Найди меня во тьме (18+)

Чёрная бмв довольно быстро появляется у места, где предложила ему встретиться. Набережная с видом на реку  у Восточной Верфи, почти безлюдная в это время приятно окутывает влажным но тёплым ещё ветерком. Стрейд бодро выходит из машины и за пару шагов оказывается возле нас, притормаживая только после взгляда на Марджери Стоун.

— Что у тебя? — холодно осаживает он мою попытку поздоровоться и переводит недовольный взгляд на Мардж. Часть уверенности в запланированном испаряется.

— Помнишь моё видение после пожара?

— Мэр и Карпентер?

— Да... Ты... ты веришь мне теперь? В видения?

Он опускает плечи и выдыхает, согласно кивает, чуть отвернув голову.

— Мне нужна помощь в том, что бы вывести мэра на чистую воду. Ты видел его последнее интервью? Про сенат?

— Я не смотрю телевизор, — коротко обрубает агент, глядя пустым взглядом на реку.

Марджери уже находит нужное видео в интернете и подсовывает ему. Мы некоторое время молчим, пока мэр проигрывает отрепетированную речь.

    Мужчина сжимает челюсть до появления желваков на щеках, затем бьёт кулаком по ограждению перед ним. 

— Я не хотел возвращаться в чёртову Саванну! — он снова поворачивает взгляд горящих глаз в сторону Марджери, она неосознанно отступает на шаг назад. —  И всё же прямой приказ, несмотря на моё сопротивление и желание Элманна выслужиться, стоило тогда ещё подумать кому это выгодно, — он медленно разочарованно вертит головой из стороны в сторону, словно пытаясь отрицать то, что только что понял.  — Мне буквально подсунули под нос того, кого я так долго искал и выслеживал...

Я тоже догадывалась о том, что не зря сюда прислали именно Стрейда, так сильно ненавидящего Джейсона, но не подозревала что политичекие игры могут быть настолько заранее продуманы.

— Это ещё не всё, — заставляю агента досмотреть видео до конца и только потом задаю важный мне вопрос — Скажи мне, что мы можем вывести Сартрида на чистую воду? — обращаюсь к нему.

— У нас на него нет ничего... кроме видений, — в голосе агента нет насмешки, скорее горечь. Теперь он обеими руками держится за ограждение прибрежной зоны.

— А чтобы спасти Джейсона? — спрашиваю ещё тише. Он лишь отрицательно машет головой.

— Мне пора... домой... куда-нибудь, — полностью теряю веру в то, что в этом мире вообще можно добиться хоть какой-то справедливости.

— Хэй, ты совсем  подавлена. Никто не отпустит тебя домой в таком состоянии, — произносит Марджери, она с надеждой смотрит в сторону Гидеона.

— Не втягивайте меня в свои бабские штучки. Мне нужно ещё кое-что узнать.

— Тогда мы поедем уже... — она звучит тихо с оттенком досады, что непривычно от бойкой Стоун.

А меня просто несут ноги к машине. Не понимаю что делать. Почему так рассчитывала на взрослого агента ФБР, будто у него есть коробка готовых решений.

— Стенсон! Давай внутрь! — он доганяет нас и неожиданно заталкивает меня внутрь на водительское сиденье, а сам усаживается на заднее пассажирское. — Ты можешь дословно вспомнить всё, что слышала в видении? Или как-то вызвать его вновь? Каждое слово, что они сказали друг другу и в каком порядке?

— Думаю, да, но там не так много текста. Что у тебя на уме?

— Я одна ничего не понимаю? Что за видения?

Вспоминаю, что Мардж, хоть и на моей стороне, но всё же знает не всё. Вздыхаю. Не хочется обижать её, но по-другому не выйдет.

— Марджери, ты можешь подписать документ о неразглашении прямо сейчас? Что-то наподобие того, что мы дали Хемстону? Прости, без этого никак.

— А=а... Да, конечно, у меня даже есть с собой, только имя вписать... Я сейчас... — она лезет в сумку и мне становится неуютно.

— Мне нужно обезопасить себя... Ты и так на моей стороне, но... Хэй, ладно забудь, — кладу свою ладонь на её, уже доставшую бумаги.

 — Нет, Селестия, всё нормально. Это верное и очень взрослое решение. Никогда не позволяй никому втереться к тебе в доверие настолько, что ты пожалеешь об этом. Лучше перестраховаться! Говорю как твой адвокат: никогда не извиняйся и не бойся кого-то обидеть,  если речь о твоей безопасности! Вот, смотри, — она подписывает бумагу и передаёт её на подпись мне.

Стрейд, на которого я бросала пару раз взгляд во время пламенной речи Мардж, смотрит просто в никуда. Кажется мы все трое почувствовали, что не вся её речь была предназначена мне. Нужно разрядить обстановку.

— Так что ты задумал?

— У нас есть оборудование, которое может подделать любой голос, любую аудиозапись.

— Но её так же смогут распознать как подделку?

— Нам не нужно сливать её официально, только включить на публике, заставить его сознаться. Если он поверит что запись реальна, то сам себя подставит. У нас есть масса примеров его голоса, чтобы сфабриковать запись, нет только...

— ...  голоса Охотника.

— Можно подобрать похожий, если ты хорошо помнишь его, будем выбирать и подстраивать. Это не будет звучать идеально, но паранойа сделает своё, главное точно следовать тексту, чтобы триггернуть и напугать Сартрида.

— Могу попробовать прямо сейчас... только не здесь, — оглядываюсь и пытаюсь вспомнить где оставила тот платок с каплей крови Карпентера. — Вы со мной?

— Без вопросов, — тут же отвечает Марджери, явно заинтересованная не только в том, что происходит, но и в присутствии Гидеона. Рядом с ним она кажется меньше обычного.

 — Я на своей машине, — согласно кивает Стрейд и выскальзывает уже в ночную темень.

   Мы прибываем к домику Фел за двенадцать минут, без лишних слов, словно криминальная группа в сговоре. Отключаю установленную недавно сигнализацию, сердце ёкает от воспоминания о Рое. Но сейчас не время страдать. Быстро нахожу ткань с оранжеватым пятнышком. Уже начинаю жалеть что позвала адвоката с собой. Не хочется, чтобы ещё кто-то видел этот мерзостно-странный метод. Мою заминку и взгляд на Мардж замечает Стрейд и верно всё понимаает.

— На пару секунд, — он странно нежно касается руки застывшей в холле Марджери и выводит её в прихожую. Иногда я действительно благодарна за его проницательность. 

Пока они о чём-то перешёптываются  у входа, прикасаюсь языком к пятнышку и внутренне обращаюсь в пустоту к моим двум узникам сознания. Они не отзываются, но перед высленным взором неохотно развевается знакомый туман.

Вижу как он-я прикасается к моей руке, вставляя листочек в суматохе пожара; как делает надрез на живом ещё теле женского пола, меж рёбрами, тонкий и аккуратный; вижу как он гладит кожу на руке спящего Джастина Сартрида; затем... вот оно! 

— "Он не должен пострадать! Мне нужно всего пару дней до интервью в студии"

— "Как скажешь, приятель. А мне нужна девчонка Стенсон, по-тихому. И ты обещал мне казнь Гэллофри".

— "За ней следят мои люди. Мы сможем подставить её и арестовать, во время спасения Джастина моим человеком. Затем сфальсифицируем побег от конвоя, и она твоя.

— "Пару раненых или убитых копов при "побеге" поможет сделать так, чтоб она нигде не смогла спрятаться, господин мэр."

— "Убийство копа повлечёт дополнительное расследование, мои люди не пойдут на это."

— "Придумай что-нибудь, приятель. Найми кого-то. Тебе это тоже на руку, чем больше жертв, тем громче шумиха, — вкрадчиво говорит за меня посторонее тело, ощущая презрение к скользкому трусливому Сартриду. — Нельзя, чтобы она начала говорить, если ускользнёт..."

— "Если хоть волос с его головы упадёт — я тебя из-под земли тебя достану... "

— "Он мне не интересен, не бойся, Дэн. Но я хочу, чтобы ты меня верно понял: мне нужна девчонка, деньги это лишь часть уговора! Твой малец уже доверяет мне, он даже испугаться не успеет и будет на снотворном всё время, что тебе понадобиться."

— "Я деловой человек: если я сказал, что ты получишь эту сучку, значит так и будет. Мне нужно лишь устранить вездесущую рыжую Цербершу. Она вечно что-то вынюхивает и трётся возле этой Стенсон."

— "О, у неё тоже есть  слабости. Присмотрись к её похищенной племяннице: разрез глаз и форма ушей могут о многом рассказать. Всегда можно сделать так, чтобы она была занята своими проблемами."

— "Тогда поможешь в этом. Я дам знак, когда начинать. Потом ты должен исчезнуть из моего города. Красная лампа, запомни."

— "У меня хорошая память, Дэн..."

— "Не называй меня так, ты, мелкий... " — он лишь озлобленно тычет в него-меня пальцем и сжимает челюсть, не решаясь высказать своё реальное отношение...

Туман рассеивается. Стараюсь максимально дословно пересказать всё что слышала, но новые факты пугают. Решаюсь позвонить Миранде и пересказать суть дела, пока Стрейд говорит по телефону, а Марджери испуганно перебирает бумаги, пытаясь скрыть чувства. Затем он вручает мне лист с ручкой и просит снова заглянуть и указать все промежутки между фразами в секундах. С первого раза не выходит записывать, и я просто проговариваю их вслух. В последний раз даже есть пара записей но видение уже настолько слабое и расплывчатое, что прерывается на середине. ЧУвствую себя совершенно измотанной, и он соглащается принять то, что есть.

— Я должна выманить Карпентера на встречу или звонок... Его голос трудно будет подделать: этот странный акцент, растянутые звуки...

— И как планируешь это сделать? — интерес с беспокойством и сарказмом смешиваются в голосе медведя.

— Это очень опасно! — одновременно со Стрейдом произносит Мардж.

— Пока не знаю...

— Ты не получишь моего одобрения в этом вопросе, но я должен быть в курсе всех попыток, — достаточно твердо заявляет Стрейд.

— Ты не образумишь её?! — почти возмущённо выявляет свой страх Марджери.

— Я хорошо понимаю, насколько это неэффективно. "Если не можешь предотвратить —повлияй в нужном тебе направлении"! Забыла?

— Хотела бы забыть! — девушка почти по-детски обиженно вскидывает подбородок. — А ты не меняешься!

— Волка клыки и лапы кормят.

— Только прирученные волки стали собаками, другом человека, и получили корм в благодарность.

— Всё ещё надеешься меня приручить? Или выдрессировать? — в его сейчас острых глазах борятся эго, давняя боль и скрытая надежда.

— Иди к чёрту, самовлюблённый осёл!

— Гх-м, — пытаюсь тактично вклиниться в перепалку. — Не хочется вас прогонять, но уже слишком поздно для драматических потасовок и день сегодня был нелёгкий...

— Да, прости. Тебе нужно отдохнуть, переосмыслить всё и избавиться от глупых идей. Завтра обсудим твой контракт на съёмку.

Они оба покидают дом Фел, и я с некоторым облегчением закрываю дверь и вспоминаю о сигнализации. Странное ощущение постороннего присутствия не даёт мне пойти в постель. 

Может, слишком рано отпустила агента ФБР из своего пристанища? Это то, о чём говорил Рой?... Ощущение внимательного взгляда ...

Странный порыв заставляет заглянуть в окошко входной двери и присмотреться к темноте. Но этого оказывается мало. Повинуясь интуиции и частично страху, снова отключаю сигнализацию и открываю дверь. Прямо напротив на алее нет ещё одного дома, лишь старинная скамья с неработающим фонарём и раскидистое дерево, окружённое плотными кустами. Опасность чьего-то присутствия на опустевшей ночной улице незримым ветерком веет прямо в лицо. Хочется закрыть дверь и спрятаться под одеялом, но пытаюсь пересилить свой страх и просто стою в проёме, сжав железную ручку до побелевших костяшек.

Теперь тоже это чувствую: там кто-то есть. Незримо изучает меня, словно проверяя выносливость и смелость. Мог ли он слышать о чём мы говорили? Разгадать наш план? Как он выследил меня досюда? И как узнать его новые планы относительно меня? Мне ведь нужно выйти с ним на связь, и это может быть неплохим шансом.

Позади Негодяй подаёт вопросительный "мрррр", но не подходит ближе, возможно также ощущая опасность. Оглядываюсь на кота и вижу настороженный взгляд во тьму и пригнутые назад уши. Он явно чует опасность, но его присутствие придаёт мне немного смелости.

— Если есть что мне сказать — оставь послание под камнем, — произношу достаточно громко плотной почти живой темноте впереди и пинаю большой декоративный валун у входа.

Несмотря на то, что ни единого шелеста не доносится с противоположной стороны, нутром чувствую как густая тьма заинтересованно и удовлетворённо пошевелилась, будто наклонившись поближе и прислушавшись ко мне. Борюсь с желанием передёрнуть плечами, несмотря на сжатые до металла мышцы спины.

Ещё пару мгновений потерпеть, просто стоять... Чтоб он не подумал, что боюсь...

Но всё же противные мурашки, заскользившие по плечам и спине вынуждают наконец закрыть дверь и включить сигнализацию. Тело сразу расслабляется и достаточно быстро добредает до спасительной кровати.

Прозвонивший утром будильник словно вытряхивает из меня не сон, а остатки жизни. Вставать невыносимо сложно. Еды в домике не припасено, потому выпиваю чай и, надев лавандовый с жемчужинами свитер и прямые классические брюки от Шанель, покидаю тихую гавань моего временного пристанища. В последний момент у порога вспоминаю о вчерашней ночи и возвращаюсь к огромному декоративному камню без особой надежды что-то найти.

Но, к моему удивлению, прямо под камнем лежит неровно оторванный тетрадный лист сложеннный вдвое. Дыхание перехватывает от волнения. Пальцы замирают в сантиметре от записки: это ведь может быть уликой, нельзя брать его голыми руками. Достаю носовой платок из сумки и аккуратно поднимаю находку. Уже в машине позволяю себе раскрыть записку и прочесть: "Сегодня в полночь жду тебя там, где был пожар. Одну. Иначе твой юный карманный адвокат не доживёт до утра".

Минуты три пялюсь на обведённые несколько раз написаннные ручкой печатные буквы и не могу поверить в угрозу. Рука наконец тянется к телефону с мыслью позвонить Марджери, но внутренний страх и шестое чувство подсказывают сначала набрать Стрейда. Оглянувшись вокруг машины на пустующую утреннюю улицу, решаю отьехать подальше от места  возможной слежки и набираю агента уже в пути по громкой связи встроенного блютус динамика.

— Что опять? — недовольно, почти по-медвежьи бормочет сонный Стрейд.

— Мардж... Где вы расстались вчера? — даже жрожащий голос выдаёт мои наихудшие опасения.

— Я лёг спать только в полчетвертого утра. Это не могло подождать?!

— Она у него! Карпентер оставил записку! Ее знаю что теперь делать!

— Стоп! — голос сразу же меняется. — Давай-ка сначала: что за записка?! Откуда знаешь? Звонила ей?!

— Ещё нет. Сначала набрала тебя... — в двух словах описываю ему своё ночное обращение в темноту и неожиданный ответ утром. — Даже не знаю стоит ли теперь идти в школу. Или позвонить ей? Может, это шутка...

— Скинь мне её номер и набери сама, но включи диктофон заранее. Думаю, он ждёт, что ты позвонишь проверить. Я поеду к ней домой и в офис...

— Не едь! Он не должен знать, что звонила тебе. Если она правда у него — мы только всё испортим...

— Дьявол! Ты права. Звони сейчас и сразу дашь ммне знать. Я пока обдумаю как поступить... Маячок Глории с тобой?

— На сумке...

— Перецепи на одежду внутри, где не видно, — он без прощания обрывает связь.

Припарковав машину у школы, пытаюсь унять дрожь в руках, пока набираю номер из списка недавних вызовов. Громкие тяжеловесные гудки  камнями падают в пропасть плотного напряжения. 

— Так не интересно, Джинни... Ты хочешь заранее разузнать правила моей игры, чтобы обойти меня на старте... Но я никому не даю себя обойти. Ровно в полночь, запомни. Если попытаешься прийти раньше и устроить засаду или привести своих друзей из полиции, — ей никто не успеет помочь. 

— Хочу услышать её, убедиться, что Мардж ещё жива... — говорю первое, что приходит в голову.

— В её крови яд, она не сможет произнести и звука. Он поступает медленно, по капле, но я в любой момент могу ускорить процесс, если ты будешь играть нечестно... И не опаздывай, Джинни...

— Как ты меня назвал? — испуганным шёпотом отвечаю уже затихшему после сигнала отбоя смартфону...

Так меня называет только Пол... Нет.. Он не мог...

Звоню Марисе, боясь дышать и даже забыв выключить диктофон. Вся грудная клетка сдавлена страхом. Вздрагиваю от стука в боковое стекло машины и знаком предлагаю Фелисити сесть внутрь.

— Он в порядке?! Мариса! Пол в порядке? — почти кричу не в силах справиться со страхом беспомощности.

— Да, насколько я знаю. Моя смена только недавно началась, я ещё не заходила...

— Проверь! Сейчас же!

— Уже иду... Что-то случилось? Откуда мысль, что с ним не всё в порядке?

— Просто проверь. Мне угрожает кое-кто... И он назвал меня "Джинни", так меня только Пол называет... У него уже есть заложница... Мариса, умоляю...

— Он здесь, всё хорошо, успокойся. Я осмотрю его и перезвоню тебе.

— Никого не пускай к нему! Можно поставить охрану?

— Послушай, дорогая, я понимаю, что ты напугана, но мне негде взять охрану, я врач, а не коп. Думаю, это просто совпадение...

— Пожалуйста... Просто пусть кто-то присматривает за ним...

— Перезвоню позже, — её голос напоминает строгого родителя, что пытается угомонить расшалившегося непоседу. Она, кажется, не осознает всю степень опасности. Вижу бегущее время на экране и отключаю диктофон. Сразу же набираю Стрейда.

— Она у него! Я записала голос, но там слишком мало. Он сказал в полночь... — выпаливаю на одном дыхании, боясь сорваться в истерику и зареветь. Гидеон в ответ просто молчит, слышу только его тяжёлое нервное дыхание.

— Сказал где? — наконец обрывает тишину. Ещё не слышала такого напряжения в его голосе.

— Не точно, только намекнул. Это...

— Не по телефону! Буду у школы через час.

— Не надо! Нельзя чтобы он нас видел, если следит. В школе я на виду, кто-то ведёт от моего имени соцсети. Давай в 14:30 там, где вчера все вместе виделись с Мардж.

— Не болтай об этом, — сухо произносит агент и первый обрывает связь.

— Твою мать... — только и произносит Фел, когда перевожу на неё испуганный взгляд. — Хей, ты уверена что хочешь сейчас идти на уроки?

— Больше некуда, негде отвлечься от этого кошмара. Пекло, это моя вина! Я обратилась к нему вчера, хотела подобраться поближе...

— К кому? У кого заложница? — её лицо заметно бледнеет несмотря на твёрдый взгляд.

— К Охотнику, гори он в аду! — отчаяннно выпаливаю и вижу как увеличиваются её глаза и зрачки. — Чёрт!Дерьмо! Прости, ты не должна была знать...

— Ещё один?

— Да и ему нужна я, не понимаю зачем...

— Как ты его нашла? Нет, не хочу знать. Тебе правда лучше быть сейчас в школе... и вообще на виду... 

Снова стук в окно, тело аж подбрасывает. Это оказывается Дуэйн.

— Сис, ты в порядке? Ты как-то... прямо подпрыгнула от неожиданности.

— Нет, — отвечаю честно. — Не могу сейчас обьяснить.

— Тебя снова кто-то разыскивает. Загадочная незнакомка по имени Нэнси.

 — Мне звонит отец, —  удивлённо подаёт голос Фел. — Встретимся на уроке. Проведи её! — последнее напутствие адресовано уже моему брату, на что он спокойно кивает и провожает точёную фигурку блондинки особенным взглядом с тенью грусти.

— Где ты видел Нэнси? — я выхожу из машины, которая когда-то казалась мне самым безопасным местом и следую за братом к углу школы. — Ди, у меня просьба. После школы езжай к Рикки, побудь с ним и расспроси его обо всех гостях что были у него за последнюю неделю или две. Он может быть в опасности.

— Ок. Если ты всё ещё веришь что эта съёмка для Вог поможет, я подстрахую тебя, могу даже переночевать там и пропустить завтра школу.

 — Дерьмо, съёмка! Совсем забыла за неё!  Надо как-то предупредить их! 

— Дома осталась визитка этой Карин. Сис, ты обьяснишь что случилось? — его взгляд не менее испуганный чем за пару минут до этого был у Фел.

— Мардж, мой адвокат... он похитил её и требует встречи...

— Кто? Один их этих? Ты звонила в полицию? Ты ведь дружишь с Заме...

— Нет, Ди! Нельзя! И прошу не сообщай Рою! Знает только агент ФБР, он поможет мне... но если ещё кто-то... она...

— Я понял, никаких копов, — он останавливает меня на секунду и берёт за оба предплечья. — Но не стану обманывать: я сообщу Рою. Он, кажется, единственный кто может придумать как защитить тебя, не рискуя твоей подругой. Вспомни, он оне из тех, кто совершает ошибки сгоряча.

— Ладно, — быстро соглашаюсь с ним, — Нужно отменить съёмку.

— Я позвоню маме...

— Мама точно ничего не отменит, она наиболее заинтересована в этих деньгах. Мой лэптоп. Он остался в домике, там их имейл.

Я уже вижу Нэн, Метта и ещё одну девушку с незнакомым лицом за углом школы. Не знаю почему но сейчас у меня чувство, что Нэнси не зря появилась в моей жизни именно сейчас.

— Если дашь ключи от Хонды, я съезжу домой за визиткой и твоим лэптопом. Только пообещай что найду тебя здесь, когда вернусь.

— Обещаю. Спасибо, — с чувством обнимаю своего близкого и такого родного младшего брата и целую в висок, прежде чем отпустить.

— Привет, пропажа. Макс говорит ты избегаешь его. Но мы вообще-то тоже волновались... — она подходит и обнимает меня. — Рада, что ты выбралась наконец из этого дерьма и даже в школу вернулась.

— Не выбралась, Нэн... Они словили не того, — на глаза наворачиваются слёзы. 

Эта девушка с ними... кто она? Странное чувство...

— Хей, не раскисай... Я могу как-то помочь? У нас сейчас негде  проводить тренировки, но мы всегда рады тебя видеть. Вот, я напишу тебе адрес... — она достаёт ручку прямо из пучка волос и начинает писать у меня на ладони. — Ты должна выбраться к нам на дружеские посиделки.

— Вообще-то ты можешь помочь. Сегодня я... должна отправиться в опасное место... — произношу негромко и замечаю как заинтересованная незнакомка придвигается чуть ближе.

— Можем собрать компанию наших и пойти с стобой, — предлагает Мэтт, оторвавшись от стены и настораживаясь, будто уже готовый к схватке. — Ты не одна.

— Кстати, да! Мы лёгкие на подъём, только скажи время и место, — Нэнси осторожно прикасается к моему предплечью. — Всё так плохо?

— У него заложница, — произношу шёпотом и с опаской смотрю на третью девушку, которую не знаю. — Я должна сама...

— Звучит дерьмово... Это, кстати Мел, ей можно доверять. Она наш инженер-новатор в сфере средств самозащиты, — Нэн представляет незнакомку, и та легко и дружелюбно кивает мне, качнув высоким хвостом с дредами. Затем, после паузы добавляет: — Кажется, я понимаю о чём ты. Привезём всё что найдём к окончанию твоих уроков, дождись меня. 

Она снова обнимает меня и целует в щёку, и отходит к недалеко припаркованному мотоциклу, чтобы одеть шлем. Дружелюбно хлопнув меня по предплечью, Мэтт вслед за ней запрыгивает на железного коня впереди Нэнси.

— Рада была познакомиться, надеюсь, в следующий раз сможем пообщаться в более расслабленной обстановке, — произносит упомянутая Мел и уходит к своему байку, поменьше железного зверя Мэтта. Она ощущается странно, будто хорошо знаю её, притом уверена, что оне встречала её на тренировках.

Мне остаётся только направиться к опустевшему входу в школу. Чтоб вернуть себя к действительности достаю листочек Аннет с расписанием. Какой сегодня день недели?

Когда суд над Джейсоном?  Ами... умоляю... мне нужна твоя помощь... Чёртова кровь...  снова забыла... Сколько там осталось до окончания ритуала?...

Снова достаю смартфон, который оглушительно молчит отсутствием звонка от самого важного человека и набираю номер брата.

— Ди... прости что прошу об этом... мне нужна кровь, одна колба...

— Э-м-м... Уверена? Прямо в школе? Может, лучше дождаться вечера?

— Нет, это не ждёт. Просто спрячь её как-то. Ты... уже связался с ним?

— Ещё нет. Думал сделать это позже, чтобы он не попытался помешать тебе, похитить и запереть где-нибудь... — он пытается пошутить, но вскоре добавляет серьёзно: — Ведь этого ты нам обоим не простишь.

— Да... наверное, ты прав. Я и сама не знаю чего хочу сейчас и как правильно... Просто внутри так больно и страшно... И эта чёртова порезанная рука болит.

— Я захвачу для тебя обезболивающее... Что-то ещё?

— Что бы я без тебя делала? Ты... я даже не думала, что ты можешь быть настолько... за меня... Просто быть рядом во всём, без вопросов, сомнений, упрёков, без навязывания своих истин. Я слишком часто чувствую себя одинокой, слабой и растерянной...

— Я не смог тебя защитить, не смог найти и спасти от всего, что ты пережила, не смог даже предотвратить второе похищение. Я слабак и понимаю, почему ты всегда держалась от меня на дистанции. Ты всегда защищала меня, а я ничего не смог сделать. Когда-нибудь я изменю это, стану похожим на тебя или отца, а пока просто хочу быть рядом с тобой, во всём.  

Не в силах ничего ответить от накативших на меня чувств, просто разъединяю связь и начинаю сотрясаться в безмолвных рыданиях. Даже сама себе не могу ответить: это от радости и облегчения или от стыда за себя.

Прозвеневший в школе звонок пугает и одновременно отрезвляет меня. Выравниваю спину и вытираю слёзы, чтобы переступить порог почти что вражеского сооружения.

Первым же человеком, вышедшим мне навстречу, оказывается Анжелика Вудс и сразу же сносит в сторону мысль о том, что это совпадение.

— Я невольно стала свидетелем твоего разговора и... слабости... Но это помогло мне поверить, что ты не тот монстр, за которого тебя все принимают... Я шла к тебе чтобы... Не знаю... чтобы высказать как ненавижу тебя за ту просьбу к Охотнику, за то что Сай сдался и пострадал, хотя пытался лишь меня защитить... Но...

— Но? — устало переспрашиваю, хоть мне откровенно наплевать за что и как сильно она меня ненавидит. Просто не могу сейчас пройти мимо.

— Но я, как и ты, тоже не знаю "чего хочу сейчас и как правильно". И мне также очень больно внутри, страшно и одиноко... Я тоже аутсайдер, ведь числилась в списках жертв, но не пострадала. Меня словно винят в отсутствии ран... Наверное, как и тебя...

Она реально думает, что я не пострадала? Кто ещё так думает?...

— Но если б не все эти грёбанные убийцы, я бы никогда не узнала Сая, что он влюбился в моё фото у... мамы на столе... Она не призналась бы мне, ведь так? — она совершенно растерянно задаёт свой главный вопрос.

— Думаю, нет.

— Тогда я благодарна тебе за правду... И у меня есть просьба... Она почему-то считает тебя... важным человеком... Не могла бы ты заступиться за Саймона? Он очень хороший... и...

— Я знаю, — просто киваю ей устало, оборвав неуверенный поток слов. — Я уже говорила ей это, но постараюсь ещё.

— Спасибо! Мы с тобой разные очень, и вряд ли станем подругами, но враждовать я тоже не хочу, — после искренней поспешной благодарности она начинает нервно тараторить, пока я набираюсь терпения и просто жду возможности уйти. — Если тебе нужна будет помощь, — ты всегда можешь обратиться...

— Хорошо, — отвечаю достаточно искренне и обхожу её на пути к злосчастным дверям.

Внутри меня сразу встречает Фел.

— Где ты была? Я себе места не находила на французском! И мне написала Ирен Митчелл! Нас официально пригласили в их сообщество жертв в церкви, сегодня на 15:30!

— Фел, я не могу. Ты же слышала про Мардж...

— Не думаю что будет второй такой шанс... Я бы хотела, если честно, но без тебя не пойду... просто это лучше чем делиться всем дерьмом с посторонним мозгоправом... Можешь сделать это ради меня, хотя бы на полчаса? Если не понравится — уйдём... — в её голубых глазах столько надежды, что не могу отказать и просто киваю. 

Позволяю ей увести себя на следующий урок и некоторое время нахожусь в прострации, пытаясь предугадать действия последнего и самого опасного Охотника. Ни один из вариантов мне не нравится, и всё сильнее сжимается всё внутри.