пробуждение. Цена.
— ДЖЕФРИ, НЕТ! — прокричал Караг, резко приподнявшись и тяня руку куда-то вдаль, пытаясь схватить Джеффри, но схватил лишь расплывчатую дымку, что раньше имела форму его любви, а сейчас… она рассеялась как пыль на ветру.
Во рту остался вкус соли слёз, пролитых от любви, что имела право на существование только в грёзах сна, сладковатый привкус дыма от электронки… что вместо приятного напоминания о первом дне, когда он закурил, и о том, кто его научил, теперь оставлял шрам на душе и открытые порезы на сердце, что будут кровоточить от каждого воспоминания тех дней, тех ночей, тех моментов…
Лёгкие Карага резко наполнились прохладным воздухом. Глаза, что плакали во сне, были мокрыми и сейчас, но теперь они смотрели не на светлые кудри своей любви, а на белые, холодные стены своей палаты, на окно, что должно было показывать мир снаружи, но было полно мраком ночи. И только капельницы, стоящие возле каждой кровати, заставили Карага убрать свою руку, пытавшуюся ловить воздух, и закрыть глаза.
— Джеффри… нет… — тихий, бездыханный и не имеющий надежды голос Карага пронёсся по палате. Немые слёзы, что так и текли по его щекам, предательски напоминали тот поцелуй — последний поцелуй с болью от понимания и солёностью от слёз.
Караг упал на кровать, пытаясь руками вытереть следы боли, но они не отступали. Не было истерики. Было тихое, почти немое понимание, и беспомощность вперемешку с одиночеством, глядя на потолок палаты, который так и расплывался в глазах Карага.
Он так и сидел, дожидаясь утра. Сколько времени — он не знал. Телефон забрали, а часов в палате не было.
Спустя пару часов.
— Соберись, тряпка… твои слёзы не помогут никому, и тем более самому себе, — произнёс Караг, ударяя кулаком себя по лбу и уже сидя в своей кровати, оперевшись спиной об стену.
—Думай, думай, думай…
Если это был сон,то насколько давно? И что правда, а что нет… Если Холли говорила, что это наполовину только правда, значит, есть и то, что правда. А значит…
Милинг…сука.
Караг сжал кулак, глядя куда-то в пол возле соседней кровати, будто там и стоял Милинг. Лицо с гримасой отчаянья смещалось в открытую, безжалостную агрессию. Глаза горели приятным янтарём, что не вызывал, как раньше, тепло и умиление. В таком виде и с желанием отомстить, вывести на чистую воду, раскрыть этого подонка, они были оружием, напоминая яд, а не тепло.
— Мне нужна Холли… Она говорила тогда, что придёт утром, что объяснит всё. Хоть бы это утро было сейчас… — закрыв глаза, Караг откинул голову куда-то назад, пытаясь успокоиться и угомонить огромный поток мыслей в своей голове, что там давили. Тело ещё не отошло полностью — хоть он уже лежал без катетера в руке, оно ломило, болело и хотело просто отдыха от всего. Но шрам на правой руке напоминал, из-за кого он здесь. Кто как-то узнал его слабость и воспользовался ею. Кто, прикидываясь добрым, опытным пумой, на самом деле отравлял его каждый день с каждой улыбкой, что дарил, с каждым подарком, что привозил, и с каждой поездкой и экскурсией, что устраивал…
—«Сукин сын… Чтоб ты сдох, Милинг». — И это было не просто мысли. Это была немая клятва. Не для других, не кому-то — самому себе. Что эта тварь должна умереть.
Спустя ещё час.
Стук в дверь.
Караг всё так же сидел в своей кровати,оперевшись спиной об стену. Он посмотрел на дверь.
— КАРАГ! — Холли подбежала, как бык на красную ткань, к Карагу, обнимая его и чуть ли не поднимая с собой куда-то в воздух.
—Тише, тише, пха-ха-ха, — Караг на время откинул все мысли, когда увидел, что хоть что-то в этом мире не меняется, а именно — гиперактивность белки.
—Как ты?? — отстранившись и сев на кровать возле своего друга, сказала Холли. На её лице читалась радость, так как времени прошло немало с тех пор, как Караг был тут. И вот он наконец очнулся…
После этого вопроса Карага немного кинуло в воспоминания. Солоноватый вкус так и никуда не делся.
—Слушай, мне нужно с тобой поговорить… — лицо Карага с весёлого снова стало серьёзное и сосредоточенное. Радость сейчас — это просто роскошь для него. Сначала — месть.
—Что-то болит? — белка нахмурилась и начала осматривать парня с головы до ног, так и бегая взглядом по всему телу.
—Нет. О сне.
—…ты уверен?.
—Мне нужно, Хол. Мне нужно понять, что реальность, а что нет. Потому что я догадываюсь, откуда эта «радиация».
—В смысле? — Холли лишь теперь внимательно слушала.
—Я не буду говорить много… по крайней мере, постараюсь… Но скажи ещё вот что… сколько я здесь?
Тишина,в которой Холли только тяжело вздохнула. — Почти неделю, Караг…
—…Ясно…
—Тебя это не удивляет?
—После того, что мне снилось, или что вспоминал… короче, сложно объяснить пока. Мне уже не страшно ничего. Тем более, если верить, что эта радиация — попытка убить меня.
В палате воцарилась гробовая тишина. Был лишь запах антисептика и звуки шагов с коридора. И взгляд ужаса от Холли, что так и вцепился в глаза Карага.
—Что?.. — переспросила девушка, хотя прекрасно всё услышала.
—Сначала выслушай, потом будем думать, что правда, что приснилось, а где провалы в памяти. Потому что, почему меня нашли возле реки, я так и не помню и не понимаю.
Холли лишь молчала.
—Всё начиналось вроде как обычно… и даже ожидаемо как-то. Последний день в школе… я собирался домой, но по пути мисс Кристалл меня спросила, не могу ли я летом помочь с ремонтом, а то людей не хватало, параллельно спрашивая, как у меня с Джеффри обстоят дела, потому что у него в семье что-то там случилось, и он остаётся в школе, в принципе.
—Ну, пока что всё совпадает… — тихо, как будто сама себе, проговорила Холли, но уже откинув ужас от услышанного раньше, начала вникать в то, что говорит Караг.
—Я сказал, что вроде более-менее всё уже было до конца семестра, и потом ты с Брендоном в класс зашли, сказали, что ваши родители уже отпустили, и что вы ждёте только меня.
—Да, это тоже.
Так прошло половина времени. События отчасти совпадали. Но тут Караг начал говорить про места, где они должны были спать.
—Нас мисс Кристалл привела в какую-то, что ли, пристройку, где было только две комнаты — для девочек и парней, и в них были только двухспальные кровати. Брендон спал сам, а я начал спорить с собакой, как нам спать, потому что и с Брендоном спать мы не хотели из-за его проблем с превращением, но и друг с другом тоже… ну, ты понимаешь.
—Ну, и дальше что?
—Я пошёл в гараж искать перегородку, но потом он пришёл ко мне и сказал, чтобы шёл уже спать, а как спать — разберёмся уже завтра. И говорил он… адекватно, что ли?..
—Вот тут стоп, — сказала Холли, махая пальцем, чтобы Караг остановил свой монолог. — Я не знаю, был ли тот разговор или нет, но ты с Джеффри точно не спал. Ты пошёл к мисс Кристалл и попросил ещё одну кровать. Она не дала, но сказала, что если всё так сложно, то ты можешь спать на чердаке. Там была одна кровать, но надо было убрать её.
—Вот оно как… Тогда слушай, если такая херня — давай коротко. — Караг решил не тянуть кота за яйца, буквально, и пройтись по всем пунктам важных сразу.
—Тикаани и Лу встречаются?
—Эм… нет?
—Ты с Брендоном?
—Да, уже полгода как.
—Ты что-то знаешь про сестру Джеффри и про кошмары, что ему снились? Что я курю электронки и что он меня научил их курить?
—Ну, насчёт курения я догадывалась… — сказала Холли, поджимая губы, но продолжила дальше. — Сестра Джеффри умерла. Подробности не знаю, только разве что то, что она была младше него и была как будто полной его противоположностью. Кошмары — может быть. Тикаани часто упоминала, что он ночью куда-то шёл и что были крики с его комнаты. Может, из-за кошмаров. А насчёт того, что он тебя научил курить… так я вообще в ахуе. Ты никому не говорил, что куришь вообще. Я только догадывалась, потому что мой отец тоже их курит, и когда я к тебе в комнату заходила, то запах был похожий. Да и как он мог тебя научить, если вы буквально как кошка с собакой? Вы друг друга просто ненавидите. И, более того, Джеффри, как узнал, что он тебе нравится, вообще тебя подстебал сильно один раз, сказал, что это «типа взаимно». Ты тогда…
—Не выдержал и пошёл к директрисе? Что если он не прекратит, то я уйду из школы? И после этого какие-то стычки с Джеффри перестали быть частыми, да? — перебив Холли, Караг сказал как выпалив, наклоняясь ближе к Холли. В его глазах начала гореть хоть какая-то искра надежды.
—Ну… да, вроде как так и было…
—А Милинг? Что-то про дверь в гараже в школе ты что-то знаешь?
—…Я помню, ты говорил, что пару раз пересекался с ним уже после тех событий с твоей приёмной семьёй, и вроде это как раз было возле гаража. Но я не видела, только с твоих рассказов…
—Ну, хотя бы какие-то сходства — это уже хорошо… Себе я, конечно, не могу верить, наверное, но попробовать можно…
—Ты что-то задумал?
Караг не хотел сразу все карты на стол.
—Мне снилось, что в том кабинете был Милинг в костюме, похожем на тот, в котором ко мне приходили врачи, как скафандр. И… — Караг посмотрел на свою правую ладонь, на шрам. — …перед тем как достать какие-то камни, он снял с себя все украшения. И мне кажется, там были и серебряные. И только потом, в каких-то, как перчатках, странных, больших очень, доставал камни. Что он с ними делал — я не знаю. Тогда то ли я обо что-то споткнулся, то ли что, но начал убегать, чтобы он меня не видел.
—Ты к чему?
—Видишь этот шрам? — Караг протянул правую ладонь ближе к Холли. — Напоминает как ожог от цепи, правда?
—Ну… да?
Караг хотел рассказать всё полностью,но потом…
—Ай, бля-я-я-ь… — он схватился за голову от резкой тупой боли.
—Эй, ты в порядке?? — обеспокоенная Холли резко приподнялась с кровати и подошла ближе к Карагу.
—Да… наверное… Видно, тело ещё не отошло до конца…
—Давай я врача позову. Я… думаю, тебе больше покоя нужно. Рано пока так всё раскладывать по полкам, Караг. Главное, что ты тут. Я очень скучала… — со слезами на глазах девушка смотрела на парня.
—Да, наверное, на сегодня пока хватит… — спускаясь ниже, чтобы лечь, сказал парень, параллельно держа голову одной рукой.
—Держись, мы всё решим. Но сейчас — покой! А я врача позову, скажу, что ты пришёл в себя.
—Ага… И… спасибо, Холли… что приходишь…
—Дурак, что ли, за такое благодарить?
—Хах… Может...
Холли выбежала из палаты и затем начала кричать на коридоре, чтобы врач подошёл. Карагу даже стыдно немного стало — а то он и забыл, какая она громкая. Она орала на всё отделение.
—Чёртов камень… — сказал Караг, и все оставшиеся мысли начали покидать его. Тело требовало покоя, и что-то сложить или о чём-то думать казалось нереально больно. Так что он просто позволил себе наконец-то отдохнуть от всего: от всех планов, мести, сна и скорби. Позволив себе наконец-то выдохнуть хоть немного. Разговор с Холли и то, что она не считает его дураком или что это был просто «кошмар», немного согрело его изнутри. Но та самая пустота от потери любимого — как будто у тебя внутри что-то силой вытащили, как будто твоя комната, в которой ты провёл всё детство, в моменте стала полностью пустая. И уже нет того хлама, который казался таким родным, и нет воспоминаний, связанных с вещами. Просто пустота.
Но со временем эту пустоту можно заполнить чем-то новым.Чем-то, что имеет настоящий вес и ценность.