\/\/|
Что обычно чувствуют люди во время тяжелого похмелья? Слабость, помутнение рассудка и адская боль в голове. Все это верно, к сожелению, с этим пришлось столкнуться и Кёнхи. Она никогда в жизни не пила коньяк, да и тем более в таких количествах, но вынудили обстоятельства. Её самый близкий друг, что учится в одном классе, часто гуляет и пишет подруге, предал её. Как? Зачем? И почему? Не известно. Известно лишь то, что это новая проблема, которую стоит решить, иначе может произойти всё, что угодно...
— Чёрт, - глаза девушки постепенно открывались, давая понять, что это была ошибка, - почему голова так болит.
Кёнхи села, держась за лоб. Рядом, на столе, стоял стакан с водой и обезбаливающая таблетка.
— Он узнал, - шепнула себе под нос девушка, - но, как он понял в каком я клубе и вообще.. Боже, как всё тяжело, - она вздохнула, тянясь к стакану. И секунды не прошло, как тот уже был на полу, а по ламинату текли струйки воды.
— Твою мать, что ты здесь делаешь? - девушка схватилась за серце, смотря на шкаф, возле которого, облакотившись, стоял Хван.
Тот, щурясь и еле понимая что происходит, сел на кровать к Кёнхи.
— Ну а кто знает что от тебя ожидать, может сбежишь ещё, ‐ парень протер глаз, зевая и поворачиваясь к ошарашанной девушке, - пей таблетку, иначе тебе придется ехать в школу с гудящей головой.
— О нет, только не туда...
— Да не бойся ты, не учиться поедешь, а территорию осматривать, - Хенджин похлопал Кёнхи по спине, вставая я выходя из комнаты.
Сама же девушка буд-то расцвела, одна фраза с упоминанием школы становилась убийственной, но в этот раз расклад был совершенно другой.
×××
— Ну ты скоро? - парень орал через всю квартиру, в надежде услышать "да".
— Минуту, всё, выхожу, - из соседней комнаты вышла Чон Кенхи, совершенно не изменившаяся, при этом всё равно что-то в ней, да появилось.
Они ехали в салоне, уже давно знакомого для Кёнхи, Mersedes. Кресла приятно отдавали кожей, а пахучка с нотами роз и эвкалипта ставила жирный плюс к этому, совершенно безобиному, месту. По крайней мере девушка так думала до момента поворота к Хенджину, тот держал руки на руле, следя за дорогой, но Кёнхи и представить не могла, что почувствует эффект дежавю именно в этом месте. А проявился он после сладкого привкуса духов Хвана. До этого она их почти не замечала, но сейчас они были до чёртиков знакомы. Почему? Да вот пить меньше стоило бы, хотя, если подумать, не будь алкоголя — не было б и вчерашнего вечера.
До школы оставалось пару десятков метров, Хенджин уже парковал машину, замечая на себе пристальный взгляд.
— Чего уставилась?
— Во-первых, не груби. Во-вторых, слушай, вчера же я ничего не натворила? Просто дежавю в машине будто, - Кёнхи почесала затылок, развернувшись к школе, после опять на парня. Тот кое-как скрыл улыбку, отвечая что-то из разряда: "если б было, я б запомнил".
— Пошли, - он махнул рукой, направляясь к главному входу. У всех сейчас уроки, но не исключено, что сотни глаз всё-равно будут пялиться на них.
Возле входа, прям под окном кабинета иностранного языка, было ограждение в виде красно-белой ленты. По всей видимости, додумались изолировать это место лишь сейчас. Кёнхи и Хенджин не теряли времени, им выдали перчатки с одноразовыми пакетами и поставили условие, что-то похожее на улику – класть в пакет.
— Странно, что решили сделать это лишь сейчас, - девушка осматривала куст.
— Не вижу ничего странного, иногда бывает и через года перепроверяют места, находя важные объекты, - Хван пожал плечами неся пакетик с фиолетовой землёй нужному человеку.
Как и ожидалось, из окно разных классов высовывались лица. Всем было интеречно, почему нет в школе Кёнхи и зачем она копается в земле. Как бы странно это не звучало, но дело-то оказалось полезным.
— Эй, Хенджин, подойди пожалуйста.
Парень подлетел к ямке, которую раскопала Кёнхи, оттуда что-то торчало.
— Фотоаппарат? Очень странно, - девушка осмотрела, отдав парню в надежде, что тот разбирается.
— Да и не просто фотоаппарат, плёночный... Такие уже нигде почти не выпускают. Это может оказаться важной уликой, потребуется вода, темное помещение и собственно сам прибор. Будем проявлять плёнку.
— Откуда ты все знаешь...
— Да так, подрабатывал фотографом, - парень отмахнулся, неся находку тому же человеку, - через сколько готова будет пленка?
— К вечеру ожидайте.
Хван кивнул, собирая вещи и, неторопясь, пошел к машине. Кёнхи последовала его примеру, поклонившись мужчине, который стоял с пакетиком земли и фотоаппаратом в руках.
×××
— Боже, я сейчас лопну, уже пол шестого, а от них тишина, почему так долго, - девушка промычала, развалившись на столе.
— Что ж ты такая не терпеливая... О, написали, ты Ванга? - парень удивился смотря в телефон.
Его лицо менялось от удивления к страху и от страха к злости, а потом в обратном порядке. Кёнхи сидела напротив и попросту боялась спросить, что же там такое.
— Э, Хенджин... Всё нормально?
Парень поднял глаза, схватил Кёнхи за запястье и потащил в сторону комнаты.
— А теперь серьезно, объяснишь? - он говорил со злобой и каплей обиды. Показав сами фотографии на пленке, девушка закрыла рот руками, не желая в это верить.
— Что это? Подбросили? Монтаж? Как?
— Успокойся и объясни, почему на этих кадрах ты толкаешь парня с крыши?
— Я, - она глубоко вздохнула, - не знаю. Это точно подбросили, я могу описать тот день снова и снова, сколько угодно раз, можешь сказать им допросить учителя и одноклассников, они подтвердят, я всё сделаю, лишь бы верили мне.
— Послушай, я верю тебе. Но если я верю – это не значит, что поверят другие. Минестерство подало заявку в суд, собирайся, отвезу тебя туда.
В глазах помутнело, а разум провалился в пропость. Что станет с ней теперь? Если будет какой-никакой суд, то все, половина работ вычеркиваются из списка желаемых. По бледной щеке проползла слезинка, в которой было собранно всё горе, все обиды и несправедливость.
Хёнджин заметил это, но в этот раз не растерялся. Приобнял за плечи девушку, похлопывая по спине. Та вдохнула сладкий запах парфюма.
Вот он, эффект дежавю во второй раз.