Школьные деньки

Вновь пошёл дождь. Лицо окропляли капли ледяного дождя. Завыл ветер. Погода опять ухудшилась. Лепестки цветов кружились в танце вместе с листьями. Зелёная трава потемнела. Над городом нависали тёмные тучи. Скоро должна была начаться гроза. Два скелета над этим лишь посмеялись и побежали домой через парк, закрывая голову рюкзаками. Ныне прекрасная погодка сменилась на пасмурную. Все монстры, что находились на улице, побежали по домам, а кто-то просто нахмурив лицо, медленно поплёлся обратно в здание. Да уж, они упустили такой прекрасный шанс наконец-таки лицезреть этот город в лучах солнца. Послышались хлюпанья от ботинок по лужам дождя. Брызги разлетались в разные стороны.

      Его повалили в кусты. Кости слегка поцарапались. Он лишь обернувшись, сильно удивился. Осознание медленно дошло до него. И он тут же застыл от страха. Он понял, что сейчас ему не отделаться. Он еле как проглотив ком в горле, сказал:

— Э-эми? — голос был чуть хриплым и дрожал от страха. Он ещё больше сжался от страха, как только та, кто прожигала его убийственным взглядом, начала говорить.

— Да, Фреш, это я. Но не это важно. — она уселась поудобней на траве, совсем на замечая дождь и свою мокрую на сквозь одежду, продолжая говорить. — Ты же знаешь, зачем я тебя здесь нашла? — голос холодный, мрачный, он всё так и поедал изнутри, заставляя говорить лишь правду. На её вопрос Свежий лишь кивнул, продолжая со страхом смотреть на Эми.

— Вот и хорошо. Теперь ответь мне… — она поправила свои уже мокрые волосы, собирая их в высокий хвостик, продолжая говорить. — Какого же это чёрта, ты, Фреш, не знал, где же Омни пропадала? Ты что, совершенно о ней не волновался? — голос стал более отчуждённый, в нём появилась явная ненависть к этому яркому скелету, хоть по её лицу и не скажешь. Фреш не знал как ей ответить, хотелось сбежать, спрятаться, да хоть убиться! Но лишь бы не отвечать на этот вопрос. Ведь он знал, знал, где пропадала Омни! Он сам был виновником этого бедлама! Ему хотелось уйти даже под землю или, например, провалиться, чтобы в него молния ударила. Свежий не хотел отвечать. Но ничего не поделаешь, от правды не скрыться. И почему же именно он должен говорить правду, а другие спокойно лгать?

— Я, конечно же, волновался, но когда я ей звонил, она мне отвечала, что просто болеет. И ведь я так и думал. Тем боле, что ты тогда не была в школе. — Жаль, но он лгал и за это чувствовал огромную вину. Он знал, что виноват. Но говорить этого было нельзя, пока он сам во всём не разберётся. Он не был до конца в чём-то уверен, и хотел всё же найти другое объяснение смерти Омни, нежели правда. Ото сейчас обвиняют во всех его грехах Инка. Он совершенно не любил ложь, но в этой ситуации у них нет выбора. Ведь если обвинят его самого, его братьям будет грустно, а если Инка, то тоже многим будет плохо. Лучший вариант: подстроить всё под несчастный случай или что-то подобное.

      Эми не верила ни единому слову Фреша, но доказательств и верить, и не верить ему не было, так что приходилось лишь смириться. Свежий уже тоже успокоился, пытаясь не выражать страх. Да, он конечно же боялся её, ведь как никак Эми — сестра Омни, и она ведь прекрасно знала, что те были вместе. Фреш перед тем как пропала она, был её парнем. Вот поэтому ему и было грустнее всего за её смерть. Она была той единственной, что была с ним всегда, не предавала и была на его стороне. Фреш всем сердцем сожалел о её смерти, искренне не понимая, чем Омни так обидела Тёмного, чтобы тот убил её. И ладно бы за просто так, как и всех других, но нет. Были причины. Но какие именно, Свежий совершенно не знал, да и не понимал. Он уже не был Тёмным, но воспоминания так и не вернулись, остались по ту сторону, в забвении. Они наверное уже никогда больше не вернутся к нему, оставаясь по ту сторону его сознания, что заперты навсегда для него.

      Сестра Омни лишь цокнула и слегка понурив голову, сказала:
— Но как она могла тебе ответить, если уже тогда пропала? — её голос уже не был так холоден, а лишь слегка подрагивал. Чувствовалась отчуждённость и безысходность. Она грустила, хоть и не хотела этого выдавать, Фреш всё же знал это и прекрасно понимал её. А дождь на улице и напрочь сырая одежда лишь добавляли грусти в эту ситуацию. Они оба были не в лучшем настроении. И для них обоих Омни была больной темой для разговора. Фреш сейчас сидел и думал, как же ему нормально изложить свою мысль. И вот, у него в голове появилась идея, и он подняв взгляд на Эми, более уверенным голосом, чем прежде, сказал:

— Я не знаю, правда. — он решил, что было бы лучше, если бы он просто говорил то, как будто ничего не знает. Да, это плохая идея и вряд ли ему поверят, но попробовать стоит. Всё же Фреш верил, что ему она поверит, хоть всем своим видом и говорила обратное. Хотя по виду о ней вообще мало что сейчас можно сказать: холодный взгляд, опущенные глаза, рот, скривлённый в угрюмой ухмылке, слегка подрагивавшее тело от холода. Эми бы очень хотелось поверить словам Фреша, но она не могла. Было слишком много причин для недоверия. Он ведь тогда тоже отсутствовал в школе, все говорили, что он просто сломал ногу, но тогда почему же он сейчас не в школе, она не могла понять. А слепо поверить она тоже не могла, ведь тот был в огромных рамках недоверия. И лишь вновь цокнув, Эми сказала:

— Если это так, то…почему же ты сейчас не дома? У тебя же вроде должна быть нога сломана, верно? — она прикусила губу, её взгляд потемнел. Она о чём-то сожалела и…грустила. Эми очень хотела верить этому яркому скелету, ведь ему не особо сладко пришлось в жизни, а уж тем более ещё сейчас вешать на него подозрения в убийстве своей сестры. Она просто не знала, что ей сейчас делать. Она в безысходном положении. Свежий же её прекрасно понимал, и мягко улыбнувшись ей, сказал:

— Да, верно. Но на самом же деле я тогда просто искал Омни, а после просто упал с какого-то здания и мне пришлось остаться в больнице. Извини, что не сказал тебе. Просто ты бы рассказала кому-нибудь в школе о том, что я прогуливаю. — Фреш опять лгал. Ему это совершенно было не по душе, но что уж тут поделаешь. Выхода попросту нет. Душа раскалывалась на две части. Он не хотел лгать сестре Омни, но делал это. Как же порой сложно разобраться в себе и выбрать что-то одно, верно? Эми же сейчас ещё сильнее прикусила губу, чуть ли не до крови, и лишь шмыгнув носом, уже из последних своих нервов и сил, сказала:

— А что же это ты мне не сказал об этом? Я тогда тоже занималась её поисками. Думала, что она с тобой. А ты…ты… — у неё из глаз потекли слёзы, медленно скатываясь по её белоснежным щекам, падая вниз. Она держалась из последних сил. И вот, стиснув зубы, когда Фреш хотел что-то сказать, продолжила:
— Просто скрывался от меня, как чёртов трус! — она подняла своё лицо, смотря прямо в глаза удивлённого таким поведением Эми, Фреша. Её глаза были все в слезах. Она была в отчаянии, её душа ужасно болела и хотела, чтобы ей кто-нибудь помог. Но всем было всё равно и на неё саму и на её бедную сестру Омни. Все лишь распространяли ужасные слухи о них. Говорили, что Омни просто покончила с собой и всё. Говорили, что она просто сбежала из дома. Никто не знал правду, а если и знал, просто игнорировал её. Свежий просто молча обнял её. Эми лишь громче заплакала. Теперь она выглядела словно маленький ребёнок. Она просто хотела кому-то выговориться, выплеснуть все свои эмоции, которые так долго накапливались в ней, с момента исчезновения её любимой сестры. И вот, ей медленно становилось легче. Она выплакалась, всё выговорила. Слёзы уже перестали течь из глаз. И Эми лишь шмыгнув носиком, отодвинула от себя Фреша, смотря на капли падающего дождя. Ей стало так легко на душе. Свежий это почувствовал, и улыбнулся, присев рядом с ней. Они просто смотрели из-под дерева на улицу и дождь.

      Прошёл час. Эми за это всё время уже заснула, облокотившись на плечо Фреша, который вовсе и не возражал. Но вот, уже довольно-таки темно стало. Свежий попытался разбудить спящую Эми, но та крепко спала. Похоже, что она слишком сильно измоталась и проспит ещё очень долго. Фреш лишь вдохнув свежий воздух, улыбнулся, поднимая Эми на руки. Он медленно вышел из кустов, пытаясь случайно не упасть. Фреш пошёл к её дому, так как знал где она живёт из-за того, что часто заходил за Омни. Медленно идя по улице под ночным небом, он наслаждался погодкой, вдыхая аромат свежей улицы. Дождь всё ещё шёл. На улице ни души. Брызги от луж разлетались в разные стороны. Обувь Фреша уже давно промокла насквозь, и новые капли дождя ему были не почём. Он медленно доплёлся до дома Эми. Но забыв о том, что сейчас дома никого, он дёрнул за ручку. Но на его удивление дверь оказалась открыта. Хотя это не удивляло. Эми была ничем не лучшей в забывании чего-то, чем Омни или же сам Фреш. Похоже, что запереть дверь по своему уходу она опять забыла. Но зайдя за порог, Фреш вспомнил несколько фрагментов из прошлого. Он вспомнил какие-то слова из речи Омни, перед тем, как её убил Тёмный. «Вот бы позабыть имя твоё.» Голова загудела от боли, слова так и врезались в память, как будто бы их буквально выцарапывали в его памяти. Захотелось схватиться за череп от боли и закричать, но Эми всё ещё была на руках. Он дойдя до ближайшего дивана, положил её. Она задрожала от холода. Ну, понятное дело. Вся же насквозь промокла. И укрыв её тёплым пледом, ушёл, обдумывая слова Омни.

      Зайдя за порог дома, Фреш вновь услышал этот ужасный голос. Голос Тёмного. Он было подумал, что это просто воспоминание, но нет, тот явно обращался к нему самому. Свежий пытался его игнорировать, не слушать, но зайдя за поворот улицы, услышал отчётливый голос его тёмной версии. Тот явно хотел что-то важное сказать. Фрешу пришлось слушать.
«Хорошо, хорошо. Можешь и не слушать меня, но я предлагаю тебе и вправду хороший вариант избежать кары за твой грех. И сделать это так, чтобы и Инка ни в чём не обвинили. И конечно же Эми тоже не будет грустно. Просто доверься мне, я всё исправлю сам. Просто доверься.» Фреш насторожился, продолжая идти, но всё же ответил, не боясь говорить вслух, так как на улицы практически никого не было, натянул на голову капюшон:

— У меня нет причин тебе верить. И знаешь, похоже, что ты и вправду уже ничего не можешь, раз как прежде не убиваешь, когда хочешь. — после он улыбнулся и усмехнулся. Это не понравилось его тёмной версии, и в голове всплыло ещё одно воспоминание, только боль в голове усилилась, Свежий покорчился, ему пришлось остановиться на месте. «Знаешь, теперь я сижу и думаю, иди-ка ты на небо. 'Может он поймёт, может он простит' я так постоянно думала, но нет. Ты — Фреш, ужасен. Вот бы позабыть имя твоё». Теперь весь пазл потихоньку складывался воедино. И Фреш понял, что сможет всё выяснить, хоть и не сразу. Но у него не было даже выбора и вот, он остановился, Тёмный опять сказал: «Слушай, да я в любой момент могу убить кого захочу, ведь я — это ты. Пф, ты что, до сих пор не понял? Я лишь проекция твоего подсознания. И так, а теперь слушай меня внимательно, Фреш. Я знаю, как сделать твою жизнь лучше и как ухудшить её. Так что тебе лучше бы послушать меня. В моей ведь воле всё. И именно по моей воле сейчас ты более или менее нормально живёшь. Будь благодарен. «Свежий опять в безысходной ситуации. Хотелось плакать. Но он лишь облокотившись на стену позади себя, съехал по ней вниз, говоря:
— Хорошо, я слушаю тебя.