{{..Конец близок..}}

Такси тихо гудело, проезжая по тихим улицам, городские огни отбрасывали на лицо се Биок мимолетные оранжевые и белые узоры. она прислонилась головой к окну, глядя на мир, в котором наконец-то могла свободно жить. впервые она позволила себе надеяться.

"интересно, действительно ли с Али все будет в порядке", - тихо сказала она, и стекло запотело от ее дыхания.

Ги Хун улыбнулся, его голос звучал тепло и уверенно. - он справится. у него есть все, что ему нужно - жена, сын и средства, чтобы обеспечить им хорошую жизнь. Али из тех мужчин, которые достаточно сильны, чтобы все у них получилось. я верю в него".

Сэ Биок отвернулась от окна и посмотрела на него, выражение ее лица было мягче, чем он когда-либо видел. в ее глазах было что-то ранимое, но также и что-то решительное. - знаешь, - начала она, поколебавшись мгновение, словно собираясь с духом, - за последние несколько дней я узнала кое-что... То, чего, как я думала, никогда не узнаю.

Ги Хун заинтригованно приподнял бровь. "ой? что это?"

Она выдержала его взгляд, ее голос звучал ровно, но был полон эмоций. - Не все мужчины одинаковы.

Он моргнул, удивленный искренностью, прозвучавшей в ее тоне.

- всю свою жизнь, - продолжила она слегка дрогнувшим голосом, - я привыкла к тому, что мужчины смотрят на меня как… как будто я просто секс-игрушка. я перестала верить, что есть мужчины, которые могут видеть во мне что-то другое, - ее губы задрожали, но она продолжила. "но ты… ты другой. ты первый мужчина, которого я когда-либо встречала, которому, как мне кажется, я могу доверять. ты спас меня, ги-хун. ты не просто помог мне выжить в игре - ты помог мне остаться тем, кто я есть".

Он ошеломленно уставился на нее. какое-то мгновение он не знал, что сказать. затем улыбнулся нежной, ободряющей улыбкой, в которой чувствовалась тяжесть всего, через что они прошли.

- сэ-бек, - мягко сказал он, - тебе не нужно благодарить меня за это. ты спасла себя. все, что я сделал, это напомнил тебе о том, какая ты уже есть - сильная, храбрая и достойна большего, чем тебе когда-либо говорили.

Она опустила глаза, теребя пальцами край куртки, и впервые за много лет почувствовала, как слезы защипали ей глаза - не от боли или страха, а от чего-то, чему она не могла дать точного названия.

Он наклонился ближе, его голос был полон теплоты. - завтра мы отправимся в приют и заберем твоего брата. затем мы придумаем, как вывезти твою маму из Северной Кореи. я обещаю тебе, Сэбек, мы сделаем это. но сейчас нам нужно отдохнуть. ты через многое прошла и заслуживаешь того, чтобы чувствовать себя в безопасности."

Она медленно кивнула, чувствуя тепло в груди, которого не ощущала уже много лет. - куда мне следует пойти? на самом деле я не… есть где угодно."

Ги Хун снова улыбнулся. - ты пойдешь ко мне домой. это не так уж и много, но зато безопасно. и тебе не о чем беспокоиться. мы разберемся со всем утром.

Всю оставшуюся дорогу она почти ничего не говорила, но ее мысли постоянно возвращались к одной мысли: впервые она почувствовала, что не одинока.

Когда такси подъехало к дому ги Хуна, она последовала за ним вверх по лестнице, чувствуя, что каждый следующий шаг дается ей легче предыдущего. завтрашний день принесет новые испытания, но сегодня вечером она позволила себе поверить в то, на что долгое время не осмеливалась, - в надежду.
______________________________

Дверь квартиры со скрипом отворилась, и тусклый свет из коридора проник в небольшое помещение. ги Хун вошел первым, его шаги гулко отдавались на холодном полу, Сэбек последовал за ним по пятам.

Когда они вошли в гостиную, взгляд ги Хуна сразу же упал на знакомую фигуру его матери, неподвижно лежащей на полу. на мгновение его сердце остановилось, и его охватил холодный озноб.

- сэ-биок... - его голос дрогнул, когда он приблизился к ней. его дыхание участилось, а разум уже был охвачен всепоглощающим страхом.

Она не двигалась.

"мама?" - позвал он срывающимся голосом, опускаясь на колени рядом с ней. он осторожно пожал ее дрожащими руками, надеясь вопреки всему, что это какая-то ужасная ошибка. - мам, просыпайся.

Но ответа не последовало.

Сэ Биок молча стояла у двери, не сводя взгляда с ги Хуна, который отчаянно пытался привести ее в чувство, его руки давили ей на грудь, трясли за плечи.

Через мгновение он остановился. его руки безвольно упали по бокам, и он медленно отстранился, его глаза остекленели.

Это было по-настоящему. она исчезла.

Ги Хун рухнул рядом с безжизненным телом своей матери, его грудь сдавило, когда волна горя захлестнула его. он столько раз сталкивался со смертью, пережил жестокость игр и потерю стольких людей. но это... это было по-другому. это была его мать. единственный человек, который всегда был рядом, который дарил ему любовь, даже когда он чувствовал, что не заслуживает ее.

А теперь ее не стало.

Он лежал, дрожа, слезы текли из его глаз и капали на пол под ним. его рыдания были хриплыми, гортанными, как у человека, полностью сломленного тяжестью всего, что ему пришлось пережить.

Сэ Биок стояла в дверях, наблюдая за ним. она видела так много смертей за свою жизнь, но была другой. Боль ги Хун была ощутимой, жгучая утрата, которую она не могла игнорировать. она медленно подошла к нему, села рядом и положила руку ему на плечо.

Ее голос был мягким, ровным. - ги-хун...

Сначала он не ответил, спрятав лицо в ладонях, пока рыдания сотрясали его тело. но Сэбек не отстранилась. она осталась сидеть рядом, ее присутствие было молчаливым утешением.

- я знаю, это тяжело, - тихо сказала она, ее голос был нежным, когда она положила руку ему на спину. - ты через многое прошел, и это... - она глубоко вздохнула, ее сердце болело за него. - это больше, чем кто-либо может вынести.

Плечи Ги Хуна затряслись от слез, но когда он почувствовал, как она обняла его, он судорожно вздохнул и наконец заговорил, его голос был едва громче шепота.

- она была единственным, что у меня осталось, Сэбек. и я даже не смог защитить ее.

Его голос снова дрогнул, и вес его слов стал еще тяжелее. он подвел стольких людей в своей жизни, но не свою мать.… он обещал позаботиться о ней. все исправить. и теперь, в конце концов, он не смог сделать даже этого.

Сэ Биок нежно сжала его плечо, ее прикосновение было успокаивающим в своей простоте. "ты не подвел ее, ги Хун. она любила тебя. и она хотела бы, чтобы ты жил. чтобы ты продолжал любить ее, даже если ее больше нет рядом".

Он кивнул, его слезы утихли, но на сердце все еще было тяжело. он не мог представить себе мир без нее.

Но Сэбек была права.

Гихун на мгновение закрыл глаза, прерывисто дыша, боль все еще была, но уже не такая всепоглощающая. он собирался продолжать идти - ради своей матери, ради людей, которые помогли ему, ради тех, кто потерялся на этом пути.

Он не мог остановиться сейчас.

Сэ Биок оставалась с ним в тишине, обняв его одной рукой, предлагая ему то немногое утешение, на какое была способна. этого было недостаточно, чтобы унять боль, но на данный момент это было все, что у них было.

Часы прошли в тихих рыданиях, тяжесть горя тяжелым камнем давила на грудь ги Хуна. он не мог перестать плакать. казалось, каждая слезинка несла в себе горечь его неудачи, окончательность его утраты. его мать - его путеводная звезда, единственный человек, который всегда верил в него, - ушла. и как бы он ни старался, он не смог вернуть ее.

Сэ Биок сидела рядом с ним, и у нее самой было тяжело на сердце, когда она наблюдала, как он распадается. она знала, что такое потери в своей жизни, но это было по-другому. ги Хун через многое прошла, а теперь еще и это. он отдал все ради своей матери, а теперь ее больше не было рядом.

Она знала, что единственный способ начать исцеление - это отпустить его. медленно, осторожно она помогла ему подняться с пола, ее твердая рука лежала на его плече, пока он стоял, его тело одеревенело от усталости.

- мы должны похоронить ее, - хрипло прошептал ги Хун. - по крайней мере, она заслуживает покоя. где-нибудь в тихом месте.

Сэ Биок без колебаний кивнула. она поняла. как бы ни было больно, ги Хуну нужно было попрощаться.

Вместе они вынесли ее тело на улицу, чувствуя тяжесть своего горя на своих плечах. прохладный ночной воздух приветствовал их, когда они шли в тишине, улицы вокруг были пусты. город казался теперь таким далеким, как будто это больше не имело значения.

Они нашли тихую природную зону недалеко от города, небольшой клочок травы под большим деревом, где воздух пах свежестью, а ветер нежно шелестел в листве. идеальное место, подумал Гихун. место, где его мать могла отдохнуть, избавившись от боли.

Дрожащими руками ги Хун и Сэбек начали копать. казалось, каждая лопата земли уносила с собой частичку его сердца, но он не останавливался. он не мог остановиться. это было единственное, что он мог сейчас для нее сделать - дать ей место для отдыха, место, где она наконец могла бы обрести покой.

Пока они работали, лунный свет отбрасывал бледный отблеск на землю, освещая их мрачную работу. Сэбек тихо работала рядом с ним, ее движения были уверенными и целеустремленными. она чувствовала его боль, но знала, что он должен был попрощаться с ней.

Когда яма стала достаточно глубокой, ги Хун остановился, уставившись на землю. он чувствовал ее присутствие в воздухе вокруг себя, слышал ее тихий голос в своей голове, говорящий ему, что все будет хорошо.

С помощью сэ Бека они осторожно опустили тело его матери в могилу. руки ги Хуна дрожали, когда он укладывал ее, его сердце снова разрывалось, когда он произносил слова, которые никогда не хотел произносить.

- прости, мама, - прошептал он хриплым голосом. - я подвел тебя. я не смог защитить тебя.

Сэ Биок положила руку ему на спину, призывая на минуту замолчать. она ничего не сказала; она просто позволила ему горевать по-своему, чувствуя боль от этого прощания вместе с ним.

Когда могила была, наконец, засыпана, ги Хун и се Беок немного постояли вместе, глядя на свежую землю. такой финал казался неправильным. он хотел для нее большего. он хотел подарить ей мир, исправить все, что сам разрушил. но все, что он мог сделать сейчас, - это почтить ее память.

Он посмотрел на Сэбек. - Тебе не кажется, что ей понравился бы цветок здесь? сказал он мягко - прекрасная вещь на память о ней.

Сэ Биок кивнул. "что-то, что растет, что-то, что длится вечно".

Вместе они зашли в ближайший магазин и выбрали маленький, но изящный цветок - нежную белую лилию. вернувшись, они посадили его на краю могилы, как символ любви его матери, ее красоты и той жизни, которую она прожила. это было немного, но это было единственное, что ги Хун мог отдать ей сейчас - свою последнюю дань уважения.

Ги Хун отступил назад, глубоко вдыхая тихий ночной воздух, наполнявший его легкие. горе все еще не покинуло его, но в этом цветке, символе жизни и роста, было что-то такое, что заставляло его чувствовать себя немного спокойнее.

"спасибо тебе, сэбек", - прошептал ги Хун, поворачиваясь к ней, и его голос был полон эмоций. "я не знаю, что бы я делал без тебя".

Она мягко улыбнулась, ее глаза были усталыми, но теплыми. "ты не должен благодарить меня, ги хун. ты больше не одинок. я здесь".

Они стояли рядом в тишине, и тяжесть их общего горя окутывала их, как плащ. на самом деле это был не конец. это была просто еще одна часть путешествия. но сейчас ги Хун знал, что поступил правильно. он почтил память своей матери и, поступив так, сделал первый шаг к исцелению.

Завтра они продолжат. но сегодня вечером они могли отдохнуть - вместе, в тишине и покое ночи.
_________________________________________

1881, слов