Эпилог
Я сидела на покрывале из оранжево-красного меха, пила чай и наслаждалась видом на самый большой водопад мира Аргарран, ожидая, когда первые рассветные лучи окрасят его в тёплые персиковые тона.
Под ногами стелился туман, доверху заполняя многокилометровую пропасть. В двух огромных кострах с треском полыхали дрова, отгораживая импровизированный пикник от саблезубой фауны и успокаивая мою огненную магию, так не любящую воду. В сизо-сером небе парил чёрный дракон.
Идеальное утро после прекрасной ночи и потрясающей свадьбы.
Утро побега.
Улыбнулась от избытка чувств. Столько всего произошло, в голове не укладывается!
А всё «дедуля» мужа. Он не лукавил, обещая незабываемую свадьбу, и честно компенсировал несбывшиеся девичьи мечты о классическом торжестве своим видением праздника.
По традиции молодожёны должны рука об руку спуститься по специальной лестнице, символизирующей тернистый жизненный путь, на площадь, где ожидают родственники, друзья и зеваки.
Тысяча разновеликих ступеней, поросших мхом, травой и даже колючим кустарником, с разнообразной мелкой живностью, снующей тут и там, совершенно не боящейся людей. Чего нельзя сказать о большинстве невест, падающих в обморок при виде змей и мышей.
Тысяча уровней, на каждом из которых ты можешь сломать или подвернуть ногу, оступиться... Да что уж тут, даже шею свернуть. Уж не затейники ли архи строили это орудие пыток, а заодно и главное развлечение города? Эдакая месть напоследок, не иначе. Хотя те, должно быть, сделали бы подъём!
Избежать хождения по мукам абсолютно, категорически невозможно. И не потому, что так пожелала богиня Эйри. Совсем нет! Не простят арраторцы, искренне считающие, что пара будет жить в браке так, как пройдёт лестницу.
А ходили по-разному! И наблюдение за брачной пыткой — излюбленная традиция горожан. Вооружившись биноклями, подзорными трубами или усилив магией зрение, они устраивались поудобнее и внимательно следили, оступились ли молодожёны, подавал ли муж жене руку, не жевал ли кто бутерброд, спрятавшись за разросшийся куст. Всякое бывает!
Как пропустить такое зрелище? Как лишиться возможности всю оставшуюся жизнь припоминать, пенять, подсказывать друзьям-соседям-родственникам, почему у тех не всё так гладко?
Посмотрела на своего любимого тренера. Пусть я уже не являюсь студенткой Сантора, моя прекрасная физическая форма, ловкость и сноровка — во многом его заслуга.
— Поставишь зачёт? — спросила, подмигнув.
— С сегодняшнего дня вам, студентка Чон, все зачёты исключительно через постель, — рассмеялся Чонгук. — И регулярные тренировки никто не отменял.
Ответила ему смущённым смехом, но поцеловала бесстыдно, по-настоящему, так, как безумно хотела с того самого момента, когда увидела. Имею право! Мой!
Рука об руку мы легко сбежали по ступеням к друзьям и родственникам. В отличие от сдержанных членов семьи, некоторые особо приближённые и не думали молчать.
— Сплошное разочарование! Я надеялась, ты споткнёшься, он превратится в дракона, подхватит тебя и унесёт, помахав нам хвостом, — обняв нас, сообщила Джису, но тут же запела по-другому: — Вы такая красивая пара! Я так счастлива, что всё хорошо зако... ой, что всё хорошо начинается!
Мы обнимались с родными и близкими, принимали поздравления и в какой-то момент едва не выпустили из виду архов. Прибывшая во главе с императором троица стояла отдельно и наблюдала за происходящим, выжидая, когда закончатся все традиционные мероприятия.
Нарн показал в небо, будто с кем-то общался, и я закрутила головой. Так и есть, сговор. Мама кивнула, хотя свекровь недовольно что-то зашептала ей на ухо, и механизм был запущен.
Словно из ниоткуда возникло множество полупрозрачных разноцветных сфер. Они медленно поднимались в воздух, насыщая цветом окружающее пространство. Малышня тут же запрыгала, запищала восторженно. Взрослые реагировали более сдержанно, улыбаясь и поглядывая вверх.
Однако это было только начало.
Покачивающиеся шары потихоньку опускались, чтобы в паре метров от земли с тихим щелчком взорваться, усыпая головы людей монетами и блестящими конфетти.
— Как чудесно! — восхищались подруги.
— Мне даже немного захотелось замуж, — пробормотала Джису, но, заметив, что арх бдит, уже куда громче закончила: — После академии, разумеется. И только в жемчужном дворце.
— Зачем сразу замуж? Попросим у Монмара учебник и сами научимся производить такую полезную красоту, — заметила практичная Соён. И намекнула на очередные проделки: — В эти шарики, кстати, можно и что-нибудь другое положить.
Эх, будут там веселиться без меня. С другой стороны, я получила то, о чём так долго мечтала. Точнее, то, о чём даже боялась мечтать! Взаимную, искреннюю любовь, законно оформленную к тому же. А ведь готова была даже бежать и жить с ним во грехе, хоть подобное целиком и полностью противоречит моей натуре.
Посмотрела на мужа. Чеканный профиль, серьёзное, торжественное лицо. Но пальцы на моей талии подрагивают. Ни на секунду не выпускает из объятий. Бережёт.
Быть женой дракона не так просто, как может показаться. Нужно привыкнуть к мысли, что ты — самая большая его драгоценность и охранять тебя будут соответственно. Может, для кого-то это чрезмерно, для меня же — идеально.
Мой дракон. Мой муж. Моё счастье.
А если верить двум листикам на брачном браслете, потемневшим секунду назад, и предательски вспыхнувшим камням на артефактах, то уже и отец наших детей.
Привычно набросила невидимость на запястья. Только вот не ото всех это спасло.
Брови Нарна удивлённо взлетели — подслушивал мысли, негодяй. А мне было бы приятно, если бы о столь важной и личной новости первым узнал Чонгук.
Однако арх и не думал смущаться. Улыбнулся до ушей, махнул рукой, заставляя остатки шаров разлететься на множество сверкающих фрагментов, наполнил пространство разными иллюзиями. Над головами жителей распускались огромные разноцветные цветы, летали крохотные хрупкие бабочки, порхали маленькие яркие птички, отвлекая от нас внимание гостей и жителей города.
— Уходим, — скомандовала мама. — Здесь мы закончили.
Так и хотелось сказать: «А мы ничего не делали, мам. У нас ведь имеется дедушка-арх, а у него есть повод радоваться, о котором ты пока не знаешь».
«И не узнает, если вы хотите прогуляться по доступным мирам. Безопасным. И под охраной», — уточнил Нарн Первый.
А я вдруг поняла, что иду по мощённой изумрудами дорожке!
— Что это? — Джису тоже заметила драгоценности под ногами, но, в отличие от изумлённой публики, недолго думала об их происхождении — посмотрела сразу на арха.
— Поскольку по традиции муж и жена должны идти во дворец пешком, чтобы их смогли увидеть все желающие, я решил обезопасить путь. Небольшой городской артефакт — мой подарок молодожёнам.
— Надеюсь, его не расковыряют, — пробормотал мой брат, вызвав хохот архов.
— Пусть попробуют, — рассмеялся император.
Мы поблагодарили за невероятный подарок и неспешно направились во дворец, не мешая жителям Арратора праздновать нашу свадьбу так, как им нравится, — бурно, весело, с непристойными шуточками и излишними возлияниями. Уверена, праздник им понравится, особенно угощение — ведь его готовила фифа Пончи собственной персоной! Не в одиночестве, конечно.
Уже много позже, во дворце, когда с пиршеством было покончено и вовсю звучала музыка, «дедушка» взял нас с Чонгуком под руки и вывел на тот же балкон, где меня не так давно допрашивала фурия. Я невольно поморщилась, но даже столь слабая реакция не осталась незамеченной. И если муж вопросительно посмотрел, то арх беспардонно проник в мысли и хмыкнул.
— Сделайте ремонт по возвращении. Итак, что я хотел вам сказать, дети мои. Выдвигаемся на рассвете, поэтому закругляйтесь с танцами и отдохните хотя бы немного. Завтра вас проведут по мирам. Если где-то захотите остаться, скажете гиду — он организует проживание, программу мероприятий, одежду, деньги и прочие необходимые мелочи. Ни в чём вас не ограничиваю, прошу только об одном — перед возвращением домой обязательно загляните ко мне в гости, буду вас ждать.
— Спасибо! — от всей души поблагодарила я.
— Пожалуйста. Угодил я вам сегодня с развлечениями и подарками?
— Очень!
— Теперь я понял, в кого у отца эта любовь к похвале, — хмыкнул Чонгук.
Ткнула его локтем под рёбра. Нашёл когда проявлять ехидство! О нашей свадьбе будут слагать легенды! До сих пор в небе пылают фейерверки, летают пёстрые птицы и взрываются шары с мелочью и конфетти. Я уж молчу про пятисотметровую изумрудную дорожку, полную чистой силой, защищающей не только идущих по ней, но и весь город!
— Впервые мы принесли в ваш мир что-то хорошее, — вдруг произнёс Нарн. — Впервые ничего не забрали. Впервые оставили частичку своей души — вас.
— Ну почему же не забрали? Фурию забрали, демонессу забрали, — перечислил Чонгук. — Если про фурию всё ясно, то с лже-Джихё вопрос остаётся открытым.
— Она ребёнком попала в эпицентр магической бури и оказалась в океане. Её спасли чёрные ведьмы с островов, где девочка и выросла. Джихё помнила, откуда родом, помнила, как зовут родителей, поэтому нам не составило труда найти её мир и вернуть её в семью.
— Вы её спасли? Но ведь она...
— Она единственная наследница царского рода. Разумеется, оказавшись в чужом мире, без помощи и поддержки, будучи совсем ребёнком, она не могла завоевать этот мир. Но смогла вернуть себе хотя бы часть величия, променяв свою верность, свою силу на титул. Она работала на Чонён вынужденно и ненавидела её так же, как и вы. Заложница обстоятельств, при этом ни разу не нарушившая законы своего мира. Мы посчитали неразумным наказывать её.
— Я... я даже рада, — решила спустя какое-то время. — Мы не были лучшими подругами, я изначально ей не доверяла, но всё же что-то в Джихё притягивало. Верю, что она не так плоха.
— Ты сама доброта, Лалиса, — с улыбкой произнёс Нарн, и Чонгук вновь притянул меня к себе. — Драконы — такая забавная раса. Хотел бы тебя утешить, внук, но не стану. Страдай. В теории, лет через триста, могу забрать твою зазнобу в свой дворец, восстановить, омолодить и соблазнить.
И таким довольным тоном он это произнёс, что я едва удержалась от пощёчины, оскорбившись не за себя, а за мужа. Вот зачем он так его изводит? Знает же об особенностях ревнивых ящеров.
— Дедушка, — чеканя каждый слог, выплюнул Чонгук.
На лице его без слов читалось множество неприличных выражений, однако ни одно из них не было произнесено вслух.
— Ты молод и горяч, Чонгук. Научись всецело доверять своей леди — она этого достойна и никогда тебя не предаст.
Нарн мягко улыбнулся и вышел, оставив нас наедине. Меня тут же обняли, прижали к себе, вдохнули аромат кожи, поцеловали в шею.
— Умом понимаю, что он шутит и развлекается за мой счёт, и верю тебе — больше, чем кому-либо на этом свете. Но его слова... бесят. Меня никто никогда так не подначивал. А ты... я ради тебя убью. Порву. Загрызу. Уничтожу. Только за одну твою слезинку сотру в порошок. Я клянусь! Клянусь тебе, Лалиса, ты всегда будешь моим сердцем. Я никогда тебя не обману, не предам. Но и не отдам тоже!
— Жадина-говядина, — прошептала, поцеловав его в щёку.
— Моя.
— Твоя. Но не только твоя.
— Моя, — протянул Чонгук требовательно. — Моя и только моя. Ни с кем тебя делить не хочу.
— Ох уж эти драконы! Любимый, я о наших будущих детях. Так уж и быть, промолчу, что есть ещё родители, друзья, народ, в конце концов, ради которого мы должны...
— Тш-ш-ш! Будешь так говорить, из свадебного путешествия вернёмся не скоро. Там никого, кроме нас двоих, не будет.
Ласковый поцелуй, нежный, словно пёрышко, щекочет губы. Нос касается носа. Дыхание сливается, смешивается. Сбивается. Арка перехода — и мы в нашей спальне.
— Мы не попрощались с гостями, — напомнила я любимому, но тот уже расстёгивал пиджак.
— Попросим Хосока, он сотрёт им память, — отмахнулся он так небрежно, словно это впрямь возможно.
— Родители обидятся.
— Скажем, торопились подарить им внуков, они всё простят.
— Чонгук!
Чужая рука накрыла мой рот, заставляя умолкнуть.
Как бы не так!
Зубы вонзились в его указательный палец. Хищная сущность мужа возмутилась, уставилась на меня глазами с вертикальными зрачками.
— Не смей затыкать мне рот! И не рычи на меня!
— Дерзкая девчонка, — растягивая гласные от предвкушения, произнёс Чонгук, — ты за это поплатишься.
Рубашка полетела на пол, оголяя роскошного, сверкающего глазом-изумрудом дракона на рельефном теле моего мужа. В тот же миг почувствовала, как завязки и застёжки на платье сдают позиции.
— Долго ли меня будут наказывать за столь маленькую и милую провинность? — уточнила игриво.
— Всю жизнь — достаточно?
Он улыбался, не отрывая от меня взгляда. Не моргая. Считая себя хозяином положения.
Сейчас мы это исправим.
Повела плечами, заставив платье с тихим шорохом осесть у наших ног. Сделала шаг вперёд.
— Думаю, в самый раз, — одобрила сроки исполнения приговора.
Однако Чонгука уже не волнуют такие мелочи, как игра и прелюдия. Он смотрел на моё бесстыдно обнажённое тело и, казалось, позабыл обо всём на свете.
А вот я засомневалась, стоило ли слушать наставления и советы Джису, опытной в отношениях между полами. Да и какой у неё опыт? Пять десятков эротических книг? Разве идут они в сравнение с жизнью?
Взгляд метнулся к подарку Дженни. Он терпеливо дожидался своего часа на прикроватном столике и сейчас мог как никогда пригодиться. Возможно, там окажется восхитительная кружевная ночная сорочка. Пусть даже прозрачная, хоть чем-то прикрыться от этого хищного, голодного взгляда.
— Я обещала Дженни открыть её подарок перед брачной ночью, — объяснила свой побег Чонгуку, метнувшемуся следом за мной.
— Разворачивай скорее. Мой-то подарок уже полностью готов, и мне безумно не терпится...
С треском разорвала упаковку. Мы одновременно опустили головы и даже столкнулись лбами.
Несколько тонких брошюр. «Дрессировка верховых драконов без наказаний», «Чеши, люби, хвали», «Вожак. Полное руководство по дрессировке и воспитанию лидерских качеств у молодого дракона».
Книги с шумом упали на пол — я прикрыла руками заслезившиеся от смеха глаза и мгновенно покрасневшее лицо. Плечи содрогались от беззвучного смеха, но я прекрасно понимаю — через пару секунд меня отпустит, и я буду хохотать как сумасшедшая.
— Искренне надеюсь, она из добрых чувств пыталась помочь тебе расслабиться в первую брачную ночь, но, признаюсь, не до конца понимаю — то ли оскорбиться, что в моей способности утешить и отвлечь от страхов жену так сомневаются, то ли придушить твою безмозглую подругу. Пока склоняюсь к обоим вариантам!
Спальню огласил совершенно неподобающий в первую брачную ночь хохот. Лишь спустя время, успокоившись, сделав несколько глотков воды и умывшись, я пришла в себя.
— Знаешь, она, конечно, испортила романтический момент, но если бы ты поступил как порядочный молодой человек и не соблазнил меня, воспользовавшись первым подвернувшимся моментом, я бы сейчас сильно нервничала. Поцелуи — это, конечно, замечательно, но смех помог мне полностью прийти в себя.
— Защита слабая, но ради тебя приму на веру. Тем не менее я это так не оставлю.
— Предлагаю дождаться её свадьбы и отомстить! — быстро проговорила, пока он не перевёл эту тему в ещё какую-нибудь плоскость, невыгодную для моей любимой леди Ким.
— Договорились. Так, на чём мы там остановились? Что-то я совсем забыл... Вечно меня отвлекаешь!
Чонгук подхватил меня на руки, закружил по комнате и лишь когда все посторонние мысли вылетели из головы, прижал к себе и поцеловал. Так, что тело обмякло, а мозг превратился в вату.
— Люблю тебя, моё сокровище.
— И я тебя люблю, драконище.
Конец