7
Утро началось с будильника, который опять проигрывал мелодию «Волны». Возможно, у меня когда-нибудь дойдут руки сменить рингтон, но пока просто лень, да и этот звук — хороший мотиватор встать побыстрее, чтобы выключить.
Настроения не было вовсе. После вчерашней ситуации и моей «недоистерики» из-за этой гребаной скорости было много всего, что давило на меня. То стены казались не столь уютными, как раньше, то в голове я слышала свой крик во время той аварии... то...
— Але? — хриплым голосом ответила я на звонок Мери по пути в ванную комнату. Приложила телефон к уху, откуда из динамика раздался её жизнерадостный голос.
— Ну как ты? Я жду подробностей! — Рыжуле явно не терпелось услышать всё до мелочей и чуть больше. Сплетни — это святое, а Мери просто королева и главный добытчик новых новостей нашего «села» на побережье Лигурийского моря, за пределами юга Франции.
Как только я зашла в ванную, то мимолётно повернула голову в сторону зеркала и сразу же отвернулась, чтобы снять полотенце с сушилки, но тут же отпрянула и вернула взор обратно.
— О нет... какого черта?! — Я тяжело простонала, видя своё лицо, которое слегка побледнело, а под глазами появились синяки от частого недосыпа и вчерашнего «срыва».
— Ау? — Раздался на том конце провода голосок, который теперь отчётливо звал меня, а я в свою очередь, похоже, пропустила информацию, которую подружка успела сказать мне за это время. — Элли, ты меня вообще слушаешь? Прием, как слышно? Простая официантка лучшей, по-моему мнению, кофейни в Монако. Le Petit Café Robuchon Monaco, могу даже меню назвать. Я вызываю Эллиа Каллисту Монс, как скоро я могу её услышать?
По всей вероятности, она сейчас стоит, одной рукой прижав телефон к уху, а другую руку поставила на бок, ожидая моего ответа.
— Я здесь, — хмуро протянула я и выдохнула. — Мери, давай чуть позже поговорим, клянусь, я расскажу тебе всё, что узнала. Посплетничаем.
— Хорошо, дорогая. Что-то случилось? — Я услышала в динамике её встревоженный голос, который девушка искренне пыталась скрыть и не подавать виду. А я тем временем включила динамик и положила свой iPhone на полочку у раковины, включая воду и доставая из полки за зеркалом уходовые средства, желая поскорее избавиться от такого внешнего вида, ибо если я встречу мою «сестричку», то её явно напугает моё лицо больше, чем голос, и она наверняка подумает, что кто-то что-то мне сделал.
— Немного расстроилась вчера. Приехала домой, решила посмотреть фильм. Он был интересный, не думала, что там будет грустная концовка. Ну кто же знал, что это мелодрама, я вот не читала то, что там было написано мелким шрифтом на английском, — закатила глаза, вспенивая мыльное средство в ладонях, чтобы нанести его на лицо. — Поплакала, и теперь у меня синяки под глазами.
— Элли, какая ты у меня сентиментальная. Нужно ко всему в жизни относиться легче. А если плакать из-за каждого такого фильма, то и ничего не поможет потом синяки убрать, да и глаза красные из-за соли будут, — вздохнула она и, судя по всему, сейчас стоит с выражением лица типа: «Ну я же тебе говорила». — Что за фильм хоть?
Да, я ей соврала, каюсь. Но если бы я сказала Мери, что расплакалась в первый же день знакомства по пути домой в Монако в машине у Шарля Леклера, я думаю, меня бы убили. И Мери бы стояла с полным шоком на лице.
— Да там название какое-то уже не помню, — я попыталась перебрать в голове все фильмы со слезливой концовкой и воспользовалась бонусом на время в секунду пятнадцать, делая вид, что умываю лицо.
На ум как раз в этот момент пришёл один фильм. Где рассказывается история от лица главной героини — писательницы Брайони, которая посвятила свою книгу родной сестре Сесилии и её возлюбленному Робби, сыну экономки. Женщина рассказывает, как в детстве из-за её лжи она разлучила сестру и её ненаглядного, и они после того случая не смогли быть вместе и умерли порознь, а в своей же книге она воссоединила их и вывела счастливый конец.
— Искупление, я так расстроилась, — сразу добавила я и вытерла лицо полотенцем.
— Ладно, давай заходи сейчас в кофейню, буду ждать тебя. Позавтракаешь, — раздался её приятный и мелодичный голосок на проводе.
А я же в это время быстро взяла телефон, глядя на пометки в календаре.
«Формула-1, Монте-Карло. 13:00» — вычитала я заметку и посмотрела на время.
Успею собраться, быстро взять кофе у Мери и добраться к положенному часу до трассы, где сегодня будет тренировка у нашей команды. Скорее всего, мне нужно будет зайти в паддок, оттуда забрать пилотов и пойти с ними в офис, чтобы заняться работой.
— Жди, через полчаса буду, — чмокнула я губами и сбросила звонок. — Полчаса.
Быстрые движения рукой, и я замазываю консилером синяки под глазами, но перед этим увлажняю лицо кремом. Подкрашиваю ресницы тушью чёрного цвета — по классике. Тенями я не пользуюсь, ибо создаётся ощущение синяков, которые я как раз пытаюсь замазать, рисую миниатюрные стрелки, наношу румяна от Rhode в оттенке Sleepy Girl, который идеально подчёркивает мой тон обычно смугловатого лица. Этими же румянами подкрасила губы и растушевала сверху, нанесла блеск. Волосы расчесала и сделала небрежный пучок, из которого, по идее, должны грациозно выбиваться волосы, но выглядит это скорее как утро первого января после бурного гуляния.
Бегу к шкафу с вещами, о которых когда-то только мечтать могла, а сейчас они есть в моём распоряжении.
Сегодня я нахожу теннисную юбку бежевого цвета, где внутри есть защитные шорты, наверх я выбрала красивую топ-блузку с кружевными краями и декольте (торс без рукавов на лямках, по факту выглядит как жилетка к костюму, только из материала рубашки белого цвета, а посередине бантик в середине декольте). На ноги я нахожу у себя Adidas Samba с коричневой подошвой и полосками в цвет. Странно, новые, нераспакованные, удивительно, что я не успела их ещё поносить.
По дороге к выходу из квартиры беру ключи и сумку с рабочим ноутбуком, телефоном, зарядками и небольшими лампами для хорошего качества освещения видео. По дороге цепляю на шею ту же самую цепочку-кольцо и наручные часы, что и вчера, не забывая про серьги и кольца.
Успела.
Дорога до кофейни бегом заняла примерно пять минут, хотя обычно занимает больше по времени.
Я открыла дверь и увидела за прилавком скучающую Мери, которая, увидев меня, вмиг стала радостнее и выпрямилась.
— А где все? Что так мало посетителей? — поинтересовалась я, заприметив за столиками всего три-четыре человека, двое из которых были туристами, а один работал онлайн.
Подошла к стойке, смотря на меню, которое и без того хорошо знала.
— Классический кофе? — поинтересовалась та, потирая ладони, будто разминаясь из-за затёкшей спины и отсутствия клиентов.
— Может, что-то новое сегодня? — с азартом в глазах спросила я, поправляя прядь волос, которая упала мне на лоб. Быстро пробежалась глазами по ассортименту, и мой взгляд остановился на чём-то привычном, но относительно новом.
— Капучино? — догадалась рыжая и грустно закатила глаза, немного насупившись. — Ну хоть скажи, что не классическое. Может, ты хочешь что-то добавить?
— Добавь сироп, может, ванильный, — натянула я улыбку, типа всё хорошо и ничего необычного. Но та уже цокнула и отправилась к кофемашине, а я тем временем смотрела, что можно взять с собой, чтобы быстро перекусить в пути. — Мери, завари мне с собой вместе с кофе круассан с малиновой начинкой, s'il vous plait.
— Даже времени на любимую подружку не найдётся. Эх, — выдохнула она наигранно грустно, но после того, как принесла кофе и крафт-пакет, но как только я потянулась, рыжая чуть отодвинула его в сторону и продолжала. — Но помни, я жду всё в подробном рассказе, и у тебя не будет оправданий и отмазок, чтобы отказаться от этого диалога.
— Обещаю, я тебе всё расскажу, не скучай без меня. Целую, — я расплатилась и вышла из кафе. Посмотрела на время и сразу же побежала до транспорта, с помощью которого и доехала до нужного мне места вовремя.
На входе меня ждал главный механик Ferrari — Энрико Гвалтьери.
Мужчина отдал мне мой собственный именной пропуск, с помощью которого я имею доступ в это место. Я зашла, и мы сразу же отправились в офис.
— Фредерик попросил меня показать, где находится твой кабинет, где ты будешь заниматься своей работой. Там стоит аппаратура от прошлого менеджера. Освещение есть, какая-то камера... — Мы шли по коридору, и когда мужчина остановился у полупрозрачной закрытой двери, у меня немного перехватило дыхание. Я подалась вперёд и дернула за ручку, открывая дверь в помещение.
Здесь просторно, стены с одной стороны серого цвета, там же располагается рабочее место (у самой стены стул, а стол стоит напротив окна). Повсюду висят какие-то фотографии и постеры команды, папки и аппаратура на стеллаже. В углу расположен студийный свет, который как раз кстати не помешает для работы, а наоборот, улучшит качество съёмки. У стены, где расположена дверь, находится диван, а напротив, не у стены, стоят кресла в его тон, между которыми расположился журнальный столик.
— Можешь осмотреться, оставить вещи. Это твоё официальное рабочее место, — он немного улыбнулся и облегчённо выдохнул. — Мне нужно идти следить за работой наших пилотов. Спустись, может, сделаешь пару фото, да и просто посмотреть будет наверняка интересно.
Я кивнула, и когда он захлопнул дверь, осталась одна наедине со своими мыслями.
Я — человек, который не разбирается в гонках и машинах, попал на работу в Ferrari, и не просто в Ferrari, а на Формулу-1, где тренируются знаменитые пилоты из команды. И мне положено снимать и продвигать их социальные сети.
Мери так радовалась за меня, когда я устраивалась. Она-то хоть разбирается в гонках, да что там, она из отчаянных фанатов, только вот на работу устроилась я, а не она, и почему-то от этого в груди тяжесть.
Я вытащила ноутбук и поставила его на стол, взяла с собой телефон, но перед этим посмотрела камеры, которые теперь есть в моём распоряжении, поставила на зарядку некоторые и спустилась вниз в паддок.