Глава 39-Мой день.
Испания, Мадрид. После долгих подготовок наконец-то началась долгожданная свадьба в кафе, специально арендованном на весь день. Новый дом Ясмин и Кристофера уже был обустроен, а все их вещи перенесены туда. Обстановку дома Ясмин делала сама, так как никому не любит доверять подобные вещи, пусть это будет даже её муж.
Свадьба проходила прекрасно и даже роскошно. С мужской и женской стороны обе стороны пригласили своих гостей и родственников, но большую часть зала занимали знакомые Ясмин, даже если половину своих «знакомых» она не знала. Если посмотреть со стороны, не так уж и много было народу на этой свадьбе, ведь истинная причина арендования этого большого кафе была совсем другая...
************
Свадьба проходила вполне спокойно. Я была в том же наряде, что и надевала на свой никях, и сидела, поджидая конца свадьбы, что должно было быть скоро, так как под конец к нам должны были прийти маленькие гости.
Дело в том, что, когда я сказала, что не хочу тратить много денег на такой большой зал, ведь это будет не совсем правильно для меня - арендовать огромное кафе для всего-то шестидесяти человек, - Кристофер тогда сказал, что хочет, чтобы наша свадьба принесла благо и улыбки, поэтому пригласит на неё семьдесят сирот из детского дома, и на нашей свадьбе им будут даны игрушки, много вкусной еды и специально приготовленные для них игры и развлечения. На такое заявление моя семья вполне удивилась и обрадовалась, а Керим прокомментировал, что хотя бы теперь он спокоен, чуть-чуть отдавая меня ему.
И вот долгожданные автобусы приехали, и я пошла лично приветствовать наших гостей у входа. Там я встретила Кристофера, который вышел из мужской стороны.
- Как проходит свадьба? Тебе всё нравится?
С улыбкой приобнял он меня за плечи. Сегодня он был одет в очень красивый и аккуратный черный костюм, который подчёркивал его уверенность.
- Да, конечно! А сейчас будет ещё лучше, увидев их счастливые лица.
Сказала я и с улыбкой приветствовала детей. О Аллах, а ведь они всего лишь дети, а уже испытывают такую боль, как потеря родителей, но сегодня я сделаю всё, чтобы они отвлеклись хотя бы на часик, чтобы они были по-настоящему счастливы.
Мы проводили их в главный зал, где для них было подготовлено много интересных игр и развлечений. Семьдесят детей - и это ещё всего лишь в одном детском доме, который был рядом с моей бывшей квартирой.
Когда дети уже развлекались, ко мне подошла Хейли.
- Идея Кристофера просто супер, как же прекрасно наблюдать за их счастливыми лицами.
Сказала она, смотря, как детям раздают игрушки.
- Да, и вправду они все такие милые и хорошенькие. И мои родители стали более уверенными в моём выборе, особенно мой брат... Керим очень переживал на этот счёт, ведь ему уже всё рассказала мама, да и по-настоящему...
Хейли удивлённо посмотрела на меня. Ну да, мой брат уж как на меня рассердился, а именно из-за того, что я не сказала ему или хотя бы Фатиме, а сидела и два года терпела всё это. Впрочем, высказал свою лекцию так же, как и сделала это мама.
- Понятно, ну все братья такие же, да? Переживают за своих сестрёнок. Да и я всё ещё переживаю, и если он что-то сделает - ух, прибью же я его!
Угрожающе покачала головой Хейли, а я рассмеялась. Даже Ник, Эрик и Норт говорили, что если Крис что-то сделает опять, то ему хана. Мда уж, ну и удивил нас наш «Мистер угадай, чё выкину». У всех теперь травма на него.
Дальше всё было как в сказке. Дети веселились, со стороны мужчин доносилось много голосов и смеха, и всё прошло так, как и было суждено. И я снова убедилась в том, что всё-таки Аллах знает, а я - нет. Если бы я разлюбила Кристофера, такого прекрасного дня и не было бы, да и он бы сейчас, возможно, сидел за решёткой или же мой отец... Ладно, главное, что теперь всё хорошо, а дальше будет только лучше, по воле Аллаха.
*************
После свадьбы и долгих поздравлений все гости ушли и уехали. В зале была только я, так как мы должны были уехать вместе с Кристофером в наш дом, но он попросил меня подождать, и я думала, что же он учудил на этот раз.
После долгих десяти минут он пришёл, в руках - огромный букет роз. Я встала из-за стола и подошла к нему.
- Сто одна роза, зачёркивай ещё один пункт, бунтарка.
Сказал он и протянул букет мне.
- Ты так и продолжишь меня заваливать подарками?
Спросила я, хотя и знала ответ, а он молча, с улыбкой, взял моё лицо в руки и поцеловал в лоб.
- А как же иначе? У меня ещё есть кое-что... В общем, тот самый подарок на свадьбу.
- Давай первая я.
Сказала я ему, и он кивнул, а я достала два парных кулона в виде двух частей сердца с магнитами, и у них была маленькая часть, в которую можно было заглянуть и увидеть надпись, что и сделал Кристофер, когда взял его в руки.
- Хм... 78:8. И что это значит? Какой-то аят из Корана, но какой?
Вопросительно посмотрел он на меня, а я прочитала аят:
{Бисмилляхиррахманиррахим}
{ وَخَلَقْنَاكُمْ أَزْوَاجًا }
«Мы создали вас парами»
- У нас у обоих будет кулон с такой надписью внутри, а ещё...
Сказала я и опять залезла в сумку под заинтересованным взглядом Кристофера.
- Когда мне было двадцать лет, мама рассказывала, что до свадьбы папа, тогда ещё даже не зная маму, связал ей красивый брелок на сумку. Подумаешь, пару нитей, но в каждой петле было скрытое дуа, и каждый раз, когда он вязал, он просил ради своей будущей жены что-то у Аллаха, не зная её. Меня это так тронуло, что и я начала, и связала тоже, не зная тебя. Я в каждом узле говорила: «Пусть Аллах облегчит твой путь, пусть Аллах поможет тебе, пусть Аллах даст тебе то, что тебе сейчас очень нужно, и ты разнесёшь все преграды». В каждой нити здесь есть скрытое дуа, сказанное специально для тебя.
- Но ты меня даже не знала...
Чуть ли не прошептал он.
- Ну да, просто имела в виду своего будущего мужа.
Равнодушно сказала я, отложив букет роз к остальным подаркам, а он подошёл и обнял меня со спины.
- Спасибо большое, это лучший подарок. Знаешь, а я ведь всегда удивлялся твоему иману и твоей любви. Несмотря на то, что ты меня не знала, ты делала за меня дуа, а ещё я был христианином и даже мог повести тебя на грех, а ты молилась, даже зная, что для меня это всё бред. Ты боялась за моё будущее, даже когда мне было на него наплевать. Ты любишь по-настоящему, Ясмин, и я не знаю, как тебя отблагодарить. Никакие деньги не могут стоить твоей любви. Я даже иногда думаю, что вообще тебя не достоин. Ну что ж тут думать, пожалуй, так и есть.
Сказал он, а я повернулась к нему лицом и встретилась с ним взглядом тёмно-карих глаз.
- Ну что за бред? Суету мне здесь не веди.
Сказала я, а он лишь с интересом на меня посмотрел.
- Ты любишь карамель?
Спросил он, а я подумала, к чему же у него такой интерес.
- Нет, я не очень люблю карамель, а ты?
Спросила я, а он усмехнулся.
- Я очень люблю карамель.
- А мне нравится тёмный шоколад.
И мы оба смотрели друг другу в глаза. Пожалуй, именно это и есть наша шифровка взглядов.
- Потанцуем вальс?
Протянул он мне свою руку.
- Ну в смысле... На своей же свадьбе мы и не станцевали вальс. Я специально просил, чтобы ты подождала. Конечно, мы могли и дома всё это устроить, но почему бы и нет? Готовый красивый зал, и ты выглядишь просто шикарно, впрочем, как всегда. Так что могу я вас пригласить на вальс?
-Конечно.
И я взяла его руку. Он повёл меня в середину зала. На мраморном полу было очень легко двигаться, и так спокойно вокруг - никого нет, не нужно думать о каком-то Диамане, который сейчас сидит в тюрьме. Можно наконец-то успокоиться, теперь всё должно наладиться потихоньку... Стоп, а он так и не сказал про главный подарок.
- Ты так и не сказал про подарок.
- Скажу, а сейчас давай насладимся моментом.
Сказал он и поднял мою руку, от чего я моментально покружилась вокруг себя.
В конце нашего вальса он вдруг поднял меня на руки и крутанул на месте, а я снова рассмеялась. Как же мне нравится, когда он так делает!
- Думаю, тебе понравилось.
Сказал он, когда опустил меня на пол.
- Ну да, кому же такое не понравится?
Равнодушно ответила я.
- Тогда буду делать почаще. А насчёт подарка...
Он взял меня за обе руки и наклонился, как делал это всегда.
- Зачеркни ещё один пункт, бунтарка. Мы поедем на фестиваль фонарей в этом году летом. Ну, если, конечно, ты захочешь, а если нет - можем поехать в следующем.
Мило сказал он, а я была так шокирована и рада одновременно, что подскочила на месте.
- Ты сейчас серьёзно?!
Спросила я, хотя уже знала, что он в полном серьёзе.
- Да, конечно. Ты рада?
Спросил он, а для меня этот вопрос был как сарказм.
- Шутишь? Ещё как рада! Спасибо!
Обвила его шею я руками и обняла, а он обнял меня в ответ и прижал так нежно и бережно, что я почувствовала себя дорогим хрупким алмазом, которого он боится разбить или повредить.
- Если ты рада... То могу ли я вычеркнуть самый последний пункт в твоём списке, а, бунтарка?
Спросил он, а я задумалась, о каком пункте он говорит, а потом вспомнила.
«Найти человека, который будет меня радовать».
- Знаешь, а я ведь давно зачеркнула этот пункт.
- Правда? Кем?
- Тобой... Когда ты устроил фейерверк для меня, я тогда так порадовалась и из-за чувств зачеркнула, но... Потом обратно вписала, подумав, что это всё бред, а сейчас... Сейчас я вижу, что теперь-то мы можем, и даже уже вместе. Хочешь сам зачеркнуть этот пункт?
«Найти правильного человека в неподходящее время - наверное, самое большое наказание, которое можно кому-то дать...»
Подумал я, ведь это было и вправду больно.
- Да, хочу. Ты даже не представляешь, как я мечтал об этом.
Улыбнулся он, а мы уже собирались поехать домой. Уже был вечер, а мы всё ещё тут сидели.
- Чур за рулём я.
Сказала я, будто бы подтверждая факт.
- Неа, адвокат Ясмин Хаккам, сегодня за рулём я.
Не согласился со мной он, а я приняла вызов.
- Вообще-то это моя машина, чтобы ты знал, так что за рулём я.
Пыталась я вырвать из его рук ключи от машины, так как свои я оставила дома.
- Может, позволишь на свадьбе отвезти свою невесту домой самому?
Упрямо держал он ключи, насмешливо смотря, как я пытаюсь их вырвать.
- Знаешь, а если бы я хотела, я бы сейчас тебя пнула и всё равно взяла бы эти ключи, так что не смотри на меня так и садись уже за руль, тоже мне личный водитель.
Сказала я и села на переднее сиденье, а он с победным смешком сел за руль.
- Я хотел красиво открыть тебе дверь, зачем ты спешишь?
- Я хочу спать, между прочим.
Пожаловалась я. Ну не нужен мне такой заботливый, я и сама могу открыть себе дверь. Ох, вроде мама переборщила с моим «независимым» воспитанием.
- В следующий раз откроешь.
Сказала я ему, и мы тронулись по дороге в центр. Было недалеко, так как я и сама жила ближе к центру этого прекрасного города - Мадрида.
По дороге я чуть ли не уснула из-за того, что вообще встала в пять утра, а ещё вчерашней ночью слышала от мамы долгую лекцию, как я должна жить со своим мужем, а от брата мне досталась лекция, как ОН должен со мной жить, и, пожалуй, я соглашусь с братом.
После того как мы приехали в наш двухэтажный дом, Кристофер вышел из машины, открыл мне дверь и протянул руку.
- Понимаю, ты мисс независимость, но позволишь мне поухаживать за своей женой?
Женой... Как же это официально звучит.
- Ладно, разрешаю.
Деловатым тоном сказала я и взяла его руку, изогнула и взяла его под локоть.
- Мне нравится так больше.
Прокомментировала свои действия я, а он лишь усмехнулся.
- Ходить так, будто бы женаты двадцать лет?
- Мгм.
- Как скажешь.
Сказал он, и мы зашли в дом, а я ахнула от красивого декора, который был в доме. Такой аккуратный и красивый, в бело-золотых оттенках, что придавал дому очень элитный вид, и мне это ужас как понравилось. Стало ещё лучше, чем делала я. Правда, ничего, в принципе, не поменялось, просто маленькие детали и элементы давали такой красивый вид, что я несколько минут просто стояла и осматривала дом.
- Надеюсь, тебе понравилось. Сам делал, извини, что не предупредил тебя.
Виноватым тоном и с улыбкой сказал он.
- Ничего страшного, мне очень нравится.
Сказала я, и мы пошли в разные стороны. Не знаю почему, но он пошёл в сторону кухни, а я - в нашу общую спальню, чтобы наконец снять с себя это красивое платье и платок.
Наконец освободившись от платья и миллиона иголок со своего платка, я надела простое худи и джинсы. Так я одевалась только дома. Я посмотрела на себя в зеркало и решила сделать красивую причёску. Ну не буду же я просто завязывать волосы в хвост, не так ли?
Я достала свой комплект, который на свадьбу мне подарила Лея, всё время поздравляя и радуясь, что мы теперь с ней родственницы. Ну что ж, я этому тоже была очень рада - она была прекрасной девушкой.
Сделав простую красивую укладку на свои длинные тёмно-коричневые волосы, я спустилась вниз и увидела Кристофера, который вроде разложил какие-то приборы для еды и, увидев меня, застыл на месте.
- Что? Опять дар речи потерял, небось?
- О Аллах... Думаю, мне нужно восстановить зрение от такой красоты. И как же теперь мне жить и быть в своём уме? Ма ша Аллах.
Совсем заслушал меня он, а я, поняв, что он и с места не двигается, подошла к нему и увидела у него наушник.
- Что слушаешь?
Спросила я, а он протянул руку, чтобы заправить мою прядь волос за ухо.
- Послушай.
Сказал он и протянул второй наушник, поставив что-то заново, а я прислушалась и...
Услышала такой знакомый и красивый голос и с удивлением посмотрела на Кристофера. Это был его голос! Он пел... На арабском какой-то нашид, но дело в том, что я даже не знала, что такой нашид вообще существует.
{يا وردتي الجميلة ياسمين}
{О моя прекрасная роза Ясмин}
{تخيّلي حبّي لكِ}
{Представь мою любовь к тебе}
{وهل يمكن وصفه؟}
{Но разве можно её описать?}
{بكلماتٍ لا تساوي شيئًا}
{Словами, которые ничего не стоят}
{يا لؤلؤتي ياسمين}
{О моя жемчужина Ясмин}
{كيف أختار الكلمات؟}
{Как слова подобрать?}
{أخبريني، احكي لي!}
{Скажи это мне, расскажи!}
{فأنتِ الأفضل في هذا}
{Ведь в этом деле лучшая ты}
Это был голос Кристофера, в котором говорились эти красивые строки на арабском, и я их понимала, и, о Аллах, это было так красиво! До этого момента я даже и подумать не могла, что Кристофер мог так красиво петь.
- Нравится? Еле успел записать до нашей свадьбы, хотел подарок сделать тебе.
- Да ты уже завалил меня своими подарками.
Прокомментировала я, хотя вместо этого хотела поблагодарить его.
- Это... Очень красиво. Я даже не думала, что ты так красиво поёшь... Спасибо.
Сказала я, всё ещё вслушиваясь и в голове переводя слова нашида.
- Он про тебя. Знаешь, я хотел как-то романтично написать про тебя, про свои чувства, а в итоге не смог описать свои эмоции, и вот что получилось.
Сказал он, а я посмотрела с улыбкой, наклонила голову, показывая умиление.
- Я не могу, у тебя такие красивые ямочки.
Сказал он, заставив снова меня засмущаться.
- Вообще, твоя улыбка тоже очень красивая, особенно когда ты смотришь на меня так...
- Как?
Спросил он, а я запнулась, не зная, как на это ответить. Ну вот что за чушь я ляпнула, и как это - он на меня смотрит?
- Ну не знаю... Будто бы смотришь ночью на луну, когда она светит и показывает надежду... Ладно, забей, у меня проснулся инстинкт поэта.
Закончила я свою фразу, а он рассмеялся.
- Ну, я бы послушал. Кстати, я тут заказал еды. Мы оба устали, так что вряд ли бы сходили в кафе или приготовили бы что-то.
Сказал он, и только тогда я обратила внимание на стол, на котором были суши. О да, их-то я сильно люблю.
- Хейли говорила, что если я хочу взять ключ от твоего сердца, то я должен купить тебе их.
Сказал он и отодвинул стул, чтобы я села. Ты смотри, какой джентльмен.
Когда я села, он сзади обнял меня, скрестив руки у меня ближе к шее, и уткнулся в мои волосы.
- Они такие красивые и мягкие... И пахнут кофе.
- Кофе?
Переспросила я, не поверив в услышанное.
- Ну да, пахнут как кофе, свежий латте.
- Я матчу больше люблю. И вообще, кофем пахнешь ты.
Сказала я, подняв голову.
- Как скажешь.
Сказал он и сел напротив. Ужинали мы с весёлой и ностальгической беседой, вспоминая наши первые дни и рассказывая, как на тот момент мы воспринимали друг друга.
- Кстати, несмотря на то, что мы были знакомы всего-то несколько дней, ты сразу признался в любви. В чём подвох? Ну как можно было так быстро влюбиться?
- Вообще-то можно. Когда я перевёлся к вам, вы с Хейли всё время поглядывали в мою сторону, и я обратил внимание не на неё, а на маленькую покрытую головку с карамельными глазами, и это меня зацепило. А ещё я подошёл в столовой к тебе, чтобы спросить, с чего вы так на меня смотрели, и хотел познакомиться, а ты взяла - сама ударила, сама нагрубила и сама ушла. Вау, хэштег самостоятельная.
В конце своей речи сказал он, а я рассмеялась. Ха, а ведь будто вчера я случайно врезала ему бутылкой.
- Дальше ты как-то слишком уверенно разговаривала со мной, и меня это даже взбесило. Ну так со мной девушки ещё не разговаривали, не называли придурком, и тут первая встречная - бац, и меняет карты. А ещё этот хиджаб... Отец с детства учил тому, что мусульмане - ужасные люди, и поэтому я заинтересовался тобой, и было интересно пообщаться: за что же отец так ненавидел вас? В нашей первой работе ты так описывала свою уверенность, что справедливость всегда будет, что даже я стал сомневаться в себе, но не отступил.
-Дальше эти малые разговоры и то, как ты ударила этого Карла... Ну, того чела, которого ты сумкой прибила. В общем, могу сказать, что я почувствовал на себе любовь с первого взгляда, а тянуть я ненавидел и сказал всё тебе в лицо сразу же, так как ещё и не хотел, чтобы до тебя дошли ужасные слухи про меня, но, к сожалению, этого было не избежать. А дальше...
- Дальше Шон сделал видео, анонимно опубликовал и построил из себя жертву.
Дополнила я его слова и как-то грустно посмотрела в тарелку.
- Впрочем, это уже не важно. Кстати, как думаешь, на фестиваль фонарей в этом году или в следующем?
- Давай в этом. Думаю, я готова, и мне не терпится поскорее увидеть это.
Сказала я и прибавила:
- Кстати, какой твой любимый шоколад?
Спросила я.
- Карамельный, а твой?
- Тёмный.
Ответила я и улыбнулась, смотря ему в лицо, но не прямо в глаза.
- Почему?
- Потому что...
Мы посмотрели друг другу в глаза, и тут и так всё было ясно...
*********
До утреннего намаза оставалось сорок минут. Я встала ещё до будильника. Как же хорошо, что теперь моё тело совсем привыкло к этому режиму, и я спокойно могу вставать на тахаджуд. Я взглянула на спящего Кристофера, и решение пришло сразу же.
- Крис! Криис, вставай!
Начала его трясти я. Вообще, поначалу он предложил нам спать отдельно, если я ещё к нему не привыкла, но я сказала, что это не обязательно, так как в голове уже был план, как я буду его будить на тахаджуд ночью, и сейчас я его воплощаю.
- Ясь, что случилось?
- Какая я тебе Ясь? Это имя твоей бывшей? Обалдел?
Врезала я ему по голове, даже если и понимала, что он просто сократил и без того короткое моё имя.
- Это твоё имя, балда. И вообще-то у меня нет бывших.
Сказал он и укрылся под одеяло.
- Вставай! Знаешь, что я сейчас с тобой сделаю?
Угрожающим тоном сказала я.
- Делай что хочешь.
Сонным тоном сказал он, а я быстро побежала в ванную, чтобы взять воды в стакан, а потом, подумав, что я могу облить саму кровать, взяла брызгалку. Налив туда воды, я быстрым шагом, а точнее нарочно громким, направилась в комнату, рукой отодвинула одеяло и, заметив, что я брызгаю на подушку, остановилась. Вот это подстава...
Сзади вышел Крис с водным пистолетом и громким, но одновременно приятным смехом начал брызгать в меня.
- Ага, не на ту напал!
Сказала я и облила его водой из стакана. Хвала Аллаху, я его принесла с собой, и он стоял на тумбочке возле кровати. Воспользовавшись тем, что он замешкался, я взяла из его рук водный пистолет и начала брызгать в него.
- Ладно, ладно! Сдаюсь, с тобой игры плохи.
Сказал он под мой смех, а я протянула ему полотенце.
- Спасибо за омовение, дорогая жена. Отыграемся, когда я буду мыть машину.
- Ага, конечно. Кстати, откуда пистолет?
Сказала я, покрутив в руке это чудо.
- Вообще-то я встал до тебя и хотел разбудить тебя на тахаджуд водой, но ты меня опередила. Притворившись, что сплю, и воспользовавшись тем, что ты ушла, я быстро устроил засаду.
- Давай уже, гений, сейчас время пропустим.
Сказала я, и он кивнул. Я направилась брать омовение, а Кристофер пошёл в ванную на первом этаже, и через пятнадцать минут мы были готовы. Я надела свой хиджаб для намаза, и мы пошли в комнату для молитвы, которую вместе обустроили. Красивый намазный коврик, подсветка в виде арабских букв «ا» и «ؤ», соединённых вместе - комната была в тёмно-зелёных, белых и золотых тонах, придавая особую атмосферу.
Кристофер встал впереди, а я позади него.
- Подожди, ты хочешь сказать, что ты уже выучил суры?
Спросила я у него.
- Да, после суда я сразу же начал изучать, как читать намаз. И, конечно, пока что малые суры, но ты же научишь меня?
Спросил он, подмигнув.
- Как насчёт устраивать совместные уроки по религии? Я тебе много чего расскажу и научу.
Предложила я ему.
- Супер. И буду ждать, когда ты прочитаешь мне Коран своим голосом.
Усмехнулся он и повернулся вперёд, в сторону кыблы, и я встала за ним, сосредоточившись на намазе и прочитав намерение.
- Аллаху Акбар. {Аллах велик}
Начал Кристофер намаз, а Ясмин, стоявшая позади него, тоже начала свой намаз.
Читал Кристофер медленно, не спеша, пытаясь не совершить ошибку. Он долго учил эти суры, ему это давалось сложно. Человеку, который с детства был христианином, учить арабский и правила чтения намаза давалось нелегко, но он старался, так как верил искренне и был доволен собой, поняв, что даже во тьме найдётся свет, и этим светом в его жизни стала религия Ислам. Он никогда не верил в справедливость, думал, что должен всегда мстить людям и надеялся только на себя, но каково же было его удивление, когда он узнал о такой справедливой части Ислама. Человек, который всегда думал, что главное - это быть при деньгах и власти, что это единственное, что ему поможет в этом мире, успел задуматься за эти два года. А ведь и вправду, неужели в мире нет капли справедливости, за которую так упорно боролась Ясмин? Да что там у неё за религия такая, раз она уж слишком упрямая и не отказывается от неё?
Этими вопросами и началась его история прибытия в мир Ислама, который стал для него новым миром, совсем другим, не таким, как все, новым, будто бы исцеляющим светом, который помогал заживать ранам и на душе...
*************
Я резко распахнула глаза. Кристофера рядом не было, и, видимо, было уже утро, а точнее - ближе к обеду. Я посмотрела в телефон.
Десять утра?! Да вы издеваетесь! Я отчётливо помню, что ставила будильник на восемь утра. Неужели я его не услышала?
Я вскочила с кровати. Да уж, зря я хотела поспать после утреннего намаза - так и весь завтрак пропустила, а ведь хотела показать Кристоферу свои навыки кулинарии. Ладно, мало ли ещё отправила бы его.
Переодев свою пижаму в нормальную домашнюю одежду, я спустилась на кухню и увидела его довольное лицо. Что он опять задумал?
- Доброе утро, спящая красавица. Выспалась?
- Не то слово. Сори, я, видимо, не услышала будильник.
С сомнением сказала я, но вот как адвокат мог так облажаться? Обычно со мной такое не происходит.
- Так это я его выключил. Подумал, что ты хотела бы после вчерашнего дня выспаться, вот и отключил.
Равнодушно сказал он.
- Ээ! Между прочим, я хотела завтрак нам двоим приготовить!
Пожаловалась ему я. Так вот почему я не проснулась, а я уже начала в себе сомневаться. Ну спасибо, дорогой муж.
- Ничего страшного. Пойдём в кафе? Здесь неподалёку открылось кафе, какие-то турки с халяльным меню. Что скажешь?
- Я не против. А давай после завтрака поиграем в бадминтон?
Предложила ему я. Перед свадьбой, когда мы обустраивали дом, я попросила сделать мини-площадку во дворе, чтобы играть с ним в бадминтон. К счастью, наш двор был закрыт забором, через который не было видно нас, и это тоже было моим условием, когда мы выбирали дом. Я хотела, чтобы могла свободно выходить во двор без хиджаба, и нам попался прекрасный район под мои хотелки.
- Хорошо, а после игр урок от нашей Ясмин?
- Не называй меня так!
Сказала я ему, а он удивлённо уставился на меня.
- Разве все к тебе так не обращаются?
- Да...
- Тогда в чём проблема?
- Ты - не все.
Закончила я свою фразу. Кажется, за эти два года я успела соскучиться по своему прозвищу «бунтарка» и хотела снова и снова слышать его от Криса, чтобы убедиться - вот он, мой Кристофер, тот, который любит меня, тот, кто исполнил мои детские мечты, тот, кто всегда был и будет рядом. Вот он настоящий, и моё прозвище - ему доказательство.
На это Кристофер как-то по-своему улыбнулся.
- Ладно, бунтарка. Ну что, пойдём собираться?
- Ага.
Сказала я и быстрым шагом направилась в комнату. Как же прекрасно, когда рядом есть хороший и любящий тебя человек.
************
После нашего завтрака и хорошей игры мы оба взяли омовение, прочитали намаз и сели в нашу мини-библиотеку. Я давно хотела себе такую комнату, где есть полки, книги, стол, стулья, красивая атмосфера и любящий человек рядом.
Взяв в руки Коран, я попросила его назвать число от одного до ста четырнадцати, и он выбрал двадцать пять, и я порадовалась, потому что там есть аят, который я читала с особым любимым мне кыраатом.
{بِسْمِ ٱللَّٰهِ ٱلرَّحْمَٰنِ ٱلرَّحِيمِ}
{قُلْ أَذَٰلِكَ خَيْرٌ أَمْ جَنَّةُ ٱلْخُلْدِ ٱلَّتِى وُعِدَ ٱلْمُتَّقُونَ ۚ كَانَتْ لَهُمْ جَزَآءً وَمَصِيرًا
لَّهُمْ فِيهَا مَا يَشَآءُونَ خَٰلِدِينَ ۚ كَانَ عَلَىٰ رَبِّكَ وَعْدًا مَّسْـُٔولًا}
Перевод:
«Скажи: это лучше или же Сад вечности, обещанный богобоязненным? Он станет для них наградой и обителью. Там для них будет всё, чего они пожелают, и они пребудут там вечно. Это обещание твоего Господа, которое обязательно исполнится». (25:15-16)
Когда с начала суры я дошла до этого аята и дочитала его, Кристофер попросил остановиться.
- Ты читаешь прям как твой отец, Ма ша Аллах. Можно дальше я продолжу?
Спросил он. На нашей свадьбе Коран читал мой отец, и все, в том числе и его семья, слушали его, затаив дыхание. Как же долго я ждала услышать его голос.
- Ладно, продолжай.
Сказала я, и, к моему удивлению, Кристофер читал без запинок, медленно и до трепета в сердце красиво. Даже не верится, что тот самый Кристофер, который видел мою религию как какой-то бред, сейчас сидит со мной и читает Коран, будучи моим мужем.
После прочтения двадцать первого и двадцать второго аята он остановился.
{بِسْمِ ٱللَّٰهِ ٱلرَّحْمَٰنِ ٱلرَّحِيمِ}
Аят 25:21:
{وَقَالَ ٱلَّذِينَ لَا يَرْجُونَ لِقَآءَنَا لَوْلَآ أُنزِلَ عَلَيْنَا ٱلْمَلَٰٓئِكَةُ أَوْ نَرَىٰ رَبَّنَا ۗ لَقَدِ ٱسْتَكْبَرُوا۟ فِىٓ أَنفُسِهِمْ وَعَتَوْا۟ عُتُوًّا كَبِيرًا}
Аят 25:22:
{يَوْمَ يَرَوْنَ ٱلْمَلَٰٓئِكَةَ لَا بُشْرَىٰ يَوْمَئِذٍ لِّلْمُجْرِمِينَ وَيَقُولُونَ حِجْرًا مَّحْجُورًا}
Перевод:
«Те, которые не надеются на встречу с Нами, говорят: "Почему к нам не ниспосланы ангелы? Или почему мы не видим нашего Господа?" Они возгордились в самих себе и проявили великое высокомерие.
В тот день, когда они увидят ангелов, не будет радостной вести для грешников, и они скажут: "Преграда, непреодолимая преграда!"»
- Я... Немного не понял, что здесь говорится?
- Давай посмотрим на полный перевод.
Предложила я и открыла толкование. Прочитав его, я принялась объяснять смысл этого аята.
- Аллах здесь говорит про тех, кто не верит и кто требует доказательств. Когда говорится, что они проявили высокомерие, это значит, что они хотят, чтобы истина «подстроилась под них». Они не хотят верить, а ищут повод не верить. И то, что там говорится: «в тот день они увидят ангелов», означает, что теперь это не знак веры, а знак суда, знак наказания. Неверующие поверят только тогда, когда увидят это, но в этот день уже уверуют все. Но ведь Аллах хочет увидеть тех, кто уверовал, даже не увидев.
Это преданность своей религии.
-Если сказать вкратце:
Люди, которые из гордыни требуют «особых доказательств», в итоге получат их... но уже тогда, когда это не принесёт пользы.
Фраза: «Преграда, непреодолимая преграда!» толкуется как: «Остановите это!» или «Мы не готовы!», а ведь им уже давалось время подготовиться.
Сказала я и сама удивилась, насколько же много может быть смысла в одном аяте Корана. Мусульманам следует почаще его читать, в том числе и перевод тоже, чтобы знать, какие скрытые смыслы в себе кроют все эти аяты. Если мы не умеем - не значит, что мы не можем уделять времени хотя бы пятнадцать минут в день, и уже через месяц можно будет читать без запинки, если хорошо постараться. Тем более, разве у нас нет времени для Того, Кто нам его даровал?
*************
Спустя три месяца...
Сегодня у нас с Кристофером должен был быть особый день, так как мы договорились устроить сегодня день воспоминаний: вспомнить старые дни, наше детство, старые семейные или детские фотографии - подходило всё.
Я, собрав свои старые фотографии и ещё кое-что ценное, что понравится Кристоферу, ждала его дома в зале на диване с готовыми фотографиями. Как только он пришёл, с хитрой улыбкой мне стало не по себе.
- Знаешь, когда я рылся в своих старых фотографиях, я наткнулся на одну очень интересную. Моя мама сфотографировала меня без спроса, видимо.
Сказал он и под моим вопросительным взглядом продолжил:
- В общем, я покажу, только не ревнуй, ладно?
- А ну живо покажи!
Потребовала я после его слов.
- Когда я был маленьким, я жил в Турции, и моя мама ходила на рынок. Там была одна швея, которую мама очень любила и говорила, что у неё золотые руки. Так вот, у этой швеи была дочь, мы с ней часто играли. Я совсем не помню, как её зовут, но помню кое-что другое: в детстве я дарил ей тюльпан, а она сказала, что больше любит розы, и пришлось ей купить их. А потом мы переехали обратно в Испанию, и больше я ни её, ни её мать не видел.
Сказал он, а я, увидев фотографию и услышав рассказ, остолбенела и посмотрела на маленького Кристофера и... себя. Да, на этой фотографии была я.
Молча взяв из коробки свою фотографию, я протянула её Крису, а он, нахмурившись, смотрел то на неё, то на свою.
- Вот это фортануло...
Сказал он, и мы рассмеялись.
- Знаешь, а ведь твой характер строился с детства.
Подметил он, и я была с ним согласна.
- СубханаЛлах, а ведь я голову ломала, куда же ты подевался. Мне скучно было на рынке с мамой.
Посмеялась я, а он сел рядом, приобняв и поцеловав меня в висок.
- У меня кое-что есть для тебя.
Сказала я и достала одну из своих толстых книг. Под заинтересованный взгляд своего мужа, пролистав середину, я достала прозрачную закладку для книг, в которой была сухая роза - та самая первая роза, которую Кристофер подарил ещё когда мы были студентами.
- Помнишь, ты чувствовал себя виноватым после нашего первого занятия и подарил розу? Это она. Я высушила и сделала из неё закладку на память. Правда, сто раз хотела её выкинуть после того случая, но сохранила. Скажи, красиво?
- Очень... Я даже не думал, что ты её так сохранишь. Какая же ты у меня сообразительная.
- Ага, прям в тебя.
- Ну да, в меня. Кстати, шикарно выглядишь. Как насчёт сегодня пойти на каток?
Предложил Кристофер. Уж он-то всегда знал, что мне нужно и когда.
- Хорошо. О, смотри, тут ещё фотография.
Сказала я и принялась доставать наши старые фото с Керимом, с Амирой, когда она была совсем маленькой, с Фатимой, отцом и мамой. А Кристофер показывал свои детские фотографии с Леей и ещё одним парнем. Когда я спросила, кто это, он ответил, что это Зак, и рассказал, что они с Леей дружат с детства.
А я слушала его. Любые рассказы, которые говорил Кристофер, всегда заканчивались весело, и обычно под конец любых рассказов он требовал в обмен один факт про меня, чтобы мы стали ближе друг к другу.
За эти три месяца мы успели несколько раз поссориться, но быстро мирились, и всегда прощения просил он, что было сладкой песней для моей гордости. Ну вот же придурок - не давал мне шанса извиниться. Но наши споры всегда были по правилам. Ага, вот что значит - два адвоката женились. Наши споры всегда были будто бы практикой суда, нам только не хватало свидетелей и помощников, не считая того, что иногда ими были Норт и Хейли, и оба из них были на моей стороне. Ха, ожидаемо.
Но, несмотря на все наши ссоры и споры, мы любим друг друга и всегда будем мириться и любить друг друга до конца, по воле Аллаха. Странно было бы, если те, которые столько всего прожили, поссорились бы из-за выбора фильма. Как там говорится?
Переплыть океан и утонуть в луже...