14 глава
[Тот же вечер. Инчхон]
Парень немного дрожащими пальцами обхватывает кожаный руль, медленно выдыхая внутри себя, чтобы уже успокоиться и настроиться на нужный лад. Чёрный Лукан Гиперспорт медленно подъезжает ближе к полосе, откуда начнётся гонка, а Юнги, заинтересованный чем-то извне, любопытно, приложив палец к подбородку, осматривался. Рядом с ними справа стоит оранжевый Аст Мартин, приветливо переливающийся под грязным уличным светом. Позади него – Белый Ламборгини Галлардо.
Хёнджин сглатывает, разминая шею и проводя пальцами на пробу по рулю, напоминая себе, что тут и к чему, чтобы не обложатся, потому что рядом с брюнетом этого делать очень не хочется. Хван поворачивает голову влево, осматривая зеркала, как сталкивается взглядом с темноволосы парнем – хозяином Буггати, ранее так заинтересовавшую Юнги. Юноша улыбается, лениво постукивая по рулю. На его голове уже оказалась красная бандана, которая собирала длинные немного кучерявые пряди, мешающие хорошо рассматривать дорогу. Чонгук, заметив, что его прожигают взглядом, вновь посмотрел вправо, коротко кивнув блондину и усмехнувшись, пробежавшись взглядом по салону.
Глаза, которые смотрели на Чона изнутри не на шутку заставили нахмуриться, убрав с лица легкое волнение и радость, заменив тем, что его спина резко выпрямилась, пытаясь изучить до боли знакомый профиль. Будто, он уже где-то видел похожего человека, даже может сказать, на кого именно он похож, да вот только окна у чёрной красавицы быстро закрываются, прерывая все возможный обзор для Гука.
– Кто это? – кивнув подбородком вправо, спросил Джин.
– Он..– прервался Мин, задумавшись на секунду в том, кем же всё-таки ему приходится этот молодой парнишка. – Мы знакомы с ним были. Хорошо знакомы.
– Это тот, за которым мы сюда приехали?– предполагает Хван, но, похоже, что старший не особо сильно желает продолжать данную тему, делая вид, что вглядываться в дорогу, где стоит грид-гёрл намного интересней.
– У тебя старт, так что сосредоточься над тем, чтобы показать им мои навыки через своё вождение.
– Каким это образом? – сводит брови к переносице младший, выдыхая горячий воздух. – Никакой свободы действий тут мне, да?
– Почему же? – удивляется Мин, усмехнувшись уголками губ. – Ты должен показать пару штук, которые помогут ему, – кивнув в сторону Бугатти, – вспомнить кое-что, так что половину делаю я.
– Ясно, – безразлично сказал тот, отдавая все внимание длинноногой девушке в коротких шортихак, что стояла перед машинами, держа в руках какой-то потрёпанный жизнью флажок.
Хёнджин постарался полностью сконцентрироваться, глазами впившись в фигуру брюнетки, чтобы не пропустить не единого ее движения. Сердце внутри билось в предвкушении, отбивая какой-то свой собственный такт, неприятно ударяясь о грудную клетку, а внутренности немного скрутило в ожидании, щекоча нервы. Бугатти слева заревела, когда хозяин надавил на газ, будто показывая, насколько его малышка хороша.
– Все такой же позёр, – потирая переносицу с застывшей на лице глупой улыбкой, выдал вслух Юнги. – Ради прикола сделай также. Порычи, так сказать.
– Это обязательно? – безысходно спрашивает парень, уже готовясь давить на педаль, чтобы и другие услышали звук от уже его машинки.
Мин кивает, закусив губу, а младший всё-таки слегка газует, немного неровно, но вполне нормально. Машина приятно вибрирует, уже готовясь к своему старту, возможно, первому, потому что эта красавица долгое время пылилась в гараже отца, не получая шанса показать себя. Юнги жаждет увидеть, как вырос навык Чонгука, если теперь он уже тут король, если теперь он может решать, что будет на гонках, а что нет. Если он является действительно влиятельной фигурой, возможно, подгоняет под себя районы, то Мина действительно берет гордость, потому что он Чона почти что воспитывал, когда у того умер последний родственник, способный присмотреть за мальцом, – Бабушка.
Девушка на линии поднимает белые флажки вверх, закусив нагло губу и ловя похотливые взгляды тех, кто сегодня не участвует или просто смотрит, а потом резко опускает руки вниз, как мимо неё со свистом проносятся машины, немного пугая, но брюнетка уже привыкла. Ламборгини мгновенно отстаёт от Лукана, который вырывается в число первых четверых, нетерпеливо желая пробраться чуть-чуть выше, чем сейчас. Джин крепко вцепляется в руль, чуть ли не перетирая зубную эмаль из-за сильно сжатых челюстей, нахмуренно смотря в сторону ночной дороги, что извилистыми путями уходит куда-то вглубь, скрываясь за могущественными деревьями, словно воротами, впускающими в лесное царство. Блондин старается сильней давить на газ, чтобы убрать нежелательный гостей со своего хвоста, что у него хорошо получается, потому что красный Шевроле позорно остаётся где-то сзади, позволяя вырваться ещё чуть-чуть вперёд юному гонщику, что уже с азартом и улыбкой желает продолжения, не замечая легкой улыбки на губах брюнета справа.
– Наша цель сесть на хвост Бугатти, ты же понимаешь? – голос Мина звучит немного раздражающе, не позволяя младшему отдать все внимание дороги, поэтому он ничего не отвечает, ещё раз переключая скорости. – Путь длиться 8 километров, так что тебе не нужно спешить сейчас, но ты обязан нагнать его.
Хван еле кивает, сжав губы в тонкую линию, перестраиваясь в другую линию, чтобы постараться обогнать Ламборгини, что категорически сильно не хотела уступать свои позиции, то и дело мешаясь, преграждая путь. Хёнджин уже начал немного нервничать, когда в очередной раз при его попытки выехать вперёд, оранжевая Ламбо загородила путь, сталкиваясь задней частью с капотом Лукана, оставляя на нем царапины, которые отец явно не оценит.
– Черт! – ударяет по рулю блондин, выругавшись. – Вот говнюк.
– Тарань его, – с вызовом говорит Мин, что нервно постукивает ногой внизу, переживая за дальнейший исход.
– Что? – немного испуганно удивляется водитель , мимолетно бросая недовольный взгляд в старшего. – Ты спятил?
– Меньше, чем через 2 километра будет Токийский дрифт, так что нас нужно обогнать этого наглеца, – поясняет Мин, покусывая и без того истерзанные губы. – Попытайся обойти его более резко, он начнёт брыкаться, так что прижимай его влево, пока не успокоиться.
– Он может пострадать, – нерешительно выдаёт младший.
– Не пострадает. Давай вырывайся уже вперёд, хватит спать, мы Чону ещё не показали свои умения! – более громко и грозно командует Шуга, подбивая Джина на этот маневр.
Парню не хочется делать того, что может привести к жертвам и травмам, но, видимо, он не знает, что на уличных диких гонках без этого можно обойтись в малых слушая, да и Юнги, вроде бы, профессионал, большой опыт за плечами.
– Почему ты сам не сел, уже давно были бы на финише?! – злиться блондин, резко выкручивая руль немного вправо так, чтобы подобраться как можно ближе к оранжевой машине, которая мигом стараясь ударить противника, но Хёнджин изо всех сил давит на газ, крутя баранку уже в другую сторону, пытаясь приложить одной частью к боку машины, уперто старающейся выбраться из этого захвата. Водитель Ламбо оказывается уже слишком близко к обочине, а через метров 600 виднеется небольшой маленький мост, на котором определено кто-то пострадает, если не отступит. Хёнджин безумно желает сейчас, чтобы настырный юноша за рулём сдался, открывая парню возможность пролететь дальше, а ему не улететь вниз с моста, потому что две тачки он точно не вместит.
Хван закусил губу, нервно смотря на спидометр, скорость на котором только возрастала с каждой секундой, до злосчастного моста оставалось каких-то несколько жалких метров, а водитель Ламборгини вообще не желал отступать, видимо, решив, что лучше умереть, чем проиграть.
– Не смей тормозить, дави до последнего, – строго и немного зло прозвучал Мин, заметив, как парень мечется, думая отступить.
– Он слетит! – кричит парень, смотря вперёд и видя уже начало моста, где они точно бы не смогли поместиться, постоянно толкая друг друга.
– Не тормози, идиот! – в ответ кричит Юнги, горящими глазами зыркнув на младшего, что, стиснув зубы, вновь вильнул влево, ударив машину так, что ей пришлось немного притормозить, и именно в этот момент, видимо, водитель решил, что никакие гонки не стоят такой цены, давая немного по тормозам и позволяя Хвану выехать на мост с трухлявыми ограждениями в одиночку. Юноша облегченно выдохнул, видя стрелку больше 250 км/ч, а после повернул мимолётно беловолосую голову в сторону Мина, крепко сжимающего телефон в руках.
– Они взяли старую трассу, так что через 150 метров будет шикана, – подсказывает старший, дёргано указывая пальцем вперёд, на что тот лишь хмуриться, потому что когда он гонял пару раз в школьные годы, то это все было намного проще, без заумных фраз и слов, да и безопасней.
– Что? – фыркает тот, непонятно нахмурившись.
— S-образный быстрый поворот вправо-влево, не тупи, – закатывает глаза темноволосый, а младший решает всё-таки промолчать, потому что он выскажет этому хену все после гонки, поистерит как следует за истрёпанные нервы.
Блондин резко крутит руль влево, на что машину немного заносит, но буквально через 20 метров следущий поворот, на который очень тяжело вписаться, но у него всё-таки получается, когда в зеркале заднего вида он видит свет от жёлтых фар оранжевой Ламбо.
– Неплохо, – хмыкает оценивающе старший, потирая подбородок. – Ты сейчас на втором месте, но, как видишь, Бугатти мы ещё не нагнали.
– Как же я сам не догадался, – раздражённый тем, что ему постоянно что-то говорят на ухо и командуют, выдаёт парень. Плохая была идея пойти на помощь Хосок-хёну, а после связаться с этим парнем, который уже выел мозг чайной ложечкой, но признаться в том, что именно придал почувствовать себя в своей среде обитания, откуда его вынул отец без шанса на возвращение, Хёнджин не мог.
– Не огрызайся, а лучше дай по газам.
Джин молча повинуется, поднимая цифру на спидометре до 350, ощущая, как машина с диким ревом резко успокоятся, набирая обороты и оставляя оранжевую галлардо где-то сзади, окончательно показывая, кто сегодня его победил. Гадкая усмешка выскакивает на лице гонщика, понимая, что это ещё очень неплохой результат – второе место, на что Юнги усмехается, сложив руки на груди и с интересом наблюдая, какие эмоции пробегают на этом лице, будто примеряя их на себя, когда он вот также вернётся в строй, показывая свои немного подзабытые навыки.
Где-то недалеко от Лукана виднеется темная Буггати, которая мчит по ночной трассе, пролетая мимо величественных деревьев и готовая уже входить в дрифт, который начнётся слишком скоро. Хван давит на педаль газа со всей силы, но этого не хватает, чтобы подобраться к Чонгуку ещё ближе, между ними остаётся всего каких-то метров 20-30, но это настолько огромный отрыв, который преодолеть уже кажется нереальной задачей для Хенджина, но не для Юнги.
– Поднажми чутка, – спокойным голоси говорит тот, закусив губу от азарта.
– Куда ещё?! – злится блондин, вжимая почти до конца в пол, но машина спереди до сих пор слишком далеко.
Чонгук, куривший в машине свои неизменные сигареты со вкусом вишни, кинул мимолётный взгляд в зеркало заднего вида, удивленно приподняв бровь, так как за ним летела ещё одна чёрная тачка, хозяин которой был для парня неизвестен, но сквозь приоткрытое окно и тот жалкий кусочек пространства, что он смог увидеть, Джей Кей смог заметить слишком уж знакомого человека, но это всего лишь бредни, потому что столько времени утекло с того раза. Брюнет хмыкает, выбросив окурок в открытое окно и быстро закрывая окна, полностью сосредотачиваясь на дороге, потому что за Луканом показалось ещё две машины, которые также сильно хотят нагнать на данный момент самого успешного гонщика Инчхона. Парень переключает скорость, вдавливая педаль в пол, и последни раз смотря себе за плечо, потому что осталось совсем чуть-чуть, и он вновь победитель.
Бугатти грациозно входит в дрифт, скользя шинами по асфальту, оставляя после себя чёрные полосы жжёной резины. Небольшой клубок дыма поднимается вокруг машины, прерывая вид на то, что происходит сзади, поэтому юноша полностью отдаётся любимому делу, чуть ли не довольным котом мурча, потому что он просто прекрасен в дрифте.
Был хороший учитель...
Лукан сзади не отступает, поэтому парень закусывает нижнюю губу чуть ли не до крови, выкручивая руль двумя руками с огромной скоростью и входя в дрифт вслед за чёрной Бугатти, поднимая за собой столбы дыма. Сзади него что-то пытается сделать оранжевый Ламбо и кислотно-желтый Феррари, сцепившиеся за третье место. Хван не обращает на них внимание, набирая скорость и смотря на спидометр, на котором то и дело подскакивает стрелка, будто сейчас вообще выпрыгнет оттуда из-за башенных цифр.
— Он свернул...– немного удивленно говорит брюнет с пассажирского сидения, наблюдая, как Вейрон исчезает за ближайшем поворотом. – Это какая-то друга трасса. Едь за ним.
– Что? Другая трасса? – раздраженно выдаёт Хёнджин, молча перестраиваясь и сворачивая туда, куда только что полетел Чонгук. – Что тут будет? Ты не заешь что ли эту трассу?
– Обычно мы ездили всегда на 14 километре, но, похоже, они перенесли это все, – хмурясь и вглядываясь вперёд, говорит Мин, чуть облизнув губы языком. — Давно пора было. Радуйся, потому что 14 километр вёл над обрывом, а это 27.
– Что?! Обрывом?! – пискнул блондин, посмотрев на старшего до ужаса испуганными глазами. – Какой же ты подлец, хён.
Юнги пожал плечами, подсчитывая, что до конца осталось совсем немного. Победа не особо сильно важна для него. Сегодня. В следующий раз, когда он самостоятельно сядет за руль своей красавицы, то он прекрасно покажет то, что умеет, заставив Чонгука, как и делал это раньше, глотать пыль. Парень со стороны очень изменился: стал выше, подкачался, отрастил длинные пряди, которые завивались у него, да и по самому поведению стал более отважным, выбрался из-под опеки Мина, самостоятельно создав свою маленькую банду.
Впереди виднеется финиш, к которому стремительно приближается Буггати. Машины друг за другом пролетают по пустой трассе, проносясь под мостом, а после выезжая на более освещённое место. Чонгук, даже не напрягаясь, близится к стертой грязно-белой линии, которую так же быстро пересекает, как кто-то моргает. Он высокомерно проезжает метров на 10-15 вперёд, заворачивая руль вправо и делая свой фирменный полицейский разворот, прокручивая для эффекта ещё один круг и останавливаясь передом к машинам, которые вынуждены остановится неаккуратно из-за перекрытой дороги. Толпа собравшихся радостно хлопает и ликует, потому что другого исхода никто и не ожидал. Парень всегда делал поворот, когда выигрывал.
Хван останавливает машину сразу же за Чонгуком, нервно давя на тормоза. Лукан и Вейрон становятся почти что носами прижаты, а их фары, будто глаза, впиваются друг в друга, яростно освещая противника напротив. Джин устал, дышит напряжённо, потому что такой нервотрепки он давно не испытывал, а Чон наоборот расслаблен, с немного игривым взглядом вглядывается сквозь покрытое темной пленкой стекло, будто что-то может увидеть. Для него это было весело и ничуть не напряжено, в отличии от блондина, которы с гонками знаком на вы.
Джей пожимает плечами, будто кто-то его может видеть, а после переключает скорость, сдавая задом назад прямо на толпу людей, вынужденную разбежаться в разные стороны, потому что, видимо, Чон мог их легко задавить, ведь не прилагал усилий нажать на тормоза. Он последний раз бросил взгляд на Лукан, разворачиваясь на 180 градусов и вжимая педаль в пол, позволяя машине дико зарычать и двинуться вперёд, уносясь по ночной трассе вперёд, ближе к городу.
– Куда это он? – непонимающе спрашивает младший, смотря на Юнги, что чуть цокнул языком, задумчиво провожая взглядом Вейрон.
– Без понятия, – выдаёт тот, поворачиваясь к Джину. – Нужно узнать, так как за ним ехать нельзя.
– И у кого ты собрался узнать? – саркастически усмехнулся Хёнджин, но заметив немного странную улыбку Юнги, он настороженно отодвинулся, потому что мало ли что этот парень выкинет.
– Вон, стоит какой-то парень с красными волосами, у него и узнай, – отвечает Мин.
Хёнджин на секунду задумывается, но после удивленно смотрит на хёна, приоткрыв рот от возмущения:
– Узнай?! – его выталкивают из машины силой, не дав вставить и слова ещё, из-за чего парень чуть-чуть чертыхается, привлекая к себе внимание небольшой компании, стоящей недалеко от них.
Он, будто насупившийся ребёнок, громко хлопает дверьми, после прикусывая себе язык, потому что за такое действие его отец явно бы по голове не погладил. Хван пинает ногой какой-то камень по дороге, злыми и большими шагами направляясь к тому юноше, на которого указал брюнет, в сотый раз убеждая себя, что это был последний раз, когда он им помогает.
* * *
[Бар «Токио».
Инчхон]
Вейрон останавливается около небольшого бара, откуда громкими басами доносится клубная музыка. Гадкая улыбка застывает на его губах, пока он залазит в бардачок в поисках своей неизменной пачки сигарет, а после вылазит наружу, закрывая за собой машину. Девушки, стоящие у входа в бар, начинают шушукаться и переглядываться между собой, как только замечают именитого для этого места гонщика. Чон галантно и картинно кланяется им, чем вызывает мелодичный смех, прерывая их веселое времяпровождение за сигаретами, после проходя вовнутрь.
В нос проникает сладкий вкус каких-то алкогольных напитков и фруктовых сигарет, возмонжо даже со вкусом шоколада, от которого брюнета всегда воротило. Он глазами пробегается по помещению, высматривая знакомую компанию, что сидит за дальними диванчиками со столиком на небольшом выступе. Он ухмыляется, протискиваясь через небольшую толпу людей, приближаясь к своим друзьям, что начинают радостно гудеть при виде него.
– Хей, это же сам Джей Кей, – улыбается светловолосый юноша, вставая со своего места и протягивая руку вперёд, чтобы поздороваться со своим другом.
Чон закусывает щеку изнутри, чтобы постараться сдержать и не выпустить наружу свой настоящий образ довольно робкого и стеснительного парня, которого пришлось спрятать куда-то вовнутрь, создавая себе новую маску, которую он теперь будет носить. Для большинства он стал авторитетом, холодным и расчетливым парнем, который может устроить стрелку с любым человеком, который нанего только косо посмотрит, разбив ему лицо хорошенько, да выбив пару зубов. Но те, кто знал, каким может быть Чон, уже давно покинули его, исчезли и вычеркнули себя из его жизни, как вычеркнул старого Чонгука юноша.
Вместо парня, что был пару лет назад: доброго, готового в любую задницу мира бросится ради тех парней, которых звал семьей, теперь появился Джей Кей, который подгоняет под себя районы, вместо излюбленного рамёна курит вишневые сигареты, а банановое молоко, такое дорогое для сердца, заменило пиво и другой алкоголь, с которым парень общается теснее всех на свете.
– Я надеюсь, что тебя хоть кто-то когда-то уделает, – фыркает рыжеволосая, когда брюнет садится недалеко от нее, беря в руки железную банку.
– Но это будешь не ты, золотце, – он проводит языком по щеке, с вызовом закусив нижнюю губу, на что девушка раздраженно сжимает челюсти вместе, лишь бы не зарычать на него.
– Я утру тебе нос, – фыркает младшая, резко хватая со стола свой стаканчик и залпом вливая в себя все содержимое.
– А разве маленьким девочкам можно пить такое, да находится в подобных местах? – он приближается к ней ещё ближе, почти что шепча слова на ухо и накручивая себе на палец одну рыжую прядку. Дахён немного неровно выдыхает, чем вызывает улыбку со стороны брюнета, довольного, что может произвести такое впечатление на рыжеволосую бестию.
Он скользит глазами от ее прекрасных глубоких омутов ниже, цепляясь за пухлые и скорей всего безумно мягкие губы, безудержно манящие к себе, накрашенные темно-бардовой помадой так, будто по каким-то трафаретом: идеально ровно. не выходя за линию. Рука ложатся на спинку диванчика, на котором сидят эти двое, аккуратно цепляя плечо прикрытое какой-то старой синей олимпийкой. Девушке хочется что-то сказать, слова вот вот должны вырваться, но почему-то не получается. Карие сапфиры напротив будто гипнотизируют, притягивают к себе, не желая отпускать из своего болота, продолжая затягивать.
– Боже, Чон, хватит соблазнять тут всех вокруг, успокойтесь уже, – их отвлекает голос Джисона, поэтому брюнет отрывается от разглядывания идеального для него лица, слегка дуя в ушную раковину Ким, из-за чего волосы приподнимаются вверх, а девушка удивленно осматривает его.
– Мы просто разговариваем, – пожимает плечами он, невинно улыбаясь и возвращаясь в прежнее положение, беря дистанцию.
Ким как-то неуютно елозит по диванчику, будто что-то стало не так после его отстранения, а сама ловит себя на мысли, что ей нужно выпить. Срочно.
– Если ты не будешь держать дистанцию, то я в следующий раз оставлю тебя без потомства, – кашлянув, выдыхает Дахён, осматривая столик в поисках алкоголя.
– Если ты оставишь меня без потомства, то и себя тоже, – нагло улыбается Чонгук, а компания друзей протягивает «ууу», хлопая Чона по плечу.
– Айщ, заткнись, – фыркает Ким, нахмурившись, а после встаёт с места, говоря одной из незнакомых для парня девушке , что отлучиться на пару минут.
– Чонгук, тебе не кажется, что ваш флирт затянулся? – говорит Джисон, сидящий напротив юноши и потягивая через трубочку какой-то коктейль.
– Флирт? – хмурится парень, покашливая. – Тебе кажется.
– Только не говори, что она тебе не нравится, – закатывает глаза крашеный, отсталая от себя полупустой стаканчик. – Те электрические разряды, что проносятся между вами, невозможно не заметить.
– Я не говорил, что она мне не нравится, – немного нахально, но в то же время почти что невинно, похлопывая глазками, улыбается Чон, одной рукой поправив темные волосы пятерней назад. – Давай не будем тут обсуждать это? – просит юноша, кивая в сторону компании, что расселась вокруг них.
Хан кивает, удобнее располагаясь на кожаном диване, что неприятно хрустит, как только тело меняет положение, а после повёл глазами по помещению, осматривая всех, кто заскочил в бар. Это место является нейтральной территорией для всех гонщиков в Инчхоне, но только не для тех, кто состоит в «Белом Лотосе». С недавних пор их начали отходить стороной, потому что те стали слишком агрессивно себя вести, не скрываясь вообще, устраивая беспредел не только на дорогах, но и в обычное время нападая своими шайками на тех, кто им неугоден.
Взгляд Джисона цепляется за двух парней, что входя в бар, сразу же оглядываясь по сторонам. Один блондин намного выше, чем темноволосый пониже. Они садятся за дальним столиком в углу, на что Хан немного хмурится, закусывая губу, потому что до этого их он тут не замечал.
– Чон, – зовёт темноволосого, что засел в телефоне, Джисон. – Крайний столик у окна, кто это? Я раньше их тут не замечал.
– М? – Джей резко поворачивает голову назад после слов друга, проследив за его взглядом, приподнимая одну бровь в вопросе. Он постукивает ногтями по спинке дивана, резко вставая с места, но двигаться дальше ему мешает рука Хана, что вовремя схватила того за запястье.
– Ты куда? К ним? – спрашивает тот, вставая. – Я с тобой, – кому, как не крашеному, знать, каким бывает Чонгук в непредсказуемых ситуациях, поэтому проще увязаться за ним хвостиком, словно собачка, чем потом разнимать его из какой-нибудь драки, как это бывает обычно, если парню кто-то не понравится или плохо отвечает на вопросы. Кей хмыкает, молча идя вперёд, а за ним семенит младший, стараясь не отставать.
– Добрейший вечерок, парни, – темноволосый, с присущим для него азартом и весельем, нагло усаживается рядом с блондином, заставив того потесниться и освободить место, что-то говоря себе под нос, эффектно закидывает ногу на ногу, постукивая тонкими пальцами по темному дереву стола. – Если вы не против, то мы составим вам компанию, – он моргает пару раз, переключая внимания на юношу напротив, к которому садится Джисон.
К голову в Чону в который раз за сегодняшний вечер забегает мысль, что что-то идёт не так, потому что странное, липкое предчувствие засело где-то глубоко внутри, постоянно нашёптывая, что это уж слишком знакомый парень, что эти двое довольно странные и их много для одного вечера.
– Не против, – пожимает плечами Мин, осматривая Чонгука со всех сторон, впиваясь своими разноцветными глазами в давнего товарища.
– Мы вас раньше тут не видели, – подаёт голос Хан, заинтересованно осматривая Хёнджина напротив, подперев подбородок рукой. – Классная причёска, – кивает тот слегка на волосы Хвана.
– А? Спасибо, – кашлянув, благодарит парень. Безумно не уютно находится в поле зрения этого пронзительного взгляда, изучающего каждый миллиметр, каждую крупицу тебя, будто прожигая насквозь, не оставляя ничего.
– Вы нас тут не видели, потому что мы здесь впервые, – Юн хмыкает, окончательно устанавливая зрительный контакт с Чонгуком, будто с вызовом смотря на него так, что у того даже искорка какая-то в глазах загорается, подогревая интерес.
– Тут место мое, так что наше знакомство просто необходимо, – в парне просыпается интерес, подогреваемый неизвестность, поэтому его взгляд мигом становится наглым и возвышающимся над другими. Такой, какой должен быть у сильного лидера. А Джей им и является.
– Надо же, по тебе и не скажешь, что ты владелец этого бара.
– Смешно, – без доли улыбки, фыркает Чон, отбрасывая голубую соломинку, с которой возился все это время, обратно в стакан с каким-то напитком, отодвигая его. – Джейкей, – выдаёт юноша, протягивая руку вперёд для рукопожатия.
– Агуст, – вторит ему Мин, приподнимаясь с места и перехватывая крепкую ладонь, почти полностью увешанную кольцами, пожимая в ответ. – Большая честь познакомится с королём гонок в Инчхоне, – криво улыбается Юнги, садясь обратно.
– Наша слава бежит впереди нас, – усмехается темноволосый, откидывая немного мокрую челку назад, открывая свой ровный лоб. — Что привело вас двоих сюда? Кстати, я так понимаю, что это вы те двое, кто сад мне на хвост? – с прищуром интересуется юноша.
– Именно , — кивает гонщик. – Мы приехали сюда по одному важному делу.
– По какому, если не секрет? – спрашивает тот, махая рукой какому-то парню официанту и показывая жест ладонью, на что тот понятливо кивает, быстро ретировавшись на кухню.
– Здесь осталась одна важная для меня вещь, которую хотелось бы поскорее вернуть законному хозяину, – начинает Мин, проводя языком по сухим губам, чтобы чуть-чуть смочить их. – Слышал, что именно у тебя она сейчас.
– У меня много вещей, сложно понять, о чём ты, – улыбается расслабленно своему другу Чонгук, переводя взгляд обратно на Мина.
– Машина.
– Машина? Какая? — хмурится Гук, убирая ногу с другой ноги, выпрямляя спину и принимая более чертёжный вид, полностью сконцентрировавшись на собеседнике, что зе больше кажется каким-то подозрительным.
– Ламборгини, - нечитаемым тоном отвечает брюнет. — Авентадор. Бордовая, почти что черешневая...
– Что? – глаза парня немного темнеют, а улыбка мигом спадает с лица, когда он слышит упоминание о до боли знакомой машине.
– У тебя эта машина, я ведь прав? – нахально улыбается Юнги, не сводя темных глаз с Чонгука, что весь напрягается, как струна.
– Кто ты такой? — шипит темноволосый, сводя густые брови к переносице, между которой образуется складка небольшая, делая его вид ещё более мрачным.