three.
Волнами под черными кроссовками расходится холодная лужа с примесью пыли и опавших листьев. Старый фонарь тускло освещает незнакомую улицу, изредка мигая. А из-под ног земля уходит, когда парень, споткнувшись о кривой бордюр, падает на землю. Мигом в нежную кожу ладоней впивается острый гравий, заставляя просачиваться сквозь мелкие порезы капли крови.
Кожу неприятно жжет от соленых слез, стекающих дорожками по щекам. Холод, кажется, пробирается до самых костей, а к содрогающемуся телу неприятно прилипает мокрая майка. Стена дождя закрывает обзор, в то время как стук собственного сердца бьет в виски. Парень, едва поднявшись, на ватных ногах продолжает свой бег, пока не слышит знакомый голос:
— Чимин, постой!
Пак резко открывает глаза и принимает сидячее положение на кровати. Дыхание сбито, и он нервно трет свои веки руками, пытаясь отойти ото сна.
Неожиданно за дверью слышится звук битого стекла, и парень встаёт с кровати. Он уверен, что засыпал точно не здесь, но, отложив размышления на потом, шлепает босыми ногами по полу к источнику звука.
В коридоре он замечает Чона с веником в руках и аналогичным на голове, а на паркете разбросаны синие осколки.
— Прости, я тебя разбудил? — произносит младший, заметив Пака.
— У тебя все в порядке? — он игнорирует вопрос и взволнованно смотрит на парня.
— Да. Ложись обратно. Ещё рано, я разбужу тебя, — Чонгук выкидывает осколки в мусорку и направляется на кухню.
Чимин плетется вслед за парнем и, сложив руки в замок за своей спиной, оглядывает помещение. Несмотря на неубранные чашки на барной стойке и фантики, брошенные мимо мусорки, кухня все еще выглядит светлой и по-домашнему уютной.
— А куда ты собираешься? — Пак садится на барный стул и машет ногами в воздухе, наблюдая за младшим.
— Чуть позже в университет идти собираюсь, — Чон пожимает плечами и ставит нагреваться чайник.
— Точно!
Брюнет хлопает ладонью по лбу и вытаскивает телефон из кармана потертых джинс. Мобильник неприятно пищит от уведомлений о пропущенных звонках, но Пак их удаляет, даже не посмотрев. Чонгук заинтересованно наклоняется через стол и глядит на экран, замечает, но ничего не говорит. Чимин наконец-то находит нужный адрес и поворачивает телефон.
— Ты знаешь, где это находится?
— Это адрес моего университета, — Чонгук искренне улыбается, пока старший в недоумении хлопает глазами.
— Правда? Это же классно! — радостно говорит он, как только отходит от минутного ступора. — Во сколько первая пара?
— В девять, — парень бросает взгляд на настенные часы. — Сейчас только полседьмого.
Младший смотрит на холодильник, думая, что можно приготовить на завтрак. Однако Чимин, тихо посвистывая, принимается открывать кухонные шкафы в поисках чего-то съедобного.
— Минни, что ты делаешь? — ласково спрашивает Чон.
— Собираюсь приготовить нам завтрак, ты же не против?
— Конечно нет, — Чонгук забавно кивает головой и достает различные ингредиенты с полок.
Чимин заливисто смеется, иногда даже пытается мешать Чонгуку, отчего чуть позже носится с венчиком в руках от решившего отомстить Чона.
***
— Я, наверное, пойду, — встает с дивана Пак, но его мягко придерживают за руку.
— Ты куда? — интересуется Чон и смотрит на время. — Еще целый час.
— Мне нужно домой, привести себя в порядок. Не хочу приходить в таком виде уже в первый день, — усмехается старший и оборачивается на Чона, но его рядом уже не находит.
Чимин падает на диван и тяжело вздыхает. День обещает быть долгим, но Пака настораживает другое. Нервы щекотит какое-то неприятное чувство, буквально не отпускает со вчерашнего дня. Что-то, что не дает спать по ночам, отчего люди выключают телефоны и кричат ночью в подушку, сжимая, до побеления в костяшках, простыни.
— Вот, что нашел, не трать лишнее время на походы домой, — на колени Паку кладут небольшую стопку одежды. — Самые маленькие вещи, ведь ты у нас мини-Минни, — Чон еле сдерживает смешки, поэтому получает белой футболкой прямо по лицу.
— Спасибо, но... Эй, я твой хён! — возражает Пак и, показав язык, уходит в ванную.
Чонгук еще несколько секунд смотрит на закрывшуюся дверь и расслабленно прикрывает глаза. Давно в этой квартире не было так легко. Стены уже не давили, не ощущалось того напряжения, что особенно усиливалось в несколько раз ночью. Все будто бы встало на места, как было необходимо. Но, как известно, счастье не бывает долгим, и Чон, пользуясь моментом, произносит слова, что никогда не будут правдой:
— Ты просто мой, — раздается в комнате, но никто уже не слышит.
***
— Я готов, — улыбается Чимин и заходит в гостиную. Младший играет в приставку и, не задумываясь, просто угукает. — Когда выходим?
Гук оборачивается и, будь он в мультфильме, то его бы челюсть уже находилась на уровне пола. Он готов поклясться, что он увидел самую, черт возьми, красивую улыбку за всю его жизнь. Чимин выглядит потрясающе в его белой, немного растянутой, футболке, облегающих черных джинсах и с небольшой укладкой на голове.
Чимина не хочется никому отдавать. Хочется запереть в своей квартире, спрятать от всего мира, чтобы только никто не увидел это произведение искусства. Хочется наплевать на законы, на правила общества и собственный разум. Мысль кажется такой абсурдной, но до безумия правильной.
— Земля вызывает, — хихикает Чимин и машет ладошками перед лицом младшего.
— А, д-да, прямо сейчас, — Чонгук смущается, осознав, что открыто уставился на Пака.
Несмотря на паковские возражения, Чонгук уже в прихожей кутает старшего в свою джинсовку, украшенную обилием нашивок разных музыкальных групп.
— А это, чтобы не выделывался, — прищуривается Гук и надевает старшему шапку, натягивая ту до самых глаз.
— Эй! — возражает Чимин и снимает предмет одежды. — Ладно-ладно, сдаюсь! — смеется Пак, будучи атакованным Чонгуком с помощью щекотки.
***
Здание, цвета кофе с молоком, и его огромные зеркальные окна кажутся нереальными. Дыхание перехватывает при одной лишь мысли, что Чимину здесь учиться, по меньшей мере, год.
Парни проходят внутрь, и Чонгук уверенно ведет Чимина к нужной аудитории. У них совпадает несколько пар на неделе, чему оба очень рады. Они прощаются, и Пак проходит в свою аудиторию. Хоть он и новый студент, но, по словам Чона, представляться ему не стоит, так как профессора интересует лишь экзамен в конце семестра.
Чимин занимает место на среднем ряду, стараясь избежать других учеников хотя бы сегодня. Ему хватило знакомств за последние два дня, больше он заводить не намерен. Спустя несколько минут в аудиторию заходит невысокого роста профессор и просто садится на стул, открыв книгу. Судя по обстановке, пара уже началась, но чисто формально.
Оповещение. Чимин поглядывает на экран смартфона и нервно стучит пальцами по столу.
ххх-ххх-ххх
[09:07]
Не думай, что можешь просто так игнорировать мои звонки.
На место рядом шумно садится какой-то парень, привлекая внимание учеников впереди. От него пахнет сигаретами, и Чимин поворачивается.
— О, Чимин, привет! — улыбается тот.
— Мы... знакомы? — сомневается Пак и старается вспомнить, где встречал его.
— Чон Хосок. Клуб. Ты еще с Юнги ушел.
Картинки того вечера хорошо отражаются в памяти младшего, и он заметно расслабляется. Да, имя Юнги не очень-то и хотелось слышать. Но Хосок кажется хорошим парнем, так что их диалог затягивается на половину пары.
Чон, как и Чимин, увлекается танцами, даже пообещал показать хорошую студию, где практикуется и сам. Оказывается, они с Чонгуком и остальными познакомились в этом же университете.
— Так что будь готов встретить остальных, кроме Сокджина, он выпустился в прошлом году, хотя иногда появляется в кафе неподалеку. Голодный Джин — худшее, что ты можешь повстречать, ты знаешь?
— Буду знать, — смеется Чимин, но оборачивается на протяжный скрип входной двери.
В аудиторию, накинув капюшон и немного сгорбившись, проходит парень. Хоть он и одет во все черное, это выглядит гармонично, что не остается без паковского внимания. Незнакомец идет в его сторону, нагло двигая чужие стулья, что мешали его проходу. Усевшись по другую сторону от Чимина, парень скидывает капюшон, и Пак узнает его. Мин Юнги.Блондин оценивающе смотрит на Чимина и, поздоровавшись с Хосоком, который уже переключился на телефон, наклоняется к уху младшего:
— Вижу, успел повеселиться с Чонгуком?