Такова правда.

После моего, так сказать, сватовства и махра, которого я потребовала у Кристофера на халяльный доход, у нас должна была быть встреча в том самом парке. Как свидетель пришла со мной Фатима, да, даже если я и была сватана, я хотела обсудить много вещей с этим человеком.

Когда мы прибыли на место, Кристофер уже ждал там вместе с Леей, они встретили нас с искренней улыбкой.

—Ассаляму алейкум.
Протянул Кристофер маленький букет роз и подарочный пакет.

—Ваалейкум салям, не стоило...
Хотела сказать я, но меня перебила Лея.
—Да это ещё базовый минимум каждого мужчины, и не благодари.

—Полностью с ней согласен.
Кивнул Кристофер своей сестрёнке, и мы сели на двустороннюю лавку, и слово взяла Фатима.

—Для начала хочу сказать несколько условий.
Начала она и продолжила под одобрительный кивок Кристофера.

—Свадьба будет полностью с халяльным доходом, едой и напитками, без тех денег, которые достались вам от Диамана, или же мы сами можем всё оплатить.

—Не волнуйтесь, я сам всё оплачу, и дозволенным доходом.
Улыбнулся он, смотря на подарочный пакет, который он мне дал.

—Дальше махр Ясмин тоже будет таким же образом, что ты там попросила?
Посмотрела на меня Фатима.

—Дом и машину БМВ М5.

—Чёрного цвета, может, ещё и добавим байк? Хочешь?
Спросил Кристофер у меня, а я невольно вспомнила тот байк, который он подарил мне ещё тогда и который я продала.

—Kawasaki Ninja тоже чёрного цвета, вместе покатаемся.
Равнодушно продолжил он.

—Думаю, этого мне достаточно.

—Ладно, я и без этого могу купить его тебе.
Улыбнулся он, всё ещё смотря на подарочный пакет, будто бы что-то обдумывая или же решая, взять ли его обратно.

—Я согласен на ваши условия.
Обратился он к Фатиме.

—А ещё это от меня: если ты хоть что-то сделаешь с моей сестрёнкой, как говорил Керим, никакие документы тебя не спасут.
Предупредила Фатима крайне серьёзным тоном, и Кристофер кивнул и опять почему-то посмотрел на подарочный пакет.

Вскоре Лея и Фатима оставили нас наедине, и я решила напасть первой.

—Расскажи мне всё.
Потребовала я.
—Что именно?
—Про тот день.
Сказала я, и Кристофер как-то грустно улыбнулся и начал свой рассказ, то и дело посматривая на подарочный пакет, что вызвало и у меня интерес.

****************

Испания, Мадрид, два года назад...

Кристофер Мартин шёл в кабинет своего отца, ожидая всё самое худшее, что может случиться, так как отец никогда не звал его просто так, каждая встреча с ним была особым испытанием, на котором Кристофер не должен был сорваться, но если бы ему дали полную волю, он бы давно уже убил своего же отца и избавил свою семью от проблем.

—Ты меня звал.
Озвучивая факт, сказал Кристофер.

—С кем ты был на прошлой неделе?
Спросил Диаман, а Кристоферу оставалось только молиться, чтобы он не начал свой шантаж против его друзей.

—Одногруппники.
Коротко ответил он.

—Ты хотел сказать одногруппница?
Вдруг с ухмылкой сказал Диаман, от чего сердце Кристофера вдруг болезненно сжалось, так как он понимал, речь идёт о Ясмин, а не о какой-то другой девушке. Кристофер вообще не общался с другими девушками, ему не было интересно до них, что не скажешь про остальных его друзей, но сейчас он внимательно слушал своего отца, как бы он не начал опять свои грязные игры.

—Помнишь, для чего вообще ты пошёл на юридический факультет?
Спросил его отец.

—Да, ты хотел сделать меня своим личным адвокатом, тем, кто всегда будет под рукой.
С готовым ответом сказал Кристофер, уж он-то помнит те дни, когда отец буквально заставил его идти на это и стать лучшим в этой сфере.

—А ещё, как я тебе уже говорил, мы узнали, что дочь моего прошлого врага, на которого мы свалили вину, тоже на юридическом факультете, и знаешь почему? Она хочет стать адвокатом, чтобы выиграть повторный суд, если, конечно, он будет, наша игра может...

—Твоя игра.

Вдруг резко оборвал своего отца Кристофер, которому уже надоело то, что отец говорит так, будто бы это всё была их затея, обвиняя не только себя, но и его.

—Наша, Кристофер, ты мой соучастник, и на это у меня тоже есть доказательства, помнишь? Если посадят меня, то и тебя тоже, ведь ты знал всё это и даже помогаешь скрыть, так что это и моя, и твоя игра тоже.

Жёстко проговорил отец, а Кристофер нахмурился, вспомнив, что у отца есть всё, чтобы подставить и его, и его мать, и сестру, и как же ему это надоело — играть по его правилам и быть у него в заложниках. Кристофер давно ждал того дня, того момента, когда он сможет покончить со всем этим раз и навсегда.

—Так что ты хотел сказать?
Перешёл на основную тему Кристофер, тянуть не было смысла.

—Твоя подружка Ясмин и есть дочь Юсуфа Хаккама.
Резко и серьёзно сказал Диаман, а Кристофер невольно, еле заметно вздрогнул  как такое может быть? Что за нелепое совпадение! Надо же было влюбиться в дочь своего врага. Да, отца Ясмин Кристофер не видел как своего врага, так как даже не знал его в лицо, но то, что его отец играет против него — совсем не хороший знак.

—Ты должен перед отъездом сказать всю правду ей в лицо и очень жестоко, как я тебя учил, и без своих замыслов, дорогой сын.
Подчеркнул свои последние слова Диаман, а Кристофер поморщился — сыном Диаман называл его только тогда, когда ему что-то от него нужно.

—А если я откажусь?
Всё-таки решил попытать свою удачу Кристофер, хотя и знал, чем всё обернётся и каким будет его ответ.

—Лея и твоя мать попадут под решётку навечно, пожизненно, ну в худшем случае они обе умрут, и поверь, за собой я следа не оставляю.

Усмехнулся Диаман, а по Кристоферу вдруг прошёл холодок — нет, нельзя, всё не должно быть так ужасно, его мать и сестрёнка не могут пострадать, он для них всё сделает, они единственные родные ему люди, ведь родственники мамы её давно бросили, а папина сторона такая же сумасшедшая, как и он сам. Из родной крови он любил только свою мать и сестру, остальное ему было не важно, и он и пошёл на адвоката только чтобы обезопасить их, чтобы отец не давил на Лею своими планами, а сейчас он должен был предать ту, которую он полюбил, ради своей семьи.
И Кристофер решил.

—Хорошо... я согласен.
Умело скрыв в своём голосе дрожь, сказал он, а Диаман широко улыбнулся.

—Вот и славно, свободен.
Сказал Диаман, и Кристофер быстрым шагом направился на улицу, после таких новостей мысли давили слишком сильно. Он оседлал свой байк и начал ехать по городу, сам и не зная, куда именно — он всегда так делал, когда на него давили его же мысли.

Кристофер остановился у парка, чтобы передохнуть, и заметил её: Ясмин сидела на лавочке вместе с Леей, а Хейли неподалёку разговаривала по телефону.

Ясмин... что ему сделать? Предать или нет, рассказать правду или нет? Если он расскажет ей всё сейчас, то от Диамана уже не спастись — он всё узнает, и тогда может сделать с матерью и Леей всё что угодно.

Нет, он не может позволить этому случиться, но перед этим...

Кристофер:
Привет) Как прошёл день?
Быстро напечатал он ей сообщение.

Ясмин:
Привет. Хорошо.

Написала она в ответ, а Кристофер издалека подметил, что она улыбнулась.

Кристофер:
Рад это слышать. Если завтра будешь свободна... можем встретиться в парке. Просто погулять. Ну или покататься на байках, если хочешь.

Написал он, ведь очень хотел перед отъездом провести с ней немного времени, позабыв обо всём на свете.

Ясмин:
Если буду свободна — напишу.

Ответила она, и Кристофер внутри уже начал радоваться и был готов сделать так, чтобы у неё на завтра не было ни одного дела.

Кристофер:
Хорошо. Я буду рад.

Написал он и вышел из чата. Он наблюдал, как Лея что-то говорит ей, весело жестикулируя — она всегда такая весёлая и жизнерадостная, что не скажешь про его мрачного брата. Когда у него не было настроения, хватало только одного слова от Леи, чтобы он развеселился. Она была той, кто всегда найдёт нужные слова в нужное время, поддержит и поможет — настоящая сестра, и Кристофер её защитит любой ценой.

Его взгляд направился на Ясмин. То же самое он мог сказать и про неё, а ведь она такая смелая, раз решила дать отпор его отцу и следовать своей мечте. Так вот про что она говорила в тот день их первой совместной работы:
«Я верю, что справедливость всегда восстановится».

Услышал он её голос из прошлого, который он так любил, и подумал, что у неё, оказывается, больше смелости, чем у него, и он так и остался сидеть и смотреть на неё издалека.

«Если бы твои глаза следили за дорогами, по которым следят мои глаза,
то наши глаза встретились бы взглядом.»

*************

Я слушала Кристофера, не перебивая, дальше он рассказал о том, как отец сказал бросить старых друзей, как ему тогда досталось от них, так как они вообще не понимали, что происходит, почему он так резко уходит и бросает, точнее предаёт их.

—Ну а дальше всё есть в блокноте, ты же его прочитала?
Спросил он, а я кивнула в ответ.

—Да... прочитала, и зачем ты всё время смотришь на этот пакет? Давай я его лучше тебе верну.
Отодвинула пакет в его сторону я, а он покачал головой.

—Там... Ясмин, там есть всё, что тебе нужно, если ты всё ещё сомневаешься во мне и обижена на меня, если хочешь — используй их хоть завтра.
Сказал он, а я принялась открывать подарок: кроме всяких сладостей, всякой всячины и моей любимой шоколадки Karam, я заметила какие-то документы.

—Что это?

—Подтверждения того, что я соучастник Диамана Мартина.
Спокойно ответил он и равнодушно пожал плечами.

—Может пригодиться, если хочешь отомстить мне сейчас, Ясмин, но, пожалуйста, не держи на меня обиду.

—Ты с ума сошёл? Понимаешь, что сейчас делаешь?
Сердито сказала я — да нужны мне эти доказательства!

—Даю тебе оружие против себя.
Улыбнулся он, а я начала рвать эти листы на мелкие кусочки под его удивлённым взглядом.

—Зажигалки не найдётся?
Под конец своего дела спросила я саркастичный вопрос.

—Ты что делаешь?

—Уничтожаю оружие против тебя, Кристофер. Если бы я тебя не простила, что, по-твоему, тогда я здесь делаю? Соглашаюсь на свадьбу с своим обидчиком?
Усмехнулась я, а он широко улыбнулся.

—Хвала Аллаху, спасибо, я очень благодарен тебе, Ясмин, и не разочарую тебя, обещаю.
Сказал он, и я бы уже хотела перейти к основной теме нашего разговора.

—Так вот... ну что там спрашивают на таких встречах?
Спросил Кристофер, которого я, наверное, застала врасплох.

—Какой ты видишь свою будущую жену?
Спросила у него я.

—Хмм, дай-ка подумать: милое и очаровательное лицо, до безумия красивый голос, карамельные глаза с глубоким взглядом, который проникает прямо в душу, заставляя забыть обо всём, крепкий иман, который помогает ей вставать посреди ночи на тахаджуд и не покупать бойкотированные товары, ма ша Аллах... наверное, так и вижу. А ты как видишь своего будущего мужа?
Усмехнулся он, да, я имела в виду не всё это, ну ладно.

—А если та, которую ты так видишь, плохо готовит, не любит сидеть дома, заниматься домашними делами и хочет развивать себя и работать, и не быть слишком послушной — что ты скажешь на это?

Намекнула я на себя, ладно, готовлю я хорошо и люблю наводить дома порядок, но вот было бы интересно узнать, как он отреагирует на такое, ведь он меня совсем не знает.

—Скажу, что я беру себе жену, а не домохозяйку.
Серьёзно ответил он, но всё ещё улыбаясь.

—Ты просто плохо меня знаешь, мне на такие вещи всё равно, Ясмин, а ты говоришь так, будто бы я беру себе не жену, а домработницу.
С нотками моего «любимого» сарказма сказал Кристофер.

—Я не знаю тебя? А ты? Ты меня знаешь?
Спросила я, не скрывая усмешки, тоже мне, будто бы он меня на все сто знает.

—Вообще-то знаю: твои любимые цветы — розы, а шоколад Karam, любимое мороженое — фисташковое, любимый мультфильм — «Король Лев», ты обычно любишь работать в тишине и без чьей-то помощи, так как с детства тебя учили быть сильной и независимой, и, кстати, у них это получилось. Ты любишь слушать нашиды, твой любимый
— Minbari Bashadid и Al.tadhkir, они стоят на первом месте в твоём плейлисте, и ты всегда их перематываешь, из-за чего очередь на другие нашиды не доходит.

—Знаю, что твой любимый цвет — это голубой, но ты обычно всегда одеваешься в чёрный. Абая и платок через одно плечо — твой любимый стиль, но на важные дела по типу суда ты одеваешь простой чёрный хиджаб. Достаточно, чтобы я хоть немного о тебе знал, или продолжить?
Под конец своей речи сказал он, полностью наслаждаясь моей реакцией.

—Да ты издеваешься... откуда ты всё это знаешь?

—Ээ... а на этот вопрос я тебе не отвечу, ладно, шучу, шучу. Многое из этого — мои наблюдения, а остальное сказала Хейли, я многое о тебе спрашивал у неё. Так что, Ясмин, ты согласна на наш завтрашний никях?

Спросил он, а я опешила на секунду.

—Крис, какой завтра?
—А почему тянуть? Если ты согласна, то почему бы и нет? Но если ты хочешь, я, конечно же, подожду, решение только за тобой, ясно?

Я задумалась: перейти к совместной жизни с чужим для меня человеком казалось мне таким страшным. Я слишком много насмотрелась видео о неудачных браках в интернете, и, честно, для меня это стало какой-то фобией, но я знаю, что если я доверюсь Аллаху, он выберет для меня самое благое, и я... оставила выбор за ним.

—Мне нужно твоё согласие.
Достала я телефон и включила диктофон.
—Согласен ли ты, что если хоть раз при ссоре ты на меня поднимешь руку, то я тебе её сломаю, ты согласен на это?
Серьёзно спросила я, а он рассмеялся.

—Я серьёзно, придурок, отвечай.
Он вдруг перестал смеяться и тоже принял спокойное серьёзное лицо и сказал:

—Возьми и убей меня, если я хоть голос на тебя повышу, Ясмин.
Как-то странно и в то же время подтверждая свои слова посмотрел он на меня, в его глазах это буквально читалось.

—А ведь глаза не врут...
Прошептала я себе под нос одну цитату из книги.

—Ой, забей, это из книги.
Отмахнулась я и выключила диктофон.

—А точно! Ты же ещё и читать любишь, забыл в список добавить.
Я кивнула, а он как-то странно на меня посмотрел и, немного наклонившись, сказал:

—Прочитай мои глаза, что в них написано?
Спросил он, а я прикрыла свои глаза одной рукой, улыбаясь, но вот надо же так смутить меня одной встречей! К моему счастью, нас прервала Фатима, которая, улыбаясь, подошла к нам.

—Слушайте, голубки, я, конечно, всё понимаю, но вы немного затянулись, давайте оставим остальные ваши вопросы на следующую встречу, ладно?
Сказала Фатима, а Кристофер на неё, точнее в пустоту рядом с ней, как-то недоумённо посмотрел.

—Вторая встреча? Думаю, Ясмин согласна на завтрашний никях.
Равнодушно сказал он, а я с вызовом на него посмотрела, да чтоб тебя, Кристофер! Фатима лишь улыбнулась ещё шире.

—Ну тогда сполна поговорите после своей свадьбы, а сейчас, видимо, вы уже приняли решение, Ясмин?
Посмотрела на меня сестра, и я тяжело вздохнула.

—Да, я согласна.
Сказала я, а Лея, которая появилась позади моей сестры, заулыбалась так же, как и её брат.

—Ну тогда не будем терять времени? Как мы и говорили, основная свадьба будет в Испании, а если никях завтра, мы должны уже начать готовиться, а то ничего не успеем, ну вот нельзя было раньше-то сообщить?
Требовательно посмотрела на меня Фатима.

—А что я? У него спрашивай, я сама только узнала, точнее только согласилась на это.
Пожала я плечами, невинно поглядывая на сестру.

—Кристофер, да ты полный газ.
Подметила вслух Фатима.

—Просто не упускаю лучший шанс в моей жизни.
Сказал он, и Лея начала меня поздравлять и намекать, что если Кристофер хоть пальцем меня не так тронет, она его убьёт. Да что тут намекать — она говорила это прямым текстом, на что Кристофер лишь соглашался. Бедняга, ему тут даже родная сестра угрожает за меня, ну это был его выбор, теперь пусть терпит.

***************

Как бы удивительно было то, что сейчас я стою перед зеркалом, а Хейли помогала мне сделать лёгкий макияж, так как краситься обычно не мой конёк. Я вспомнила картину полтора месяца назад, где уже подготавливала я Хейли к её свадьбе, баракАллах, а ведь будто бы только вчера мы были соседками по парте, будто бы вчера она приняла ислам, будто бы вчера мы обсуждали брелок, который дал мне Кристофер. Тогда я его и любила, и ненавидела всем сердцем, а сейчас выхожу за него замуж — вот это поворот.

—Знаешь, ты выглядишь просто супер.
Сказала Хейли, а я посмотрела в зеркало: нежно-белоснежное платье, такого же цвета платок и украшения на моей голове, лёгкое, без пафоса, зато очень красивое и нежное, холодно-кристально розового цвета, лёгкий макияж — и я была готова. В комнату зашла мама.

—Они приехали, проходите в женскую сторону.
Сказала мама. Никях мы делали не в мечети, а дома, повесив между двумя комнатами занавеску, да, так тоже можно. Мы позвали к себе домой имама, который будет читать никях, разрешение родителей уже было получено, и оставалось произнести те самые слова — и наша жизнь изменится навсегда.

Мы перешли в женскую сторону, и я просматривала на другую комнату, где уже собрались все. В качестве своего свидетеля Кристофер привёл Норта. Сам он был одет в белоснежный костюм, что делал его тёмные волосы и глаза ещё более заметными, как бы я сразу заметила, что белый ему к лицу, да этому моему будущему мужу всё идёт к лицу, несмотря на цветотип, считаю ли я это читерством? Да, конечно, а как же иначе?

Следом пришёл имам, и все собрались. Нас разделяла только наполовину прозрачная занавеска, ну, например, если мужская сторона нас видела менее хорошо, то мы их видели прекрасно. Для начала мы оба произнесли шахаду в подтверждение того, что мы мусульмане, потом имам спросил нас по очереди, добровольно ли мы соглашаемся на этот никях, и, получив наше согласие, он начал читать свою лекцию, как нам нужно жить в браке по правилам Аллаха, что дозволено, а что нет, и после длинной лекции, точнее наставления, и подтверждения махра речь была закончена, и имам протянул нам листок бумаги, чтобы мы оставили свои подписи. После подписи Кристофера они протянули бумагу на женскую сторону, и я оставила свою подпись, и мы официально и по религии стали мужем и женой, не парой «девушка и парень», а чем-то более важным, более лучшим и близким друг другу.

После никяха, с маленькими поздравлениями, все вышли, чтобы оставить нас наедине, а я немного отошла в сторону от двери и повернулась спиной — это была малоизвестная турецкая традиция, о которой, наверняка, Кристофер не знал. Он вошёл в комнату, закрыв за собой дверь, а я затаила дыхание.

—Да будет наша свадьба с хайром.
Первым делом сказал Кристофер, и под «хайр» он имел в виду благо.

—Аминь.
Еле слышно прошептала я, но Кристофер всё равно его услышал, иногда мне даже казалось, что он слышит даже мои мысли, именно такое у него всегда было лицо. Он подошёл ко мне, и я почувствовала его руку на своём плече.

—Ясмин?
Сказал он, а я дёрнула левым плечом, на котором была его рука. Он тихо рассмеялся и ещё раз тронул его.

—У меня есть Karam.
С смехом сказал, будто бы предложил мне миллион долларов, и я обернулась.

—Правда? Дай сюда.
Сказала я, и мы рассмеялись, ну да, за шоколадку я готова повернуться.

Я встретилась с ним взглядом, и мы как-то смотрели друг на друга в странном молчании, будто бы всё ещё не понимали реальность ситуации, точнее нашего брака. Кристофер дал мне белые розы, шипы которых были аккуратно срезаны, а сами они были завязаны белоснежной ленточкой.

—Спасибо... Так и будешь молчать?

—А как заговорить обратно после потери речи от такой красоты? Ты как всегда прекрасна, белый тебе к лицу.

—И тебе тоже.

Подняла я свой взгляд на него, а он наклонился, чтобы мы были на одном уровне, впрочем, как всегда.
—Если позволишь...

Встал он на одно колено и взял мою правую руку, от его прикосновения мне стало как-то не по себе, и даже сомнительно было, что теперь ему это разрешается, я будто бы всё ещё видела его чужим, несмотря на то, что теперь мы самые родные друг другу.

Он надел кольцо на мой безымянный палец и поцеловал тыльную сторону руки, а потом встал обратно и посмотрел на меня.

—У меня есть для тебя подарок.

—У меня тоже.
Ввела его врасплох я и была довольна собой.

—Мой основной подарок я сообщу после свадьбы, а сейчас давай я дам тебе кое-что первым.
Сказал он и достал из кармана тот самый брелок, который я разбила на части.

—Я его починил, теперь как новенький, а свой браслет я не сниму, и ты носи его всегда с собой, хорошо, бунтарка?
Сказал он, и я взяла брелок, кивая. Я заметила, что на нём уже есть какие-то ключи и... нет, неужели?

—Это ключ от байка?!
Спросила я, подняв свой взгляд на Кристофера, а он, улыбаясь, кивнул.

—Ну не надо было настолько...

—Надо, и точка. Когда я дарю тебе подарки — принимай их, и всё, это моё единственное условие, не волнуйся, кстати, это всё полностью дозволенным доходом, в фирме теперь всё по-другому, я работаю над этим днями и ночами.
Сказал он, а моей радости не было предела.

—Ладно, если это не основной подарок, тогда что основной?
Спросила я, а Кристофер лишь покачал головой.

—Узнаешь потом, после свадьбы.
Улыбнулся он.

—Спасибо большое.
Искренне поблагодарила я его, положила розы и ключи с брелком на рядом стоящий стол и подошла к Кристоферу, чтобы его обнять, и прижалась к его груди. Он даже сначала был удивлён, но потом так сильно прижал меня в объятия, что мне самой стало приятно от этого.

Он пах как кофе, еле ощутимый запах металла и строгих духов, которые я ненавидела — мужские духи я никогда не смогу полюбить, они для меня слишком тяжёлые, и, кажется, мой дискомфорт ощутил и он. Отстранившись, но всё ещё держа меня за руки, он спросил:

—Что-то случилось?

—Твои духи... они немного, э-э... тяжёлые, не используй их, я не люблю запах таких духов, мне твой нравится.
Сказала я, и он кивнул.

—Я только из-за сегодняшнего дня их побрызгал, сам не люблю такие духи.
Сказал он и с насмешкой посмотрел на меня, от его взгляда мне стало как-то не по себе.

—А ты более смелая, чем я думал, а то я представлял, как буду ждать, пока ты привыкнешь.
Сказал он и вдруг поднял меня и покрутился на месте — голова закружилась от восторга, как же я любила, когда папа так делал в детстве!

Снова почувствовать себя ребёнком — неописуемое чувство, то, что я сейчас и испытываю. Заметив моё веселье, Кристофер ещё немного покрутил меня, моё платье, как у принцессы, красиво ветвилось, и я смеялась — кажется, можно зачеркивать ещё один пункт?