5 глава
От лица Адель
Я решила согласиться. Сердце бешено заколотилось в груди, словно вырываясь на свободу. Почти мгновенно пришел ответ:
— Отлично! Заеду за тобой в семь. Жди 💗
Сейчас было только утро, а значит, у меня была целая вечность, чтобы пережить, передумать и снова собраться. Чтобы не сойти с ума от ожидания, я погрузилась в работу. Достала ноутбук, разложила папки с документами. Воздух в комнате наполнился тихим щелканьем клавиатуры — я отправляла письма, формировала отчеты, сводила балансы.
Основных финансовых и юридических работников у Руслана всего двое — я и Алиса. Когда-то, в первые месяцы, нагрузка казалась неподъемной. Я тонула в цифрах и юридических тонкостях, чувствуя себя не в своей тарелке. Но потом пришла первая зарплата. Я открыла конверт и увидела кругленькую сумму, которая заставила меня замереть. В тот момент я поняла: это не просто работа. Это моя броня, моя независимость, мое призвание. И теперь, в совсем тяжелые дни, я научилась романтизировать рутину: зажигала ароматические свечи с запахом сандала, включала фоновую музыку и обустраивала свое рабочее пространство, превращая его в личный кабинет-крепость.
Время, вопреки моим тревогам, пролетело незаметно. Стрелки на моих наручных часах показали два часа дня, и живот предательски напомнил о себе урчанием. Я заглянула в холодильник и снова мысленно поблагодарила Валентину. Она приготовила огромное количество еды: там были и порционные контейнеры с салатами, и сырники, и даже домашний лазан. Эта женщина — ангел-хранитель.
Пока разогревался обед, я включила пластинку с джазом. Легкие, томные звуки саксофона наполнили квартиру, и я, сама того не замечая, начала плавно двигаться в такт, отбивая каблуком ритм. Словно и не было того утреннего кошмара с орущим у двери незнакомцем. Психика — удивительная вещь; она способна отгораживаться от страха, находя утешение в простых ритуалах.
После обеда я снова погрузилась в омут цифр, но уже с легким сердцем. Я завела будильник на пять, чтобы спокойно собраться. И когда прозвенел заветный звонок, начался настоящий ритуал. Душ с ароматным гелем, тщательный макияж, укладка. Я долго стояла перед гардеробом, в итоге остановившись на женственном костюме цвета пыльной розы с юбкой-миди и каблуками-лодочками. Дополнила образ бежевым пальто — на улице стоял прохладный вечер, и ветер не предвещал ничего хорошего.
Я как раз заканчивала подкрашивать ресницы тушью, когда телефон вибрировал.
— Я возле твоего подъезда 💗
Я расплылась в улыбке, которую невозможно было сдержать, и в последний раз проверила себя в зеркале. «Спокойно, Адель. Всего лишь кофе». Но внутри все трепетало, как у школьницы перед первым выпускным балом.
Выходя из подъезда, я увидела его. Он стоял рядом с машиной, и вечерние сумерки мягко очерчивали его силуэт. На нем был элегантный костюм-тройка глубокого синего цвета, который выгодно оттенял его глаза, и длинное черное пальто. В руках он держал небольшой, но изысканный букетик чайных роз.
— Привет, — он сделал шаг навстречу, и его глаза улыбнулись еще раньше губ. — Я очень рад тебя видеть. Ты просто прекрасна. И вот... Держи. Они такие же нежные, как и ты.
— Привет, спасибо, — мой голос прозвучал чуть срываюсь, а пальцы, принимая цветы, слегка дрожали. Боже мой, такое ощущение, что сердце сейчас выпрыгнет из груди и убежит в закат.
Он открыл передо мной дверь машины, и мы поехали. В салоне пахло дорогим кожаным салоном и его легким парфюмом — что-то древесное, с ноткой бергамота.
— Прости, что заранее не сказал, — прервал тишину Джейкоб, — но я хотел сделать сюрприз. Мы поедем в один ресторан итальянской кухни. Надеюсь, ты не против?
— Да что ты, конечно нет! — я почувствовала, как расслабляюсь. — В жизни нужно пробовать что-то новое.
Мы переглянулись и улыбнулись. Когда мы подошли к ресторану — уютному месту с приглушенным светом и стенами цвета терракоты — он снова открыл передо мной дверь, как настоящий джентльмен.
Я заказала ризотто с морепродуктами в томатном соусе, он — карбонару. Мы говорили обо всем на свете: о путешествиях, о книгах, о смешных случаях из детства. Беседа лилась легко и непринужденно. Да, мне все еще было сложно подолгу смотреть ему в глаза. Но в те редкие моменты, когда я решалась поднять взгляд, я не видела в них ни жалости, ни нетерпения, ни оценивающего холода. Я видела тепло. Глубокое, спокойное, которое словно обволакивало меня, говоря: «Здесь безопасно. Ты можешь расслабиться». Он уважал мои границы, не делая из моей особенности проблемы, и это было невероятно ценно.
«Глаза — это зеркало души», — часто говорила мне мама. Из-за своего страха я не могла заглянуть в эти зеркала, лишая себя возможности увидеть человека по-настоящему. Но с Джейкобом я... старалась. И я чувствовала, что хочу стараться и дальше.
В какой-то момент он рассказывал до ужаса смешную историю про своего друга в колледже. Закончив, он замолчал, глядя на меня, и я, улыбаясь, смотрела на него. И в этой тишине, в этом взаимном взгляде, меня осенило.
Порой один взгляд в глаза куда интимнее, чем миллионы ночей вместе. Ведь иногда люди сливаются не телом, а душой, и для этого не нужны слова.
Вечер прошел в одной сплошной, непринужденной волшебной атмосфере. Когда он отвез меня домой и мы попрощались, я летела на крыльях.
Переступив порог квартиры, я прислонилась к закрытой двери, все еще чувствуя на губах призрачную улыбку и запах его парфюма, смешанный с ароматом чайных роз. Я закрыла глаза, пытаясь запечатлеть это чувство легкой эйфории.
И тут же телефон в сумочке затрясся от череды сообщений. Достаю — Алиса. Десять восклицательных знаков и голосовое сообщение, которое начиналось с заливистого: «НУУУ?! Я вся изошлась! Как оно?! Рассказывай все, до последней мелочи!»
Я улыбнулась, все еще прислонившись к двери, и медленно соскользнула на пол в прихожей, готовясь к долгому и подробному отчету для своей лучшей подруги. Впервые за долгое время этот отчет был бы полон только света и надежды.