продолжение части 4.6 (2)
Тийт с капралом Сааром подняли цинковый ящик, внушительный вес которого оттянул их руки вниз. На шеях вздулись вены с многочисленными утолщениями – кое-где закупорились сосуды, не справляясь с ускорившимися потоками крови. Сдавленно втянули в себя воздух через плотно сжатые зубы. Послышался противный скрежет. Согнулись в коленях ноги. Рослые парни разом превратились в гномов из сказки, выносящих пустую породу из шахты. Каждый шаг сопровождался хрипом обоих солдат.
- Сто-ой! - с усилием протянул Тийт. – Так не пойдёт...
Он отпустил ящик, угол которого будто магнитом притянуло к земле. Удар, и под крышкой зазвенели, перекатываясь, патроны. Тийт выпрямился, выгнулся назад. Хрустнула пара позвонков.
- Эй, капитан!
Арнольд, не отрывая голову от крошки, камешками впившейся в щёки, кончик носа и лоб, извернулся и посмотрел на рядового Вахтура, застывшего ковбоем с широко расставленными ногами и с хитрым прищуром уставившегося на него.
- Отдохнули? – оскалился Тийт. – Подъём на раз-два. Раз...
Арнольд вскочил. Внешне капитан сильно изменился. От напыщенности и напускной важности не осталось и следа. Он вызывал лишь жалость. На лице красные следы от камней. Некоторые упали сразу, другие основательно засели в коже. Военная форма приобрела оттенок пыли. При падении на штанах разодрались колени. Глаза застлала пелена покорности.
- Хех, помните, что такое быть рядовым. Похвально! Что ж, закрепим воспоминания... взяли ящик с моей стороны и вместе с капралом несите к «ПАСИ». Выполнять!
Тийт бросил взгляд на приближавшихся с запада солдат. Те пятились к дворцу среди высоких стволов деревьев, не подпуская к себе заражённых, и прикрывали друг друга, если у кого-то заканчивались патроны. С погрузкой ящика стоило бы поторопиться.
- Живее! – он подскочил к капитану и капралу, саданув прикладом в бок каждому. – Давай-давай! В темпе вальса!
При ходьбе ящик бил по икрам, сбивая шаг. О беге не могло быть и речи. Но жажда жизни творила чудеса, и вскоре ставшие рабами военные задвинули тяжёлую ношу в бронетранспортёр.
- Теперь второй, - скомандовал Тийт, с удовольствием наблюдая, как его безоговорочно слушаются.
Нахлынули школьные воспоминания. Скольким ребятам грозили отчисления за поджоги мусорных вёдер в туалетах, за распитие алкоголя в классе, на уроке физики, за драки. За всем этим стоял он. Стравливал, подначивал и выходил сухим из воды. Никто не сдал его, потому что половина школьников не помнила, с чего началась драка или почему появилось желание поиграть с огнём в стенах школы. Второй половине не верили. Думали, что в страхе перед переводом в другое учебное заведение они наговаривают на мальчика из малообеспеченной семьи, тихого, оступившегося один раз с шоколадом, но с тех пор не отметившегося ни единым проступком. По дороге домой доносчикам доставалось от Тийта. Тем, про кого он узнавал...
- Зачем второй? Не жадничай, - его мысли оборвал голос Романа.
- Больше не меньше, - отмахнулся Тийт и споро зашагал рядом с капитаном и капралом. Он хлопал в ладоши, задавая им ритм.
- Раз-два, раз-два, взяли.
Пыльные, потные и измотанные первым ящиком Лехт и Саар взялись за второй. Сгорбились, стали ближе к земле, чем в прошлый раз. Ящик трижды выпадал из их рук, за что они получали тычки прикладом.
Над парком и художественным музеем низко прошёл вертолёт, лопастями разрывая воздух. Он заходил на посадку в закрытой для посетителей части сада, прилегавшей к резиденции президента. Айвар отвлёкся на винтокрылую машину и пропустил момент, когда из-за угла появился небольшой отряд – к словам капитана прислушались и выслали помощь.
Из-за розового угла выглянуло два автоматных дула. Не нацеленные ни на кого конкретно они излучали готовность изрыгнуть пламя и латунь по первому же сигналу, чтобы прикрыть перебегающих за ограду с балясинами солдат.
Романа же вертолёт не интересовал. Он сидел в кабине бронетранспортёра и обозревал местность, насколько позволяли два прямоугольных ветровых окна. Торчавших из укрытия автоматных стволов Смирнов не видел, зато заметил двигающиеся за оградой спины в камуфляже. Рома, стараясь не привлекать внимания, осторожно высунулся через люк и ухватился за пулемёт.
Гулко закудахтало орудие, кроша белую ограду, от балясин оставляя каркас из арматуры. Снаряды пробивали камень, пролетали между декоративных элементов, кромсая солдат. Противно зачавкали терзаемые тела, землю окропила кровь. Послышались крики и стоны. Кто не успел занять позицию за оградой, метнулись обратно за угол, под защиту автоматов, на фоне пулемёта отвечавших огнём бесшумно.
Замечтавшийся Айвар очнулся, когда засвистели пули. По касательной зацепило его плечо.
- Сам виноват, - промычал он, сморщившись от боли, и кинулся к бронетранспортёру, внушительному укрытию, которое представляла машина.
Тийт тоже скрылся в слепой для обстрела зоне.
Подневольные Лехт и Саар бросили ящик и попытались сбежать, но рядовой Вахтур сорвал их планы, пальнув над головами.
- Цинк в руки! – грозно рявкнул он. – Живо, с-суки! Донесёте и свободны.
Присланный на помощь капитану отряд отступал. Арнольд понял, что шансом на спасение может быть лишь выполненный приказ дезертиров. Он не понаслышке знал про случаи, когда солдаты стрелялись или убивали сослуживцев, потому старался не испытывать судьбу. Ругаясь, спотыкаясь, отбив нижней гранью ящика ноги, капитан ускорился, вынудив быть расторопнее и капрала.
Короткими очередями пулемёт уродовал угол дворцового корпуса, заставив исчезнуть автоматные дула.
- Айвар, - крикнул напарнику Роман. – Они могут пойти в обход, через сад. Держи вторую сторону.
Тот послушно развернулся.
Следующий ящик патронов также исчез в отсеке для пехоты. Капрал и капитан облегченно выдохнули, но не сдвинулись с места. Они слышали, что после работы им даруется свобода, только боялись, что сорвавшиеся с катушек дезертиры передумают, разозлятся, если они самовольно уйдут. Не хотели получить в спину смертельные сувениры из латуни в шаге от спасения.
Тийт закрыл задние двери броневика. Он развернулся к застывшей аморфной парочке.
- Вы помогли нам, я тоже сдержу слово. Быстро исчезли!
Военные бросились врассыпную. Капрал засверкал пятками в сторону моря, а капитан побежал за художественный музей и попал под дружественный огонь. Отряд, обходивший бронетранспортёр через сад с фонтанами, увидев несшегося сломя голову в его сторону военнослужащего, решил стрелять, а потом задавать вопросы. Солдаты не желали рисковать, так как это вполне мог оказаться один из дезертиров, расстрелявших их товарищей.
С круглыми от удивления глазами капитан завалился на спину, уставившись в безоблачное небо над Кадриоргом. Как и вытекавшая толчками из ран кровь, пульсируя, сотрясая тело в предсмертных конвульсиях, выходила жизнь. С последним выдохом с губ Арнольда сорвалось:
- Какого чёрта?..
Айвар с Тийтом свалились через люк в тесную кабину броневика. Они хором крикнули Роману «Дави!». Взревел двигатель, закрутились колёса с глубоким протектором. Машина выехала на улицу, разделяющую парк на две части, одновременно с поднимающимся в небо вертолётом.
- О своей шкуре наш Орёл позаботился, а на нас и наших родственников плевать хотел из-под облаков, - Тийт смотрел в узкую бойницу, выставив автомат в специальное отверстие. – Жаль, нет гранатомёта.
- Пускай летит, - миролюбиво заявил Айвар. – Мы теперь знаем цену его словам и поступкам. Вернётся, будет ждать президента горячий приём от тех, кого он бросил.
- Слушай, тебе в голову, случаем, не попали? – Тийт оглянулся на друга. – Сегодня ты меня не радуешь. А с ранением вообще стал мягкотелым. Приходи в себя! Только осознай, мы захватили броневик, оружие и автоматы! Провели крутую операцию и остались целыми!
- Ура-а-а! – проорал Роман, не отрываясь от дороги.
- Мы теперь сами защитим наших, - закончил Тийт.
Частый стук по корпусу заставил парней умолкнуть. Они обменялись взглядами.
- А ты думал, нас так просто отпустят?
Роман глянул в зеркала заднего вида.
- Стреляют из оцепления.
Айвар издал «уф!», словно сбросил с плеч мешок цемента.
- Но на пригорке, возле резиденции президента какое-то движение, - Роман прищурился, чтобы лучше разглядеть дрожащее отражение. - Вроде послали вдогонку броневик.
- Оторваться сможешь? – спросил Тийт.
- У нас фора всего в пару сотен метров, но я постараюсь...