Глава 1
Этот мир ей не нравился. Он был гадким. Здесь сильно пахло серой и стоял туман, а в тумане прятался лес. Ветки, выныривая из сизой мглы, царапали руки и плечи. Царапины саднили.
Предыдущий мир Динке понравился намного больше. Там было море и чайки. Теплый песок. А дальше от берега — пустые дома. В заброшенных садах росли инжирные деревья, и плоды инжира — сладкие, мягкие — лежали прямо на земле. Ешь — не хочу. Конечно, Динка наелась до отвала. На рынке инжир стоил дорого, не купишь. А тут — даром и сколько хочешь.
А этот мир Динке не нравился. И хуже всего, что она никак не могла найти из него выход.
Динка знала, что в Старом Городе есть такие миры — разумные. И некоторым из них нравится играть с людьми. Зайдешь в такой мир и блуждаешь в нем, блуждаешь, а выход найти не можешь. Не потому что его нет — выход есть всегда. Просто мир его от тебя прячет.
Неужели она попала в переделку? Это плохо, думала Динка, пробираясь сквозь лес. Не может такого быть, чтобы выход не нашла, — до сих пор ведь всегда находила.
Туман скользил по ее рукам — она чувствовала прикосновения. Очень противные, как будто что-то живое и слизкое. Еще одна ветка ударила по лицу. Динка вскинула руку, заслоняясь, но поздно — ветка рассекла губу, и во рту появился металлический привкус.
Динка вытерла рот тыльной стороной ладони — и правда кровь. Она упрямо двинулась дальше, и тут земля под ее ногами задрожала, загудела, вздыбилась! Девочка вскрикнула и, не удержав равновесия, упала. И почти сразу земля раскололась, открываясь черной змеевидной щелью, — уши заложило от треска падающих деревьев и страшного гула, вырвавшегося из подземных глубин. Когда Динка почувствовала, что разлом засасывает ее в свое чрево, было уже поздно — она не успела хоть за что-нибудь ухватиться.
Визжа от ужаса, Динка летела вниз. Сознание отказывалось принимать, что это конец — всему-всему на свете конец для нее! Ну почему она не осталась еще немного в том мире с морем и чайками?! Почему?! Тогда у нее не было бы времени исследовать еще один проход!
Сейчас Динка больше всего жалела, что никогда уже не увидит тот мир. Пенистые гребни волн, теплый песок, инжирные деревья — пусть совсем ненадолго, но там она была счастлива. Впервые за последние два года.
Тело Динки сотрясло ударом. Боль была такой сильной, что сдавило легкие. С трудом девочка втянула в себя воздух. Выдохнула. И только после этого отупевшим от страха рассудком поняла, что больше не падает. Огляделась — лежит на земляном уступе около метра в ширину.
«Спасена! — кричало все ее существо. — Я спасена!»
Динка повернулась на бок и встала. Боль горячими волнами растекалась по телу, хотя, кажется, девочка ничего не сломала. Прислушалась: гул и грохот смолкли. Землетрясение прекратилось так же резко, как и началось, но Динка не удивилась — привыкла в чужих мирах ничему не удивляться. Подняла голову — до вершины провала не больше трех метров. Странно, ей казалось, она падала целую вечность. Взгляд устремился вниз.
Разлом в земле заполнялся туманом. Не той прозрачной дымкой, которая висела в воздухе, — клубящимся, непроницаемым. Динка будто смотрела в котел, из которого на поверхность поднималась густая пена. Сначала девочка услышала шорох, затем постукивание покатившихся вниз камней. Там, в разломе, кто-то был. Динка испуганно вжалась спиной в земляную стену. И снова из глубины донеслись шорохи — левее, правее, опять левее… Вниз то и дело срывались невидимые для ее глаз камешки. Там, в тумане, что-то двигалось наверх — к ней.
Динка судорожно вздохнула. Как будто со стороны услышала свой наполненный паникой вздох и тут наконец увидела их — серые руки. Они выныривали из тумана пропасти. Десятки, может быть, сотни. Динка не видела лиц и тел, только эти страшные руки — нечеловеческие, бугристые, четырехпалые. Вырастая из тумана, они вонзались в землю — все ближе и ближе. Не выдержав, девочка зажмурилась и во весь голос завопила:
— Помогите! Пожалуйста! Кто-нибудь, помогите!
Но в глубине души она понимала, что на помощь никто не придет. Чужой мир — здесь нет людей. Никого нет, чтобы помочь. Осознав это, Динка молниеносно развернулась и попыталась подняться по отвесу провала, цепляясь пальцами за малейшие неровности в земле, отыскивая ногами хотя бы крошечные уступы, — но сползала обратно. Против желания она бросила взгляд через плечо — в провал.
Серые руки приближались, и туман поднимался вместе с ними, словно и был их телом. Сердце Динки колотилось от страха. В голове мелькнула дикая мысль: а вдруг это и правда руки тумана? Серые руки серого тумана, живущего в подземных глубинах. Они дотянутся до нее, схватят и утянут за собой. И она исчезнет в этой сизой бездне навсегда.
— Не хочу-у, — отчаянно завыла Динка. — Не хочу! Помогите! Кто-нибудь!
Она карабкалась по отвесу и сползала. Карабкалась и снова сползала. И хныкала — так, что собственный голос казался ей жалким и противным. Почему эта крошечная земляная ступенька так далеко от края провала?! Почему невозможно подняться?! Почему эти руки тумана тянутся к ней?!
— Нет! — в истерике крикнула Динка. — Отстаньте от меня!
И заревела еще громче, почувствовав, что ее покидают последние силы.
— Помогите мне, кто-нибудь! Ну пожалуйста!
— Держи! — вдруг раздался сверху чей-то голос — самый обыкновенный человеческий голос!