44.
В доме снова был хаос.
Дверь выбили так, что она с грохотом ударилась о стену. Внутрь ворвались несколько мужчин, тяжёлые шаги, грубые голоса. Всё происходило быстро и жестоко - мебель переворачивали, вещи летели на пол, стекло разбивалось о стены. Дом, в котором ещё утром было тихо и спокойно, за несколько минут превратился в разгромленное место.
Гриша даже не успел толком среагировать, как его резко толкнули к стене. Чьи-то руки схватили его за куртку, прижали.
- Вот он, - сказал кто-то грубым голосом.
Один из мужчин достал пистолет и на секунду направил его прямо в грудь Гриши. В комнате стало тихо.
Но потом другой резко остановил его.
- Не здесь.
Через мгновение его грубо потащили к выходу. Дверь машины хлопнула, и его буквально кинули на заднее сиденье.
Гриша тяжело выдохнул, упираясь плечом в холодную дверь машины. Внутри всё кипело. Злость, ярость - он едва сдерживался, чтобы не сорваться.
Но сквозь эту злость в голове была только одна мысль.
Тася.
Лишь бы с ней всё было хорошо.
Он сжал челюсть и опустил взгляд. Где-то глубоко внутри он уже понимал одну вещь.
Они не оставят её в покое.
Если они пришли за ним... значит, и за ней тоже.
-
Сознание возвращалось медленно, будто кто-то вытаскивал меня из глубокой тёмной воды. Сначала была только пустота и тяжесть в голове. Потом я начала чувствовать холод. Резкий, неприятный холод, который пробирался через одежду.
Я попыталась открыть глаза. Вокруг было почти ничего не видно - темнота, густая и давящая. Несколько секунд я вообще не понимала, где нахожусь.
Потом тело начало понемногу слушаться.
Я шевельнулась... и сразу почувствовала, что не могу двигаться нормально. Руки были заведены назад и крепко связаны. Ноги тоже. Я сидела на каком-то жёстком стуле. Металл холодил кожу.
Голова сильно гудела.
Я чуть повернула лицо и резко поморщилась. Щека горела так, будто её обожгли.
- Подонок... - еле слышно прошептала я, вспоминая удар.
Я попыталась пошевелить руками, дернуть верёвки, но тело было слишком слабым. Пальцы едва слушались, дыхание было тяжёлым.
И вдруг резко щёлкнул выключатель.
Яркий свет ударил по глазам.
Я зажмурилась на секунду, а когда снова открыла глаза... сердце буквально остановилось.
Напротив меня, в нескольких метрах, тоже на стуле сидел человек.
Гриша.
Его голова была опущена вниз. Руки так же связаны. Со лба медленно стекала тонкая бордовая струйка крови, которая уже успела пройти по виску.
- Гриш... - выдохнула я, резко подаваясь вперёд на стуле.
Паника мгновенно накрыла меня.
- Гриш! - уже громче сказала я, пытаясь вырваться из верёвок.
Стул заскрипел, я начала дёргаться, стараясь освободить руки.
- Гриш, очнись... - голос дрожал. - Любимый!
Но он не поднимал головы. Не двигался.
Дверь в комнате вдруг скрипнула.
Я резко повернула голову.
Внутрь медленно зашёл мужчина. Высокий, широкоплечий, с тяжёлым взглядом. Он остановился в центре комнаты и несколько секунд просто смотрел на нас.
А потом начал хлопать в ладоши.
Медленно. Насмешливо.
- Браво, - протянул он с улыбкой. - Какая картина. Прямо как в кино.
Я сразу поняла, кто это.
Жора.
Он прошёлся по комнате, оглядывая нас так, будто рассматривал какую-то выставку.
- Какие вы наивные... - усмехнулся он. - Любовь, доверие, светлые чувства. Прямо трогательно.
Я стиснула зубы.
- Отпусти нас, - резко сказала я, глядя на него.
Жора усмехнулся и чуть наклонил голову.
- О, смотри-ка... нашлась тут мне.
- Ты пожалеешь об этом, - зло сказала я. - Слышишь? Пожалеешь.
Он тихо рассмеялся.
- Грозная какая.
Жора вдруг перевёл взгляд на Гришу. Несколько секунд смотрел на него, а потом медленно подошёл ближе.
Он наклонился, рассматривая его лицо.
- Красивый парень, - протянул он почти лениво. - А такой мудак.
И резко ударил его кулаком по лицу.
Голова Гриши дёрнулась в сторону.
У меня внутри всё оборвалось.
- ХВАТИТ! - закричала я, резко дёрнувшись на стуле. - Не трогай его!
Слёзы сами покатились по щекам, я уже даже не пыталась их сдержать.
- Пожалуйста... - голос дрожал. - Не надо... слышишь? Не надо!
Меня трясло от бессилия. От злости. От страха.
Я видела кровь на его лице, видела, как он не двигается, и внутри всё разрывалось.
Жора резко повернулся ко мне.
В несколько шагов он оказался рядом и грубо схватил меня за подбородок, заставляя поднять лицо.
Его пальцы больно впились в кожу.
- Смотри на меня, - резко сказал он.
Я пыталась отвернуться, но он сжал сильнее.
- Ты думаешь, он тебя спасёт? - зло прошипел он. - Он даже себя защитить не может.
Я всхлипнула, глядя на него сквозь слёзы.
- Ты жалкая, - продолжил он холодно. - Маленькая наивная девочка, которая решила поиграть в любовь с тем, с кем нельзя.
Он с силой встряхнул моё лицо.
- Думаешь, это история про счастливый конец?
Я уже не слушала его слова. В голове шумело, грудь сжимало так, что было трудно дышать.
И вдруг...
Из другой стороны комнаты послышался тихий, хриплый звук.
Гриша снова тихо застонал.
Я резко дёрнулась вперёд на стуле, сердце забилось быстрее.
- Гриш... - прошептала я сквозь слёзы.
Жора раздражённо выдохнул и отпустил мой подбородок. Его пальцы резко исчезли с моего лица, и я почти сразу повернула голову к Грише.
Он медленно начал приходить в себя. Сначала слегка пошевелились плечи, потом он тяжело поднял голову.
Лицо было в крови. По виску тянулась тёмная дорожка, губа разбита, под глазом уже начинал наливаться синяк. Волосы растрёпаны, дыхание тяжёлое.
Но глаза...
Его зелёные, как трава, глаза медленно открылись.
Жора усмехнулся и подошёл к нему. Он опёрся руками о колени, наклоняясь прямо к лицу Гриши.
- Ну что, - сказал он с кривой улыбкой. - Очнулся?
Гриша тяжело дышал, но ничего не отвечал.
- Всегда так было, - продолжил Жора с раздражением. - Всегда ты впереди. Всегда ты круче, быстрее, смелее.
Жора наклонился ещё ближе.
- Ты ведёшь себя так, будто тебе всё можно.
Гриша молчал.
Но он даже не смотрел на Жору.
Он смотрел на меня.
На меня - заплаканную, испуганную, связанную.
Наши взгляды встретились и будто всё вокруг исчезло. Ни Жоры, ни холодной комнаты, ни верёвок на руках - только эти несколько метров между нами и тишина, в которой было слишком много чувств.
Я смотрела на него и чувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Страха, который невозможно спрятать. В голове билась только одна мысль - что нас могут убить. Что мы можем больше не выйти отсюда. Глаза жгло от слёз, дыхание сбивалось, и я не могла отвести взгляд от его лица, от крови на его лбу.
А он смотрел на меня иначе.
В его взгляде тоже был страх... но не за себя.
За меня.
Он словно проверял, цела ли я, жива ли, не сделали ли со мной чего-то ещё. Его взгляд медленно прошёлся по моему лицу, по щекам, мокрым от слёз, по губам, которые дрожали.
Гриша тяжело выдохнул, едва заметно покачал головой, будто хотел сказать без слов: не бойся.
И в этот момент я поняла одну странную, почти болезненную вещь.
Я боялась смерти.
А он - того, что она может забрать меня.
Жора выпрямился и медленно прошёлся по комнате, будто наслаждаясь тем, что происходит. Он то смотрел на меня, то на Гришу, а потом усмехнулся.
— Ну что, очнулся герой? — холодно сказал он. — Всё ради неё, да?
Гриша тяжело дышал, кровь всё ещё стекала со лба, но взгляд оставался твёрдым. Он немного поднял голову и хрипло сказал:
— Отпусти её.
Жора рассмеялся.
— С чего бы это?
Гриша стиснул зубы, верёвки натянулись на его руках.
— Потому что если ты хоть пальцем её тронешь… — он на секунду замолчал, переводя дыхание, — я тебя убью.
В комнате на секунду стало тихо.
Жора медленно повернулся к нему и усмехнулся, будто услышал что-то смешное.
— Ты? Меня?
Он подошёл ближе, наклонился к Грише.
— Ты сейчас на стуле связан сидишь, — тихо сказал он. — И всё равно пытаешься строить из себя героя.
Гриша лишь смотрел на него исподлобья, в глазах была злость.
— Мне плевать, — хрипло ответил он. — Делай что хочешь со мной. Но её не трогай.
Жора перевёл взгляд на меня. Я сидела, сжав губы, и старалась не показывать, как мне страшно.
— Видишь, — усмехнулся он. — Какой у тебя защитник.
Гриша резко сказал:
— Жора.
Тот снова повернулся к нему.
— Если с ней что-то случится… — голос Гриши стал холодным и тихим. — Я тебя из-под земли достану. Клянусь.
Жора несколько секунд молча смотрел на него.
А потом снова улыбнулся. Но в этой улыбке уже не было веселья.
— Знаешь, что меня всегда бесило? — тихо сказал он. — Ты.
Он начал медленно ходить по комнате, иногда бросая на Гришу короткие взгляды.
— Помнишь тот вечер? — вдруг сказал он. — Когда ты решил, что самый умный. Когда полез туда, куда тебя никто не звал.
Гриша ничего не ответил, только сжал челюсть.
Жора усмехнулся сильнее.
— Конечно помнишь. Ты же у нас правильный. Справедливость, принципы… — он презрительно хмыкнул. — Всегда впереди лезешь, будто герой какой-то.
Он резко остановился перед ним.
— Думаешь, я забыл? — тихо добавил Жора.
Гриша поднял на него тяжёлый взгляд.
— Мне плевать, что ты там помнишь, — хрипло сказал он.
Жора склонил голову.
— Нет, тебе не плевать. Потому что из-за тебя тогда всё пошло не так.
Он вдруг ударил ногой по ножке стула.
Стул резко скрипнул и дёрнулся.
Я вздрогнула.
— Бесишь ты меня, — процедил Жора сквозь зубы. — Всегда бесил.
Гриша тяжело дышал, но не отвёл взгляд.
— Значит, живи с этим, — тихо сказал он.
Потом Жора некоторое время молча смотрел на Гришу, потом тяжело выдохнул и медленно засунул руку во внутренний карман своей куртки. Достал что-то металлическое.
Нож.
Он спокойно раскрыл его и стал вертеть в пальцах, будто это была просто игрушка. Лезвие холодно блеснуло под лампой. Жора внимательно рассматривал его, проводя пальцем по плоской стороне.
— Ну и что же мне с вами делать… — протянул он почти лениво.
Я замерла.
Сердце будто провалилось куда-то вниз.
Я не могла отвести взгляд от ножа. В голове сразу появились самые страшные мысли, которые невозможно остановить. Холод пробежал по спине, дыхание стало рваным, а руки сами начали дрожать.
— Интересная ситуация, — продолжил Жора, будто размышляя вслух. — Девочка… парень… любовь… — он усмехнулся. — А конец может быть очень разный.
Я сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает паника. Ноги и руки были связаны, я не могла даже пошевелиться. Только сидеть и смотреть.
— Знаешь, Гриш… — сказал Жора, медленно покачивая ножом. — Иногда всё решается очень просто.
Я не выдержала.
— Не надо… — вырвалось у меня тихо, почти шёпотом.
Но Жора услышал. Он повернул голову ко мне.
Я смотрела на нож, и в груди всё сжималось от настоящего, животного страха. Хотелось кричать, бежать, сделать хоть что-то… но я была беспомощна.
— Так вот из-за кого он такой герой, — протянул он. — Таисиия.
Он сделал пару шагов ближе ко мне и прищурился.
— Скажи честно… — его голос стал грубее. — Ты с ним трахаешься, да? Из-за этого он так рвётся тебя защищать?
Во мне вдруг вспыхнула злость, которая на секунду перебила страх.
— Тебе какое дело? — резко сказала я.
Жора усмехнулся.
— О, характер… — протянул он. — Не зря он тебя прячет.
— Закрой рот, — хрипло сказал Гриша сзади.
Жора медленно повернулся к нему.
— Что?
Гриша смотрел на него исподлобья, глаза потемнели.
— Я сказал… закрой рот, — повторил он тихо. — Ещё одно слово про неё — и я тебе глотку вскрою.
Жора рассмеялся, но смех был злой.
— Сидишь связанный и угрожаешь?
— Развяжи, — спокойно сказал Гриша. — Проверим.
Я чувствовала, как в комнате снова нарастает напряжение.
Но внутри Гриши в этот момент происходило совсем другое.
Он уже почти не слушал Жору.
Голова гудела от удара, кровь медленно стекала по виску, но мысли были холодные и чёткие. Он смотрел на Таю, на её испуганные глаза, и внутри всё сжималось от злости.
Но паники не было.
Потому что он знал одну вещь.
Подмога уже рядом.
Он это знал.
Они должны были быть где-то здесь.
И оставалось только немного потянуть время.