Треугольник школьных времен

Го­ворят, не­веде­ние — бла­го. Нас­коль­ко пра­вы бы­ли пред­ки, из­ре­кая дан­ную пос­ло­вицу?

Зво­нок зас­та­вил встре­пенуть­ся. Сер­дце под­ско­чило к гор­лу и тут же рух­ну­ло на свое мес­то, от­да­ва­ясь но­ющей болью в гру­ди. Па­ра ша­гов, ко­торых обыч­но дос­та­точ­но, что­бы дой­ти до две­ри, ка­зались до­рогой в ми­лю. Каж­дый шаг все боль­ше приб­ли­жа­ет к це­ли. По­чему страх пог­ло­ща­ет ра­зум? Это все­го лишь зво­нок и все­го лишь дверь. Да, все­го лишь дверь, за ко­торой сто­ит че­ловек. Вслед за по­воро­том руч­ки она от­кры­ва­ет­ся. Гла­за Ын­би ви­дят пе­ред со­бой Тэк­ва­на, ко­торый при­ветс­тву­ет ее сво­им фир­менным жес­том и фир­менной улыб­кой:

- Хай, Ко Ын­би!

Шок — единс­твен­ное, что ох­ва­тыва­ло сей­час Ын­би. Ыд­ва ус­певшие вы­сох­нуть сле­зы, по­лились ре­кой. Ын­би сно­ва сжа­ла ру­ки в ку­лач­ки и на­чала бить по гру­ди. Толь­ко те­перь не по сво­ей, а по гру­ди Тэк­ва­на:

- Где? Где ты был? Где я спра­шиваю! Где?..

Тэк­ван ожи­дал при­мер­но та­кой ре­ак­ции, но все рав­но опе­шил. Всплы­ли мыс­ли о том, как уте­шать че­лове­ка в по­доб­ных си­ту­аци­ях. Он прос­то об­нял ее и дер­жал в сво­их объ­яти­ях, по­ка та не ус­по­ко­илась.

Тэк­ван знал очень мно­го о лю­дях и об их по­веде­нии. В те­ории. В стар­шей шко­ле бы­ло мно­жес­тво мо­мен­тов, ког­да он хо­тел, но не мог ус­по­ко­ить лю­бимую. Ру­ка, что тя­нулась к пле­чу де­вуш­ки, сто­яв­шей спи­ной, так и не дос­ти­гала сво­ей це­ли, за­висая в воз­ду­хе. Тэк­ван на­чал изу­чать пси­холо­гию са­мос­то­ятель­но, что оказалось отнюдь не­лег­ким за­няти­ем. Это бы­ло толь­ко ра­ди нее — ра­ди Ын­би.

Ник­то не зна­ет сколь­ко они так прос­то­яли в две­рях. Пле­чи Ын­би все про­дол­жа­ли вздра­гивать, а ру­ки Тэк­ва­на все так же пы­тались ее ус­по­ко­ить.

- Ме­ня нем­но­го по­хити­ли, - ви­нова­то ус­мехнул­ся Тэк­ван и по­чесал за­тылок, ког­да они с Ын­би заш­ли в дом.

- Что? - го­лос при­над­ле­жал Со­хёну.

- Что он здесь де­ла­ет? - ука­зывая паль­цем в сто­рону пар­ня, ска­зал Тэк­ван.

Пос­ле це­лого ча­са объ­яс­не­ний и воп­ро­сов, они пе­реш­ли к по­хище­нию Тэк­ва­на.

- Ну, они по­гово­рили со мной и от­пусти­ли.

- Та­кое раз­ве счи­та­ет­ся по­хище­ни­ем? - скеп­ти­чес­ки со­щурил­ся Сон­хён.

- Ду­маю, да. Это бы­ло без мо­его сог­ла­сия. Ес­ли чес­тно, - Тэк­ван зап­нулся и че­рез не­кото­рое вре­мя про­дол­жил, - я не пом­ню мно­гого. У ме­ня бы­ли про­валы в па­мяти и до это­го. Я все пы­тал­ся скрыть, но в этот раз это сыг­ра­ло со мной в злую шут­ку.

Ын­би под­ско­чила со сво­его мес­та:

- И ты мол­чал?!

- Мне приш­лось. Это по­хоже на за­ев­ший dvd-диск, про­пус­ка­ющий це­лые кад­ры.

- И ког­да все это на­чалось?

- Пос­ле ава­рии, - Тэк­ван твер­до заг­ля­нул в гла­за Ын­би. Он знал что уви­дит в них по­нима­ние и же­лание по­мочь, но не жа­лость, что не мог­ло не ра­довать.

- Что? - гла­за Ын­би рас­ши­рились, а го­лос стал на тон ни­же.

- Да, пос­ле той ава­рии я за­метил, что буд­то бы вы­падаю из ре­аль­нос­ти. Сна­чала это бы­ли нез­на­читель­ные мо­мен­ты: я не мог вспом­нить ку­да по­ложил те­лефон, не пом­нил как при­шел ку­да-ни­будь, но я за­метил не­лад­ное пос­ле той про­гул­ки в Ки­ото, пом­нишь? - Тэк­ван пе­ревел взгляд, упер­ший­ся в по­вер­хность сто­ла, на Ын­би.

- Да. Ты ска­зал, что пой­дешь по­обе­дать и поп­ро­сил не ид­ти за то­бой.

Гла­за Тэк­ва­на ув­лажни­лись и ста­ли крас­ны­ми:

- Я тог­да очень ис­пу­гал­ся, не об­на­ружив те­бя ря­дом. Я ока­зал­ся на мос­ту. Бла­го, я знаю Ки­ото как свои пять паль­цев.

- Но ты ведь ни­ког­да не го­ворил об этом, - Тэк­ван и Ын­би как по щел­чку пос­мотре­ли на Сон­хё­на, - по край­ней ме­ре все то вре­мя, по­ка мы зна­комы.

- Это был не са­мый луч­ший пе­ри­од в мо­ей жиз­ни, - крас­ные гла­за Тэк­ва­на не­видя­щим взгля­дом за­бега­ли из сто­роны в сто­рону, - пос­ле раз­во­да ро­дите­лей ка­кое-то вре­мя я жил здесь один. Был на до­маш­нем обу­чении. В мо­ем рас­по­ряже­нии был це­лый особ­няк. Боль­шой, рос­кошный и… пус­той. Ме­ня там ник­то не ждал, по­это­му я не спе­шил воз­вра­щать­ся пос­ле ре­пети­торов.

Ын­би пог­ла­дила его по ру­ке, что не ук­ры­лось от взгля­да Сон­хё­на. На­род­ная по­говор­ка гла­сит: «Рев­ность жен­щи­ны спо­соб­на выз­вать снег ле­том», но по­чему ник­то не ска­зал о том, что рев­ность муж­чи­ны мо­жет пе­ревер­нуть мир и сжечь все вок­руг, ес­ли муж­чи­на не сдер­жится?

По­верх ру­ки де­вуш­ки лег­ла ру­ка Тэк­ва­на. Сон­хён зна­ет, что не име­ет пра­ва рев­но­вать ее, по­это­му все, что он мо­жет сде­лать — это сжи­мать и раз­жи­мать ку­лаки под сто­лом. Да­же же­лание по­мочь дру­гу не мо­жет пе­ребить это от­равля­ющее чувс­тво.

- Я пом­ню, что был в ка­кой-то квар­ти­ре. Мно­го­этаж­ка: я пом­ню вид с окон. Там бы­ли ка­кие-то лю­ди. Они не за­мети­ли как я при­шел в се­бя. Я ле­жал воз­ле ок­на, даль­ше от них. Они го­вори­ли об И­ане, - Тэк­ван пре­дуп­режда­юще пос­мотрел на Ын­би, - они что-то об­сужда­ли. Это был не ко­рей­ский, ско­рее япон­ский. Мо­его зна­ния язы­ка хва­тило лишь на то, что­бы по­нять от­рывки: И­ан, со­рев­но­вания, де­вуш­ка, зап­лыв, кил­лер.

По ком­на­те эхом про­катил­ся ис­пу­ган­ный вздох де­вуш­ки.

Тэк­ван не­ожи­дан­но для всех при­сутс­тву­ющих сжал ла­донь Ын­би, уб­рал ее и пос­мотрел на нее пол­ным стра­ха гла­зами:

- Это не са­мое страш­ное из про­изо­шед­ше­го на тот мо­мент, - он по­мед­лил, - Ын­би, я сде­лал кое-что пло­хое.

Го­ворят, не­веде­ние — бла­го. Од­на­ко, на­ши пред­ки не уч­ли од­но­го — лю­дей с ам­не­зи­ей. Про­валы в па­мяти — слов­но прок­ля­тие. Нез­на­ние сво­их же дей­ствий, нез­на­ние сво­их пос­тупков и прос­тупков при­водит к по­терям. В та­кие мо­мен­ты все мо­гут ис­пра­вить лю­ди. Их под­дер­жка и по­нима­ние — клю­чи к зак­ры­тым две­рям, но ведь не каж­до­му суж­де­но най­ти эти клю­чи, вер­но?