Кровавый десерт
После того как Алессандро покинул её комнату, Изабелла не стала надевать его подарок. Она выбрала своё — черное облегающее платье с открытым плечом, скрывающее нож в потайном чехле на лодыжке.
Столовая виллы напоминала зал суда. В центре длинного дубового стола сидел отец Бьянки — старый хитрый лис Витторио. Его глаза сузились, когда Изабелла вошла в сопровождении Марко и Луки.
— В Сицилии охрана ждет за дверью, — сухо бросил Витторио, не вставая.
— В Нью-Йорке мы не оставляем спину открытой, когда ужинаем со змеями, — парировала Изабелла, садясь напротив него.
Алессандро занял место во главе стола. Его взгляд скользнул по ней, оценивая непокорность — она не надела его платье, и это явно раззадорило его еще больше.
— Начнем, — коротко бросил Дон.
Слуги начали разносить блюда. Атмосфера была настолько густой, что её можно было резать ножом. Лука, сидевший чуть поодаль, незаметно активировал портативный сканер на часах — он проверял помещение на наличие прослушки и лишних сигналов.
— Моя дочь плачет, Дон Алессандро, — начал Витторио, вонзая нож в кусок мяса. — Нарушение помолвки — это плевок в лицо всей нашей семье. Эта... американка не знает наших традиций. Она — обуза.
— Эта «обуза» стреляет лучше половины твоих солдат, Витторио, — холодно ответил Алессандро. — И она — моя будущая жена. Тема закрыта.
В этот момент Изабелла заметила, как один из официантов, дрожащими руками наливающий вино Витторио, слишком быстро отвел взгляд от Алессандро. Лука резко подал сигнал — короткая вибрация на браслете Изабеллы. Опасно.
— Не пей вино, Алессандро, — спокойно сказала Изабелла, когда тот уже подносил бокал к губам.
Алессандро замер. Его глаза потемнели.
— Ты о чем?
— Официант. Его пульс зашкаливает, а зрачки расширены, — она медленно поднялась. — Либо он влюблен в тебя, либо вино отравлено.
Официант дернулся, пытаясь сбежать, но Марко в одно мгновение оказался рядом, хватая его за горло и прижимая к стене. Витторио вскочил, опрокинув стул.
— Это провокация! — закричал старик.
— Проверим? — Изабелла подошла к столу, взяла бокал Алессандро и протянула его Витторио. — Пей, старик. Докажи, что я ошибаюсь.
Витторио побледнел. Его рука дрогнула. В этот момент двери столовой распахнулись, и в зал ворвались четверо вооруженных людей Витторио.
— К черту традиции! — взревел старик. — Убейте их всех!
Алессандро среагировал молниеносно. Он опрокинул тяжелый стол, создавая баррикаду, и выхватил пистолет. Но Изабелла была быстрее. Она не стала прятаться. Сделав кувырок через плечо, она оказалась рядом с первым нападавшим. Удар ладонью в кадык, перехват руки с оружием — и через секунду она уже использовала его как живой щит, всадив две пули во второго охранника.
Марко и Лука работали как слаженный механизм, прикрывая её фланги. Алессандро, стрелявший с другой стороны стола, на секунду засмотрелся на неё. Она была прекрасна в своей ярости — волосы рассыпались по плечам, глаза горели ледяным огнем, а каждое её движение было смертоносно точным.
Когда последний нападавший упал, в зале повисла тишина, нарушаемая только звоном гильз. Алессандро подошел к Витторио, который забился в угол.
— Ты пришел в мой дом и попытался отравить меня за моим же столом, — голос Алессандро был пугающе тихим.
Он поднял пистолет, но Изабелла положила руку на его запястье.
— Нет. Не здесь. И не так.
Алессандро обернулся к ней, его ноздри раздувались.
— Он хотел убить тебя тоже, Изабелла!
— Я знаю, — она подошла к Витторио и, прежде чем кто-то успел среагировать, нанесла ему сокрушительный удар в челюсть, отправив в глубокий нокаут. — Но если ты убьешь его сейчас, начнется гражданская война среди твоих же людей. Оставь его мне. Лука уже взломал его счета и переписку. Мы уничтожим его репутацию прежде, чем он придет в сознание.
Алессандро посмотрел на неё с чем-то похожим на благоговение. Его одержимость трансформировалась. Он понял, что эта женщина не просто дополнение к его власти. Она — его равная.
Он схватил её за затылок, притягивая к себе. Его лицо было в паре сантиметров от её.
— Ты... — прохрипел он. — Ты сводишь меня с ума.
Он грубо, властно впился в её губы поцелуем, в котором смешались вкус адреналина, пороха и его безумной собственнической любви. Изабелла на мгновение замерла, а затем... ответила, впиваясь ногтями в его плечи.
Марко, стоящий рядом с окровавленным ножом, отвернулся, сжимая кулаки до хруста.