Глава 32-Резкие тормоза.
Шон уже приближался, а я ждала его, на улицах уже темнело, закат накрыл город и оставлял за собой нежно-розовые следы на небе. Я подметила, что, наверное, в нашем районе отключили свет, так как фонари не горели, и свет из магазинов тоже не шел. На улицах было тихо и спокойно, редкие прохожие, и ни одной машины всё ещё не проехало.
Шон быстро перешёл дорогу и направился ко мне стремительным шагом. Выглядел он довольно нервно и даже взволнованно, чем прибавил интерес к своему рассказу.
— Ваалейкум салям, так что ты мне хотел рассказать?
Перешла я сразу к теме — тянуть не было смысла, мне ещё много чего нужно обдумать и сделать.
— Хазал… ты, наверное, уже знаешь это… или даже если нет — она не та, за кого себя выдаёт…
Начал он, а я его прервала:
— Я это уже знаю. Что-то ещё?
— Диаман… у него есть планы. Он хочет воспользоваться тем, что ты сейчас отвлечена на Хейли и Хазал. Он хочет отвлечь тебя от основного, Ясмин. А ещё Кристофер хочет...
— Это опять ваша игра?!
Резким криком прервала его я, так как по той стороне дороги заметила лёгкую самодовольную улыбку Диамана. Дорогой костюм, жёсткий взгляд — но довольный собой, будто бы он уже выиграл этот суд.
Шон обернулся и тоже заметил его. Он скривился, будто бы ненавидел этого человека всем сердцем — так же сильно, как и я.
— Это не игра, Ясмин. И я без понятия, что он тут делает, но не волнуйся, сейчас разберёмся и узнаем, что у него за мотивы. Постой здесь, я сейчас.
С этими словами Шон направился в сторону Диамана, а я хотела уже пойти следом, как на мой телефон пришло сообщение с большими буквами от… Леи.
Лея:
СТОЙ НА МЕСТЕ, ЯСМИН!
Прочитав это, я ничего не поняла и посмотрела на Шона, который подошёл к дороге и начал её переходить.
Вдруг резко из-за угла с бешеной скоростью выехала машина и…
Удар.
Звук тормозов.
Шона резко отбросило в сторону, а машина поехала дальше с той же скоростью. Я крикнула от резкого шока и быстро направилась к нему. Кровь уже текла по асфальту, он был в ужасно тяжёлом состоянии. Из магазинов выбежали продавцы и покупатели — всего несколько человек. Некоторые кричали о срочной помощи, некоторые уже вызвали скорую, которая должна была как можно быстрее приехать, ведь район был в центре… но минуты растянулись в вечность.
Один мужчина начал перевязывать его рану тканью, пытаясь остановить кровь, которая уже окрашивала асфальт и текла будто бы без остановки.
— Ясмин…
Кашляя, еле-еле проговорил Шон.
— Не говори ничего, ясно? Не трать силы, сейчас приедет скорая!
— Они не успеют…
— Заткнись! Успеют! Подожди, терпи, пожалуйста!
В горле накопился ком, я еле выговаривала слова, будто бы сбили не Шона, а меня. Шок был невыносим, и чувство вины, и беспомощности тоже. Я не могла ничего сделать. Я просто опустилась на корточки рядом с людьми, которые пытались остановить кровь, и смотрела на то, как перед моими глазами умирал Шон…
— Ясмин… прости меня…
Еле выговаривал он слова, а я хотела его заткнуть, чтобы он перестал так говорить.
— …Чтобы в Судный день… я не остался перед тобой в долгу… И… я не хочу предстать… перед Аллахом с этим грехом…
Кашляя, сказал он, с надеждой смотря на меня.
— Прости…
— Прощаю… только, пожалуйста, не трать силы на это, замолчи и подожди, сейчас они должны приехать!
— Спасибо… что открыла мне глаза… на правильный путь… Я попросил прощения у Аллаха… искренне…
Сказал он с последней милой, едва заметной улыбкой и еле слышным шёпотом произнёс:
— Ашхаду... анна ля иляха... илля-Ллах, ва ашхаду... анна Мухаммадан...абдуху ва расулюху…
Люди рядом начали шептаться, а дед, который пытался остановить кровь, вдруг проверил пульс и закрыл глаза Шону, с сожалением посмотрев на него.
— Он погиб.
— Инна лилляхи... ва инна иляйхи раджиун…
Сквозь слёзы сказала я.
«Мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся».
Горячая слеза сама собой потекла по щеке, а по приезду скорой все разошлись, и они забрали Шона, немного спросив у нас подробности. Я дала им номер его мамы.
Как же это ужасно… Муж, дочь… и единственный сын, который у неё остался, тоже погиб в автокатастрофе. О Аллах, дай ей терпение и вознагради её за это. Я не представляю, какую боль сейчас чувствует тётя Алия… Все её родные погибли… Всё-таки в этом мире всегда найдётся человек, который терпит больше, чем мы, и для которого наша жизнь гораздо лучше, чем их.
Размышляя над этим и смотря на скорую, которая увезла Шона, я подняла глаза на противоположную сторону дороги, где стоял Диаман. И да — он всё ещё там стоял. Но вот его улыбка…
Она была такой довольной, как никогда.
И тут я поняла.
Это всё было подстроено им. Это всё сделал он.
Камеры…
А ведь свет нам выключили именно тогда, когда я вышла из гаража… а сейчас его уже включили. Это всё сделал Диаман. Он выключил свет, чтобы камеры не могли ничего записать, а у машины даже не было номера. Он специально стоял там, чтобы Шон… или даже чтобы и я пошла в эту сторону и…
О Аллах… а ведь если бы не это сообщение…
Диаман с улыбкой ровно посмотрел на меня и что-то нажал на телефоне. А потом мне пришло сообщение от незнакомого номера.
Незнакомый номер:
Честно, ты должна была умереть с ним, Ясмин Хаккам, но так даже интереснее. Дело в том, что Шон услышал то, что не должен был услышать, и, как я и думал, пошёл сразу всё рассказывать тебе. Но это было предусмотрено. Мне не нужны лишние свидетели. А ещё Шон был рядом со мной только чтобы испортить жизнь Кристоферу и отомстить якобы за смерть своей сестрёнки, потому что думал, что она сама себя погубила из-за буллинга. Только вот именно я убил её сестру таким же образом, как и убил его отца… и его самого сегодня. Да, отец Шона тоже накосячил, так что от него избавиться тоже пришлось. Увидимся в суде. До встречи.
Только я прочитала его сообщение и посмотрела на него — как оно тут же удалилось, и его номер тоже.
И тут я поняла.
Я. Должна. Выиграть. Суд.
И всё. Без «но» и без других вариантов. Я просто должна выиграть его. Теперь это не только месть за прошлое, за свою боль, за семью и за отца. Теперь это и за Шона… и за его семью тоже. За его отца, за сестрёнку… и за его маму, которая столько терпела и теперь будет страдать ещё больше.
Это месть за всех них.
И я её добьюсь.
Я угроблю этот бизнес.
Закрою дело, которое началось давным-давно.
***********
Кабинет Диамана Мартина после ухода Ясмин остался напряжённым. Что не странно — такое молчание могло обозначать многое, но сейчас все трое не решались завести разговор.
— Господин Диаман, позвольте спросить… вы же знали, что она откажется. Так почему тратили на неё своё время?
Поинтересовалась Лея, которой уже надоел весь этот цирк.
— Тяну время, Лея Мартин. Нам нужно, чтобы эта девушка как можно больше потратила времени впустую. Это наша цель, не так ли?
Ответил ей отец.
— Так и есть, господин Диаман.
Кивнула Лея.
— Оставь нас одних с твоим братом. Лея, ты свободна.
Сказал Диаман, а Лея, кивнув, покинула кабинет и медленным шагом пошла по лестнице вниз, на первый этаж. В лифт ей заходить не хотелось — она пользовалась им только тогда, когда нужно было подняться. Спускаться пешком, обдумывая всё, ей нравилось больше.
Уже на первом этаже Лея вспомнила, что может пойти к своему другу, и направилась к лифту. Поднявшись на нужный этаж, она направилась в кабинет Зака и тут же столкнулась с ним.
— Нам срочно нужно поговорить!
В спешке сказал Зак и потянул за собой Лею в свой кабинет.
— Что случилось?
— Твой отец хочет убить Ясмин Хаккам.
Произнёс Зак, а Лея прикрыла рот руками от удивления.
— Я немного подслушал по камерам разговор. В общем… после твоего ухода пришёл Шон. Потом он подслушал разговор Диамана с твоим братом. Он разозлился, посчитав, что это уже слишком. Хотел тихо уйти, но твой отец его заметил… и просто включил запасной ход. После признания Хазал, скорее всего, по дороге домой Шон её остановит, а твой отец будет на другой стороне, чем привлечёт внимание… и они направятся к нему. И по его плану тогда машина собьёт их.
Серьёзно закончил он, а Лея сидела в шоке, раздумывая, что же сейчас ей сделать.
— Мы должны помешать.
Решительно сказала она.
— Если ты помешаешь — тебя заметят.
— Тогда хотя бы сообщение пришлю! Хотя бы что-то!
— Главное — не спалиться, Лея. Это очень рискованный шаг. Кстати, твой отец уже вышел.
Сказал Зак, смотря куда-то на верхние мониторы.
— Тогда и я пошла.
— Будь осторожна, Лея, пожалуйста.
Кивнув и улыбнувшись ему напоследок, Лея покинула кабинет и быстро направилась к лифту. Именно сейчас он ей и был нужен — она должна поспешить, если хочет спасти Ясмин и Шона.
Уже между улицами, где был весь этот случай, Лея смотрела из-за угла другого дома, чтобы её никто не заметил. Шон уже приближался к Ясмин, и Диаман выжидал свой час появления, а Лея, разблокировав Ясмин, ждала с телефоном в руках, чтобы предупредить их обоих.
— Что ты делаешь?
Услышала она резкий голос позади — голос своего брата, от которого её передёрнуло.
— Я…
— Хочешь спасти их? Не надо, Лея. Отец всё узнает. Если ты спасёшь их обоих — он точно что-то заподозрит. Не думай, что он не догадается. Лея, я переживаю за тебя!
Начал говорить Кристофер. С одной стороны он прав… а с другой — нет. Лея не может оставить всё так.
— Я предупрежу Ясмин, чтобы она хотя бы не лезла за ним. Пожалуйста, брат… пожалуйста…
Начала умолять его Лея и заслужила от него недоверчивый взгляд и глубокий, тяжёлый вдох.
— Ладно… но только потому, что я должен её победить в суде и наконец увидеть её проигравшее лицо. А так подло её нельзя убивать. Это уже слишком… даже для нас.
Даже для Мартинов.
Бросил взгляд Кристофер на Ясмин, которая, разозлившись, что-то сказала Шону, и они оба посмотрели в сторону Диамана. Шон направился туда, а Ясмин пошла следом за ним.
— Сейчас!
Сказал Кристофер, и Лея быстро отправила сообщение.
Ясмин остановилась, посмотрела, прочитала…
И в тот же миг произошла авария.
Но что случилось дальше, Лея так и не узнала, так как её оттуда увёл брат. Но новость, что Шон погиб, она уже получила.