Горький привкус спасения
Ева влетела в «Атлант», задыхаясь от быстрого бега и подступивших к горлу слез. Зал встретил её тишиной, но Кристофер был там. Он не тренировался. Он сидел на полу, прислонившись спиной к рингу, и методично обматывал костяшки свежими бинтами. Его движения были механическими, пугающе спокойными.
— Зачем? — выдохнула она, останавливаясь в нескольких шагах. В её руке была зажата та самая квитанция. — Зачем ты это сделал, Кристофер?
Он даже не поднял головы. Узел на бинте затянулся с резким звуком.
— Я же сказал тебе вчера: у каждой проблемы есть цена. Твоя цена — три миллиона. Моя — один вечер на ринге. Справедливый обмен.
— Это не обмен! — Ева почти кричала, шагнув в его личное пространство. — Борис сказал, что ты теперь «принадлежишь ему». Ты продал себя ради моих стен? Ради квартиры, которую ты сам назвал просто куском камня?
Кристофер медленно поднял взгляд. В его глазах не было привычного холода, только бесконечная, выжигающая нутро усталость.
— Дело не в стенах, Ева. Дело в том, что ты была готова сдаться. Я видел это в твоих глазах. Если бы ты потеряла еще и это, ты бы окончательно сломалась. А я… я уже давно сломан. Одним шрамом больше, одним меньше — какая разница?
— Мне есть разница! — Ева опустилась на колени перед ним, не побоявшись близости его тяжелых кулаков. — Ты учил меня дышать, учил меня контролировать страх. Но как мне дышать теперь, зная, что ты идешь туда умирать за мои долги?
Кристофер замер. Его рука, всё еще обмотанная бинтом, на секунду коснулась её щеки — мимолетное, почти невесомое движение, от которого у Евы перехватило дыхание.
— Я не собираюсь умирать, куколка, — тихо произнес он. — Но сегодня мне придется сделать то, что я ненавижу больше всего. Я должен проиграть.
— Тогда не ходи! Давай вернем деньги, я найду работу, я…
— Деньги уже ушли в банк, счета закрыты, — отрезал он, и его голос снова стал стальным. — Сделка совершена. В нашем мире за слова отвечают костями.
Он встал, вынуждая её тоже подняться. Кристофер накинул на плечи темную толстовку, скрывая бинты.
— Уходи домой, Ева. Не приходи сегодня в клуб. Тебе не нужно видеть то, что там будет происходить. Пожалуйста.
Это «пожалуйста» прозвучало так непривычно для него, что у Евы защемило сердце. Он не просил за себя — он снова пытался защитить её психику от того насилия, которое сам собирался принять.
Кристофер прошел мимо неё к выходу, на мгновение задержавшись в дверях.
— Иди домой. Запри дверь. И просто дыши. На четыре счета.
Дверь захлопнулась. Ева осталась одна в пустом зале, сжимая в руках квитанцию, которая теперь казалась ей тяжелее, чем весь мир. Она знала, что не послушается. Она знала, что будет там.
Переходим к 10-й главе? Тот самый роковой бой, где Кристофер должен «упасть», и Ева, которая наблюдает за этим из тени.