12.
— Ну вот серьёзно, что за дурацкая причёска?! А что за прикид такой?! — дразнил Боми Хань, когда мы сидели на стадионе.
Кстати, вчера вернулась моя Боми. Я так по ней соскучилась, что чуть не задушила её в своих объятиях.
Боми сменила имидж, коротко отрезав свои длинные чёрные волосы. Ей безумно шло каре, но полиция моды в лице Луханя не оценила новый имидж подруги.
Боми обиженно что-то сказала и начала душить парня-оленя.
— Заткнись, мачо, — злилась Боми, пока Хань ржал во весь стадион.
Парни из нашего универа играли в футбол, а мы наблюдали, комментировали и смеялись над дурацкими шутками Ханя. Я чувствовала себя счастливой, сидя в компании своих друзей этим вечером. Но было одно но: мысль о вчерашнем дне не давала мне покоя.
После вчерашнего я благополучно свалила домой, пока Чан ушёл за моими миндальными печеньями.
Весь день избегала его.
Голова была забита словами Чанеля. Его «ты мне нравишься» крутилось у меня в голове словно на повторе.
Я даже не знала, что делать в такой ситуации. Рассказать ли своим друзьям?
-…и ещё… Йа, Мирэ, ты вообще слушаешь меня?! — ткнул меня в бок Лухан.
— А? Что? — очнулась я.
— Ничего нового, он снова вопит о первокурснице Айлин, — махнула рукой Боми, а Хань толкнул её локтем. — Ты сегодня какая-то не своя, что-то стряслось?
— Так и знал, — Лухан вздохнул и откинулся назад. — Рассказывай, что у тебя стряслось?
— Случилось что-то очень неожиданное, — тихо проговорила я и прикусила губу. Лухань и Боми переглянулись и округлили глаза.
— Неужели Сехун получил пятёрку по английскому?!
— Да нет же, быть такого не может! — отмахнулась я, а Хань разочарованно вздохнул и снова откинулся назад.
— В чем тогда твоя проблема? Почему ты не рассказываешь нам, лучшим друзьям? — мило надул губки мой друг, а Боми согласно кивнула.
— Расскажи нам.
— Эм… — мне было так неловко об этом говорить. Впервые оказываюсь в такой ситуации.
— Йа! Ты чего тормозишь?!
— Я… Эээ… Он…
— Что? Можешь не мямлить?! Давай расскажи! Ну же, у меня терпение не железное!
— Йа! Мирэ…
Я закрыла глаза и набрав побольше воздуха в лёгкие, заорала не своим голосом:
— Я влюбилась в Пак Чанёля!
В этот момент, футбольный мяч ударил меня со всей силы по лицу, что я почувствовала металлический привкус крови.
Лухан роняет свой телефон, а Боми в шоке смотрит на меня, а я жду, когда же начнут сыпаться мои выбитые зубы на газон.
По моим щекам потекли слезы от боли, а по подбороку кровь из разбитой губы.
К нам кто-то подбежал, но я не смотрела на него, сильно зажмурив глаза от боли.
— Лухан?! Мирэ?! Ты в порядке?! — я услышала взволнованный, но такой знакомый голос. — Прости-прости, я не хотел!
Я тут же подняла голову, встречаясь с взглядом Чанёля.
— Йа, идиот! — очнувшись, Хань дал Чанёлю пинка под зад. Несмотря на боль и слёзы, я засмеялась.
— Ты в своём уме?! — заорала Боми, подбегая ко мне. — Ты ей чуть зубы не выбил!
— А если бы выбил?! Она только что призналась, что влюбилась в тебя, а ты…
У меня перехватило дыхание. Хотелось зашить рот Луханю и этими же мячом выбить ему все зубы. Чертов китаец!
— Ты не смотри, что её лицо в крови и волосы жирные, если её помыть, она красивая!
— Да! — согласилась Боми.
Боже, это ещё что за реклама от моих друзей?!
Чанёль пристально смотрел на меня и странно улыбался, пока Лу и Боми материли его.
— Это правда? — спросил Чанёль, игнорируя угрожения в свой адрес от моих друзей. — Я ведь все слышал.
Я тут же забыла о боли и покраснела от смущения. Какого черта я заорала о том, что я влюбилась в этого эльфа?! Господи… Можно мне исчезнуть?
— Что тут происходит? — мы услышали голос и увидели Сехуна и Чунмёна, которые ушли в супермаркет за чипсами десять минут назад.
Хорошо, что брат не услышал то, что я сказала пять минут назад. Иначе, мне не избежать издевок всю свою жизнь.
— Ничего! Просто мяч попал мне в лицо и разбил губу. Пойду умоюсь, — быстро тараторя, я побежала к выходу из стадиона.
***
Лицо горело, губа пульсировала и шипела. Я свернула в ближайший туалет нашей огромной раздевалки, чтобы сполоснуть лицо и привести мысли в порядок перед тем, как вернусь в компанию друзей.
— Айщ! — я стояла у раковины, снова и снова поднося ладони с водой к губам и шипя от боли. Вода, что стекающая с подбородка и капающая на белоснежную раковину, красная.
— Возьми, — чья-то рука протянула мне платок и я испуганно дернулась. Это был мужской голос. Почему он кажется мне знакомым? Но какого черта в женском туалете находится мужчина? Я шарахнулась, как сумасшедшая, увидев лицо парня напротив.
Жизнь полна неожиданностей.
— Бэкхён?! — округлила я глаза, но тут же выпрямилась, вытирая кровоточащие губы его платком.
— Привет, Мирэ-я, — улыбнулся он.
— Что вы здесь делаете? То есть, ты…
— Я играл в команде вашего универа, ты ведь наблюдала за игрой, как ты не заметила меня? А я специально классные трюки делал… Айщ.
И вправду. Как я могла не увидеть его?! Кажется, я так залипла на некого эльфа, что даже не заметила Бёна в команде. Айщ! Чушь! Не залипала я…
— Прости, сегодня я сама не своя.
— Кажется, ты была так занята залипанием на ушастого, что даже…
— Это не так! — прервала я, отчего Бэкхён засмеялся.
— А вчера ты всё-таки не пришла на встречу. Я ждал, — парень надул губки, а я жутко покраснела. Боже, я совсем забыла о его приглашении. Надо же так влипнуть! Тупая Мирэ, тупая...
— Прости, вчера я...
— Окей, забудь. Я не обиделся, — улыбнулся парень. — То... что ты сказала на стадионе… Это правда? — прочистив горло, неуверенно спросил он, словно не хочет слышать ответ.
— Я… Э…
— Значит, правда.
— Забудьте об этом! — бросив последний взгляд на себя в зеркало, я быстро направилась к выходу.
— Пойдём, — я остановилась в дверях, Бён так и стоял на своём месте. — Это как бы женский туалет…
***
— Вот и она! — ко мне подбежал мой брат. — С тобой все в порядке?! — и начал осматривать. Я ничего не отвечала, лишь смотрела на Чанёля, который разговаривал с Лу и Боми.
— Что произошло? Нам ничего не рассказали, — сказал Чунмён. — О боже! Твои губы… Ты с кем-то подралась?
— Да, с мячом подралась. А теперь я хочу домой, — взяв свой рюкзак с газона, я направилась к выходу, помохав напоследок ребятам.
— Мирэ, ты куда?!
***
— Пациентка О Мирэ, подождите! — я остановилась, услышав голос Бэкхёна за спиной. — Куда вы торопитесь? — тяжело дыша спросил он, догоняя меня.
— Домой, — ответила я, замедляя шага. — Хотите меня провести до дома, доктор Бён? — улыбнулась я.
— Хочу, — в ответ заулыбался Бэкхён.
— Хорошо.
— Знаешь, Мирэ… — начал он, после долгой паузы, а я вопросительно уставилась на него. — Ты больна, — заявил Бэкхён.
Хаха, ну спасибо. Я это знала.
— Хочешь доктор Бён назначит тебе диагноз? — словно у маленького ребёнка, спросил парень, широко улыбаясь.
Нет, мне и моего брата хватает, который каждый день назначает мне диагнозы, типа «даунизм», «психопатка», «тупая» и многое другое.
— У меня психические обострения? — спросила я, заставляя «доктора» громко засмеяться.
Чанёль каждый день говорит мне, что я - психбольная.
— Нет. Твой диагноз — влюблённость, — заявил Бэкхён.
Воцарилась тишина.
Я громко засмеялась.
— Знаешь, когда я увидел тебя с Чанёлем, тогда на Каннаме, я взволновался. Но это не чувство ревности и злости, я взволновался, потому что ничего не чувствовал. И тогда я понял, что я не люблю тебя, — честно признался он.
Я молча разглядывала его безупречные черты лица, переваривая его слова в своей голове.
Если бы я услышала эти слова месяц назад, наверное, мне было бы очень больно. Но сейчас… Почему мне все равно?
— Я не люблю тебя, О Мирэ. Мне нравится другая, а теперь, скажи мне, что ты чувствуешь после этого моего признания?
— Эм… Если задуматься, то ничего. Ни боли, ни разочарований, — пожала плечами я. Это было чистой правдой.
— Видишь? Я лишь тебе нравлюсь, но любишь ты другого. То же самое и со мной. Между нами лишь симпатия.
Мы замолчали, смотря друг другу в глаза.
Это чистая правда, чёрт возьми!
— Ты влюблена в Чанёля, — произнёс он, а я нервно засмеялась, толкнув его в бок.
— С чего ты вообще взял?
— Я это вижу. Сегодня я провёл это день в компании ушастого и знаешь, я понял, что он по-настоящему тебя любит.
От его слов у меня перехватило дыхание, сердце начало трепетать. Какого чёрта?
— Его взгляды, которые ищут тебя в толпе твоих друзей. А как он беспокоится о тебе… Айгу! Впрочем, когда вы двое встретились впервые, я знал, что вы подружитесь. Вы — противоположности друг друга. Кстати, разве не ты сама недавно в этом призналась?
— Бэкхён! — я ещё громче засмеялась.
— Чего смешного-то?
Ладно, надо признать этот факт. Я и вправду, кажется, втрескалась в Пак Чанёля. Чертов эльф!
— Если честно, я не знаю. Он мне нравится. Я думаю о нём каждый день. Радовалась, когда он признался мне о своих чувствах. Хочу видеть его каждый день. Я начала стесняться его, но какого чёрта?
Может, сегодня день откровений и стоит поговорить с Бэкхёном по душам?
— Возможно, это и есть чувство влюблённости? — тихо спросила я, прикусив губу.
— Неужели ты не понимаешь, Мирэ? Вот серьёзно, это же очевидно!
— Айщ!
— Теперь мы друзья? — я протянула ему мизинчик. — Все это остаётся между нами. Иначе тебе не жить! — пригрозила я, улыбаясь.
— Хорошо, ради своей жизни, мне придётся с тобой дружить, — засмеявшись и получив пинка от меня, в ответ дал свой мизинчик мой друг и мы скрепили пальцы, закрепляя это обещание навсегда.
***
Скажу честно, ночью я не могла уснуть, так как мысли были забиты Чанёлем.
Я не могла заставить себя не думать о его низком голосе, о его широкой улыбке, о его дурацком поведении.
Я ненавижу тебя, Пак Чанёль! Как перестать думать о нём?!
Я шарахнулась от испуга, услышав звук сообщения в телефоне.
«Я под твоим окном. Выйди, пожалуйста. Не избегай меня.
Эльф.»