5
— Блять, Лиз, я не понимаю! — Виолетта бросила ручку, а та, в свою очередь, улетала куда-то на диван.
— Ви, тут легко абсолютно всё, — Лиза взяла карандаш и начала обозначать числа в кружочек, — это ты перемножаешь на вот это, а после переносишь и заносишь под корень, — брюнетка улыбнулась. Она была бесплатным репетитором для Малышенко.
— Где ты была в шестом классе, когда алгебра вошла в мою жизнь? — Ви сщурила глаза и недовольно встала. Пошла в район, куда улетела ручка.
— Ну чего ты там копаешься? — Лиза повернула голову к подруге, что долго копалась у дивана.
— Да вот, смотрю. Кто это тут у тебя был? — она развернулась и начала чем-то махать. Какая-то карточка.
— В смысле? О чем ты? — Лиза недоумевала.
— Чьи-то права, — Малышенко кинула их на открытую тетрадь Лизы, что лежала перед ней.
— Кристина Захарова, — прочла Андрющенко.
— Чёрт, это же та девушка! Блин, когда они успели тут оказаться? — спросила она у подруги, указывая на права.
— Ты у меня спрашиваешь? — шатенка отпила сок из стакана, — это у тебя тут гуляют всякие девушки и права забывают, — повела бровью та.
— О чём ты говоришь? Она была тут два раза: когда привезла меня и когда телефон вернула. Она и десяти минут не пробыла, — брюнетка вспоминала, при каких обстоятельствах удостоверение могло попасть к ней под диван.
— По-любому хочет встретиться с тобой ещё раз. Вот и подкинула их, чтобы был повод вернуться сюда, — Виолетта как всегда всё перевела в шутку. Спасибо, что не пошлую — как она любит.
— Не неси чепухи. Интересно, она заметила их пропажу? Это ведь права, она не сможет без них ездить. И найти я её не смогу, номер у меня нет, — Лиза встала со стула и пошла к кухонному гарнитуру, достав ещё снеков.
Всё так же прихрамывая.
Аляска сразу проснулась и побежала, как только услышала шуршание пакета.
— Ну, я думаю, она додумается, что могла забыть их тут, — Вилка сразу взяла из пачки чипсину и закинула её в рот.
— Надеюсь, — Лиза приземлилась обратно на стул, — не отлынивай, давай. Тебе ещё решать два номера. В этот раз без моей помощи.
— Не-е-ет, пожалуйста! — закричала Виолетта, запрокинув голову назад, — Пощади меня!
— Давай-давай! — посмеялась над подругой Андрющенко.
***
— Я хочу повторить такое ещё раз, — шептала на ухо Мишель.
— Я думаю, Кира не будет рада и первому разу, — натягивая на себя футболку, сказала Крис.
— Верно думаете, черти! Вы какого хуя ебались в моей ванной? — послышался голос подруги за дверью. Мишель заливисто посмеялась.
— Кирюх, прости, — открывая дверь, Кристина пошла прямо к блондинке, что стояла у двери.
— Да вы ахуели! Нет, ну ребят. Вы как кролики. Впредь, я надеюсь, вы будете трахаться у себя в коморках.
Кира ещё долго бубнила по этому поводу. После чего они все дружно улеглись спать. Блондинка легла на диване в гостиной, а Мишель на кровати хозяйки квартиры. Одна лишь Кристина не спала. Алкоголь, что она влила в себя полтора часа назад, выветрился. Кажется, она трезвеет. Сон не шел.
Завтра нужно будет поехать к той девчонке. Снова. Она туда чаще, чем к себе домой ездит. Скорее всего, она будет дома. По крайней мере, Крис на это надеется. Иначе снова придется пить чай с Татьяной Алексеевной.
Захарова налила ещё какого-то алкоголя, что был у Киры в мини-баре, в стакан. Бармен без своего бара — не бармен.
Алкоголь пошел как родной. Только он помогал забыться. Даже ахуенный трах с блондинкой не так помогал, как эта дрянь. Захарова зависима от алкоголя.
Да.
Скорее всего, её можно записать в «алкоголики».
Наследственное. Отец пьет и тыкает мать в грязь, а та и рада его слушать. Мол, женщины никто, а я здесь царь и бог. Брат тоже недалеко ушёл от отца. Такой же редкостный гандон. Часто поднимал руку на Кристину в детстве. Да и похуже дела были. Только вот, ни мать, ни отец не поверили на жалобы их дочери.
Та в свою очередь пыталась вразумить мать, но она не видит ничего кроме своего мужа, всячески потакая ему и его желаниям.
Поэтому Кристина съехала от этой семейки, как только смогла, в небольшую квартирку.
***
— Хватит её кормить! Она потолстела, — смеялась Лиза.
— Ты сама дала ей только что кусок сыра! — смеялась и подруга.
— Мне её жалко стало, она так на него смотрела, — погладив большой живот Аляски, Андрющенко расхохоталась, лёжа на диване. Рядом, на животе, так же валялась Виолетта.
— Она ест больше меня. Мама ей такие деликатесы покупает! Меня так не кормят, как её! — наигранно возмущалась она.
— Всё правильно, я думаю, её любят больше, — специально дразня Вилку, Лиза смотрела на её реакцию. Виолетта ревновала маму к Аляске.
Та слишком ее любила.
Глупая ревность.
— Я так и знала! Я говорила маме! А она такая: «Да нет, Виличка. Тебя мы любим больше! Это же просто пёс», а сами… — Виолетта посмеялась, — Аляска, я надеюсь, хотя бы ты меня любишь больше, чем этих предателей?! — собака просто смотрела на них, вывалив язык и закатив глазки от того, как Лиза чесала ей животик, — Всё ясно с тобой.
— Не бойся, я тебя люблю больше, — похлопала по плечу подруга.
— Не подлизывайся, — Малышенко все так же наигранно отвернулась и скрестила руки на груди. Долго она так не продержалась и набросилась на подругу с обнимашками, — Ладно, я тоже тебя люблю, — в плече говорила шатенка.
Её звонкий, немного кривляющийся картавый голос звучал приглушённо.
Она, кажется, кривлялась всегда, потому что застать её серьезной было достаточно тяжело, хотя у самой проблем не меньше.
— Так хватит! Я чувствую твои слюни у себя на плече, — посмеялась брюнетка.
Виолетта специально, после слов подруги, облизнула её оголённое плечо.
— Спасибо, — недовольное лицо и наигранная улыбка Лизы показались Виолетте, как красная тряпка для быка. Она принялась щекотать подругу, прекрасно зная, что та боится этого до усрачки.
— Нет! Пожалуйста, хватит! — Андрющенко заливисто хохотала, немного повизгивая, — Ви, пожалуйста, прошу! — извивалась под руками подруги Лиза.
— Если ты так будешь кричать, к нам придет Татьяна Алексеевна, — успокоилась подруга, — Девушки, это безобразие! Вы время видели? — стала пародировать женщину Виолетта.
— Вы должны вести себя подобающе леди, — поправив воображаемые очки, подхватила Лиза и они дружно рассмеялась.