Иван! Садись к Оганян
Это утро могло стать для Дани последним. Нет, не в том смысле, конечно. Хотя... почему нет? Почему Ваня может пытаться свести счёты с жизнью, а он нет? Неужели, ему слабо?
А, впрочем... Неважно. Сейчас неважно, потому что при всём желании умереть (а оно, между прочим, есть и чертовски сильное) сил хватает только на то, чтобы в очередной раз приложиться к бутылке виски.
Даня ненавидит брата. Ненавидит за предательство, за боль, которую тот ему причинил. А ещё он ненавидит себя за то, что поверил, влюбился и позволил себе забыть обо всём: о логике и здравом смысле.
"Люди не меняются!" - шепчет на задворках сознания дотошный голос. –"Я тебя предупреждал, Даня. Я. ТЕБЯ. ПРЕДУПРЕЖДАЛ!"
* * *
Это утро было странным. Ваня проснулся первым и разбудил парня нежным поцелуем в щечку. Даня поморщился и сонно приоткрыл глаза.
– Доброе утро, ботан. – и улыбка до ушей.
– Доброе. – проворчал Даня сквозь сон. – Сколько времени? Будильник уже прозвенел?
– Ещё нет... – загадочно протянул шатен.
– Ну и зачем ты меня разбудил? – Данила был явно недоволен.
А Ваня продолжал улыбаться, как идиот.
– У меня есть кое-что поинтересней. – парень моментально сократил расстояние между ними и прижался к Даниным губам.
– Да. Пожалуй, это интересней. – выдохнул блондин и снова сомкнул их губы в поцелуе, обвивая руками шею брата.
* * *
Казалось бы, прекрасное утро. Ещё одно утро вместе, ещё нежности, поцелуи, любовь! Да. Только потом что-то резко пошло не так.
Школа. В этот день школа для Данилы стала настоящим исчадием ада. И не потому что уроки, а потому что Ваня.
А начиналось всё, опять же, неплохо. Несколько уроков им ничего не мешало наслаждаться обществом друг друга, вот только урок алгебры стал поворотным.
Ваня положил руку Дане на колено, заставив того вздрогнуть.
– Тихо, малой. – брат впивался в него алчным взглядом, словно хотел трахнуться прямо здесь и сейчас. Хотя... может и хотел.
– Ваня, веди себя прилично. – прошипел Данила, потому что понимал - ещё чуть-чуть, и он сам не сможет себя контролировать.
– Я хочу тебя поцеловать... – томно прошептал брат ему на ухо.
Даня замер. Сердце пропустило удар.
– Осталось недолго. – ох, как же хотелось в это верить. – Потерпи.
– Так, всё! – громыхнул голос математички. – Ивановы, вы меня достали!
Ваня хотел было едко высказаться, но Данила предупреждающе покачал головой. Не стоило сейчас вступать в палемику с учителем.
Тем временем учительница продолжила:
– Иван! Садись к Оганян.
Ваня лишь вцепился в парту до побелевших костяшек.
– Нет.
– Я сказала - быстро! – да... эту училку определённо легко вывести из себя.
– Ваня, сядь. – прошептал Данила. – Не срывай урок, хуже будет.
Иван сглотнул ком, подступивший к горлу, затем молча сгрёб свои вещи в охапку и проследовал к Элиной парте. Девушка кокетливо построила ему глазки, шатен лишь рассеяно улыбнулся в ответ.
Какое-то уравнение, или что-то типа того... Ваня бездумно списывал всё с доски, не вслушиваясь, не вникая. Рукав кардигана слегка задрался, когда Ваня выводил очередную строчку.
– Ваня..? – послышался испуганный шёпот Эли.
Иван поднял голову и быстро одернул рукав, поняв, что взгляд девушки зацепился за ещё не до конца зажившие шрамы.
– Ваня, ты что..? – слова застряли в горле. Да быть такого не может! Ваня Иванов резал вены? Кто угодно, только не он!
Он слишком сильно любит себя, чтобы сделать себе больно. Он слишком сильно любит себя... Или кого-то он любит больше?! Ариэль пару раз моргнула и отвела глаза. Кажется, теперь картинка сложилась.
– Поговорим на перемене. – твёрдо заявила Оганян. Ваня понял - спорить бесполезно.