Цена твоего имени

Я не разговаривал с ней пять дней.

Пять чёртовых дней, а точнее уже шестой.

И это не было правильным решением.

Это было единственное решение, которое у меня было.

Я видел её каждый день.

Слишком часто, чаще, чем следовало.

Она приходила раньше всех, садилась за стол и делала вид, что ничего не произошло. Что между нами не было поцелуя. Не было ссоры. Не было того, что до сих пор сидело у меня под кожей, как заноза.

И это бесило.

Потому что я знал — она тоже это чувствует.

Просто... скрывает лучше.

Или делает вид, что ей легче.

Я выбрал дистанцию.

Я сам провёл эту чёртову границу.

И теперь сам же ненавидел её.

Потому что каждый раз, когда она проходила мимо, не поднимая на меня взгляд, что-то внутри сжималось сильнее, чем должно было.

Слишком сильно для «просто секретаря».

Я стоял у окна, сжимая телефон в руке.

Экран уже был заполнен уведомлениями.

Сообщения, звонки и поздравления.

Чёртовы поздравления.

Помолвка.

Я уставился на это слово, как будто оно могло измениться, если смотреть достаточно долго.

Не изменилось.

София Уитмор.

Идеальный выбор.

Контракт сохранён.
Партнёрство закреплено.
Риски сведены к нулю.

Всё просчитано.

Всё... правильно.

Только внутри было ощущение, будто я подписал не контракт.

А приговор.

Я сжал челюсть, чувствуя, как напряжение отдаёт в виски.

Потому что, как бы я ни пытался убедить себя...

в голове всё равно всплывали не цифры.

Не сделки.

А она.

Её взгляд.
Её голос.
Её губы.

Тот поцелуй.

Блять.

Я резко отвернулся от окна, будто это могло помочь.

Не помогло.

Ничего не помогало последние пять дней.

Я погрузился в работу, потому что это было единственное, что ещё держало меня в рамках.

Цифры. Документы. Контракты.

Они не задают лишних вопросов.

Они не смотрят на тебя так, как смотрела она.

— Отчёт готов?

Мой голос прозвучал слишком ровно, когда она вошла.

Я даже не сразу поднял взгляд.

Потому что знал — если посмотрю станет хуже.

— Да.

Коротко. Чётко.

Я взял папку.

Специально не касаясь её руки.

Потому что даже это сейчас было бы слишком.

Слишком опасно.

Слишком не под контролем.

Она вышла.

И стало тише.

Слишком.

Рабочий день тянулся, но в какой-то момент офис начал шуметь сильнее обычного.

Я не сразу понял почему.

Пока не услышал обрывки разговоров:

— Это правда?
— Ты видел?
— Ничего себе...

Я закрыл глаза на секунду.

Началось.

Новость вышла.

И теперь это уже не просто договорённость.

Это — факт.

Я почувствовал это физически.

Как будто что-то окончательно захлопнулось.

Дверь.

Которая и так едва держалась.

— Оливия, зайдите.

Она вошла.

Я стоял у окна, спиной к ней.

Потому что иначе, я бы не смог держать себя в руках.
Она вошла.

Я чувствовал это ещё до того, как повернулся.

— Закрой дверь, — сказал я. Голос вышел тише, чем обычно.

Щелчок замка прозвучал слишком громко.

Я не сразу обернулся.

Потому что знал — если посмотрю станет хуже.

— Сегодня в три...

— Поздравляю.

Я резко замолчал.

Пауза.

Я медленно повернулся к ней.

— С чем? — голос прозвучал холодно. Слишком холодно.

Она усмехнулась. Коротко. Больно.
— Не надо.

Тишина сжалась между нами.

— Я видела, — добавила она уже тише. — Все видели.

Я сделал шаг к ней.
— И?

Она посмотрела прямо в глаза. Без страха.
— Помолвка.

Слово повисло в воздухе.

Я сжал челюсть.
— Это не то, что ты думаешь.

Она резко выдохнула.
— А что я должна думать, Грейсон?

Впервые.

Она назвала меня по имени.

И это ударило сильнее, чем должно было.

— Что это... очередной контракт? — её голос дрогнул, но она не отвела взгляд. — Или ты просто забыл упомянуть, что уже занят?

— Следи за тоном, — резко перебил я.

— А ты следи за своими решениями, — тут же ответила она, и в её голосе впервые появилась злость. Настоящая.

Пауза.

Я сделал ещё шаг ближе. Слишком близко.
— Ты переходишь границу.

Она тихо усмехнулась, но в глазах уже блестели слёзы.
— Серьёзно? Границу?

Она покачала головой.
— Ты говоришь мне про границы после всего этого?

— После чего? — жёстко спросил я.

— После того, как ты... — она запнулась, сжимая пальцы, — после того, как позволил мне думать, что между нами что-то есть.

Тишина ударила в виски.

— Ничего не было, — холодно сказал я.

Ложь. И мы оба это знали.  Она замерла. На секунду.

Потом кивнула. Медленно.
— Понятно.

И это «понятно» было хуже крика.

— Это деловое решение, — добавил я, уже тише, но жёстко. — И тебя это не касается.

Она подняла на меня взгляд.

И в нём было всё.

Боль.
Разочарование.
И что-то сломанное.

— Конечно не касается, — прошептала она. — Я же просто твоя секретарша.

Слова Ричарда эхом ударили в голове.

Я сжал кулаки.
— Не начинай.

— Я даже не начинала, — тихо сказала она. — Это ты всё уже закончил.

Чёрт.

— Оливия...

Я сам не понял, зачем её остановил.

Она тоже.

Потому что замерла.

Ждала.

И в этот момент я мог сказать правду.

Мог всё объяснить.

Мог... Но не сделал этого.

— Это не обсуждается, — холодно закончил я.

Её лицо изменилось.

Словно что-то внутри окончательно погасло.

— Конечно, — тихо сказала она.

Пауза.

— Это всё?

Я смотрел на неё.

Слишком долго.

И снова выбрал неправильно.

— Да.

Она кивнула.

Развернулась.

И вышла.

Дверь закрылась.

А вместе с ней что-то, что я уже не смогу вернуть.

Я стоял на месте ещё несколько секунд, не двигаясь, будто если не шевельнусь — можно будет отмотать всё назад.

Не получилось.

Воздух в кабинете стал тяжёлым. Давящим.

Я резко выдохнул и провёл рукой по лицу, сжимая переносицу.

Чёрт.

В голове всё ещё звучал её голос.

«Я же просто твоя секретарша».

Я сжал челюсть так сильно, что в висках отдало болью.

Нет.

Она не просто секретарша.

И именно в этом была проблема.

Я подошёл к столу, но остановился, так и не взяв документы.

Работа больше не помогала.

Впервые за долгое время — не помогала.

Потому что цифры не могли перекрыть то, что только что произошло.

Её взгляд.

Тот момент, когда она сказала «понятно».

Как будто она действительно всё поняла и отпустила.

Эта мысль ударила сильнее всего.

Я резко развернулся и прошёлся по кабинету.

Нет.

Она не могла вот так просто отпустить.

Не после всего.

Не после того поцелуя.

Не после того, как она смотрела на меня.

Не после того, как я...

Я остановился.

Чёрт.

Я сам всё разрушил.

Сознательно.

Холодно.

Правильно.

Я снова усмехнулся, но в этом не было ничего смешного.

Правильно.

Слово, которое сегодня звучало как издёвка.

Телефон завибрировал на столе.

Я бросил на него взгляд.

София.

Ещё один вдох. Медленный. Контролируемый.

Я взял трубку.

— Да.

— Ты видел новости? — её голос был лёгким, почти довольным.

Конечно.

— Да.

— Отлично. Значит, всё идёт по плану.

План.

Я на секунду закрыл глаза.

— Да, — ответил я. Слишком быстро. Слишком сухо.

Пауза.

— Ты звучишь... не так уверенно, как обычно, — заметила она.

Я усмехнулся. Холодно.
— Тебе показалось.

— Надеюсь, — мягко сказала она. — Потому что ты знаешь, насколько это важно.

Я знал.

Контракт.
Деньги.
Репутация.

Всё, что должно было иметь значение.

— Я в курсе, София.

— Хорошо. Тогда увидимся вечером.

Я не ответил сразу.

И она это почувствовала.

— Грейсон?

— Да. Увидимся.

Я сбросил вызов.

Телефон опустился на стол чуть резче, чем нужно.

Тишина снова накрыла комнату.

Но теперь она была другой.

Более пустой.

Я подошёл к окну, уставившись на город, но не видя его.

Перед глазами всё равно была она.

Её взгляд.
Её голос.
Её слова.

«Ты уже всё закончил».

Я сжал кулаки.

Потому что правда была в том, что я не закончил.

Я просто сделал вид.

И это было хуже.

Я провёл рукой по волосам, медленно выдыхая.

Это было правильное решение.

Я повторил это снова и снова.

Но теперь это звучало пусто.

Потому что где-то глубоко внутри уже сформировалась другая мысль.

Опасная.

Неправильная.

Настоящая.

Я не хотел её терять и кажется, уже потерял.