Школьные деньки

Прекрасная погодка была на улице. Медленно цвели цветы. Солнышко освещало этот тёмный и непримечательный городок. Капли дождя, что совсем недавно ещё тучами возвышался здесь, стекали с крыш домов на землю, разбиваясь об твёрдый асфальт. Роса, на ещё слегка пожухлой от зимы траве, красиво поблёскивала под лучами солнца. Бутоны расцветавших цветов усеивали все полянки и места около домов. С озёр и рек сошёл весь этот лёд. Снег практически нигде не лежал. Свежесть и всё та же непонятная незыблемость заполонили всё пространство. На деревьях медленно, но верно, набухали почки будущих листиков. Повсюду летали лепестки цветов. Наконец жители выбирались на улицу. Дети спокойно гуляли на площадках, дыша свежим воздухом, не боясь, что в любой момент может пойти ливень. На улицах, как и летом, стоял шум и гам, детский смех и крики с примечаниями взрослых о том, что не стоит носиться по ещё не высохшим на дорогах лужах. Всё как всегда. Город вновь расцветает. Близиться окончание учебного года, а у кого-то и школы. Кто-то берёт заслуженный отдых с работы, кто-то, наконец-таки, может провести время со своей семьёй, а кто-то поступает на новую работу. Как бы-то ни было, люди постоянно работают и трудятся. Это единственное, что не меняется.

       Два скелета спокойно сбежав из школы во время уроков, лежат на пожухлой и слегка сырой траве, полностью усыпанные цветами, наблюдая за облаками на небе. Они были в парке, посреди огромных деревьев и цветочной поляны. За одним из деревьев стоял и наблюдал за ними один скелет, о котором наверно и пойдёт речь, ведь именно он виновник этой сей сложившейся, не особо-то и лёгкой ситуации. Хоть он и сам не понимает, почему его в этом не заподозрили. Ах, да, точно. Всем всё равно на него. Грустно, конечно, но, увы, от правды не скроешься. И так, наш скелет просто прячась за деревом, наблюдал за своим братом и тем, кого винят в его же ошибке, за которую почему-то поплатиться не он. Ну что ж, наш мир странен, ничего с этим не поделать. Этот скелет, которого звали Фреш, просто наблюдал за ними. Вы наверно спросите: «Почему он сам не в школе?». Так вот, все же наверно помнят, что этот яркий скелет пропал из школы на несколько дней и вот, наши скелеты придумали отговоркой то, что он сломал себе ногу, и поэтому не ходил в школу. Записку о том, что это и правда так, они выпросили у доктора Альфис, которой они помогали с её личными делами, и поэтому она не могла им отказать. И так, Свежий наблюдает за этими двумя уже наверно как час, может больше.

      Свежему что-то вдарило в память и он слегка покорчившись от головной боли, вновь взглянул на парочку. Те всё так же спокойно и беззаботно общались, наблюдая за облаками на голубом небе. Спросите: «Зачем Фреш наблюдает за ними?». Так он просто хотел дождаться, когда те разойдутся по домам, чтобы поговорить с братом. Свежий почувствовал какой-то холод сзади себя, его передёрнуло. Он вспомнил о том чувстве, что испытывал, когда был Тёмный. Он ненавидел это чувство, презирал и никогда не хотел больше его испытать. Хоть и вряд ли у него это получиться, ведь он столько всего натворил, что уж и за всю жизнь не расплатиться. Чувство вины. Оно медленно пожирает каждую клеточку тебя, заставляя обдумать все свои поступки. Тогда это было поистине ужасно, ведь он больше не хотел так поступать, но поступал и поступал, ведь Тёмному так хотелось, а вину за всё чувствовал именно сам Фреш. Холод становился всё сильнее, он обернулся. Это лишь его тень. Но ему показалось, будто бы это Тёмный. Сердце бешено забилось в груди, отбивая бешеный стук.
«Нет, нет, нет! Я не хочу вновь быть им! Не хочу! Почему снова? Почему?! Нет, я не позволю этому случиться вновь! Но тогда… с чего же это началось? А был ли он лишь моей второй личностью, иль и вправду лишь плодом моего больного воображения? Если он реальный то, куда же он делся? Или он никуда не девался, а просто притворился, будто исчез, а на самом — то деле и нет?». Его зрачки сузились, он было хотел крикнуть, как кто-то закрыл его рот рукой и повалил в кусты. Ветви неприятно хрустнули, но Эррор и Инк не услышали. Кости слегка поцарапались об острые ветки.

***

      Тишина. Она медленно резала слух, постепенно сводя с ума. Она давила на нервы, капала на, и так уже слегка расшатанный, рассудок. Всё что можно было услышать — так это собственное дыхание и еле слышное сердцебиение. Ни шороха, ни ветра, ни чьего-нибудь разговора. Совершенно ничего, сплошная тишина. Глаза пусты, но с каким-то странным, читаемым в них, желанием смотрели на скелета впереди, что казался не живым, но всё ещё таким прекрасным. На лице сияла улыбка во весь рот. Она казалась слегка странной даже тому, кто так улыбался. Но эти мысли быстро уходили из головы, заменяясь на одну тему. Кросс. Этот скелет не хотел никак выходить из головы. Практически мёртвый, но одновременно и живой. Словно бы живой монстр, что просто заснул навечно, сохранив навсегда свой прекрасный вид, что так медленно пытался свести его с ума. Было холодно. Странно, ведь сейчас в здании наверное градусов тепла так девятнадцать наверно, а ощущалось как семь. Не было, ни мурашек, ни дрожи. Наоборот, телу был даже очень приятен этот холод. Как же приятно было ощущать лишь этот холод, оставаясь один на один лишь со своими мыслями.

       Так не хотелось отводить взгляд от этого восхитительного существа, но пришлось, ведь мысли уже давно забрели совсем не туда. Рядом, на белом комоде слева, лежали многочисленные разные бумаги, разрезанные, пустые конверты и канцелярский нож, которым по всей видимости и вскрывали конверты. В голове появились странные интерпретации и предложения со словом «вскрывать». Но это почему-то даже ещё больше заинтересовало и обрадовало этого скелета. Он усмехнулся. Это эхом прозвучало в его голове.Неприятно. Хоть это ему и не понравилось, улыбка стала лишь шире. Он взял канцелярский нож и прокрутил его в руках, оглядывая. Обычный канцелярский нож, идеально-острое лезвие, жёлто-чёрная рукоять, слегка обшарпанный из-за времени. Улыбка стала больше походить на оскал, как только он вновь устремил свой взгляд на скелета перед ним. Глаза по-недоброму сверкнули.

      Скелет встал со стула, медленно подходя к своему возлюбленному. Тот безмятежно прибывал в временно непробудном сне.
.......... Такой живой, но............ .......одновременно и мёртвый........

       На лице расплылась улыбка, что смешивала в себе и неопределенное счастье и какое-то странное желание. В глазу горел лишь белый зрачок. Всё было как-будто бы в дымке. Холод полностью окутал тело. Разум и мысли завладели полностью. Реальность и вымысел стали одним и тем же, их теперь не различить. Всё спуталось воедино. Холодное оружие в руках практически не ощущалось. На лице так и зависла та улыбка. Желания стали в разы превышать факт того, плохо ли это или нет. Моральные устои потеряли смысл. Всё, что имело смысл — желание. «То, чего так сильно хочется, но оно никогда не сбывается.» — именно так и есть в жизни, но, увы, не сейчас. Сейчас же, желание стало иметь другое значение. «То, что вдруг захочется — сбудется.» — теперь желание же можно назвать лишь так. Сейчас всё, чего хочет он — сбудется. Странное же желание у него, но он этого хочет. И сейчас ему этого больше всего на свете хочется. Ему всё равно, плохо ли это или же нет. Главное — желание. И совершенно плевать, какого мнения об этом остальные. Это не волнует. Лишь желание, что полностью овладело им. Всё равно, как на это отреагирует его возлюбленный. Да и вряд ли он успеет отреагировать. Странно, но его всегда так привлекали эти трупы. Прекрасные, не двигающиеся, вечно оставшиеся в этом возрасте, навечно застрявшие по ту сторону. Ему было грустно иногда от осознания того, что монстры не могут быть вечными. И рано или поздно умирают. И в глубине своей души он всегда грустил о том, что его возлюбленный не сможет вечно оставаться таким прекрасным.

«Вечер. Время около девяти. Город давно укрыл мрак. Зажглись фонари. Шёл еле заметный дождь, слегка моросило. Все монстры разбегались по домам, торопились с работ. Этот мальчишка, лет так пяти, сидел на лавочке, махая ножками, уставившись в лужу от дождя, а точнее, в отражение луны, что прекрасным светом освещала один из переулков. Этот маленький мальчишка каждый вечер приходил сюда, чтобы встретиться с милым котёнком. И вот, сейчас он сидит и ждёт, когда тот вновь придёт. Юный скелет уже как месяц постоянно, каждый вечер бегал к этой лавочке, чтобы встретиться с котиком. Кот был ничейный и поэтому он решил сам дать тому имя. Мистер Полночь. Он долго думал над именем, но когда они ещё раз встретились, на котёнка случайно попал свет от луны и он решил дать ему такое имя. У этого миленького котика была тёмная, как глубокая ночь шерсть, выразительные и яркие, тёмно-зелёные глаза, и одно немного порванное ухо. Мальчишка даже когда-то сделал подарок этому котику ошейник с полумесяцем. Жаль, он не мог забрать Мистера Полночь к себе, ведь у его любимого братца была аллергия на них. Да и родители бы вряд ли позволили, те были против животных в доме. Скелетик уже начал зевать, ведь для него время уже было подходило ко сну. Родители его не искали так поздно, да и в общем не беспокоились, ведь практически каждый день были в командировке. Он медленно потёр свои глазки, те уже начинали закрываться. И вновь зевнув, мальчишка вскочил со скамейки, решив пока что пройтись вокруг. Его маленькие шажки отдавались эхом, он шагал по лужицам от дождя, в итоге чего забрызгал себе все штаны. Но юный скелет лишь хихикнув, прыгнул в огромную лужу. Итог: теперь он весь сырой. Мальчишка не расстроился, продолжая ходить вокруг. Слышен тихий звон металла под ногами. Он опустил свой взор вниз. Это ошейник. Мальчишка медленно поднял его, осматривая. И теперь у него не было сомнений, что это ошейник того чёрного котика, к которому он успел так хорошо привязаться за эти два месяца. Скелетик вздрогнул от страха, начав искать того самого по округе. Он заглядывал в каждый переулок, закоулок, даже под мосты заглядывал, но всё ничего. Никаких результатов. Он не желал сдаваться и продолжал поиски. Вскоре он завернул за какой-то угол. Перед ним стоял Мистер Полночь и большой бульдог. Юный скелет попытался подойти поближе к котику, чтобы забрать того, но собака зарычала, и набросилась на котика, а тот проскользнув мимо, исчез из поля глаз мальчишки. За ним тут же побежала собака. Последнее, что услышал скелетик, так это сводящее с ума «мяу». Из глаз медленно покапали слёзы, но он не ревел, а лишь смотрел вдаль. Он завернул за угол, в надежде, что его котик в порядке. Там, впереди, на тротуаре лежал чёрный котик. Мальчишка быстро подбежал к нему и хотел было обнять, как прикоснувшись к тому, на его пальцы потекла красная, непонятная для него жидкость. Руки моментально окрасились в красный. Он одёрнул себя. Мальчишка перестал плакать и лишь улыбнулся. Он так любил этого котика, ведь тот был таким прекрасным и хорошим. И всегда так хотел, чтобы тот навечно остался таким же. Вся грусть ушла. Скелетик взял котика на руки, идя в парк. На улице никого уже не было, ему повезло. В парке он раскопал небольшую ямку руками, и положив туда своего котика, взглянул на него ещё раз. На лице расплылась улыбка истинного счастья. И закопав котёнка, скелетик положил сверху ошейник того, и засыпал это всё горстью цветов. В лицо подул холодный ветер, и посмотрев на луну на небе, он идя в вприпрыжку, отправился домой. На кончиках глаз появились слёзы.»