Get Granky [Harry Styles] [Larry]

Двумя часами ранее.

Гарри пришел домой после долгого рабочего дня. Он был весь в снегу и ужасно замерз. Парень направился к себе в комнату, попутно снимая пальто.

Зазвонил телефон. Незнакомый номер совсем не насторожил Гарри. В тайне он надеялся, что это Луи. Он давно хотел извиниться перед ним, но Стайлс слишком гордый, чтобы звонить первым. 

— Аллооо, — протянул Стайлс.

— Мистер Стайлс? — спросил мужской голос.

— Да. А с кем я говорю?

— Меня зовут Ирвинг, мистер Стайлс, и я врач. К сожалению, у меня плохие новости.

— Что? Я не понимаю о чем вы.

— Миссис Стайлс...

— Мама?

У Гарри перехватило дыхание. Она же на работе, в Швейцарии.

— Да... Она перенесла четыре операции.

— О чем вы говорите? Мама на работе. Какие операции? — недоумевал Гарри.

— У нее был рак груди, она лечилась у нас полгода...

— Что с ней?

— К сожалению, мы не смогли ничего сделать. Она скончалась два часа назад.

— Что вы несете?! — прокричал Гарри.

— Я очень сильно сожалею. 

— Это что, такая дурацкая шутка? — спрашивал парень, погружаясь в полубредовое состояние. Он говорил с ней позавчера и она рассказывала о новых коллекциях и планах на следующий год. Гарри просто отключил телефон и упал на пол от бессилия. Горячие слезы покатились по щекам парня. Он тяжело дышал, все еще не осознавая, что происходит. Гарри встал и оперся на стол руками, пытаясь не упасть. Снова и снова он прокручивал слова доктора в голове. Стайлс издал жалобный рык, со всей силы схватился за стол и опрокинул его. Шок сменился истерикой, слезы застелили глаза, и Гарри разрушал все на своем пути. В комнате парня не осталось ничего: книжная полка опрокинута, книги разбросаны, занавески, картины, телевизор, одеяла — все лежит на полу, а сам парень выбегает из комнаты, снося все оставшееся на своем пути.

Он сидит в комнате Ребекки и тихо плачет. Парень сжимает их совместную фотографию и разговаривает с ней.

— Почему опять я, Бекс? Ты ушла, ты больше не ты. А теперь и мама. Как я мог не заметить, что она больна? Я самый ужасный сын на свете. Она не заслужила этого, она должна была жить до самой глубокой старости, увидеть внуков. 

Все вокруг меня страдают. Я положу этому конец сегодня, милая.

***

Pov Луи.

Что я должен был делать? Я правда не знаю, что делают в таких случаях. Гарри просто сидит в моей комнате больше часа и тихо плачет. Мое сердце уже устало разрываться за этот час, и я просто тихо сижу. Лиам уехал к Зейну, чтобы не заставлять Гарри чувствовать себя лишним в нашем доме. Хотя я думаю, Ли делает это для меня. Я боюсь зайти к Гарри, но все же решаюсь заглянуть к нему, когда наступает полная тишина. Правда, не знаю что делать в таких случаях. Что мне делать? Ему нужна моя поддержка, или он хочет побыть один? Просто загляну. 

Гарри лежит на боку в моей кровати. Я беру плед из шкафа и укрываю парня им, потому что он лежит на одеяле. Накрываю его и делаю шаг назад, чтобы уйти спать на диван.

— Луу... — всхлипывает он.

— Да, Гарри, — осторожно отвечаю я.

— Побудь со мной, — просит он.

И мне не нужно повторять дважды, я забираюсь на кровать и ложусь рядом. Гарри поворачивается ко мне и долго смотрит на меня. Он будто что-то ищет. Я сглатываю от такого долгого и пристального взгляда. Вспоминаю тот вечер... Он снова так близко, так прекрасен и так беззащитен. Но я просто смотрю куда-то в пустоту. Мы лежим так около получаса, просто молчим, но не спим. 

— Роза — это Роуз, — вдруг говорит он.

Я очнулся от своих мыслей.

— Что? — переспрашиваю я.

— Ты спрашивал про татуировку, я обещал тебе рассказать однажды.

Я наконец понял, о чем он.

— Кто такая Роуз? — все также тихо спрашиваю я.

— Моя сестра. Она умерла, когда мне было семь... Она перерезала себе вены. Я видел это, Лу, понимаешь?

Голос Гарри дрожал, но ему просто нужно выговориться и знать, что мне не все равно. И мне правда не все равно, я хочу понять.

— Почему она сделала это?

— Она не смогла пережить смерти мамы и папы.

— Прости, кого? — теперь я точно ничего не понимаю.

— Мои родители... настоящие родители умерли в аварии. Она не смогла пережить этого.

Я видел, как блестели слезы в его глазах, а потом катились вниз. У меня перехватило дыхание. 

— Я... мне правда жаль, Гарри, — прохрипел я.

— Потом Сиси забрала меня к себе, потому что не могла иметь детей. Мы прошли с ней этот путь от нищеты до VIP приглашений на все светские мероприятия. Она не заслужила этого, — он всхлипывал и вытирал слезы. 

— Гарри...

— Она хотела, чтобы я снова вернулся к жизни после событий с Ребеккой, а теперь ее нет.

— С кем?

— Ее зовут Ребекка,-он грустно улыбнулся сквозь слезы, говоря ее имя, -Знаешь, Лу, она была невероятная девушка. Я любил ее со всеми недостатками... Я все еще люблю ее. Она делала меня самым счастливым человеком на свете.

Он говорил об этой девушке с такой любовью, что толика ревности проскользнула где-то внутри меня.

— Тогда где же она?

— Она в клинике для душевнобольных. Она сошла с ума после того, как потеряла нашего ребенка... Лу, я бы мог быть отцом.

Он посмотрел на меня, из глаз текли слезы, и я чувствую его боль. Этот мальчик столько пережил. Он потерял сегодня последнее, что держало его в колее. И я правда не понимаю, за что ему такие страдания. Он, не сдерживаясь, плачет, и я прижимаю его к себе, гладя по голове, говоря несвязные слова утешения. Я сам почти на грани. Я рядом, но я ничем не могу помочь, и это рвет меня на части. Только сейчас до меня дошло, почему он оттолкнул тогда меня. Он любит ту девушку.

В ту ночь я пообещал себе больше никогда не думать о нем как о парне. Он видит во мне друга, он нуждается в друге, и я буду им. Он заслуживает иметь настоящего друга.

***

Если оглянуться назад, то никто из парней не помнит нормально следующие несколько дней. Гарри лишь помнит, как он увидел тело Сиси, как его разрывало от боли, а слезы никак не заканчивались. Он помнит, как не смог оставаться в доме Сиси и уехал обратно к Луи. Томмо принял его, как и обещал. Гарри помнит Найла, который смог приехать лишь на одну ночь. Они долго сидели в комнате Луи, перебирая все самые яркие воспоминания, связанные с Сиси. Но Найлу пришлось улететь обратно. А потом кладбище. Сного людей, которые стоят вокруг. Луи, который не отходил от него ни на минуту. Когда все разошлись, остались лишь они вдвоем. Луи помнит красные глаза друга, помнит, как тот просил его поехать домой. Томлинсон понял, что Гарри похоронил ее рядом с настоящей семьей, хотя это не самая подходящая фраза. Гарри сидел рядом с надгробиями, Луи слышал, как он иногда что-то говорит, но не хотел подслушивать. До самого утра Гарри просидел на холодной земле, а Луи заснул в машине. 

Утром Луи проснулся от тряски, открыв глаза, он увидел Гарри за рулем. 

— Прости, не хотел будить, — сказал Гарри.

— Ничего. Ты в порядке?

— Ага... вроде как.

Луи ничего не ответил, лишь тяжело вздохнул. Он поражался силе духа этого парня. Пережив столько, он все еще держится на плаву.

***

Следующие пару дней Гарри провел в квартире Луи, отчаянно не желая возвращаться в дом, где больше не живет Сиси. Он весь день валялся в кровати, пока Луи отрабатывал свой последний день перед рождественскими каникулами. 

Парень успел сдружиться с Лиамом и Зейном. Гарри казалось, что они образцовая парочка поначалу, пока не увидел, как они ссорятся. 

— Почему я не могу собраться быстро? Потому что ты мне мешаешь. Зачем ты это берешь?!... Заебал! — кричал Лиам.

— Мы едем к моим родителям в Брэдфорд, а не в кругосветку, Лиам. Зачем тебе два чемодана?

— Раз беру, значит нужно так.

— Бери что хочешь, истеричка ебаная. 

— И возьму.

— И бери. 

Парни так громко орали, что Гарри пришлось выйти из "своей" комнаты.

— Презервативы не забудь, — буркнул своему парню Зейн.

— Не думаю, что они нам понадобятся, — огрызнулся Лиам. — Ох, Гарри, прости, мы, наверно, тебя разбудили.

— Нет, все в порядке. Я думал, вы тут подеретесь.

Дверь распахнулась, и вошел запыхавшийся Луи.

— Главное, чтобы они при тебе не потрахались, — сказал он.

— Не беси меня и ты тоже, — грозно кинул Лиам и ушел к себе.

— Он просто волнуется, Зейн, — разъяснил Луи.

— Я знаю, знакомство с моими родителями, каникулы с ними и все такое, но он перегибает палку.

— Терпи. Я двадцать с лишним лет терплю его, — закатил глаза Томмо.

— Я все слышу, — донеслось из-за двери.

Все дружно засмеялись. Лиам вышел из комнаты, возвещая о своей готовности.

— Я готов, едем.

— Спасибо, Боже, - взмолился брюнет. 

Гарри просто наблюдал за этой идиллией в доме друзей. Лиам и Зейн долго обнимали Луи, давая разные наставления по поводу "Как встречать Рождество одному".

Гарри пожал им руки, желая приятного отдыха. Они вышли из квартиры, толкаясь и шумя.

— Они переругаются еще сто раз, пока доберутся до машины, — сказал Луи, уходя на кухню.

— А что же тогда их держит вместе?

— Они любят друг друга.

Луи мечтательно закатил глаза, на что Гарри искренне улыбнулся.

— Какие планы на праздники? — спросил Гарри.

— Никаких, я не отмечаю Рождество.

— Но... почему?

— Не хочу говорить на эту тему. А ты что планируешь?

— То же самое, — ответил Гарри. 

— Если ты не против, — начал Луи, — то ты можешь еще побыть тут, чтобы мне было не так одиноко. 

Гарри загорелся как вольфрамовая лампочка. 

— Правда?

— Конечно.

— А твоя девушка?

— У нее дела до самого нового года. 

— Чем будем заниматься? — раззадорено спросил Гарри.

— Закажем шлюх и напьемся конечно, — заявил Томмо.

Гарри недоумевающе посмотрел на него, на что Луи лишь рассмеялся.

— Шучу. Будем смотреть фильмы... есть, спать. Будет очень весело, — с насмешкой в голосе говорил он.

— Идеально.

***

Сегодня двадцать четвертое декабря. Гарри знает, что это за день. Он подсмотрел в паспорте Луи дату его рождения. Утром Гарри встал очень рано и сто раз проверил, спит ли Луи. Он спал в комнате Лиама, а Гарри у Луи. Ему просто нравилось там.

Как и просил Гарри, курьер позвонил ему, чтобы он вышел сам. Просто он не хотел портить сюрприз, будя Луи раньше времени. 

Через десять минут огромный торт стоял на кухне, а множество гелиевых шариков повисли на потолке по всей квартире. Осталось только дождаться Луи.

Он проснулся ближе к девяти. Гарри слышал, как он встал с кровати, ударился ногой о тумбочку, трижды выругался и только потом открыл дверь. 

Именно ради этого счастливого выражения лица Луи Гарри затеял все это. Луи сначала не понял ничего, но потом, посмотрев на лыбящегося Гарри, он сам начал улыбаться своей самой очаровательной улыбкой. 

— Откуда ты узнал? — восхищенно спросил Луи.

— Ну... Я подсмотрел в твоем паспорте, — смущенно ответил Гарри.

Луи сделал шаг вперед, оглядывая комнату.

— Этот огромный торт... думаешь, мы его съедим?

— Понятия не имею, — ответил Гарри.

Луи опять заулыбался. Гарри подпрыгнул на месте.

— Черт, самое главное чуть не забыл.

Гарри побежал в комнату Луи, где и достал из карманов джинсов маленькую коробочку. Томмо, лишь не понимая ничего, смотрел на него. 

— В общем, Лу, я купил эту штуку еще в Нью-Йорке, хотел тебе подарить. 

— Что это? — спросил одолеваемый любопытством Луи.

Стайлс протянул ему коробочку.

— Помнишь, ты мне сказал, что я солнечный мальчик? Это неправда в полной мере. Солнце — это ты, ты заставляешь людей верить в себя... Ты заставил меня выйти из темноты и увидеть свет. Ты и есть солнце. Ты освещаешь путь, поэтому я дарю тебе этот солнечный камень, потому что хочу, чтобы ты освещал мой путь и дальше.

Луи лишь мог смотреть с открытым ртом то на серебряный перстень с янтарным камнем, то на Гарри. 

— Гарри... — произнес Луи, — это... не знаю, как сказать. Никто еще мне не дарил таких подарков с глубоким смыслом. Спасибо. 

Гарри улыбался, а Луи притянул его, крепко обнимая и шепча парню на ухо:

— Все равно ты мой солнечный мальчик.

И Луи чувствует, как Гарри улыбается. Он нереально счастлив сейчас и расстроган. Все-таки этот мальчик восхитителен.