ཐིཋྀ мотылёк ཐིཋྀ

Я затянул последний болт на раме и на мгновение замер, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба. В гараже пахло старым маслом, жженой резиной и бензином — запахами, которые обычно приносили мне покой. Но не сегодня.

Прошло три дня с тех пор, как Лия свалилась в обморок. Три дня я торчал в её гараже, перебирая каждую гайку её разбитого байка. Я навещал её в общаге, приносил лекарства, еду, слушал её смех... и каждый раз, когда наши взгляды встречались, я чувствовал себя последним ублюдком.

Мы сближались. Медленно, как два сапера на минном поле. Но внутри меня жгла мысль: я — предатель. Всего одна ночь, одна вспышка ярости и глупости с Эвелин — и теперь между нами стена, о которой она даже не подозревает. Лию предали все: брат, семья, этот скользкий Леон. Она только-только начала верить мне, а я уже стал одним из тех, кто нанесет ей удар в спину.

Двери гаража со скрипом отворились, впуская струю холодного вечернего воздуха. Я обернулся. В проеме стояла Лия.

— Привет, — негромко сказала она.

— Привет, мотылёк. — Я отложил ключ в сторону. — Как себя чувствуешь?

— Готова ко всем невзгодам. Ну, а точнее — очень хорошо. — Она улыбнулась, и в её глазах снова появился тот живой блеск, который я так боялся потерять.

Лия прошла вглубь мастерской, рассматривая разложенные на верстаке детали. — Ты уже очень многим мне помог, Кай. Думаю, тебе пора поехать отдохнуть, я тут уже сама справлюсь.

— Я не устал, — соврал я, хотя спина ныла от неудобной позы. — Да и мне в радость тебе помочь. Детали я все проверил, встают как родные. Надеюсь, ты не против, что я еще кое-какие мелочи подделал от себя?

Лия остановилась рядом, внимательно глядя на меня. В полумраке гаража её лицо казалось особенно нежным. — Ты уверен, что хочешь помочь?

Я просто кивнул. Слова были не нужны.

— Ну тогда... приступим к сборке, — выдохнула она.

Я замер, не веря своим ушам. — Ты же никого не подпускаешь к самой сборке мотоцикла. Даже от лучших мастеров города отказалась. А мне — разрешаешь?

Лия подошла совсем близко. Она опустилась на корточки рядом со мной, прямо на грязный пол гаража. Её запах — смесь геля и легких духов — на мгновение перебил запах мазута.

— Тебе я доверяю, Кай Рихтер, — тихо произнесла она, глядя мне прямо в глаза.

Я нервно сглотнул. В горле встал ком. Если бы она знала, насколько хрупко это её доверие. Я заставил себя улыбнуться, хотя внутри всё кричало от вины.

— Зря ты это, мотылёк, — пошутил я, пытаясь сбросить напряжение. — Теперь я буду придираться к каждому винтику.

                                ***

Работа в четыре руки шла намного быстрее и интереснее . Мы говорили обо всем на свете: о глупых привычках преподавателей в Академии, о музыке, которую слушаем в наушниках, и о том, как Лия в детстве пыталась разобрать кухонный комбайн матери. Мы смеялись и подкалывали друг друга, пока ремонт не превратился в сплошное веселье.

Когда я в очередной раз занудно объяснил, почему гайку нужно закручивать именно в три оборота, Лия не выдержала. Она хитро прищурилась и, прежде чем я успел среагировать, мазнула меня по носу пальцем, густо испачканным в черном мазуте.

Я замер от неожиданности, чувствуя, как холодная смазка расплывается по коже.

— Беги, мотылек! — с коварной улыбкой произнёс я, откладывая инструмент.

Лия сорвалась с места с громким смехом. Мы носились по небольшому гаражу, петляя между верстаками и стеллажами. Я не отставал, пытаясь отомстить и оставить на её щеке такой же черный след. Мы пачкали одежду, лица, натыкались на пустые коробки, и наши голоса эхом отражались от железных стен.

В какой-то момент Лия не заметила под ногами тару из-под запчастей, споткнулась и уже готова была встретиться с бетонным полом. Я среагировал мгновенно — рванулся вперед и подхватил её, прижимая к себе.

Мы замерли. В гараже воцарилась тишина, прерываемая только нашим сбитым, рваным дыханием. Её руки вцепились в мои плечи, а моё сердце колотилось где-то в горле.

— Если бы существовал навигатор опасности, из-за которой ты можешь пострадать, — тихо произнес я, глядя ей прямо в глаза, — я бы определенно повесил его тебе на шею. Ты находишь приключения на ровном месте.

Лия не отвела взгляд. Она мягко улыбнулась, и её голос прозвучал так искренне, что у меня перехватило дыхание.

— Не думаю, что он бы мне пригодился. У меня уже есть ты.

Внутри меня что-то дрогнуло. Я почувствовал, как щеки обжигает — чертовски непривычное чувство для ледяного Кая Рихтера. Но сейчас я не хотел закрываться. Она была так близко, что даже сквозь резкий запах бензина и мазута я чувствовал аромат её кожи — сладкая вишня с тонкой, прохладной ноткой мяты. Этот запах пьянил сильнее любого алкоголя, а её голубые глаза в полумраке гаража казались бездонными озерами, в которых я был готов утонуть.

Я медленно наклонился и коснулся её губ своими. Поцелуй был сначала осторожным, почти вопросительным, но когда Лия ответила, подавшись навстречу, он перерос в нечто отчаянное и глубокое. Я целовал её так, словно Лия была единственным источником кислорода. Мой язык настойчиво изучал её рот, а руки, перепачканные в мазуте, собственнически сжимали её талию. Лия отвечала с не меньшим напором, зарываясь пальцами в мои волосы и притягивая ближе, стирая последние миллиметры пространства между ними.

Ей было мало. В порыве острого желания Лия обхватила меня ногами, запрыгивая. Я мгновенно подхватил её под бедра, удерживая на весу. Мои мышцы напряглись под весом её тела, но я даже не шелохнулся, продолжая глубоко и жадно целовать её. Потом медленно двинулся в сторону небольшого старого диванчика в углу гаража. Осторожно опустив её на обивку, навис сверху, не разрывая контакта, чувствуя, как её сердце бешено колотится о мою грудную клетку.

Лия, затуманенная страстью, потянулась к краю  футболки, намереваясь стянуть её. Но я перехватил её запястья.

— Не сейчас, — хрипло выдохнул . — Я очень не хочу, чтобы наш первый раз случился в пыльном гараже.

Лия нахмурилась, в её взгляде мелькнула обида. — Это ты мне мстишь за тот случай в твоем доме?

— Я не собирался мстить, мотылёк. Я хочу тебя так же сильно, как и ты.

Чтобы она не сомневалась, я взял её ладонь в свою и медленно опустил ниже, на ширинку своих штанов. Лия почувствовала сквозь ткань внушительный размер и ту твердость, с которой моё тело отзывалось на её близость. Она судорожно выдохнула, а её щеки залил густой румянец. Отводя взгляд в сторону, она тихо произнесла: — Думаю, ты прав... Гараж — не место для этого. Извини.

— Тебе не за что извиняться, — Я снова накрыл её губы страстным, но уже более медленным поцелуем, закрепляя негласный договор.

Через пару минут отстранился лишь на несколько сантиметров, глядя ей прямо в глаза. — Лия, я уже говорил, что у меня сложный характер. Я помню, как говорил, что мне сложно понять свои чувства... Но я знаю одно: с тобой мне хорошо. Я очень давно не чувствовал себя настолько живым. — Я сделал короткую паузу, словно решаясь на самый важный шаг. — Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой.

Лия замерла. Она видела в его серых глазах отражение своей собственной тревоги и надежды. Где-то в глубине души всё еще жил страх, что Кай не сможет полюбить её по-настоящему, что лёд внутри него окажется крепче её . Но глядя на него сейчас, она поняла: она готова прыгнуть в эту пропасть, даже если внизу её ждет крах. Потому что она уже полюбила его всем сердцем.

— Я согласна быть твоей, Кай, — прошептала она и сама потянулась к нему за новым поцелуем.