Его мальчик
– Нет! Ваня! Нет-нет-НЕЕЕТ!
Даня просыпается в холодном поту и резко садится. Его колотит, руки дрожат, воздуха не хватает абсолютно. Нет! Нет, пожалуйста, только не паническая атака!
В глазах помутнело, и Даня схватился одной рукой за спинку дивана.
– Даня! – перед глазами появился расплывчатый образ Вани. – Эй! Дань! – Ваня пощёлкал пальцами у него перед лицом и заглянул ему в глаза.
– О, Боже! Снова? – Иван среагировал быстро и в следующую секунду накрыл губы Дани своими. Ваня делает глубокий вдох и резко выдыхает Даниле в рот, позволяя дышать. Надо же... а он умело с этим справляется!
Даня глотает ртом воздух, и дрожь постепенно сходит на нет.
– Всё нормально? – заботливо спрашивает Ваня.
Даня хмуро кивает.
– Что случилось?
– Кошмар. – нехотя отозвался блондин и прикрыл глаза.
– Блин, Даня! – Ваня возмущённо цокнул. – Если из-за каждого кошмара впадать в паническую атаку, никакое сердце не выдержит!
– Мне снилось, как ты умираешь! – со слезами на глазах воскликнул Данила. Так хотелось добавить «снова», но он промолчал.
Ваня медленно выдохнул и прижал парня к себе.
– Дурашка... – шатен зарылся носом в его волосы, которые, как всегда пахли теплом и уютом. – Я здесь, с тобой, слышишь? – зашептал он в полубреду. – Я тебя не брошу.
– Ты три раза чуть не умер у меня на глазах. – так же тихо ответил Даня, только сильнее прижимаясь к брату. Слёзы всё-таки потекли по щекам. – С тех пор мне постоянно снятся твои похороны.
Ваню даже передёрнуло - так ужасно это звучало. Он слегка отстранился от Дани и медленно стёр слёзы с его лица.
– Прости. – искренне. Ваня знает - он виноват перед Даней тысячу раз, а теперь из-за него Даню ещё и преследуют панические атаки!
Даня шмыгает носом и слегка кивает, а Иван снова прижимает его к себе.
– Я люблю тебя, Дань. Очень.
Спустя несколько минут Ваня заботливо накрыл брата одеялом и так же заботливо обнял, переплетая их пальцы.
Он переживал за своего мальчика. Очень переживал. Сильнее обычного. Ему снятся кошмары, потому что он, Ваня, полнейший идиот. Потому что он пытался убить себя, да ещё и не раз, не подумав, как это отразится на Дане.
У Данилы панические атаки. И снова из-за него. Потому что спор - кто смелее? - придумал именно он. Потому что он заставил Даню залезть на крышу, снова не подумав о последствиях. А он вообще когда-нибудь думает? Хмм... Видимо, нет.
Теперь Иван не мог заснуть. Он молча смотрел на спящего Даню, в надежде, что на этот раз ему снится что-то хорошее.
Этот мальчишка был особенным. Он ворвался в его жизнь неожиданно, словно ураган, и столь же неожиданно всё разрушил. Порядки, правила, устои, привычный образ жизни - всё полетело к чертям, когда бедные однофамильцы переступили порог их особняка.
Из жизни Вани исчезло что-то, что предыдущие шестнадцать лет незримо присутствовало в каждом его дне. И, немного подумав, Ваня понял - исчез (ну, или почти исчез) эгоизм, а всё, потому что появилось желание жить ради другого человека. Ради Дани. Да. Больше не ради себя.
Исчез Иван - король класса, осталась лишь его жалкая тень. Теперь он Ваня - романтик, который, ей-Богу, сделает всё, чтобы его мальчику было хорошо. Чтобы его мальчик был самым счастливым.
Ан, нет. Она, родимая. Ну, зачем? Ведь всё же было так хорошо, атаки перестали его мучить, он, признаться, уже и забыл, что это такое, и вот опять началось!
– Данёк? – послышался рядом сонный голос брата. Ну, слава Богу, живой! – Дань, что с тобой?
Блондин попытался вдохнуть полной грудью, но в итоге стал ещё больше задыхаться.