Поедание арбуза на первой линии [Шоу-бизнес]

Хотя Юй Вэнь и утверждал, что у него ужасные актерские способности, его двухчасовой курс по сценам с плачем оказался весьма эффективным. В сочетании с его внешностью результат получился довольно неплохим, и нахмуренные брови режиссера Гао наконец расслабились.

Прикованный к экрану монитора, Юй Вэнь смотрел на запись от начала и до конца, и, почувствовав, что, кажется, никого не подвел, позволил себе расслабиться.

Режиссер Гао, не изменив своей язвительной натуре, оборвал его надежды, прокрутив запись назад: — Что за актерская игра? Реплики неразборчивые, ты даже рта не открываешь! С такими навыками ты мечтаешь стать звездой? Может, в следующей жизни!

В прошлый раз, когда Юй Вэнь был здесь, он лишь чувствовал знакомость. Позже он подслушал обсуждения членов съёмочной группы, и помощник режиссёра постоянно упоминал Юй Вэня, так что было трудно забыть.

Он не только запомнил этого видного реквизитора, но и услышал от гримёров о его великой мечте.

Юй Вэнь почувствовал, как тяжесть спадет с его плеч, и его выражение расслабилось. Он вовсе не принял насмешки близко к сердцу.

— Не факт, вам не стоит так категорично заявлять...

Режиссер Гао: — ?

Юй Вэнь: — А вдруг в следующей жизни я тоже не смогу стать звездой?

Режиссер Гао: — ...

Операторы неподалеку с трудом сдерживали смех.

Юй Вэнь сказал это просто так. На самом деле он считал, что у него есть некоторый талант. Эмоции, которые он с трудом вызвал в туалете, проявились естественно, как только он оказался перед камерой. После того как режиссер крикнул «Стоп!», он даже ощутил, что мог бы сделать еще больше.

Возможно, он просто рожден для этого, бесстыдно подумал Юй Вэнь.

В этот момент раздался звонок. Режиссер Гао взглянул на экран телефона, и его выражение мгновенно изменилось. Он, казалось, колебался ответить или нет. Юй Вэнь невольно взглянул и увидел имя.

Се Цзямао.

Юй Вэнь: — ...

В одно мгновение все недавние слухи в команде, старый друг босса, новая компания, нуждающаяся в поддержке... все это соединилось в сознании Юй Вэня, образуя связную и логичную картину.

Две минуты спустя Юй Вэнь естественно отвел взгляд, делая вид, что не слышит подавленный и раздраженный голос режиссера Гао.

Какое отношение проступки босса имеют к сотрудникам?

— Я не собираюсь ужинать... Без глупостей, ты сам не готовил, каждый раз это Сяо Се готовит, а ты просто подаёшь... Подача блюд считается готовкой? Если меня номинируют на премию "Белая магнолия", это что, значит, я покорил всю киноиндустрию?

— Ты смеешь упоминать презентацию! Ты так себя преувеличил, заставив Сяо Се писать такую бессовестную чепуху... Без Сяо Се твоя никудышная компания давно бы развалилась!

— Се Цзямао, шалить это одно, но подписывать контракт с компанией дело серьезное. Я не подпишу просто потому, что ты так сказал. Все знают, что ты любишь вмешиваться. А вдруг это очередной твой трехминутный каприз... В любом случае, если хочешь, чтобы я подписал, сначала покажи результаты...

Звонок завершился, и режиссер Гао заметил, что Юй Вэнь все еще здесь и подпирает подбородок, слушая, как он ругается.

— Наслаждаешься представлением?

Лицо режиссера было темным, брови нахмурены, признак надвигающегося гнева.

Юй Вэнь сказал: — Вы говорите так, будто я подслушивал специально.

Юй Вэнь добавил: — Вы ведь сами поставили громкую связь.

Режиссер Гао прикусил щеку и с яростью уставился на Юй Вэня своими проницательными глазами, пытаясь запугать его. Юй Вэнь не испугался и моргнул своими большими круглыми глазами, похожими на кошачьи.

Режиссер Гао подумал: «Провоцирует меня!»

Гао Кайюй нахмурился, но внезапно, против воли, усмехнулся.

Малец понятия не имеет, куда лезет, за каждое слово хочется его осадить. Но на удивление, он пришелся ему по душе.

Гао Кайюй по натуре был вспыльчивым человеком, но это не значило, что ему нравились чрезмерно покорные люди. Юй Вэнь умел точно улавливать ту грань, когда его дерзость не переходила в наглость, а их общение становилось более непринужденным. Неизвестно, случайность это или намеренная хитрость.

Если последнее, то он очень проницателен, и у него отличный эмоциональный интеллект.

Может быть, он и правда рожден для этой профессии.

***

После возвращения с площадки «Ветер и Цветы» Юй Вэнь временно остался без работы, превратившись в счастливую соленую рыбу, сидящую дома на минимальной зарплате.

(П.п. Солёная рыба —человек, который ни к чему не стремится, инертный и неамбициозный, который не хочет идти к успеху и делать карьеру)

Тем не менее, уроки актерского мастерства и вокала посещать было нужно, ведь деньги были заплачены.

Когда Се Цзямао узнал о стремлении Юй Вэня преуспеть как в актерстве, так и в пении, он сразу же захотел нанять для него преподавателя по танцам. Но Юй Вэнь отказался.

У него за плечами несколько лет балета, и ему будет трудно изменить привычные точки приложения силы. Лучше направить энергию на актерское мастерство и вокал, это будет более эффективно.

Без крайней необходимости он даже не хотел учиться уличным танцам, менять стиль - это очень болезненный процесс. Се Цзямао счел это досадным, но согласился с доводами Юй Вэня, предложив все же взять учителя для вводных уроков.

Юй Вэнь охотно согласился.

Тем же днем он вскочил на свой любимый электроскутер и отправился в компанию. Хотя StarLight Media только начинала развиваться, там было все необходимое. На десятом этаже, недавно отремонтированном, была танцевальная студия. Когда Юй Вэнь приехал, дверь была приоткрыта, и оттуда доносилась приглушенная, оживленная музыка.

Большие панорамные окна танцевального зала выходили прямо на окно соседнего здания. Стекла не были затонированы, помогая создавать эффект полного обзора. Люди, разминающиеся внутри, были вынуждены задернуть толстые черные шторы по бокам, чтобы загородить яркий солнечный свет, оставив студию освещенной лишь тусклыми желтыми лампами сверху, создавая туманную, неопределенную атмосферу.

Юй Вэнь приоткрыл дверь немного больше и в тусклом свете увидел превосходный профиль человека и мимолётное сияние вокруг его ушей. Се Цзямао говорил, что сегодня учитель, который пришел дать ему индивидуальный урок, носит фамилию Се.

В этот момент Юй Вэнь должен был вежливо обратиться к человеку как «Се лаоши», но вместо этого произнес: — Это ты? Крутой парень.

Крутой парень обернулся, его взгляд задержался на лице Юй Вэня на две секунды, темные ресницы задумчиво опустились. Через мгновение он ответил: — Это ты.

Крутой парень подошел ближе и, небрежно задрав край футболки, вытер пот, невольно обнажив рельефный пресс и узкую талию. Юй Вэнь не удержался от завистливого взгляда: признание помощнику режиссера было ложью. Втайне он мечтал не о славе, а о подтянутой фигуре, чтобы превратиться в высокого, худого красавчика с впечатляющей мускулатурой.

По разным причинам эта мечта до сих пор оставалась мечтой, без малейшего намека на исполнение.

— Юй Вэнь? — спросил крутой парень.

Юй Вэнь кивнул: — Значит, вы и есть тот самый преподаватель танцев, которого мне прислал директор Се?

— ...Нет.

Крутой парень наклонился, взял бутылку с водой и отпил большой глоток, демонстрируя сексуально двигающийся кадык.

— А?

Крутой парень опустил ресницы и, на мгновение прикусив губу, взвесил свои слова: — Я занимался танцами всего год и не считаю себя профессионалом. Обращение "лаоши" – слишком громко для меня.

Юй Вэнь включил режим подхалима: — Вы слишком скромны. Я знаю что вы, должно быть, приглашённый хореограф компании, не так ли?

Крутой парень продолжал качать головой, лениво уклоняясь от дальнейших вопросов. После пары ничего не значащих фраз Юй Вэнь наконец-то узнал его имя — Се Хэюй, что происходило из фразы «Журавли говорят на вершине сосен, цветы расцветают в облаках». Уже одно звучание имени отдает культурой.

Се Цзямао говорил, что сегодняшний урок предназначен лишь для того, чтобы почувствовать атмосферу. Юй Вэнь должен был сидеть и наблюдать, что он с радостью и сделал, устроившись в небольшом уголке, пока Се Хэюй включал музыку в поисках ритма.

Тем временем Юй Вэнь достал из своего большого рюкзака половину арбуза.

Он даже взял с собой две ложки, на случай, если учителю танцев захочется арбуза, а под рукой не окажется приборов.

Се лаоши отклонил его любезное предложение.

Се Хэюй отрабатывал движения перед видео. Он казался неуверенным, его движения были небрежными, изредка пропуская детали, но Юй Вэнь мог видеть его базовые навыки и мог сказать, что он не танцевал по крайней мере два года. Но у некоторых людей талант в крови, мышечная память глубже, чем память гиппокампа.

И вот, спустя короткое время, Се Хэюй показал танец, готовый на восемьдесят процентов.

Перенос веса тела, вращение бедрами, акценты, волнообразные движения... Говорят, что высоким и худым людям трудно освоить джаз, но на самом деле длинные руки и ноги в танце выглядят просто великолепно. Это было невероятно приятно для глаз.

Закончив танец, Се Хэюй остановился, чтобы выпить воды. Юй Вэнь зааплодировал ему, как морской котик, и хотя он воздержался от дальнейших комплиментов, его глаза были широкими и яркими, наполненными почти переливающимися словами похвалы.

Се Хэюй бросил на него взгляд, опустил стакан, снова поднял его, а затем, наконец, отвернулся от Юй Вэня.

Юй Вэнь: — ?

После двух часов танца, когда Юй Вэнь доел свой арбуз, Се Хэюй выключил музыку и присел у зеркала отдохнуть.

Они сидели на расстоянии друг от друга. В воздухе висела влажная духота. Лоб Се Хэюя был увлажнен потом, его тело выглядело так, словно он только что вышел из воды, даже ресницы блестели от влаги.

Юй Вэнь, держа в руках корку арбуза, начал разговор, спрашивая, когда он начал заниматься джазом.

— После школы, — ответил Се Хэюй опустив голову, и черные пряди волос закрыли его ухо. В отличие от прошлого раза, серьга в ухе была черной и изысканной.

— Моя семья хотела, чтобы я вошел в индустрию развлечений, подтолкнули меня участвовать в талант-шоу. Я некоторое время занимался пением и танцами, но это мне не понравилось, поэтому я бросил.

Юй Вэнь с лёгкой завистью подумал: вот тебе и версальский стиль, казаться жалким и успешным одновременно.

Под влиянием матери Юй Вэнь тоже несколько лет занимался балетом, но у него не было таланта. Мать серьёзно говорила ему, беря за руку: — Существует много путей к успеху, не обязательно придерживаться одного. Важно иметь определённую материальную основу в жизни, не так ли?

Подразумевая, что если он продолжит заниматься балетом, то в конечном итоге останется без средств к существованию.

Юй Вэнь с сожалением отказался от идеи пойти по стопам матери. Он знал, что ему не хватает искры таланта в танцах, поэтому никогда не возлагал больших надежд на сочетание пения и танцев, где танцы играют главную роль.

Се Хэюй был немногословным и сдержанным красавцем. Без особой необходимости его ответы ограничивались лишь "Угу", "О", "Хорошо".

Юй Вэнь предполагал, что ему не нравится излишняя навязчивость. Однако проводить время вдвоем в полном молчании было неловко. Они практически незнакомы, и тишина лишь усилит напряжение.

Юй Вэнь попытался завести непринужденную беседу.

— Господин Се , чем вы занимаетесь?

— ...Учусь

— Ух ты, господин Се, вы такой молодой!

Прошло немного времени.

Юй Вэнь: — Господин Се, Вы еще учитесь в школе или уже в университете?

— ...

— Должно быть, в университете, — заключил Юй Вэнь по выражению лица Се Хэюя и кивнул себе.

Он взглянул на Се Хэюя и вдруг сказал: — Господин Се, мне очень нравится ваша серьга.

В отличие от предыдущих дежурных фраз, в этих словах звучала искренность.

Се Хэюй повернул голову и бросил на него взгляд.

Через две минуты черная серьга-клипса оказалась на ухе у Юй Вэня. Тот, глядя в зеркало, немного опешил: — Разве это не серьга-гвоздик...

— Сегодня я надел клипсу, — Се Хэюй поправил украшение на его ухе, тихо произнеся: — Тебе идет.

— Правда? — Юй Вэнь внимательно изучил свое отражение в зеркале. Осознание комплимента медленно накрыло его, словно теплая волна. Он восхищался собой, как павлин, распускающий свои перья, затем повернулся к Се Хэюю и спросил: — Кажется, я теперь похож на стильного парня с американских улиц, как думаете?

Озадаченный этим сравнением, Се Хэюй помолчал пару секунд, а затем неохотно кивнул: — Ммм, да.

Юй Вэнь был вне себя от радости.

Ему вдруг показалось, что Се Хэюй невероятно милый и располагающий к себе. Он услужливо обменялся с ним контактами, выпросил всю историю покупок серег-клипс, а в конце торжественно сказал: — В дальнейшем я буду полагаться на вас в вопросах серег-клипс.

Се Хэюй был уже второкурсником и у него не было возможности остаться надолго. Во второй половине дня его ждали занятия. Собрав вещи, они коротко попрощались.

Се Хэюй поднял рюкзак и, уже собираясь выйти, вдруг остановился, держась одной рукой за дверную ручку, он оглянулся на Юй Вэня.

— Мы раньше не встречались? — спросил он.