41.)Вечная улыбка
Уже более недели, наверно, прошло после того, как он звонил своему непутёвому братцу, который только что и делал, как постоянно молчал и всё что-то недоговаривал. Ну вот зачем ему надо было молчать о стольких проблемах в жизни? Зачем?! Не лучшем было бы решением всё рассказать своему старшему брату? Разве нет?! Почему же этот глупец не мог как и все, просто высказаться, всё рассказать, наконец таки освободить свою дрянную черепушку от этого напряжения и проблем?! Ну, не родным братьям всё рассказать, а хотя бы друзьям, но нет. Этот скелет всё держал в себе, никому ничего не рассказывал, винил во всём лишь себя, закрылся от окружающего его мира, от друзей, от братьев, да от всех, от кого было только это возможно! Даже от самого себя закрылся, в конце концов! Ну вот зачем же ему это? Зачем? Зачем ему загребать самого себя в могилу одиночества? Зачем ему эта всепоглощающая, съедающая и пожирающая пустота внутри? Зачем вся эта кромешная тьма внутри? Это что, ему чем-то поможет теперь? Теперь ему уже вряд ли что-то или кто-то поможет, но всё равно, он всё ещё имеет шанс, хоть и очень крохотный, но всё же шанс, на своё спасение из темноты, пучины, затаскивающей его всё глубже и глубже на дно, из которого практически нет выхода назад, к свету. Может, он и будет спасён, а может, он так и погибнет в пучине темноты, так и не познав реального счастья, ведь всю свою жизнь, он лишь страдал и падал на дно. Да уж, ему сильно не повезло в этой жизни.
«Насколько же он пал?
И сколько он страдал?
За что же жизнь так наказала?
И сколько слов обидных сказала?
Когда его уж пощадят?
Когда его все простят?
И как же низко придётся упасть,
Чтоб снова в капкан не попасть?
Он снова и снова страдает,
За что же жизнь его так пинает?
И высок ли шанс того,
Что в сердце частичка его?
Сломался ли разум его,
Коль часть его самого?
И что же случится тогда,
Когда часть умрёт навсегда?
А что же с надеждой внутри?
Испарится ли на цифру «три»?
Каков шанс выживания,
Когда предали братья?
И сможет ли выход найти,
И путь весь с начала пройти?
Забудет ли всё навсегда,
Иль будет в тени он всегда?
И сколько прощенья бы ты не молил,
И сколько бы слёз ты не лил,
Он не возьмёт дрянное «прости»,
Он просто скажет тебе:
— Отпусти.»
Скелет, который прямо сейчас просто проклинал своего непутёвого и очень, по его мнению, глупого братца, ведь он не мог понять, почему же тот не хотел и вообще не имел желания всё рассказать и высказаться. Конечно, он очень даже понимал, что такое глубокая депрессия, ведь у него самого раньше она была, и он ели от неё избавился, и вообще, если бы он не повстречал своего любимого скелетика, то наверняка так никогда бы и не выбрался из пучин этой тьмы, которая будто бы затягивала, поглощала тебя самого, и ты становился пустым настолько, что перестал бы даже ощущать жизнь внутри себя. Просто казалось бы так, что ты опустел, внутри пусто, всё как будто бы вымерло и появляется ощущение того, что тебя покинула жизнь. Это по правде ужасное чувство. Тот, кто проклинал сейчас своего брата, очень боялся его потерять, боялся остаться без него, ведь он всегда ему помогал, поддерживал, хоть и иногда глупо шутил, он даже был тем, кто помог ему свестись со своей второй половинкой. Да уж, этот вечно улыбающийся скелет, который с виду был очень счастлив и рад всему, на самом то деле, в глубине своей души, он страдал, грустил, плакал, просил о помощи и каждый божий день пытался выкарабкаться из этой тьмы, которая медленно пожирала его, и он, всё это скрывал за миленькой и радостной улыбкой. Да уж, похоже, что он до последнего боролся за свою свободу, но как и все, он сдался. Или же нет? Осталась ли в нём капля той неиссякаемой надежды, или нет? Каков ответ на этот сложный вопрос?
.............................................................
Кто-то схватил Фреша за плечо, из-за чего, тому пришлось резко обернуться. Это был Рипер, но, что он тут делает? Да ещё и в такой час? И вообще, что ему понадобилось кромешной ночью, на озере, в парке? Свежий начал осматриваться и всматриваться вдаль, ища глазами Гено, так как знал, что они со Смертью вечно ходят вместе. Но похоже, что этот раз был исключением, Геннадия не было с ним. Странно. Ну да ладно, не суть важно.
Рипер отпустил плечо Фреша и просто присел рядом с ним, так же свесив свои ноги в ледяную воду. У Свежего появился шанс сбежать, но он им не воспользовался, подумав, что это не нужно. И нет, он не побоялся того, что после этот скелет в чёрной толстовке насильно потащит его за собой, отведёт в полицию, а там, его арестуют и приговорят к пожизненному, так как он убил многих монстров и даже не пожалел об этом, или что ещё хуже, в отделении полиции его сочтут невменяемым и отправят на длительное лечение в психбольницу, где будут такие же душевно-больные, как и он. Он этого всего уже не боялся, нет. Это даже немного поднимало ему настроение, веселило и заставляло невольно улыбнутся, тихо хихикнув самому себе. Фреш прекрасно знал и то, что этот Рипер может его и убить, за то, что он навредил его любимому Гене. Свежего это всё не пугало, он был спокоен как никогда. Всю ту тишину, которую разбавлял лишь гулявшего по воде ветра и тихое бултыхание ног в воде, прервал тихий и какой-то расслабленный голос Смерти:
- Слушай, я понимаю, что у тебя всё плохо, но всё же. Нельзя же заставлять собственных братьев страдать и сбегать от них, даже если это, по-твоему мнению, на их же благо. И твоё мнение всё же не правильно. Они не будут счастливы без тебя, пойми. Тем, что ты сбежал от них, якобы потому, что ты боишься им навредить, не делает тебя их спасителем. И вообще, от кого ты их спасаешь? От самого себя? А, Фреш, скажи мне, от кого же ты их спасаешь?
Не отворачивая взгляда от прекрасного ночного неба, проговорил Рипер, говоря всё так же тихо и расслабленно. На улице стоял не такой уж и сильный туман, ветер тихо разгуливал по воде, заставляя на ней появляться кружки, ледяная вода так и холодила ноги, заставляя пройтись мурашкам, было слышно лишь тихое завывание ветра, шуршание листьев на кронах деревьев, и тихое побулькивание воды.
- Я...не знаю.
Это было всё, что сказал Свежий на этот вопрос. Его холодящий голос раздался эхом в собственной голове, словно бы это были просто слова про себя. И всё же, от кого же он их спасал, от кого? И вообще, спасал ли он их, или же просто преследовал свои недостижимые цели и просто напросто играл свою роль? Что же скрывает Фреш?
- Ясно, ты сам не знаешь. Или просто мне говорить не хочешь? Я знаю, что тебе достаточно таки тяжело носить весь этот груз на себе столько лет, и всё держать в себе, но всё же. Ты же даже не попытался исправить всё это должным образом. Или ты всё же попытался, но сразу же сдался. Слушай, я никак не могу понять, что же творится в твоей голове, сколько бы я ни пытался, это бесполезно. Что же ты скрываешь ото всех, а, Фреш? Что же это такое важное, что ты никому не можешь об этом рассказать или хотя бы написать? Знаешь, о тебе ведь все так волнуются, беспокоются, а ты вот тут, просто сидишь, нечего не делаешь, и этим, заставляешь их страдать.
Рипер всё так же смотрел на ночное небо, ни на секунду не желая отрывать от него взгляд. Но теперь, после этих колющих душу слов, его выражение лица поменялось с завороженного на грустное и печальное. Похоже, что он очень пережевал, не за Фреша конечно, а за Геннадия. Ведь из-за своего дурного братца он стал уж слишком поникшим и грустным. Его лицо побледнело ещё больше обычного, под глазами появились чёрные пятна, из-за которых были практически незаметны его миленькие веснушки, которые так любил Смерть, он уже совсем перестал улыбаться, даже та надоедливая ухмылка с его милого личика пропала без вести, глазницы вечно выглядели уставшими, словно бы он не спал целую неделю, упиваясь одним кофе. Выражения лица вечно было грустным, уставшим от бесконечных попыток найти Фреша, которые конечно же заканчивались всегда неудачей. Глаза выглядели так, будто он не переставая лишь плакал и плакал, а про его дом вообще лучше промолчать; бардак такой, словно бы его хозяин настоящая нечистая сила, весь дом перевёрнут вверх дном, окна часто днями на распашку открытыми остаются, занося в дом новые потоки холода и отчаяния вместе с изморозью с улицы. Свет вообще прекратили выключать, Гено про это и вовсе позабыл, на кухне неубранная и немытая посуда тухнет, в холодильнике пустота и настоящая ватханалия творится, а завтракает он у Смерти в гостях. Уборка - это уже что-то странное для Геннадия, он перестал это делать вообще, и из-за этого всего, Риперу пришлось забрать Гену к себе домой, а то он бы так у себя дома бы и сгнил.
Вспомнив о плачевном состоянии своего любимого, Рипер уже более холодным тоном проговорил:
- Слушай, у тебя лишь два варианта. Либо ты идёшь и возвращаешься к своим братьям, либо ты остаёшься навсегда один и продолжаешь страдать, так и потонув в своей депрессии. Так, что ты выберешь?
Смерть тяжело вдохнул, и наконец таки оторвал свой взгляд от неба, опустив его прямиком на лицо Фреша. И снова, уже более свободно вздохнув, встал с деревянного порта, отворачиваясь от Свежего и направляясь к выходу.
Теперь перед Фрешем стоял сложный выбор и что же он выберет? Каков будет его выбор?