31 глава
Мусим, оставив поднос с завтраком на журнальном столике, сел в кресло, развернувшись лицом к лестнице, ведущей наверх, к их комнатам. Тишина в доме давила на уши. Каждый скрип половицы, каждый звук за окном казался оглушительно громким. Он ждал. Ждал её. Каждый нерв был натянут, как струна.
Он смотрел на лестницу, представляя, как Кира сейчас там, наверху, возможно, стоит у зеркала, пытаясь привести себя в порядок, или просто сидит на кровати, размышляя о произошедшем. Он гадал, что она сейчас чувствует. Гнев? Обиду? Разочарование? А может быть, только смущение?
И тут, словно в ответ на его мысли, он услышал, как дверь одной из комнат наверху открылась. Сердце пропустило удар. Это была Кира. Он узнал еë, её тихие шаги. Она, наконец-то, вышла.
Кира аккуратно, всё ещё смущённая, словно боясь потревожить что-то хрупкое, спустилась вниз. Каждое движение выдавало её неловкость. Она опустила взгляд, словно не решаясь встретиться с ним глазами.
Она подошла к гостиной и увидела Мусима. Он сидел в кресле, сгорбившись, и смотрел на неё с ожиданием. Он не повернулся к ней полностью, чтобы ещё больше не смущать, стараясь не привлекать к себе внимания. Он просто молча указал на диван, предлагая ей сесть и позавтракать.
Кира, словно зачарованная, присела на край дивана. Она чувствовала себя неловко, словно нарушила какие-то правила. Она посмотрела на Мусима. Он избегал её взгляда, устремив взгляд на кофейный столик.
Они оба были немного смущены от происходящей ситуации и не знали, как начать диалог. В воздухе висело напряжение, которое можно было резать ножом. Кира чувствовала, как щеки начинают гореть. Ей хотелось провалиться сквозь землю.
Мусим понимал, что тянуть дальше нельзя. Нужно было что-то сказать, как-то разрядить обстановку. Он прервал тишину, собрав всю свою решимость.
"Кира, я… я хотел извиниться," - сказал он тихо, не поднимая глаз. Голос звучал немного хрипло, выдавая его волнение.
Кира посмотрела на него удивлёнными глазами. Она не понимала, за что он извиняется. Ведь, по сути, он ничего плохого не сделал. Она сама заснула в его комнате.-_-
Он, заметив её замешательство, добавил, стараясь объяснить свои чувства: "Мне стоило просто уйти спать в другую комнату, а не ложиться рядом. Я не подумал о том, как ты можешь себя почувствовать." Он хотел продолжить, объяснить, что не хотел её обидеть, но Кира перебила его, не давая ему закончить фразу.
Она тоже начала говорить, немного заикаясь от волнения: "Нет, Мусим, ты ни в чём не виноват. Это я… Я сама уснула у тебя в комнате, на твоей кровати. Поэтому это лишь моя вина и ничья больше." Она опустила взгляд на свои руки, сцепленные в замок. Ей было стыдно за свою реакцию, за свою неловкость, за то, что она поставила его в такое неловкое положение.
Потом она, набравшись храбрости, добавила, посмотрев на него виноватым взглядом: "И я… я извиняюсь за свою резкую реакцию. Мне за этот поступок очень стыдно. Я не хотела тебя обидеть."
Мусим, услышав её слова, почувствовал, как напряжение немного отступает. Он посмотрел на неё и увидел в её глазах искреннее раскаяние. Он не мог сдержать лёгкой усмешки.
Кира выглядела такой беззащитной, такой трогательной в своей виноватости. Он невольно подумал о том, какая она милая в этот момент.
Увидев это он усмехнулся. Кира услышав смешок посмотрел вна него обиженным взглядом, она тут распинается перед ним, а он смеётся -_-
И в порыве смеха, совершенно неосознанно, проговорился: "Мне… мне нравится твоя милая, немного обиженная от моего смеха мордашка."
Кира, услышав его слова, замерла. Её щёки снова налились краской, став ещё ярче, чем прежде. Она почувствовала, как кровь приливает к лицу. Ей показалось, что она сейчас вспыхнет, как бенгальский огонь.
Мусим, поняв, что он только что ляпнул что-то совершенно немыслимое, застыл на месте. Он широко раскрыл глаза, осознавая всю неуместность сказанного. Он посмотрел на Киру, боясь увидеть в её глазах гнев или отвращение.
Их взгляды встретились. В этот момент время словно остановилось. В глазах Киры не было ни гнева, ни отвращения. Там были только… смущение и… что-то ещё. Что-то такое, что Мусим не мог до конца понять. Он увидел там отражение своих собственных чувств. Он увидел там… надежду.
Они смотрели друг на друга долгую секунду, которая казалась вечностью. В этой тишине, наполненной напряжением и смущением, они оба поняли, что чувствуют. Они почувствовали что-то сильное, что-то глубокое, что-то, что связывает их вместе.
В этот момент они оба поняли, что между ними произошло что-то важное. Что-то, что изменило их отношения навсегда. Они поняли, что их дружба переросла во что-то большее. И теперь им нужно было решить, что делать дальше.
Они смотрели друг на друга, и в их глазах читалось признание. Признание в чувствах, признание в страхе, признание в надежде...