Bastard

Я – журналист. Банально. Кровавым потом добилась этой профессии. Вишнево. Мечта моя – как мыльный пузырь. Лимонно. Пашу как лошадь, а получаю по заслуге. Клюквенно. Спасибо моему нраву. Сливочно. Слишком много надеялась на справедливость судьбы, оказалась еще той стервой! Клубнично. Но сама виновата за свои выходки. Яблочно. Вот теперь сижу в кафе, раздражаю окружающих своим нытьем и глотаю слезы. Буквально. Несколько капель погрузились в остывшее кофе, которое мне пришлось выпить. 

Ведь скоро я не смогу себе позволить многое. Я ведь теперь безработная. Меня уволили. Сама виновата. Я – лузер. Это мое жизненное кредо. Мне двадцать один. Нет работы. Нет какой-либо собственности. Нет людей, которые мне могут помочь. Нет любимого человека. Ладно, любимого, просто человека. Ведь я пожертвовала всем ради карьеры. А карьера пожертвовала мною ради забавы.

Отвращение к холодному кофе. Ложь. Отвращение к себе. Сама себя изуродовала. Моральная сволочь. Бастард. А ведь так и есть. Я плохая, а так пыталась быть хорошей. Но успех сопровождает лишь сильных и не терпит человечности рядом. Он эгоистичен. Соответствуй, иначе успех тебя бросит. Но что я делала не так? Видимо, перестаралась. А вот и мой чертов максимализм.

Меня гноили, но я смогла отсечь часть своего тела. Не буквально. Как гангрена, только достоинство.

И даже холодного кофе не осталось, я уже не говорю о своей совести.

Достаю кошелек, но какого черта? Это даже не смешно. Мне не хватает двадцати пенсов. Что делать? Бежать? Надавить на жалость? Первое. Почти совершаю преступление, но позорно падаю прямо перед чьими-то ногами. А все почему? Просто кто-то по старой привычке халтурно шнурки завязал.

Не шевелюсь, авось помру от стыда. Куда ниже? Правильно, у чьих-то ступней. Парень садится на корточки и тревожит мой покой:

― Эй, Вы живы? ― тормошит мою левую руку, и я понимаю, что зря. Резкая боль ударила в голову и воплем вырвалась наружу. Как?! Как я умудрилась повредить руку?

Теперь все смотрят на меня, хотя, думаю, и до этого я была под прицелами их выпученных сканеров. Парень помогает мне встать, фактически он поднимает меня. От нахлынувших эмоций я падаю на него, утыкаясь в грудь. Первое, что улавливает мой зависший мозг, это запах. Не солидный, или просто хороший парфюм, а знакомый. Очень. Даже слишком знакомый. Я помню его чем-то запретным в себе. Тем, чему я запретила посещать мой рассудок, и что заперла в чулане.

Все произошло слишком быстро, чтобы сопротивляться. Хотя я бы вряд ли противилась. Помощь в моем случае, как милостыня нуждающемуся. Отныне я и голодающая, и без постоянного места жительства. 

Он везет меня в больницу. Совсем взрослый. Кудряш. Тень из прошлого. Слишком много связано с ним. И как бы я не старалась отрезать от себя те нити, не получалось. Во снах, в бреду, краем слова, но я вспомнила о нем. 

А сейчас он кумир миллионов. Успешный. Богатый. Независимый. Счастливчик по жизни. Победитель по жизни. Или просто Стайлс. Гарри Стайлс.

А что я? Как была ходячей болячкой по жизни, так и осталась таковой.

И все бы ничего, но этот его стайл... И волосы, такие длинные. Ну, не будем о вечно скорбящем. Помню, как выровняла ему кудри. Долго еще смех щекотал мое небо.

Тайком поглядываю на него. Такой взрослый. На год младше меня, но жизнь заставила нас поседеть одновременно. А когда-то от нечего делать я накручивала его кудряшки на карандаш и нашла несколько седых волос. Свои я просто выдергивала.

Седеющие подростки, и до смерти уставшие молодые люди – вот оно, мое поколение.

Его взгляд устремлен на дорогу, сильные кисти рук уверенно держат руль. И дыхание. Я слышу его. Вообще, мы чаще понимали друг друга, чем остальные.

Легкость нашего общения переросла в полную мозговую неразбериху.

― Сильно болит? ― глянул на меня и снова уставился на дорогу. Как и раньше. Безопасность прежде всего.

― Очень, ― хныкаю, ведь действительно больно. Сначала удивилась, а потом дошло. От ноющей кисти я уже поскуливаю.

― Потерпи, еще совсем немного. Ты ведь сильная, я знаю, – Ай. Это вежливость? Нет, жалость из вежливости. Сильная… Звучит как приговор. Всему.

― Угу, ― промычала я, ведь слова уже не даются. Так больно, что хочется отгрызть руку.

Я немного опешила от этого. Гарри взял меня за руку. Это выглядит глупо. Я чувствую себя глупо. Вся моя жизнь ― в коричневую полосу глупость.

«Так будет легче. Можешь сжимать со всей силы. Надеюсь, тебе хоть немного полегчает», ― как карамельку жую мысленно. Мозг намертво запечатал прошлое, но тело о чем-то задумалось. Хоть рука его стала мужественней, как и весь он, но кожа… Ее ведь не обманешь. И то, как Хазз переплетает твои пальцы, и это тепло. Я всегда грелась его теплыми ладошками. Мои руки всегда были намного меньше его. Это было так мило. Но сейчас - не тогда.

Очнувшись, я вежливо отказалась от этакой поддержки, но Стайлс настоял, и просто не отпускал меня. Смирюсь и посильнее буду жамкать его пальцы.

Минут через пятнадцать я наконец-то попала в нужные руки. Не перелом, но ушиб хороший. Точнее вывих. Придется поносить гипс. Мы покинули здание больницы.

― Куда тебя отвезти?

― В морг, пожалуйста.

― Я серьезно.

― Я тоже. Гарри, я – бомж. Окончательно с этого дня. 

― Почему?

― Лучше не задерживайся со мной и поезжай, куда планировал. Ты и так потратил на меня больше, чем я могу вернуть.

― Ты о деньгах? Ничего. Поверь, это чепуха. И я ведь технически виновник твоей травмы.

― Я бы с радостью подала на тебя в суд, но, увы.

― Не надо суда. Просто, как можно устоять на ногах перед звездой? – шутка удалась, но почему я чувствую горький осадок?

― Окей, звездун, твоя взяла. Но мне действительно некуда идти.

― Можешь переночевать у меня в номере, я все равно до утра не буду теснить тебя.

― Хоть на душе сэкономила. Ведь многие твои фанатки душу готовы продать за место в твоей постели.

― Хах, тогда они попадут в рай.

Я согласилась. Поплыла по течению. Никогда такого со мной не было. Я всегда боролась за что-то. Шла наперекор обстоятельствам. А тут на тебе! Не имею смысла отказать, ибо руки настолько свободны, что хочется задушить себя. 

Я ожидала большего. Стандартный номер на одну персону. И где мой президентский люкс? Где мой королевский номер? Но, учитывая ту клоаку, в которую меня смыли, это лучшее место, где я могла бы сегодня ночевать.