Чёрный город.

– Алло, да, мам? – раздался голос в трубке.

– Привет, дочь, – произнесла Елена. – Сегодня у Кудиновых ужин, там будут все одноклассники со своими детьми. Мы едем, ты как?

Не много поразмыслив, Полина спросила:

– А Марина Елизарова будет?

– Да, и Рита тоже должна там быть.

– А кто еще, не знаешь?

– Леш, не помнишь, кто еще будет? – мама спросила у папы. – Кисловы, Хенкины, Елизаровы, Меленины точно будут, а дальше я уже не знаю.

– Круто, а когда этот ужин? – спросила Вишня.

– В 18:00 начинается, езжай домой, готовится, – предупредила мама. – У учителей отмажут, Риту с собой хватай!

– Оке, созвонимся, ма!

– Пока-пока! – попрощалась мама и нажала отбой.

А тем временем все были в курсе этого вечера. Переглянувшись, все хотели выговориться. Подошел Мел.

– Вам тоже сейчас родаки звонили? – спросил Егор.

– Да, – все хором сказали.

– Ребят, ну круть же, – вдруг улыбнулась Рита. – И с физики отмажут!

– Да, треш, – Вишневская сомнительно взглянула на Риту.

– Я вот только не понимаю, – откинулся на спинку стула Ваня. – Мы тут причем? Я особенно?

– Я тоже этого не понимаю, – хмурился Хенк.

– Встреча одноклассников? – предположил Мел.

***

Гендос
Прям банкет?

Вишня
Прям банкет

Гендос
Нихрена, детишки, вам повезло

@Вишня то есть, ты щас готовишься?

Вишня
То есть, да, то есть, ты мне мешаешь

Гендос
Ладно, с тобой все понятно

@Мел, @Хенк, @Киса, а вы?

Хенк
А че мы?

Мел
Хз, как вы, а мне даже костюм батин вручили

Гендос
Бля, вот в голове крутиться слово

Праздник седня какой-то

Киса
Встреча одноклассников?

Гендос
ТОЧНО

Киса
Мне матушка все уши прожужжала, как это хорошо, что дети тоже будут присутствовать!

Чего хорошего-то? Я хотел седня на базу!

Вишня
Какая тебе база, больной?

Кто вчера валялся, как убитый, а?

Хенк
Б!

Оставляем семейные разборки и думаем, нахрена нам туда идти?

Вишня
Что бы поесть?

Киса
Похавать, конечно!

Мел
Рыбак рыбака видит из далека

Киса
Слышь, поэт, щас я твои поговорки в задницу засуну!

Вишня
А я добавлю!

Гендос
Реально, одно целое

Хенк
Сххахах

***

Ругаясь на Мела и Гендоса, Полина пыталась накрутить нормальный локон. Рита уже сделала завивку. Ей очень нравились кудряшки, поэтому, когда она ходила на вписки всегда их делала, а сейчас тут гламурная вписка. Как не завить-то?

– Вот че прицепились? – жаловалась, крутясь вокруг зеркала. – "ОдНо ЦеЛоЕ!"

Рита рассмеялась с физиономии Вишневской, подбирая платье. Девушки уже вовсю готовились затмить всех на этой гламурной тусовке. Елизарова была почти готова, а вот Вишневская мучалась с прической.

– Как думаешь этот подонок будет? – Рита имела ввиду Рауля.

– Даже, если будет, то похуй, – нахмурилась Вишня. – Вы будете рядом – это самое главное.

– Правельно, – подошла к зеркалу Елизарова. – Ну че, как тебе?

– Потрясное платье, Ритулик, – осмотрела со всех сторон Вишня подругу.

Рита была в светлом, коротком, облегающем платье, которое было с перламутровым оттенком. Оно переливалось на солнце. Светлые цвета всегда были к лицу Елизаровой. Как сказала Полина, к ее голубым глазам. Поверх платья был светло-голубой кардиган. На улице же весна. А на ногах белые кросовки. Милое колье бижутерии с бусинами, на которых было написано "demon" очень дополняло и красовалось на шее блондинки. Макияж был прост: светлые тени, блестки в уголках глаз, хорошо расскрытые глаза из-за туши, светлая холодная помада на губах, а на скуле крупный голубой глитор. Елизарова была ангел во плоти.

А сама Вишневская была в черном, коротком, так же облегающем платье. Оно тоже переливалось. Подходило к ее лицу. Темные волосы и карие глаза очень симпатично сочетались с этим платьем. Коженка на плечах давала брутальность и любовь к 80/90-ым. На ногах клетчатые, черные колготки, а так же массивные, черные ботинки с интересной шнуровкой и железными шипами. Серебрянные, переплетенные браслеты красовались на тонких запястьях Полины. А чекер с такими же, как и на ботинках, железными шипами был на шее. Черная сумка с вишневыми сигаретами тоже имелась.
Макияж соответствовал мерками образа: теней практически не было, только в уголках глаз светлые блестки и еле заметные стрелки, подкрашенные рестницы и главный штрих – красная помада на губах. Вишневская была словно дьяволица, которая вышла из преисподни.

Пшикнув вишневыми духами на виски, запястья и между груди, Вишневская взглянула на Елизарову, которая так же пшикнула своими духами.

– Подруга, мы как Инь и Янь, – усмехнувшись, подправила красную помаду брюнетка.

– М-да, – встав рядом, блондинка достала телефон. – Я с небес, а ты из преисподни?

– Сто процентов! – рассмеялась Полина, а Рита запечатлила этот момент на камеру.

Девушки уже собрались выходить, как зазвонил телефон Вишни.

– Ало-о?

– Вишня, вы там с Ритулей выходите или как? – по голосу Полина поняла, что это Кислов. Улыбнулась, а блондинка удивлено скинула брови, смешно улыбнувшись.

– Выходим, Киса, выходим, – посмотрела на свои черные, длинные ногти. – А что, хочешь составить компанию?

Рита начала смеяться, а Полина пыталась сдержать смех, смотря на задыхающуюся Елизарову.

– Реально, одно целое, нахуй, – послышался голос Гены. – Короче, Полечка, выходите щас и составляете нам компанию, мы в машине ждем! – послышался уже голос Вани.

– А мы все поместимся?

– Ну ничего страшного, – Полина услышала, что он улыбнулся своей кривой улыбкой. – Сядешь ко мне на коленки.

– Кислов! – разозлилась Вишневская, а Рита еще сильнее начала задыхаться.

– Я весь твой, только давайте быстрее! – прошипел Ваня, нажав отбой.

– Поля, я буду сводить тебя с этим ублюдком! – как купидон запрыгала Рита, улыбаясь, не в себя.

– Рита, – нахмурилась брюнетка. – Смотри, щас сердечки вокруг тебя появятся!

А Елизаровой все ни по чем. Она бы прыгала от счастья, пока Полина не вывела бы ее из транса.

– Покупидонились в машину, Ларисочка Гузеева, – тежело вздохнула, смотря на кота, который жалобно мяукал. Масик решил проводить хозяйку в долгий путь.

***

Подходя к машине, Рита все не унималась и надеелась, что сядет на коленки к Мелу, но тот сидел спереди, из-за чего начала надеется, что Полина сядет на коленки к Кисе.

Полина лишь отмахивалась от назойливой мухи по имени Ритка. Выйдя из машины Зуева, показался Хенк и Киса. Обсмотрев девушек, Кислов присвистнул, не отрывая глаз от Вишни. Ее образ так и притягивал шаловливые ручонки Кисули, но тот держался, всматриваясь в ее лицо.

– Вы прям такие разные, – подошел и приобнял девушек за плечи Ваня. Сам он был в костюме. И в пиджаке! – Но такие одинаковые!

– Инь и Янь, – улыбнулся Боря.

– Так, Киска-мурыска, – Полина выбралась из обьятий Вани. – Где сидеть-то будем?

– Кого-то в багажник? – предложил Киса, сплевывая и суя руки в карманы.

– Ну или Полина сядет на коленки к Кисе, – ухмыльнулся Хенкин, играя бровями, а Рита запищала, подбегая к Хенку.

– Вот и твоя Роза Себитова, – вздохнула брюнетка.

Все дружно посмеяласи и решили, что предложение Хенка в силе и даже Полина оказалась не против. Они же друзья.

***

– Я так понимаю, что этот педик будет там? – Гендос взглянул в зеркало, посматривая за Кисой и Полиной, вечно попровляющей короткое платье. Ваня не лапал ее, ничего не говорил. Просто сидел, хмурясь.

– Ублюдок Кудинов там будет, – сложила руки на груди Рита. – Но, если я его увижу, держите меня четверо! Расцарапаю ему ебало, нахуй!

– Кис, все норм? – спросив, прошептала Вишня на ухо, обжигая кожу горячим дыханием.

– Да, – юноша перевел глаза на ее лицо. Она была близко, слишком близко. Непозволительно близко.

Дыхание учасщалось, бросало то в жар, то в холод. Руки Вишневской вспотели, держать телефон было невыносимо.

Из-за нескольких кочек на дороге они подскачили, и Ваня по рефлексу положил руки на тонкую талию. Полина, ощютив на животе мужскую руку, онемела. Выторощив глаза, пыталась успокоиться.

– Убрать? – кинул взгляд на свои руки Киса.

Полина, помолчав, ответила:

– Как хочешь, – Вишня пыталась показаться равнодушной, но из-за сбитого дыхания, голос сбивался. Кислов почувствовал волнение, – усмехнулся.

– Да ладно, не парясь, – погладил талию рукой, не снимая ее. – Я никому не скажу, как ты сейчас задохнешься от волнения.

Вишневская метнула злобный взгляд, а Кислов попытался убрать руки, понимая, что ей неприятно. Девушка вернула руки, положив на талию, ближе к бедрам. Улыбнулась. Она решила действовать, показывая гордость. Раз он начал эту игру, почему бы и не продолжить?

Ваня лишь усмехнулся, но так и не убрал свои руки. А тем временем у их друзей велся долгий разговор, в который паре не влиться, но им в принципе и не хотелось.

Один Гена видел их перепалку и, насмехаясь, думал, как бы их сблизеть. Они же как кот и кошка, которые жили в разных мирах и с разными принципами, но судьба свела их в одну линию жизни. Как бы им не запоганить самим себе жизнь.

***

Родители уже ждали своих детей, а точнее Полинины родаки.

– Лен, – вздохнул Алексей. – Она где?

– Леш, а же девочка, ей надо собраться!

– Когда она пришла домой? – ходил кругами по крыльцу Вишневский.

– В часа три дня.

– Чем ей пяти часов не хватит? – папа обернулся, слыша мотор машины и поворачивая голову в сторону звука. Вот и принцесса на Гениной горошине.

Из машины сначала вышли Мел и Хенк, который открыли дверь Полине и Рите, а Киса уж самый последний момент выпрыгнул, попрощавшись с Зуевым.

Полина заметила родителей и зашагала быстрее вместе с Елизаровой, которая тоже заметила свою маму. Отца у Ритки не было с рождения, только поэтому она и скиталась по впискам в поисках любви. А еще искала в этих парнях дебила Мела.

– Мамулик! Папулик! – улыбнулась Вишневская, поднимаясь по лестнице.

– Дочь, я уж обзвонилась, – Елена оценила наряд дочери. – Крутое платьице!

– Да, Полина, пунктуальностью ты в мать, – вздохнул Алексей.

– Ма, па, давайте хоть сейчас без ваших этих шуток, – вдруг Вишня вспомнила про друзей. – А, кстати, с Ритой вы уже знакомы, а это Иван Кислов, Борис Хенкин и Меленин Егор – мои одноклассники и по совместительству друзья.

– Здрасте, теть Лен, дядь Леш, – обняла родаков Рита.

– Привет, Риточка, – улыбнулась Елена. – С утречка виделись!

Пришло время и пацанам здороваться. Первый пожимать руку старшему Вишневскому решился Киса, как самый бессмертный:

– Очень приятно познакомится с вами, – протянул руку отцу Полины. – Ваша дочь удивительная.

Он намекал на то, как Полина сидела на его коленках. Но понять его могла только Вишневская. Тут встряла Елена.

– Ванечка! Как же ты вырос! – начала тискать за щеки мама. – Уже жених!

– Лен, дай пацану поздароваться, измутузила его, – пожал руку Вишневский. А Кису позабавили его же фразочки.

Все познакомились и поздаровались, проходя в здание, где играла тихая музыка и слышались разговоры взрослых.

Полину с Ритой сразу перехватили пацаны. Киса нахмуреный взял брюнетку под локоть и повел вглубь.

– Кис, ты че? – пыталась вырваться девушка.

– Ублюдок Кудинов на горизонте найден, – предупредила Рита.

Они уже хотели выйти к лоджии, как перед ними встал Рауль. Все опешили, а Кислов встал вперед, загораживая собой Риту и Вишню. Мел и Хенк встали по бокам, с призрением осматривая жертву.

– О, Полечка, здравствуй, – усмехнулся Кудинов, пытаясь докоснуться до руки девушки.

– Лапы при себе держи, – буквально прошипел Ваня.

– Не уж-то сам Кислов, – надменно поглядывал на Кису.

– Чего тебе надо, Рауль? – Полина протиснулась между Ритой и Ваней, подходя ближе.

– Только ты, – погладил ее по локону волос, а та хлестнула ему по руке, что тот ее отдернул. Киса вымораживал взглядом Кудинова, прожигая дырку. Рита с отвращением поглядывала на Рауля, но больше пеклась о Полине, держа ее за локоть. – Тебе понравилась моя фотосессия в Вк? Она была специально для тебя.

– Ух, Кудинов, тебе конец, если я решила, что расцарапую все личико, значит, так и будет, – прошипев, Рита поспешила впится длинными острыми коготками прямо в щеку Рауля, но Мел увел Елизарову, хватая за локоть и приговаривая: Ритуль, ну ты чего? Спокойно-спокойно!

Полина с призрением фыркнула, пытаясь сдержать рвотный рефлекс. Тут уже встрял Хенк, который хотел отвести Вишневскую подальше.

– Ты отвратителен, – с этими словами брюнетка засодила Кудинову жесткую оплетуху. Тот устоял, но на щеке был красно-богровый след. – Если ты решил, что я беспомощна, то ты, ебанный педофил, глубоко ошибался. Тебе это, поверь, откликнется.

Сплюнув, Рауль ушел, необорачиваясь. Рита выдохнула, осматривая Вишневскую. Киса хотел уже разодрать Кудинова в клочья. Держался изо всех сил, потому что не хотел подвести Полину, которая выглядила измотанной.

– Поль, ты как? – Рита дотронулась до руки, пытаясь отвести подругу на лоджию.

– Курить, – все что могла сказать сейчас Вишня. Ваня, недолго думая, схватил ее, неся на балкон. Та даже не противилась. У нее скоро начнется паническая аттака. А Кислов хотел предотвротить это.

– Оставьте нас, – крикнул брюнет, неся девушку, которая уткнулась носом в его грудь. Полина разглядывала пиджак, водя пальцем по ткани.

На террасе было прохладно. Весна.. Холодная, черная. Такая же, как и этот проклятый город. Белый шум в голове, сигарета в руке и он.. Человек, который успокаивал присутствием. Почему-то кареглазая чувствовала себя с ним в безопасности. Вроде бы такой агрессивный Ваня, казался ей совсем безобидным и добрым. На самом деле он хороший. Она это видела. Внутри у него целый мир! Побитый, умирающий мир, который можно спасти. Он полон трам и увечий, принессеных за все семнадцать лет. Столько боли в его взгляде видела Вишневская. Столько несчастья.. Ей захотелось его обнять, прижать к себе, утешить, сказать, что все будет хорошо, но тем не менее у нее тряслись руки. И скорее ее обнимет сам Киса, а не она его.

– Вишнь, ты как? – взглянул он в ее темно-карию радужку. В глазах девушки он видел страх. Огромный страх. Страх быть слабой?

Из ее глазниц скатилась хрустальная слеза. Такая драгоценная.. Кислов ощютил жалость, ярость, обиду, призерание. Столько эмоций из-за одной слезинки? Она отвела взгляд. Побоялась оказаться слабой.

– Посмотри на меня, – приказным тоном произнес Ваня, повернув ее лицо за подбородок. Вторая слеза.. Третья. Четвертая. Водопад. – Никто, слышишь, никто не стоит твоих слез, Полина.

Он смахнул с ее щеки слезинки, улыбнувшись, а она удивленными, выпученными глазами рассматривала его улыбающиеся лицо. Так тепло ей стало. В этот холодный мартовский вечер она чувствовала тепло.

– Вань, почему ты не бросишь курить? – внезапно спросила Вишневская. Кислов поморщился, отворачиваясь и разглядывая темное ночное небо. Достав ментоловую пачку, закурил.

– Не знаю, – вздохнул он. – Трудно расстаться с этим, прижился уже.

– А из-за чего начал?

– Я, наверно, сейчас буду выглядить глупым в твоих глазах, – усмехнулся Кислов. – Но я когда-то в началке с пацанами бегал за гаражи курил. Для нас это было, типа, вау, смотри, я взрослый!

Полина посмеялась с его рассказа, разглядывая то ночное небо, то интересного Кису.

– А щас как-то прижился, – потушил. – Не могу без них. Никогда ни от чего, и ни от кого не был так зависим.

– А люди? – спросила брюнетка. – Я без многих не могу жить, разве у тебя не так?

– Да бля, тебе так кажется, что ты не можешь без них жить, – обьяснял Ваня, серьезно смотря на девушку. – Я же живу без отца.

– Ты не живешь, ты существуешь.

– А ты психолог? – с интересом спросил Ваня.

– Увы, нет, – улыбнулась Полина. – Но иногда работаю на Елизарову. Бесплатно!

Хмыкнув, Кислов посмотрела на выход из террасы и на Вишневскую, которая смотрела на темное, звездное небо. Снег таял. Началась капель.

– Любишь весну? – спросил Киса.

– Люблю, – задумалась Вишня. – Но зиму сильнее.

– Любишь холод? – усмехнулся брюнет, разглядывая профиль кареглазой.

– Зима – это не всегда холод, – обьяснила девушка. – Иногда зима теплее лета.

Кислову нечего было ответить. Ему нравились разговоры с ней. Могла Полина успокоить. Успокоить не словами, а взглядом. Проницательные, темные глаза обнадеживали. Вызывали чувства. Ее захотелось обнять.

– Мне сейчас тепло, – прошептал Кислов, обнимая Вишню со спины. Она вздрогнула. Вот эти ее жесты вымораживали Ваню на тепло, на чувства, на улыбку. Невинная, беззащитная.

Будто она его.. Но нет. Они друзья.

***
завела новый акк в тт: kisavix
там выкладываю спойлеры к фанфику, обязательно подписывайтесь!