся тебя отмыть. - он говорил почти шёпотом, ребёнок сразу же расплылся от такого в улыбке.

- Ты так говоришь, как будто топить его там собрался. - так же тихо фыркнул Осаму. Они уже хотели начать спор, но приход Мори их остановил.

- Я вижу у нас новые лица? - он с недовольством посмотрел в карие глаза. И почему все шишки в него? А после мягко улыбнулся Ацуши.

- Это Накаджима Ацуши и он теперь тоже будет здесь жить. - словно так и надо выговорил Дазай.

  Без возражений, все поблагодарили за еду и начали приём пищи. Тигрёнок был очень голоден. Накахара тактично отдал ему часть своей порции. А после он ещё съел всю оставшуюся еду. Соукоку спокойно ждали, когда тот доест. И только потом они направились к реке.

  Оставив мальчика, вместе с его ровесниками играться на берегу, сами они сели чуть поодаль. Аквамариновые глаза, отражая в себе белые облака, выжидающе смотрели на собеседника.

- Итак, что произошло после того, как я потерял сознание. - под пристальным взглядом, мальчик неловко почесал затылок.

- Ты знал, что ты Эспер? - заговорщическим тоном начал Дазай.

- Кто? - лицо исказилось от непонимания. Что-то знакомое было в слове, но на ум ничего не приходило.

- У тебя есть супер способность, по-простому. Не знаю, как она у тебя действует, но это мы можем быстро выяснить.

- Хорошо, а с Накаджимой что? - ни тени радости на лице.

- Ну что, что. Я тоже Эспер. Чуток радости для приличия прояви. Я нейтрализовал его способность превращаться в тигра и притащил его в приют. Но самое главное не это. Понимаешь, он наш должник. На него повесили клеймо тигра-людоеда, но на самом деле виконт, который на тебя напал, прикрывал свои похищения детей им. - Чуя слегка поморщился от неприятных воспоминаний. Получается этот ублюдок использовал бедного ребёнка ради своей выгоды. Этот виконт выводил Чую из себя одним упоминанием. Гнев пульсирующими волнами разливался по телу. Накахара сжал кулак, да так, что костяшки побелели. Ладони покрылись алым. - Эй, успокойся. Мори прогнал его, а имперская полиция посадила в тюрьму. - Слушай, а твой дар не передаётся на другие предметы?

  Выпадая из раздумий, Чуя коснулся камня, перекидывая на него красную оболочку. Он, как на автомате, поводил рукой, заставляя предмет летать за ним. Мысленно описал круг и вот - камень снова повторяет. Какая-то детская радость захлестнула его, давая улыбке безудержно расплыться по лицу.

- Так-то лучше! Но давай-ка пока будем скрывать от Мори твою способность. Не хочу, чтобы он тебя использовал. - беспокойство повисло над ними и шатен аккуратно прикоснулся своими пальцами чужих, заставляя исчезнуть способность. Как Огай может использовать Чую? Дазай знал того, чего не знал он сам. Но пока друг не захочет поделиться, Накахара всё равно ничего не поймёт. На том и оставили тему. К счастью Осаму, он не был из тех людей, кто до последнего допытывается правды.

  За день, они вместе убрали остатки деревянных перил. Чуть позже директор принёс нормальные вещи для новичка и подтвердил его проживание с дуэтом. А вечером, они пытались отмыть Ацуши в бане.

Теперь в их домике жило трое.

_________