Под его властью

Четыре дня до вылета.

День первый. Серверная.

После совета в кабинете Лоренцо ушёл в свою серверную. Камилла нашла его через час. Он сидел перед тремя мониторами, на которых мелькали схемы церкви, тепловые карты и бесконечные строки кода.

— Ты здесь уже который час? — спросила она, прислоняясь к дверному косяку.

— Четвёртый, — не оборачиваясь, ответил Лоренцо. — Нам нужно взломать их систему слежения за два часа до приезда Смирнова, но не раньше, иначе они заметят.

— Я помогу. — Камилла плюхнулась в соседнее кресло и достала свой ноутбук.

Они работали молча. Но теперь между ними всё было иначе. Каждый случайный взгляд, каждое прикосновение пальцев, когда они тянулись к одной мышке — всё это искрило.

— Лоренцо. — позвала она.

— Мм?

— Ты нервничаешь из-за операции?

Он помолчал.

— Нет. Я нервничаю из-за тебя.

Камилла оторвалась от экрана.

— Из-за меня?

— Ты едешь в Москву. В логово врага. Я не смогу тебя защитить, если что-то пойдёт не так.

— Лоренцо, — она встала и подошла к нему сзади, положила руки на плечи. — Я не одна. Со мной Милена. И Марко. И Винченцо. И сам Дон в конце концов.

— Это не успокаивает. — сказал он, накрывая её ладонь своей.

— А что успокоит?

Он развернулся в кресле, посмотрел на неё снизу вверх.

— Когда ты будешь здесь. В безопасности. В этом доме.

Камилла наклонилась и поцеловала его в лоб.

— Тогда сделаем так, чтобы операция прошла идеально. И я вернусь. Обещаю.

Лоренцо притянул её к себе, усаживая на колени. Она не сопротивлялась.

— Держу тебя за слово. — сказал он.

Они сидели так долго, обнявшись, среди гудящих серверов и мигающих лампочек. А потом Камилла уснула у него на плече.

День второй. Комната Лоренцо.

На второй день подготовки Лоренцо почти не выходил из своей комнаты. Камилла пришла к нему вечером с двумя чашками горячего шоколада.

— Ты должен отдохнуть. — сказала она, входя без стука.

— Не могу, — ответил он, не оборачиваясь. — Я перепроверяю частоты для глушилок. Если хоть одна камера останется активной, Смирнов узнает о нас за десять минут до прибытия.

— А если я помогу?

— Ты и так помогаешь.

— Тогда давай вместе.

Она села рядом, поставила кружки на стол. Они работали бок о бок, иногда споря о лучшем способе обхода защиты, иногда просто молча печатая.

— Лоренцо. — сказала Камилла, когда стрелка часов перевалила за полночь.

— Да?

— Я хочу кое-что спросить.

— Спрашивай.

— Ты боишься?

Он повернулся к ней.

— Чего?

— Смерти.

Лоренцо помолчал.

— Раньше — нет. Сейчас — да.

— Потому что?

— Потому что теперь мне есть что терять. — он посмотрел ей прямо в глаза.

Камилла взяла его за руку.

— Мы вернёмся. Оба.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я не дам тебе умереть, — улыбнулась она. — Ты мой. А свою собственность я охраняю.

Лоренцо усмехнулся — редкость для него.

— Ты невыносима.

— Знаю, — она чмокнула его в щёку. — Поэтому ты меня и любишь.

Он не ответил. Но его пальцы сжали её ладонь.

День третий.

Вечером Камилла застала Лоренцо в спортзале.

Он бил грушу — без перчаток, голыми руками. Каждый удар глухо отдавался в тишине. Футболка прилипла к спине, мышцы перекатывались под мокрой тканью. Лоренцо не слышал, как она вошла — настолько был в себе.

— Ты чего? — спросила Камилла, прислонившись к дверному косяку.

Он резко остановился, повернулся. Его руки были красными, костяшки сбиты до мелких капель крови. Грудь тяжело вздымалась. В глазах — тьма.

— Злость вымещаю. — глухо ответил он.

— На кого или что?

— На всё, Камилла. На всю эту чертову ситуацию.

Он шагнул к ней, и она не отступила.

— На то, что я могу тебя потерять.

— Лоренцо, — Камилла подошла ближе, взяла его лицо в ладони. — Ты меня не потеряешь.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я уверена.

Он смотрел на неё долгий, тяжёлый взгляд. А потом сделал то, чего она не ожидала.

Лоренцо резко прижал её к стене, вжимая бедрами. Его руки — всё ещё в крови от груши — скользнули под её футболку, сжимая талию, поднимаясь выше.

— Скажи, если я делаю что-то не так, — прорычал он ей в губы. — Я никогда...

— Ты делаешь всё правильно, — перебила она. — Просто не останавливайся.

Он поцеловал её. Жестко, голодно, с привкусом металла от разбитых костяшек. Его язык ворвался в её рот, подчиняя, требуя. Камилла зарылась пальцами в его влажные волосы, притягивая ближе, сжимая сильнее.

Лоренцо не спрашивал разрешения. Его рука скользнула вниз, расстегнула пуговицу на её джинсах, нырнула под ткань.

Её дыхание сбилось, когда его пальцы — длинные, горячие, всё ещё пахнущие кожей груши — нашли то, что искали.

— Боже, Лоренцо... — выдохнула она, запрокидывая голову.

Он молчал. Его пальцы двигались — уверенно, неторопливо, изучающе. Он смотрел на её лицо, ловил каждый стон, каждую дрожь ресниц. А потом вошёл в неё — одним пальцем, потом двумя — медленно, глубоко, заставляя её вцепиться ногтями в его плечи.

— Ты вся мокрая, — прошептал он, и в его голосе был восторг. — Для меня.

— Только для тебя. — выдохнула Камилла, чувствуя, как он двигает пальцами внутри.

Он наклонился и поцеловал её шею — не нежно, а кусая, оставляя следы. Его большой палец надавил на клитор, и она застонала громче, чем планировала.

— Лоренцо, я сейчас...

— Нет, — приказал он. — Не здесь.

Он вытащил пальцы — мокрые, блестящие — и подхватил её под бедра. Она обхватила его ногами, чувствуя, как его эрекция давит сквозь тонкую ткань его спортивных штанов.

Он нёс её по коридору, не обращая внимания, что кто-то может увидеть. Камилла вцепилась в его плечи, кусала его шею, шептала на ухо что-то грязное, чего сама от себя не ожидала.

В его комнате он захлопнул дверь ногой, даже не включил свет — только луна через незашторенное окно.

Он опустил её на кровать, навис сверху. Стянул с неё футболку — резко, почти разрывая. Сам избавился от своих штанов, даже не застеснявшись, что она видит его впервые таким — возбуждённым, нетерпеливым, потерявшим контроль.

— Смотри на меня. — приказал он, разводя её колени.

Она посмотрела. Его глаза в лунном свете горели.

Лоренцо вошёл в неё — резко, глубоко, одним толчком. Камилла вскрикнула, выгибаясь, впиваясь ногтями ему в спину. Это не было нежно. Это было то, чего они оба хотели последние недели — первобытно, жадно, без прикрас.

Он замер на секунду, давая ей привыкнуть, но его дыхание было рваным, мышцы напряжены до предела.

— Всё хорошо? — прохрипел он.

— Лучше, чем хорошо, — выдохнула она. — Двигайся.

Он начал двигаться. Жестко, глубоко, с каждым толчком заставляя её стонать громче.

— Ты моя, — прорычал он, ускоряясь. — Только моя.

— Да... да... — простонала она, чувствуя, как внутри нарастает шторм.

Лоренцо перехватил её за талию, посадил на себя сверху. Она нависла над ним, чувствуя, как глубоко он входит под её весом. Его руки сжимали её бёдра, направляя. Она двигалась сама — быстро, отчаянно, теряя голову.

— Смотри, — прошептал он, — какая ты красивая.

Она не выдержала. Кончила с криком, содрогаясь всем телом. Лоренцо прижал её к себе, перевернул и вошёл снова — теперь сзади, одной рукой сжимая её волосы, другой — её бедро.

Ещё несколько толчков — резких, глубоких, влажных — и он кончил, прижимая её к себе так сильно, что она почти не могла дышать. Его лицо уткнулось в её затылок, и она чувствовала, как бьётся его сердце — в такт её собственному.

Они лежали, сплетённые, тяжело дыша. Лоренцо не отпускал её — только целовал плечи, шею, позвонки.

— Ты в порядке? — прошептал он.

— Я в полном порядке, — ответила Камилла, улыбаясь в подушку. — А ты?

— Я... — он замолчал, подбирая слова. — Я никогда не чувствовал ничего подобного.

Она перевернулась к нему, обхватила его лицо ладонями.

— Это только начало, Лоренцо.

Он поцеловал её — на этот раз мягко, нежно.

— Надеюсь. — сказал он.

Утро вылета.

Они проснулись от солнечного света, пробивавшегося сквозь шторы.

Камилла лежала на животе, раскинувшись поперёк кровати, её волосы разметались по подушке. Лоренцо смотрел на неё несколько минут — на изгиб спины, на родинку у лопатки, на то, как простыня сползла, открывая край ягодицы.

Он не стал её будить. Просто наклонился и поцеловал плечо. Потом ниже — между лопаток. Потом — позвоночник, позвонок за позвонком.

Камилла зашевелилась, не открывая глаз.

— Ты чего? — сонно пробормотала она.

— Ничего, — прошептал он. — Продолжай спать.

Его губы скользнули ниже по спине, к пояснице. Он убрал простыню, оголяя её полностью.

— Лоренцо, у нас самолёт скоро. — она уже проснулась, но не двигалась.

— Успеем. — ответил он, раздвигая её колени коленом.

Он целовал внутреннюю сторону бедра — медленно, смакуя, чувствуя, как её дыхание учащается. Потом — второе бедро. Потом провёл языком по самому чувствительному месту, и она выгнулась, вцепившись в простыню.

— Боже...

— Тише. — сказал он, начиная ласкать языком. Медленно, глубоко, с той сосредоточенностью, с которой он взламывал серверы.

Камилла застонала, прикусывая губу, чтобы не разбудить весь особняк. Его руки сжимали её бёдра, не давая вырваться. Он ел её так, будто это был его последний завтрак.

Она кончила быстро — громко, содрогаясь всем телом, уткнувшись лицом в подушку. Лоренцо поднял голову, облизнул губы и улыбнулся — впервые так открыто, довольно.

— Доброе утро. — сказал он.

— Ты... — она не могла говорить. — Ты сумашедсший.

— Я люблю тебя, — ответил он. — Поэтому да.

Камилла рассмеялась, притянула его за шею и поцеловала — чувствуя на его губах свой собственный вкус.

— Теперь иди в душ, — сказала она. — А то мы точно никуда не улетим.

Лоренцо послушался.

Но у двери обернулся.

— Камилла?

— Мм?

— Когда вернёмся, я хочу, чтобы это было каждое утро.

Она улыбнулась в подушку.

— Договорились.

Надеюсь, вам понравилось 🫣🥲
Была бы рада узнать какое развитие их дальнейших отношений вы ждёте)

Тгк: nas_divaa