Глава 43
Бушующие эмоции угасли в момент, когда я понял, что произошло с Джулианом. Осталось только ощущение, будто меня выпотрошили. Кто-то залез мне в тело, в разум и душу и вырвал оттуда все, что делало меня мной, оставив пустую оболочку.
Только когда Джулиан разразился истерическим плачем, я положил руку ему на плечо, чтобы как-то утешить. И только когда он прижался ко мне, я обнял его и начал гладить по спине.
Но каждое мое движение было механическим. Мозг, который должен был управлять телом, уже несся в Алегрию, с пистолетом в одной руке и ножом в другой.
'Силас.
Силас сделал это.'
- Что случилось? - прохрипел я, уставившись немигающим взглядом в темную подворотню. Ждал, когда мозг выйдет из ступора. Знал, что сразу после этого умрет много людей. - Джулиан... Кто это сделал?
Он ответил, и я сначала ушам свои не поверил.
- Финн... Это был Финн.
Что?
Я отстранился и взглянул в лицо Джулиана. Слезы стекали по засохшей крови на щеках, оставляя бледно-розовые дорожки.
'Финн? Да как, блядь, это мог сделать Финн?'
Джулиан избегал смотреть на меня и, казалось, был на грани панической атаки, судя по рваному, прерывистому дыханию.
- Финн нанял этих гребаных пустынников... - Он всхлипнул и закрыл рот рукой. - И он вызвал тиенов... Он следил за мной... я даже не знаю, как давно...
- Что? - прошептал я, абсолютно ошарашенный его словами. Этого просто не могло быть... Мой сенгил не мог... - Это... не...
Но тут я вспомнил. В тот день, когда я вернулся домой раньше, Финна не было. Потом он вернулся с пакетом, сказал, что ходил за Ксанаксом.
Сколько еще раз он уходил и возвращался до моего прихода, не говоря о своих прогулках?
Нет. Финн не мог этого сделать. Он знал о Джулиане и слова против не сказал. Мой парень не был угрозой для наших отношений, типичной связки хозяин-сенгил. Это Джулиану было тяжело с ними мириться...
И еще... Финн...
«Хозяин Илиш, а ты... его любишь?»
«...хозяин, ты с ним счастлив?»
Значит, сенгил все это время скрывал свою истинную натуру под маской. Не только Силас маниакальный собственник. Финн... Финн ревновал к Джулиану. И он выждал момент, когда я уеду из Скайфолла, чтобы напасть на моего любимого человека.
'Это моя вина. Финн принадлежит мне. А значит его поступки - это мои поступки.'
- Я убью его, - прошептал я, снова обнял Джулиана, прижал его к себе, и слезы обожгли мне глаза. - Клянусь... я убью его. Прости, малыш.
Джулиан вцепился в меня и тихо плакал, уткнувшись мне в плечо.
- Он... он вел себя как... как гребаный король Силас, когда пустынники меня схватили. Смотрел на меня так, будто ты только его и ничей больше. Он... - Джулиан всхлипнул. - Он приказал им убить меня, но мне удалось сбежать. Я добежал до этой подворотни и спрятался... Думаю, тиены их спугнули.
'Я убью его.
Клянусь, я убью его нахуй. Паршивец, гребаный двуличный засранец. Думал одурачить меня своей ангельской улыбочкой? Надеялся, что я не поверю Джулиану?'
Конечно, Финн мог это сделать. Силас же лично его выбрал, не так ли? Именно так и поступил бы Силас. Планы короля никогда не бывают простыми, они коварны и дьявольски расчетливы. Он плетет многослойные, сложнейшие узоры из десятков нитей разных оттенков. Может вкладывать в это месяцы, годы. А потом отходит в сторону и любуется своим гобеленом.
Так что даже если король, этот психопат с мертвым сердцем, и не посылал тиенов к Джулиану... Он все равно к этому причастен. Он дал мне свою маленькую копию, чтобы та всегда находилась рядом, чтобы потом тиран мог наблюдать, как я снова разваливаюсь у него на глазах.
'Да, именно этого он и хотел.'
С разбитым сердцем, полным осколков льда и стекла, я разжал объятия и встал. Поднял Джулиана на руки и пошел в сторону Алегрии. Движения скованы, взгляд направлен вперед и выжигает все на пути. Даже Джулиан не осмелился произнести ни слова.
Переставлять одну ногу за другой - это все, на что я был способен в тот момент. Ни говорить с Джулианом, ни утешать его, когда он снова заплакал, скорее всего, от боли, потому что оказался в скрюченной позе. Ни даже продумать, что буду делать, когда доберусь до небоскреба. Просто идти по прямой, потом подняться по ступеням... войти в вестибюль...
Я нес его на руках, чувствуя, как кровь, проступившая сквозь испачканное нижнее белье, стекает по моей ладонь. Один из тиенов у входа в Алегрию спросил, не позвать ли ему Лиама. Не помню, что ответил.
Мы поднялись на второй второй уровень верхнего этажа. Я попросил Джулиана повернуть дверную ручку, потому что сам не мог, держа его на руках.
Этаж был пуст, но наверху звонил домашний телефон. Я шел к своей комнате, и в груди копился тяжелый, рваный вдох в ожидании, что я увижу там Финна. Обычно он сидел на моей кровати с котом, если заканчивал уборку, или за моим столом, занимаясь учебой.
'И когда я его увижу... я положу Джулиана на кровать и сомкну руки на горле Финна. Задушу его прямо на глазах у моего парня.
Буду наблюдать, как жизнь угасает в его глазах. Только так я смогу загладить свою вину перед любимым.'
Но когда дверь открылась, и мое сердце бешено заколотилось, перед нами предстала пустая комната.
Финна не было. Сбежал, как только пустынники сообщили ему, что Джулиану удалось вырваться? Это похоже на него, мерзкого предателя. Если Джулиан выжил, значит, расскажет мне обо всем.
'Какая досадная промашка. Последняя в жизни сенгила.'
Я уложил Джулиана на кровать, откинул с его лица темные пряди, поцеловал в лоб. Он все еще тяжело дышал сквозь всхлипы.
- С тобой ничего не случится, - прошептал я. - Дверь запирается, Силас не знает, что ты здесь. - 'Скоро узнает, но не это сейчас главная проблема'. - Я пойду...
'А куда я пойду?
Очевидно, что искать Финна. Возможно, он просто наверху. И тогда все закончится быстро.
А если не наверху...
Я найду его.
Я не успокоюсь, пока не найду его.'
- Я скоро вернусь, - закончил я, поворачиваясь к двери.
Джулиан схватил меня за рукав. Я оглянулся, и ком встал в горле при виде полных боли и страха глаз.
- Я люблю тебя, - выдохнул он едва слышно.
'И я люблю тебя. Больше, чем ты можешь представить. Я буду казнить себя до конца жизни за то, что допустил это. Единственное, что я могу сейчас - найти змею, которую пригрел на груди, и уничтожить ее.'
- Я тоже тебя люблю, - прошептал я. Наклонился, нежно коснулся его губ, и вкус крови пробудил во мне химеру - зверя, который жаждал отомстить за боль любимого. - Я скоро вернусь. Я все исправлю. Обещаю, милый.
Джулиан кивнул, всхлипнув.
- Хорошо, - хрипло ответил он.
Я отвернулся. Первый шаг Джулиана в Алегрию, его первое появление в моей комнате - все это прошло своем не так, как мне представлялось. Я вышел в коридор. Убедился, что дверь заперта, и направился на верхний этаж.
Неро при моем появлении тут же вскочил с дивана. Бледный как приведение. Там же рядом рыдал Кила. Мой брат сжимал в руке телефон.
Мой телефон. Я оставил его перед «свиданием» с Силасом.
- Я... Я думал, они как-то по-другому с тобой свяжутся... - затараторил Неро, почти заикаясь, что моему брату-извергу совсем не свойственно. - Только что звонили из больницы. Говорят... блядь, братан, Финн у них. Его... его, блядь, избили. - Он выругался и прижал руку ко лбу. Кила зарыдала еще сильнее. - Поезжай к нему. Он серьезно пострадал.
Я уставился на брата. Шестеренки в голове заело, как будто в них бросили горсть камней.
- Что? - прошептал я.
'Финн... в больнице? Как он там оказался? Это какой-то спектакль? Ловушка?'
Неро потянул меня за руку к выходу, Кила звонил водителю, чтобы тот подогнал машину ко входу. Мысли метались, я кипел от гнева за то, что Финн сделал с Джулианом... Но к это ярости теперь добавились замешательство и тревога.
Потому что я не понимал, какого хрена происходит.
И почему мой сенгил - тот самый лживый ублюдок, из-за которого моего парня изнасиловали, - теперь в больнице...
Якобы после нападения.
- В больнице... они отсканировали его чип, - объяснил Неро, когда мы сидели в черной машине, направлявшейся в Лексингтонскую клинику для элиты, куда, как оказалось, доставили Финна. - Говорят, двое строителей нашли его избитым до полусмерти... его там просто бросили умирать.
Неро шумно втянул воздух и приобнял Килу, пытаясь утешить своего сенгила.
- Силас... Силас у себя с детьми. Я как раз собирался его позвать, когда ты поднялся.
- Когда его привезли? - спросил я. Мысли в голове неслись со скоростью урагана, и в то же время будто застыли в вакууме. Я чувствовал себя на беговой дорожке, где кто-то постоянно нажимает кнопки - быстрее, медленнее, вверх, вниз... а я ничего не могу поделать, кроме как бежать. Бежать, бежать, бежать.
'Что, блядь, происходит? Что случилось, пока меня не было?
Финн... Он сам все подстроил? Или пустынники обернулись против него? Так или иначе, я убью его за то, что он сделал с Джулианом. Сам отключу от систем жизнеобеспечения за то, что он причинил боль моему парню.'
- Точно не знаю, - сказал Неро. - Но его чип отсканировали, только когда перевезли из операционной... Так что, может, пару часов назад? Кила говорит, в последнее время он часто выходил. Несколько раз он сам вызывался погулять с Сефом в парке.
Зубы Неро сжались в глухой ярости, мои тоже.
'Значит, он выходил, пока я был на работе. И, конечно, не удосужился мне об этом сказать. Сколько времени он уже следил за Джулианом?'
- Мы найдем ублюдков, которые на него напали... Вместе найдем и прикончим нахуй.
В голосе брата кипела такая злость, что воздух в салоне машины стал ощутимо тяжелее. Изверг всей душой ненавидел тех, кто поднимал руку на слабых. Да, Неро мог быть психопатом и находил удовольствие в причинении боли, но он никогда не был отбитым отморозком. По крайней мере, больше не был. Он давал своим жертвам шанс дать отпор и никогда не трогал тех, кто не мог себя защитить.
Машина остановилась у больницы, и мы втроем вышли. Я сразу пошел к отдельному входу, где уже ждал врач.
Он пошел навстречу и протянул руку. Я быстро пожал ее и заглянул в здание.
- Он в сознании? - Только это и имело для меня значение в тот момент. Он должен быть в сознании. Потому что я собирался заставить эту белобрысую канарейку петь.
- Да, - кивнул врач. - Он на втором этаже, в отдельной палате. Комната номер два.
Он замолчал, и я заметил замешательство на его лице.
- Думаю, он сам не захочет вам говорить... Простите, принц Илиш, но... те, кто напал на Финна... они его еще и... изнасиловали.
Я застыл. Внутри все клокотало - ярость и смятение боролись за первенство. За моей спиной Неро выругался, Кила вскрикнула: «Нет!», но я не отрывал глаз от врача.
'Что, блядь, происходит?'
- Понял, спасибо, - отрезал я и пошел дальше.
Заметив ближайший лифт, я ускорил шаг. В тот момент для меня существовала только одна цель - добраться до палаты номер два, не сгорев от злости.
Позади зазвонил телефон. Я услышал, как Неро отвечает, в тот момент, когда нажимал кнопку вызова лифта. И тут же помрачнел, услышав имя Силаса.
'Все, как всегда, возвращается к нему. Он - кукловод, я - марионетка. И, блядь, как же я устал от его дерганий за ниточки.'
- О-окей, - пробормотал Неро. - Я просто... - Он не договорил. - Повесил трубку. Скотина.
Двери лифта открылись, но Неро положил руку мне на плечо.
- Силас хочет, чтобы мы с Килой вернулись домой. Думаю, он не знает, что ты с нами.
- Отлично, - ответил я. - Отвлеки его. А мне надо быть рядом с моим сенгилом.
Неро кивнул, но поджал губы, явно не доверяя моей бесстрастной решимости. В конце концов, привычка подчиняться Силасу перевесила любые сомнения, и они с Килой ушли.
Я вошел в лифт и нажал кнопку второго этажа. Двери закрылись, и кабина дернулась, начав подниматься.
Кулаки болели от того, как сильно были сжаты, но тело горело, и мне казалось, разожму их, и из них вырвется пламя. Ярость управляла моим телом, не давая даже нормально дышать.
Лифт остановился, двери разъехались. Меня встретила стойка медсестер в центре большого зала, вдоль стен стояли больничные кровати с пациентами. За стойкой тянулся коридор - там, как я знал, находились отдельные палаты.
Молча я прошел вперед, слыша за спиной нарастающий шепот своего имени. Но никто не осмелился заговорить со мной.
Во второй палате, сразу за пустым коридором, я услышал голоса.
Один из них - Финн.
Второй... потребовалось пару секунд, но я узнал. Это был директор Осеннего Дома. Одного звука его голоса хватило, чтобы я взорвался.
Финн подскочил, когда дверь с грохотом распахнулась. Он лежал на больничной койке, синее одеяло на нем соскользнуло до пояса. Как и ожидалось, избит - весь в синяках и ссадинах, как Джулиан. Даже нос разбит, и губа рассечена. Но у Финна еще и глаз подведен черным кольцом, как отметина насилия, которую невозможно смыть в душе.
На его руках тоже были царапины - следы самообороны.
'Я добавлю ему еще пару гребаных царапин.'
- Вон, - сказал я директору Харрису. Старик с залысиной, прикрытой нелепой шляпой, уставился на меня с недоумением.
- Хозяин Илиш...
- Сейчас же! - рявкнул я. Финн съежился и втянул в себя сдавленный всхлип.
Харрис еще секунду таращился на меня, затем молча кивнул и вышел за дверь.
Когда она закрылась, я повернулся к Финну. Все перед глазами заволокло красным.
- Что ты с ним сделал? - произнес я ледяным шепотом. - Что ты, сука, сделал с Джулианом? - Я с силой ударил ладонями по кровати. - Что ты с ним сделал?!
Финн, белее мела, смотрел в ответ широко распахнутыми глазами. Он был в ужасе, и в этой мертвой тишине я слышал, как гулко стучит его сердце, отдаваясь эхом в моей голове. Но мне нужна была не тишина. Мне нужны были ответы. Прямо сейчас.
- Я задал тебе вопрос! - зарычал я, схватил Финна за плечо. Он вскрикнул, и в следующую секунду я тряс его, пока он не разразился рыданиями. - Что ты сделал с Джулианом?!
- Я... я ничего не делал! - взвизгнул он вдруг и стал жадно хватать воздух, почти захлебываясь, его дыхание сбивалось, как у утопающего. - Это не я... не я, блядь?! - Он опустил голову, задрожал. - Это Джулиан... Джулиан и его гребаные друзья-пустынники... это они...
- Не пизди, блядь! - сорвался я. Пальцы вонзились ему в плечи - я почувствовал, как кожа разрывается под ногтями. - Это все ты. Из-за тебя его изнасиловали. Как ты мог, Финн?
Хотелось ударить его, я еле сдерживался.
- Я не делал этого! Хозяин Илиш, пожалуйста, поверь мне! - всхлипывал Финн, едва различимо. - Прости, что сразу не рассказал... Ты говорил, что любишь его. Ты говорил, что любишь... а я хотел, чтобы ты был счастлив. Я не хотел, чтобы ты узнал, кто он на самом деле.
Злость все еще жгла меня изнутри, но его слова заставили мое дыхание застрять в горле.
- Что? - тихо спросил я. - Кто... он на самом деле?
- Принц Илиш... - донеслось от двери.
Я обернулся. Снова директор Харрис. Он вошел, несмотря на мой приказ убираться, и тихо прикрыл дверь за собой.
- Советую вам присесть.
Я не сводил с него взгляда. Бушевавшее во мне пламя погасло от одной этой фразы. И комната сразу показалась холодной.
- Что вы хотите сказать?
Харрис подошел к изножью кровати Финна, скрестил руки на груди. На нем были синяя рубашка в клетку и серые штаны с подтяжками.
Я помню. Я запомнил каждую деталь того дня.
- Ваш... парень, - начал он. Прокашлялся, посмотрел мне в глаза. - Его зовут Джулиан?
'Ты-то какое отношение ко всему этому имеешь? И к моему парню?'
- Да, - прошептал я.
Харрис кивнул, нервно переступил с ноги на ногу.
- Простите, что я тот, кто скажет вам это, Илиш. Но все, что Джулиан вам рассказал... все это ложь.
Он снова кашлянул, снова переступил.
- Джулиан... был последним сенгилом, которого король Силас исключил из программы. Менее чем за год до того, как вы забрали Финна. Силас счел Финна более подходящим для вас. А Джулиана... отдали на усыновление приятной паре. Похоже... и мне искренне жаль, принц Илиш...
Я пошатнулся. Пришлось опереться на край больничной койки.
- ...но, похоже, Джулиан не смог отпустить мечту стать вашим сенгилом. Он... он решил быть с вами любым способом. Если не сенгилом, то вашим партнером.
'Что он несет...?
Этого не может быть. Это неправда. Он лжет. Джулиан... мой Джулиан... он не мог...'
- Вы... вы ошибаетесь, - прошептал я. Рядом Финн тихо застонал, и я почувствовал, как его избитая, слабая рука легла на мою. Вся в синяках и царапинах. - Это не мой Джулиан. Вы ошибаетесь, директор.
Фиолетовая жестяная коробочка... я наткнулся на нее, когда мне было хуже всего. Она спасла меня еще до того, как я узнал, кто ее оставил. И с тех пор я больше не был одинок.
Меня любили. Меня ценили. Он... собрал меня по кусочкам.
И все это - ложь?
- Простите, принц Илиш, - тихо сказал Харрис за моей спиной. - Даже когда он был под моей опекой... Джулс... у него были... проблемы со враньем.
Джулс.
Я рухнул на колени. Комната закружилась вокруг меня.
Женщина, которую я убил. Та женщина... и ее муж.
«Только не говори, что ты и Джулса убил! Это новый закон?»
Джулс.
Она говорила о Джулиане.
Джулиан...
'Они ведь и пальцем тебя не тронули, правда?
Я...
Я был твоей пешкой. Твоим гребаным убийцей.'
- Илиш... - всхлипывал Финн. Он тер мою руку, что все еще лежала на кровати, хотя я сам уже сполз на пол. Я не мог ни двинуться, ни произнести хоть слово.
Каждый раз, когда я пытался осознать происходящее, в меня вонзалась новая порция правды.
Его ревность к Финну...
'Финн прав. Джулиан сделал с ним все это.
Он инсценировал нападение. Он инсценировал собственное изнасилование.
Но не только это...'
- Джулиан хотел тебя убить... да? - прошептал я.
Финн всхлипнул.
- Он был там... когда его друзья насиловали меня, - сказал он. Я зажмурился. - Он ушел, велел им добить меня, когда закончат. Рабочие с соседней стройки услышали мои крики и прогнали их.
- Что ты вообще там делал? - спросил я. Открыл глаза, надеясь - безумно, отчаянно надеясь, что сейчас проснусь и окажусь в другом мире. В другом времени. В другом месте.
Где угодно, только не здесь.
- Я... я выбирался иногда тайком, - признался Финн дрожащим голосом. - Пытался найти Джулиана. После того, как в тебя стреляли... я понял, что он в этом замешан. Он подверг тебя опасности. Хозяин Илиш... это Джулиан подговорил тех иммигрантов-пустынников. Я понял это сразу, как только ты рассказал, что произошло. Он натравил их на тебя, видимо, чтобы потом фальшивое нападение на него выглядело достоверней.
Фальшивое нападение...
Синяки, якобы от жестокого отца.
Все это фальшь.
Все... кроме вины, которая рвала меня на части каждый раз, когда я думал, что он страдает из-за меня.
Я поднялся на ноги, но они дрожали так, что мне пришлось опереться обеими руками о край кровати, чтобы не упасть. Шок выжег все эмоции. Я не знаю, что чувствовал тогда. Не могу это описать. Одно знаю точно - я больше никогда не хочу этого испытывать.
Джулиан...
Я собирался жениться на нем. Я любил его. Он заставлял меня смеяться. Подарил мне веру в себя и свою ценность.
Он стал смыслом моей жизни.
Моей причиной любить.
- Прости меня, Финн, за то, что... напугал тебя, - прошептал я, посмотрев на своего сенгила. Верного мне до мозга костей сенгила. Я коснулся его щеки. Мальчик зажмурился, его снова затрясло, по щеке скатилась слеза. - Я... сделаю все, что в моих силах, чтобы загладить вину за то, что позволил этому случиться с тобой.
- Прости, хозяин... - всхлипывал он. - Прости, что не сказал раньше. Я просто... я хотел, чтобы ты был счастлив.
'Я знаю, любимый.
Знаю.'
Я кивнул директору Харрису, развернулся и вышел из палаты.
Финн звал меня по имени, когда я шел по коридору, но я не остановился. Даже не обернулся.
Я спустился по лестнице, дошел до выхода... и сел в черную машину, ожидавшую у дверей.