42.
Ближе к трём часам дня мы уже ехали обратно домой. Машина тихо скользила по улицам, за окном мелькал город, люди куда-то спешили, а внутри было спокойно. Как обычно, рука Гриши лежала в моей, наши пальцы были переплетены.
Я смотрела на его руку. Большая, тёплая, немного грубая. Кожа на костяшках чуть сбита, где-то маленькие шрамы, будто следы старых драк или работы. Его ладонь уверенно держала мою, большой палец иногда лениво поглаживал мою кожу. В этой руке всегда было какое-то странное чувство безопасности.
Я тихо вздохнула.
— Гриш… — сказала я, не поднимая глаз от наших рук. — Мне стоит бояться?
Он несколько секунд молчал, смотрел на дорогу. Потом слегка сжал мои пальцы.
— Пока ты со мной — забудь про страхи.
Я медленно подняла голову и посмотрела на него.
— Пока?..
Он на секунду перевёл на меня взгляд. Тёмный, спокойный, но какой-то тяжёлый. Потом снова посмотрел вперёд на дорогу.
— У меня конченая жизнь, Тая, — тихо сказал он. — Никто из нас не знает, что будет завтра. Я могу здохнуть в любой момент.
Мне это совсем не понравилось.
— Не говори так, — сразу ответила я и сильнее сжала его руку. — Даже не думай об этом.
Он тихо усмехнулся, но без радости.
— Это просто реальность.
— Нет, — упрямо сказала я. — Реальность в том, что ты рядом. И всё будет нормально.
Я подняла на него свои карие глаза.
— Поэтому даже не смей умирать, понял?
На этот раз Гриша тихо хмыкнул и уголок его губ слегка поднялся.
— Принял.
Раньше он никогда не думал о смерти всерьёз. Ну умрёт — и что? Такая жизнь. Драки, разборки, деньги, люди, которые сегодня рядом, а завтра могут выстрелить в спину. Он давно привык к этому и жил так, будто завтра может и не быть.
Но всё изменилось.
С тех пор как в его жизни появилась эта кареглазая брюнетка, которая сейчас сидела рядом и держала его за руку.
Теперь мысль о смерти больше не была чем-то далёким и пустым. Теперь она иногда накатывала тяжёлым, почти удушающим чувством. А вдруг однажды он просто не вернётся домой? А вдруг какая-нибудь пуля, нож или чья-то глупость оборвёт всё в одну секунду? И тогда… её рядом не будет. Он больше не увидит её лицо, её глаза, её упрямый взгляд, когда она с ним спорит.
Эта мысль впервые в жизни делала его по-настоящему осторожным.
Он на секунду повернул голову и посмотрел на Таю. Она сидела рядом, смотрела куда-то в окно, всё ещё держала его руку двумя своими ладонями.
И в этот момент Гриша вдруг чётко понял одну простую вещь.
Если раньше он просто жил — то теперь он знал, ради кого живёт.
-
Машина остановилась у дома, и на секунду стало непривычно тихо после всего этого дня. Мы поднялись внутрь, начали медленно раздеваться в прихожей — я сняла куртку, кинула сумку на тумбу, Гриша стянул обувь и провёл рукой по волосам, будто наконец выдыхая.
Он посмотрел на меня и сказал спокойно:
— Я хочу забыть сегодня всё плохое. Просто побыть с тобой.
Я молча наблюдала, как он прошёл на кухню. Открыл шкаф, достал оттуда две бутылки вина и поставил их на стол.
— Поэтому, — сказал он, слегка усмехнувшись, — мы с тобой выпьем и поговорим.
Я тихо усмехнулась.
— Ого… серьёзный план.
Я подошла ближе к нему. И вдруг вся усталость за день навалилась разом. Я просто обессиленно прижалась к нему, уткнувшись щекой в его плечо. Он на секунду замер, потом поставил бутылки на стол и обнял меня в ответ.
Его руки крепко сомкнулись у меня на спине, тёплые, сильные. Я прижалась к нему ещё ближе, слушая его дыхание и стук сердца. После всего дня эти объятия были нужны больше всего.
Я тихо пробормотала в его плечо:
— Я люблю тебя.
Он чуть сильнее прижал меня к себе, пальцы медленно провели по моей спине.
— Я больше, — тихо ответил он.
Мы ещё немного постояли так, обнимая друг друга. Тихо, спокойно, без слов. Просто чувствуя тепло друг друга после длинного и тяжёлого дня. Но потом всё-таки медленно отстранились.
Гриша посмотрел на меня и кивнул в сторону стола.
— Садись. Я налью.
Я послушно села за кухонный стол, подперла подбородок кулаком и стала наблюдать за ним. Он открыл бутылку, достал бокалы. Двигался спокойно, уверенно, как всегда. Я смотрела на его плечи, на руки, на то, как он слегка наклоняется над столом.
И вдруг поймала себя на мысли, что мне просто нравится его любить. Нравится смотреть на него, быть рядом, чувствовать, что этот мужчина — мой. И внутри было какое-то тихое убеждение, что он будет моим единственным.
Я, похоже, слишком откровенно на него пялилась.
Гриша налил вино, поставил бутылку на стол и наконец заметил мой взгляд. Усмехнулся.
— Чего лыбишься?
Я даже не стала скрывать.
— Тобой любуюсь.
Он тихо хмыкнул и сел рядом со мной.
— Нашла чем любоваться.
Мы взяли бокалы. Вино в них мягко качнулось. Гриша поднял свой бокал и посмотрел на меня немного теплее, чем обычно.
— За самую лучшую девушку, — сказал он. — И за нашу любовь.
Я улыбнулась.
Наши бокалы тихо звякнули, и мы сделали первый глоток.
Его ладонь лежала на столе, поэтому я осторожно взяла её в свои, медленно поглаживая пальцами. Он не убрал руку, наоборот — чуть развернул её, чтобы мне было удобнее держать.
Несколько секунд я молчала, смотря на наши переплетённые пальцы, потом тихо спросила:
— Гриш… а что будет дальше?
Он сделал небольшой глоток вина и посмотрел на меня.
— В смысле?
— Ну… со всем этим, — я слегка пожала плечами. — С Жорой, с твоими делами… с нами.
Он некоторое время молчал, будто подбирая слова. Потом мягко сжал мою руку.
— Ничего с нами не будет, — спокойно сказал он. — Мы как были вместе, так и будем.
— А всё остальное? — тихо спросила я.
Гриша слегка усмехнулся.
— Остальное я решу.
Я посмотрела на него немного недоверчиво.
— Ты так легко это говоришь.
Он повернул мою ладонь и большим пальцем провёл по моей коже.
— Потому что ты слишком много думаешь, — сказал он тихо. — А я привык решать проблемы по мере их появления.
— Мне всё равно страшно иногда…
Он чуть ближе наклонился ко мне.
— Тась, послушай меня, — сказал он спокойным, уверенным голосом. — Пока я рядом — тебе ничего не будет.
Я посмотрела ему в глаза.
— Обещаешь?
Он кивнул.
— Обещаю.
И снова слегка сжал мою руку, будто закрепляя эти слова.
Разговор постепенно стал легче. Мы уже не возвращались к Жоре и всем этим проблемам. Просто сидели рядом, держались за руки, говорили обо всём подряд — о глупых вещах, о каких-то воспоминаниях, о том, как мы вообще познакомились.
— Ты вообще понимаешь, что ты мне жизнь перевернула? — усмехнулся Гриша, делая глоток вина.
— Я? — я удивлённо подняла брови. — Это ты меня вообще-то втянул в свои приключения.
— Я просто познакомился, — пожал плечами он. — А ты уже сама решила остаться.
Я тихо засмеялась.
— Потому что ты красивый.
Он фыркнул.
— Вот это причина.
— А что? — я пожала плечами и снова погладила его руку. — Мне нравится мой мужчина.
Он покачал головой, но улыбнулся. Мы ещё немного сидели так — смеялись, пили вино, и напряжение дня постепенно растворялось.
И вдруг мне пришла идея.
— Ооо… — протянула я, оживившись. — А давай потанцуем!
Гриша сразу рассмеялся.
— Потанцуем?
Я уже вскочила со стула.
— Да! У тебя есть колонка?
Он кивнул в сторону гостиной.
— Да, в гостиной посмотри.
Я тут же потопала туда. И правда — у стены стояла большая колонка. Я схватила её, кое-как перетащила на кухню, поставила на стол и подключилась к ней с телефона.
— Ты серьёзно? — со смешком спросил Гриша, наблюдая за мной.
Я быстро пролистала музыку и нашла нужные песни.
— Всё. Готово.
Он посмотрел на экран телефона.
— И что мы танцуем?
Я повернулась к нему с хитрой улыбкой.
— Танго.
Он удивлённо поднял брови.
— Танго?
Я посмотрела на него почти торжественно.
— Танго — это танец страсти и любви.
Музыка тихо начала играть из колонки, а я протянула ему руку.
— Так что вставай, Гришуль. Сейчас будем танцевать.
Гриша всё-таки встал из-за стола, покачав головой с лёгкой усмешкой, будто до конца не верил, что сейчас будет танцевать на кухне. Музыка уже тихо играла из колонки. Я подошла к нему ближе и взяла его руки в свои.
— Так… — сказала я серьёзно, будто настоящий преподаватель. — Слушай внимательно.
Я положила одну его руку себе на талию, вторую взяла в свою ладонь. Потом сделала шаг ближе, почти вплотную. Он посмотрел на меня чуть удивлённо.
— Вот так держи, — тихо сказала я.
Я начала медленно двигаться под музыку, делая шаг назад и слегка потянув его за собой.
— Шаг… ещё шаг… и теперь сюда.
Гриша сначала двигался осторожно, будто боялся наступить мне на ногу. Я тихо засмеялась.
— Да расслабься ты. Это же танец.
Он хмыкнул, но потом начал двигаться увереннее. Его ладонь на моей талии стала держать меня крепче, пальцы чуть сильнее прижимали к себе. Я чувствовала его тепло даже через ткань одежды.
— Видишь, получается, — улыбнулась я.
— Не позорюсь хотя бы? — тихо спросил он.
— Пока нет, — усмехнулась я.
Музыка становилась чуть глубже, медленнее. Мы двигались по кухне маленькими шагами, иногда почти останавливаясь. Я слегка проводила пальцами по его руке, показывая движение, а он повторял за мной.
Со временем у него действительно начало получаться. Его движения стали увереннее, шаги — ровнее. Он уже не смотрел на ноги, а смотрел на меня.
— Ооо… — тихо сказала я. — Да ты талант.
Он усмехнулся и вдруг чуть ближе притянул меня к себе.
— Просто учитель хороший.
Музыка стала громче, и мы продолжали танцевать прямо посреди кухни. Иногда шаги сбивались, я тихо смеялась, Гриша тоже начинал смеяться, и мы на секунду останавливались, а потом снова пытались попасть в ритм.
— Всё, ты специально меня путаешь, — сказал он с усмешкой.
— Я? Это ты наступаешь мне на ноги, — засмеялась я.
Но постепенно мы перестали пытаться танцевать «правильно». Движения стали медленнее, спокойнее. Его рука всё так же лежала у меня на талии, моя — в его ладони. Мы были очень близко, почти вплотную.
Я подняла голову и посмотрела на него с мягкой улыбкой. Его глаза… красивые, зелёные, как трава летом. Я смотрела в них и невольно улыбалась ещё теплее.
Он тоже смотрел на меня — долго, спокойно, будто никуда не спешил. Его взгляд был совсем другим, чем обычно. Влюблённым. И я знала, что он сейчас смотрит в мои глаза — карие, тёплые, как кофе.
Музыка тихо играла, а мы почти не двигались, просто медленно покачивались вместе.
Гриша чуть наклонился ближе и мягко коснулся своим виском моего. Он немного потерся головой о мой висок, почти по-кошачьи, и тихо сказал, почти шёпотом:
— Я так тебя люблю…
Его рука на моей спине медленно погладила меня.
— Даже представить не можешь, как сильно.
Я прижалась щекой к его груди и слышала, как спокойно бьётся его сердце. В такие моменты мир будто немного замедлялся. Все проблемы, разговоры, страхи — всё это оставалось где-то далеко за стенами этой квартиры.
Иногда людям кажется, что любовь — это что-то громкое, яркое, полное страсти и бурь. Но на самом деле самые настоящие её моменты бывают именно такими. Тихими. Простыми. Когда два человека просто стоят рядом и знают, что им хорошо вместе.
Гриша чуть крепче обнял меня, словно боялся, что если отпустит — этот момент исчезнет. А я просто закрыла глаза и слушала его дыхание.
И в этой тишине было что-то очень настоящее. Как будто весь огромный, сложный мир на минуту сузился до двух людей, которые просто нашли друг друга.