Чёрный город.

Утро началось рано. Будильник играл уже знакомую мелодию. Такую надоедливую, что Вишневская обматерила телефон и всю Вселенную. Рита, немного поерзав, снова заволилась спать. А брюнетка встала с кровати, скользнув по комнате взглядом усталости. Ей определенно хотелось спать.

Не долго думая, начала будить Елизарову, зарывшуюся в одеяло.

– Рит, – слегка доторонулась до плеч Полина. – Елизарова, Меленин с Анжелкой расстался!

От таких слов подруга вскочила, как ошпаренная. Разглядывая с выпученными глазами комнату, спросила:

– Серьезно?!

Полина, несдержавшись, рассмеялась. Смотреть на эмоциональную Елизарову было весело.

– Серезна! – передразнила та подругу.

– Ну, Поли-и-ин, – она упала звездочкой на кровать, озираясь на ржущую подругу.

– Елизарова, подьем! – взяла в руки подушку Вишня. – Меленин сегодня идет в школу, как и мы с тобой!

Рита промычала, вздыхая:

– И Анжелка тоже идет! – грустно взглянула на Полину блондинка. – Вот скажи мне, Вишневская, почему Мел такой дурак?

– Потому что он поэт, – сделала выводы та, заправляя кровать и смещая Риту на пол.

– То есть по твоей логике, если человек поэт, значит, он дурак? – усмехнулась Елизарова.

– Ты не совсем меня поняла, – брюнетка поплялась в ванну, а следом и блондинка. – Поэты – люди очень умные и начитанные. А в делах любовных они полные дураки!

Рита нахмурилась, смотря на умывающуюся подругу. Облакотилась о борты ванны.

– Ну многие же пишут о любви и чувствах, наверняка знают толк, – Рита выглядила серьезной, что очень удивляло Полину. Елизарова была всегда легкомысленной и не думала слишком глубоко, а если и размышляла, то очень поверхостно.

– Это они делают вид, – отмахнулась Вишня, улыбнувшись. – Почему Есенин не мог найти свою любовь?

– Наверно, потому, что был любил один раз и навсегда? – девушки выбрались на кухню, ставя чайник. Родителей уже не было дома. – Разве не он писал, что влюбится можно тысячу раз, а любить единожды?

– Очень глубоко зашла, – налила чай Рите она. – На самом деле он был дураком, который верил в любовь. А в нее не нужно верить, любовь нужно творить.

От таких глубоких мыслей Елизарова поморщилась. Может быть, она поморщилась от отпитого горячего чая, но смятение присутствовало.

– Ну, а Егор тут причем? – недоумевала Рита.

– Не поняла еще? – спросила Вишневская, а подруга покачала головой. – Мел верит в любовь, но не создает ее. Если бы он был с тобой, то вы создали бы свою любовь.

– Ты слишком мило и глубоко мыслишь, – блондинка грустно улыбнулась.

– Перестань, – Полина посмотрела на часы. – Опаздываем!

***

– И прикинь, эта Баранова с Раулем переспала самовольно! – рассказывала Рита, подходя к школе.

– У нее с головой проблемы? – Полина вспомнила тот вечер. Стало больно.

– Наверно, – вздохнула Елизарова, проходя в здание. – Жалко здесь только Илюшу.

Полина промолчала насчет Ильюши. Они попали как раз ко звонку. Заходя в класс русского языка и литературы, на брюнетку все начали глазеть и шептаться. Кто то даже выкрикнул: Шлюха!

Вишневская удивлено перевела глаза на Меленина, Борю и Кису, которые с яростью смотрели на выкрикивающего. Кислов не выдержал:

– Пасть закрой, – зашипел Ваня, переводя взгляд на брюнетку. Она была ошарашена. Что случилось? Киса подошел к Вишне и повел из класс, а за ним и Хенк с Мелом. Ритка тоже офигела, но все-таки села за парту, посмотрев на подругу. В ее глазах читалось: "Щас разберусь!" А дальше Полину выводят из кабинета, встречаясь с Ольгой Васильевной.

– Так, Вишневская, Кислов! – заметив Егора и Борю, продолжила. – Меленин, Хенкин, куда путь держим?

– Вишневской плохо стало, – Хенк с сочувствием посмотрела на подругу, а та притворилась больной.

– Мы сейчас до мед.пункта и обратно! – предупредил Мел, ведя друзей в сторону мед.пункта.

– Только живее! – послышалось от женщины.

Завернув за угол, пацаны отдышались. А Вишня с испугом и шоком смотрела на них.

– Что тут происходит вообще?! – эмоции девушки брали вверх.

– Это я у тебя спросить хочу, – прикричал Киса, беря голову в руки.

– Не паникуйте, – Хенк нервно сплюнул.

– Поль, в сеть сплыло видио, якобы на котором ты и Локон трахаются, – Егор достал телефон, а там было видио, где действительно Сева брюхатит какую-то девчонку, но точно не ее.

– То есть, вы хотите сказать, что это я? – Вишня усмехнулась.

– Локонов, черт, так говорит, – Кислов сильно переживал по этому поводу, зная прошлое Полины. Он надеялся, что это не она, хотя прежде не беспокоился за телок и их бой-френдов.

– Ну да, конечно, это я, – всплеснула руками брюнетка. – Я ж с каждым трахаюсь!

– Не кипятись, – докаснулся Боря до плеча Полины. – Скажи, это не ты? Я лично верю, просто для достоверности, что Локону морду бить будем официально.

– Нет, не я, – вздохнула Полина. – В тот вечер меня трахала только паничка!

– Фух, блять, – выдыхнул Ваня. – На физ-ре будем заниматься боксом, а грушей будет?

– Правельно, Сева, – улыбнулся Мел.

– Я сначала поговорю, а дальше делайте, че хотите! – направилась в класс та.

***

Уже на перемене после литературы в классе царило напряжение. Полина знала, что на нее все смотрят. Почему-то ей было все ровно. Рита, смотря на всех с нескрываемым отвращением, потащила подругу в раздевалку.

– Локон совсем ахренел, – Елизарова натягивала на себя спортивную форму. – Я ему такую взбучку устроила, он аж покраснел. Но ты с ним поговори! При всех!

– Я-то поговорю, – фыркнула брюнетка, одевая облегающий костюм фесташкого цвета. – Боюсь, что Киса говорить с ним не будет, да и Боря с Мелом тоже.

Сидел этот костюм на теле Вишневской прекрасно. Все ее изгибы были хорошо подчеркнуты. Фигура у нее, конечно, была идеальная, так считала Рита. Но Вишня как-то не зацикливалась на своем теле. Полнота никогда ее не мучила, да и худобы не было. Золотая середина, если только. Рита с восхищением посмотрела сначала на себя, а потом на подругу.

– Полина, вы просто космос, – смотря в зеркало, Рита пару раз щелкнула их двоих. На память.

У Вишневской было много фотографий с разных красивых мест, а вот своих фоток маловато. Она не акцентрировала себя и свою внешность. Но от фотки с Елизаровой не отказалась. Потом они помчались в сторону спорт-зала.

Зайдя чуть ли не с ноги в кабинет, Вишня провела взглядом по помещению и нашла глазами жертву. Локонова. Сейчас ему будет не сдобровать. На него уже озирались Киса, Мел и Хенк, но как только зашла Полина, все смотрели на нее. У Вани расширились зрачки от такого вида Вишневской, но восхищение победило, и он улыбнулся. Мел перевел глаза на Севу, потом толкнул локтем Борю, тот тоже глаз не мог оторвать. Естественно, ей несколько девятиклассников по дороге до спорт-зала комплимент сделали.

Вишневская спокойным уверенным шагом приблежалась к Локону, от него отошли все, думая, что сейчас будет.

– Привет, любимый, – обратилась к нему брюнетка. Киса сзади охренел от таких событий. Егор и Боря нахмуренные стояли недалеко от Вишни. – Или как мне тебя называть?

Сева захлопал глазками, не понимая, что происходит.

– Севушка? Севунька? Сенчик? – девушка перечисляла до того, как все не рассмеялись.

– Ты че несешь? – нахмурился Локонов.

– Ах так! – разозлилась она. – Помотросил и бросил?!

Тут Локон вообще чуть в обморок не упал. Его глаза были в пятирублевую монету.

– Чего? Ты о чем вообще? – все также не понимал Сева.

– Как же! – развернулась к одноклассникам. Уже начался урок, а физрука в помине не было. – Кто ж мне на тусовке трахнул? "Полечкой", называл? – все затихли от такой речи.

Киса недоумевающе смотрел то на девушку, то на Локона. Он не знал, что она несет, но его злило, что Полина так говорит про себя, зная, что она врет. Но если бы это была правда, то он бы убил Севу, нахрен!

– Не было ничего такого! – наконец-то Локон сознался, а Полина ухмыльнулась.

– Меня, значит, никто не трахал? – она обратилась ко всем, в том числе и к Локону.

– Нет, – он сжался, боясь смотреть людям в глаза.

– Ну круто, – улыбнулась та. – Еще раз ты будешь пиздеть хуйню в мою сторону, язык вырву.

И она ушла. Просто пошла курить, оставляя Севу на растерзание Кисе. Зайдя в раздевалку, сразу закурила. Следом зашла Рита и молча затянулась.

Минут через пятнадцать Киса влетел в раздевалку. Юноше было все ровно женская или мужская раздевалка, ему было важно, как себя чувствует Вишня. Они же друзья. Она помогла ему, когда он болел. Ваня чувствовал себя ужасно из-за поведения Локона, поэтому притащил его в раздевалку тоже. Чтобы извинился. За ними зашли Мел и Хенк.

– Извиняйся, – толкнул Севу разъеренный Кислов. – На колени, баклан!

Рита ошарашено перевела глаза на Вишневскую, которая даже бычок затушила. Ее удивил Ваня. В таком гневном состоянии она его не видела. Но ничего не сказала, ждя извинений. Полина понимала, если она не примет его извинения, то Киса его до инфаркта доведет.

– П-про..сти, – тресясь от страха, шипел Локонов. – Я по..горечился.

Вишня взглянула на Кису, который отвернулся от Локона, смотря на девушку. Рита тем временем отошла от подруги, подойдя к Боре и Егору.

– С Кисой че? – с каким-то испугом тихо спросила Елизарова.

– Впервые вижу, чтоб он так бесился, – сложил руки на груди Хенкин. – Из-за девчонки.

– Ты Полинку с простыми одноразками его не сравнивай, – нахмурилась блондинка. – Я же вижу, как он на нее смотрит.

– Тоже заметила? – влился в разговор Мел. Рита покраснела.

В то же время Полина с отвращением смотрела на Локона, но все-таки решила простить.

– Ладно, забей, – подняла его с корачек Вишневская. – С кем не бывает, правельно?

Сева кивнула, вставая и пытаясь уйти. Полина его отпустила, а вот Ваня вцепился в его руку.

– Еще раз возле Полинки увижу, – Кислов прошелся ничтожным взглядом по Локонову. – кишками болтать будешь, вместо языка.

Отолкнув Севу, подошел к Вишне, осматривая со всех сторон, будто оценивая. В его глазах прыгали чертики и говорили, мол, видешь, че могу? А Боря подтолкнул Локонова к выходу, выпроваживая.

– Да, Киса, – усмехнулась та. – Закашмарил ты Севушку, коленочки дрожали.

– А нехрен пиздеть на своих, – оглянулся на пацанов и на Риту, которая, как чиширский кот, улыбалась. – Будь на твоем месте Ритка, я бы не промолчал.

– Да что ты? – шепотом усмехнулась Елизарова, а Хенк и Мел улыбнулись.

– Ладно, фиг с ним, – отмахнулась Полина, подходя к Рите. – Я вот об этом болтать ваще не хочу, погнали на урок?

Все согласились и отправились в класс информатики.

***

Сидя в столовой и перетирая косточки всех учеников в школе, блондинка и брюнетка думали, как сволить с ненавистной физики. Потому что, как сказала Рита, физичка – та еще шмара, и терпеть ее девушки не собираются.

– Короче, – с ухмылкой начала Елизарова. – Говорим классухе, что едем к зубному!

– Рит, – сомневалась в этой идеи Вишневская. – Ну вот, например, ты едешь к зубному, а я куда? На кудыкину гору воровать помидоры?

– А у тебя пломба вылетела! – нашла решение проблемы Рита, щелкнув пальцами.

– Тебе только на стомотолога идти, – усмехнулась Вишня, откидываясь на спинку стула.

В столовой был балаган. Половина учеников стояли в очереди за пиццой и сосисками в тесте, а другая половина уже доедали, так же болтая о том, как же достала школа.

К столику девушек подлетел Кислов, а из очереди показался Хенкин. Меленин терся около Бабич, все как обычно.

Киса приземлился на стул рядом с Вишней, жуя булочку и пытаясь вслушаться в разговор. Вот кто любил подслушивать, подглядывать и нарушать порядки, так это Ваня.

– О чем языками чешите, девчули? – не удержался спросить брюнет.

– Кис, ты хуже любой сплетницы, – нахмурилась Рита. Рядом уселся довольный Хенк, жующий сосиску в тесте.

– Ритуль, ну надо же мне знать, как поддерживать с тобой разговор, – похлопал ресничками Ваня, а Рита закатила глаза.

– Полин, ты что ничего не ешь? – интересовался Боря.

– Да я даже не знаю с чего начать, – с сарказмом произнесла Вишневская. – Вот вы что посоветуете?

Первая встряла возмущенная Рита:

– Воду посоветую, – метнула взглядом на повориху. – Хотя я этой ведьме даже воду не доверю!

Полина взглянула на полную недовольную женщину, по взгляду которой было сразу понятно, как достали ее дети – дикари.

– Чем же она тебе насолила? – усмехнулась брюнетка.

– Вот именно! – воскликнула блондинка, что все сидящие за столом вздрогнули, а Ваня с Борей чуть не подавились. – В началке пересолила мне суп! Всем нормальный отдала, а мне, будто она в нашего физрука втюрилась, до того соленый!

Полина посмеялась с рассказа Елизаровой, заметив, что подруга снова заинтересовано рассматривает Мела и Анжелу. Во взгляде блондинки была такая грусть и тоска, что хотелось не то, что рассплакаться, хотелось утопить в слезах бестию Бабич. Нет бы нормально отшить Егора? Нет! Она не с ним и не отдает! Не дать, не взять.

– А мне вот сосиски по нраву, – дожевывая, отозвался Хенк. – Нормальные.

– Фигня, а не сосиски! – воскликнул Кислов, а Рита согласилась. – Вот вишневые булочки – просто космос!

Хенк лишь закатил глаза, а Ваня уже решил за всех, что должен накормить Вишневскую этой булкой.

– Короче, Вишня, щас попробуешь лучшую булку на свете, – улыбнулся Ваня. – Но не переживай, с твоими они не сравнятся!

– Кислов! – нахмурилась Полина, воскликнув и хотя замахнуться.

– Ладно-ладно! Не горячись! – прошелся взглядом по Вишне Киса. – Эти булки ем только я!

– Это почему это? – переглянулась в Хенком и Ритой брюнетка.

– Потому что Тамара Васильна продает их только мне! – закинув ногу на ногу, хвалился Ваня.

– С чего бы?

– Тамарка за красивые глазки Кисе их дарит, – вмешалась хитрая Рита.

– А-а-а, теперь понятно, – улыбнулась брюнетка.

– Вообще-то я ее любим.. – начал Ваня, но его перебили.

– Привет и приятного аппетита, – подошел Ильюша ко столу. – Полин, можно тебя?

– Кудь, ты че? – усмехнулась Елизарова. – Полине от нас скрывать нечего, да, Поль?

– Да, – перевела взгляд на Кудинова. – Ильюш, говори.

– Это касается твоих родителей, – кашлянул он.

– Ну-у? – ждя ответа, произнесла Вишня. Все испытывающе смотрели на него.

– В общем, сегодня твои родители и мои устраивают у нас ужин, поэтому мне сказали тебя предупредить, что бы ты знала, – протер очки Илья.

– Круто, а почему мои родаки мне ничего не сказали? – улыбка пропала с лица.

– Не знаю, мне сказали лишь передать, – пожал плечами шатен. – Извините, что потревожил. Встретимся вечером!

– "Встретимся.." – повторила растеренная Вишня.

– Поль, ты чего? – заволновалась Рита.

– Я не пойду туда, – упрямилась Полина, а тем временем Боре позвонили.

– Это батя, – нахмурился Хенк.

Зазвонил телефон Риты и Кисы.

– Мама, – сказала она.

– Мама, – нахмурился он.

А Вишневская в недоумении достала телефон, будто ждя звонка. Дождалась.

– Мама, – хмурилась Полина.

***
завела новый акк в тт: kisavix
там выкладываю спойлеры к фанфику, обязательно подписывайтесь!