Глава 35
Финн подпрыгнул на месте и сдернул с себя одеяло, когда в дверь моей комнаты агрессивно постучали. Резкий звук ворвался в мои сны, как удар грома в ясную ночь. Только когда Финн начал трясти меня, прерывисто попискивая от тревоги, я окончательно пришел в себя.
- Это не Силас, не паникуй, - пробормотал я, едва разлепляя губы, и выбрался из постели, предполагая, что что-то случилось с детьми. Но потом вспомнил - Эллис и ее подружки-готки забрали близнецов и Сефа на ночь, чтобы мы могли провести время со своими сенгилами. В переводе с нашего на человеческий: Силас прекрасно знал, что как минимум двое из троих его химер-мальчиков этой ночью будут заниматься сексом, и у него были строгие правила держать детей подальше от подобных вещей.
- Открой... это... эм... по-моему, это что-то срочное?
Я замер. Голос Неро звучал странно - будто изверг сам толком не понимал, зачем пришел. Да, что, блядь там случилось?
В одних боксерах - поскольку ночь выдалась душная - я открыл дверь и пробурчал сквозь зевок:
- Что случилось?
Неро стоял на пороге такой же заспанный, как и я.
- Да без понятия... - пробормотал он, на лице - явное замешательство, что для моего брата было редкостью. Он протянул мне свой мобильный. - Мне позвонили... какой-то тип говорит, что знает тебя. У него твой телефон, что ли?
Я моргнул и реальность холодный пощечиной влетела мне в лицо, со звоном пробивая сонливость.
Больно влетела.
'Джулиан.
Он что, с ума сошел? ОН, БЛЯДЬ, СОВСЕМ СПЯТИЛ?!'
Выпучив глаза до рези в веках, я выхватил телефон из рук Неро, подтолкнул дверь, чтобы та сама захлопнулась, и поднес устройство к уху.
- Ты что творишь? - прошипел я в трубку. Ладонь легла на лоб, зубы стиснулись так, что скулы заныли. Казалось, я вот-вот потеряю сознание. Какого хрена он творит? Это плохо. Блядь. Это очень плохо.
Из динамика раздались сдавленные рыдания.
- Мне нужно, чтобы ты пришел, - прохрипел Джулиан. Голос дрожал, слабый, надломленный... Что-то случилось. С ним точно что-то случилось.
Я застыл. Ноги внезапно налились тяжестью, как будто каждая весила тонну. И вся злость, бурлящая во мне секунду назад, испарилась, как только я уловил в голосе друга отчаянную просьбу.
- Что... что случилось? - спросил я резко. Включил лампу на столе. Финн сидел на кровати и неотрывно следил за мной. Он уже полностью проснулся... но не только он.
Неро все еще стоял в дверях, скрестив руки на груди и наклонив голову набок.
- Мой... папа, - Джулиан всхлипнул. - Он очень разозлился... и я... мне больно... Пожалуйста, приходи. Ты мне нужен.
- Хорошо. Я приду... тебе нужна медицинская помощь? - Я щелкнул пальцами и указал Финну на шкаф. Тот молча кивнул и сразу же бросился за аптечкой.
- Да... но не врач. Только ты... - Голос Джулиана сорвался.
- Нет-нет, не плачь... - Я отвернулся и пошел к комоду. - Я буду у тебя максимум через полчаса...
- Хорошо, - прошептал он дрожаще. - Спасибо, малыш.
Я сбросил звонок, выругался сквозь зубы и протянул телефон Неро.
- Спасибо. Неро, можешь идти спать.
Тот недобро хмыкнул. Я сердито зыркнул на его и начал быстро одеваться.
- Я никуда не уйду, пока ты не скажешь, кто твой парень. Ты ведь явно подцепил кого-то на своих ночных прогулках, а?
- Неро, блядь... как видишь, сейчас не до этого, - рявкнул я. Сел на кровать, стал натягивать носки. Финн уже несся ко мне с ботинками. Умница.
- Расскажешь по дороге, - сказал Неро с мерзкой ухмылкой и исчез за дверью. Судя по звукам, он переодевался в своей комнате и собирался пойти со мной. Значит, мне нужно было убираться как можно быстрее.
- Это срочно... Меня не будет несколько часов...
- Хозяин Илиш, не беспокойся обо мне. Я все понял, это звучало серьезно, - отозвался Финн. Он завязывал мне левый ботинок, я - правый. - Хочешь, чтобы я тебя дождался?
Я поднялся и схватил куртку.
- Нет, все в порядке. Ложись спать.
Неро еще не собрался. Я кивнул Финну:
- Скоро вернусь.
И с этими словами выбежал из квартиры и бросился к лифту.
Двери лифта закрылись, из-за них донеслись весьма изощренные ругательства в мой адрес. Хорошо, теперь брату меня не догнать. Когда кабина снова поднимется на наш этаж, я уже буду мчаться по улице к небоскребу. Неро мог быть быстрым, но я был быстрее. И, в отличие от него, знал, где искать Джулиана.
'Блядь... Джулиан.
Я не должен был оставлять его на столько дней. Это все моя вина. Если бы я не отдалился, если бы не исчез так надолго, он бы не торчал дома наедине со своим отцом.
Со своим гребаным отцом...'
Перед глазами все плыло в красных тонах. Я бежал по пустынным улицам Скайленда, и каждый удар подошвы о тротуар вкачивал в меня новую дозу ярости, пока я уже не чувствовал ног - будто не бежал, а летел, подгоняемый гневом.
'Я убью его. Я убью этого человека.'
Всю свою жизнь... всю свою сраную жизнь я прожил со своим мучителем. Меня избивали почти до смерти, ломали, насиловали... Унижали и топтали, превращая в ничто. Я был его жертвой, и ненавидел это каждой клеткой своего существа.
Но он был королем. Силас уничтожил старый мир и построил новый. Силас создал генетически-улучшенных детей в проклятых пробирках и вынашивал их в искусственных матках. Я мог его ненавидеть - и, поверьте, ненавидел, - но невозможно было отрицать, кем он был. Силас был могущественным королем.
А кем был отец Джулиана?
Никем.
Просто никем. И я покажу ему, что бывает, когда поднимаешь руку на моего друга.
Я влетел в небоскреб. Тело химеры не устало даже до одышки. Мелькнули три пролета лестницы, и вот я уже мчусь по коридору к двери Джулиана. Сердце грохотало, как кузнечный молот, и ярость сжигала меня изнутри до костей. Но, как и пятнадцать минут назад, когда я разговаривал с ним по телефону, стоило мне увидеть моего друга, и гнев растаял. Просто потух, как вспышка спички в пустоте, и на его месте остались жалость и печать.
Джулиан сидел на диване, поникший, плечи вздрагивали, в руке он сжимал скомканную, пропитанную кровью тряпку. Белая разодранная спереди рубашка тоже пестрела кровавыми разводами.
'О, мой бедный мальчик...'
- Джулиан... - прошептал я.
Он поднял голову - и я застыл на полушаге.
Левый глаз заплыл, нос распух, все лицо - словно карта боли: кровоподтеки, синяки, следы крови, где-то поспешно стертые, словно он пытался скрыть от меня масштабы случившегося.
Увидев меня в дверях, Джулиан вскинул руку ко рту и вскочил на ноги. Я кинулся к нему и с ходу заключил в объятия. Но бедняжка тут же заскулил.
- Больно... запястье, - пробормотал Джулиан, отстраняясь. Он немного гнусавил, как будто кровь все еще мешала дыханию. - Не думаю, что оно сломано... Он схватил и резко дернул, но хруста я, вроде, не слышал... - Мальчик замялся, стал казаться еще меньше, чем обычно, потом снова прижался к моей груди. - Главное, что ты пришел...
Мне хотелось сжать его так крепко, чтобы кости трещали, но я сдержался и постарался быть осторожным. В тишине наших объятий мое сердце бешено колотилось, как у пациента психушки, а вот у Джулиана... оно билось тише, спокойнее. Может быть, потому что я был рядом.
Однако его спокойствие оказалось иллюзией. Вскоре мальчик начал всхлипывать сильнее, и я позволил ему выплакаться, поглаживая по спине и тихо убаюкивая, как маленького. Раньше я так утешал разве что грудничков, но, как ни странно, мне понравилось. Джулиан откликался, он... действительно видел во мне утешение.
Это льстило, и мое сердце еще больше открылось для него.
- Сейчас я зашью тебя... А ты расскажешь мне, что случилось, - вкрадчиво сказал я, осторожно отстраняясь и поднимая чемодан с аптечкой, который бросил в дверях. Затем нагрел чайник, подготовил миску с теплой водой и, сев рядом на диван, начал осторожно смывать кровь с его лица.
Руки дрожали, дыхание сбивалось. Я понял, что мне трудно сосредоточиться. Ярость никуда не ушла, лишь залегла вглубь на время, дав мне ложное ощущение спокойствия и ожидая, когда схлынет адреналин.
Пока я аккуратно стирал засохшую кровь с лица мальчика, мои мысли утопали в мрачных образах. Я хотел убить того, кто сделал это с Джулианом, и, хотя понятия не имел, как тот выглядел, воображение красочно рисовало сцены его мучительного конца.
- Илиш...? - прошептал Джулиан.
Взгляд сфокусировался на темной гематоме на его щеке. Видимо, я застыл и смотрел в пустоту.
- Что сегодня произошло? - спросил я. Прозвучало довольно жестко.
У Джулиана подскочило сердце. Возможно, из-за моего тона или же из-за самого вопроса, но мне в любом случае нужен был ответ.
Он опустил глаза, но я продолжал смотреть на него - пристально и жгуче, пока он не поднял на меня робкий, затравленный взгляд. Избитое лицо снова скривилось, навернулись слезы, Джулиан зажмурился.
- Я... я просто... - пробормотал он, голос его дрожал, будто перекликался с ураганом гнева, который бушевал во мне. - Прости, что позвонил...
Он пытался увести разговор в сторону. Кто-нибудь другой, может, и последовал бы за его выдуманным чувством вины, но я остался непреклонен.
- Что произошло? - повторил я. Отложил в сторону порозовевшее полотенце и снова посмотрел ему в глаза. - Говори.
Джулиан всхлипнул, но наконец начал говорить:
- Отец спросил, почему я хожу такой радостный. Он разозлился... сказал, что от моей счастливой рожи маме больно. Типа я - эгоистичный ублюдок и заставляю ее грустить еще больше... - 'Тупорылый мудак! Злиться на ребенка за то, что тот счастлив? Прямо как Силас.' - Он начал обзывать меня... сказал, что я урод, ничтожество, тупой неудачник, которому ничего не светит.
Я буквально слышал, как скрежетали мои зубы.
- Он сказал, что я никогда не стану таким, как брат или сестра. Что лучше бы я сдох вместо них. Никогда раньше не видел его таким... бешеным. Я обычно не отвечаю ему... но... - Джулиан вздохнул, - с тобой мне стало по-настоящему хорошо, - хрипло, неловко рассмеялся. - Я врезал ему по лицу... Представляешь? Я подумал, что раз уж смог подружиться с гребаным наследником Скайфолла, значит, я не такой уж и отстой. Верно?
Он поднял на меня глаза и грустно улыбнулся, веки его были затоплены так и не пролившимися слезами.
- Отец накинулся на меня, но... я хотя бы постоял за себя. Благодаря тебе.
'...благодаря мне.
Вот как до этого дошло. Мой друг избит до полусмерти, только потому, что я вдохновил его дать отпор. Потому что, как и я, Джулиан черпал мужество в нашей дружбе. И так же, как и я... он направил ее против того, кто его ломал.
Но Джулиан - не я, а его отец - не Силас. Они оба - обычные арийцы, которые должны подчиняться королю... как я.'
- Ты туда больше не вернешься, - произнес я холодно. - И никогда больше с ним не встретишься.
На его лице отразилось отчаяние.
- Я... я не могу. Мне надо заботиться о маме. Она прикована к постели...
Я попытался сдержать обжигающий глотку гнев... но слова вырвались сами собой.
- Она бесполезна, - прорычал я. - Лежит и покрывается пылью. Если она даже собственного сына защитить не может - то в чем ее ценность?
И я действительно так считал. У меня никогда не было матери, но я всегда верил, что будь она рядом... она бы защитила меня от Силаса. Как Кристо когда-то.
Веки Джулиана медленно опустились. Он чуть ссутулился.
- Илиш... он - мой отец. А она - моя мама. Я... я просто буду стараться не выводить его...
- Джулиан, это уже второй раз, - резко перебил я его. - Второй гребаный раз за неделю.
Я отшвырнул полотенце и резко поднялся. Джулиан сжался, как будто хотел исчезнуть.
- Думаешь, я, будучи сраным Принцем Скайфолла, позволю кому-то избивать моего, возможно, будущего парня? Какого хрена я должен терпеть, чтобы тебя калечил ничтожный ублюдок, которому мой плевок в рожу уже будет честью?!
Чемодан полетел в стену. Я чувствовал, как теряю контроль.
У меня не было никакой власти над собственной жизнью в Алегрии... но уж вне королевского небоскреба я мог позволить себе эту роскошь.
Я рванул к двери.
- Илиш?! - закричал Джулиан мне вслед. - Пожалуйста... вернись...
- Я вернусь через час, - сказал я, распахивая дверь с такой силой, что она ударилась о стену. - Мне нужно кое с чем разобраться.
Он не побежал за мной. Умный мальчик. Хотя... не знаю, было ли это из уважения или из страха. Так или иначе, Джулиан остался один в квартире, а я вышел в темный Скайленд, вынося с собой ярости больше, чем таилась во мне по прибытии.
Нужный мне дом находился всего через квартал дальше по Себастьян-стрит.
Синий дом на углу улиц Келлен и Йохан. Казалось бы, невинная, мимоходом брошенная фраза, но она застряла у меня в памяти, будто нож в дереве.
Я знал, где жил Джулиан.
И знал, кого там найду.
Да, я бессилен перед Силасом. Да, я не мог защитить себя от его постоянных унижений и жестокости... но даже если Король Мира опускал меня на дно, ступенька за ступенькой, это не означало, что какая-то арийская мразь смеет поднимать руку на того, кто станет моим.
Именно так. Никогда еще я не чувствовал такой уверенности.
Джулиан будет моим. Моим первым парнем. Я буду защищать так же рьяно, как Финна. И убью любого, кто посмеет причинить ему боль.
Он пробудил во мне волю к жизни, стал источником, из которого я черпал силу. Тем, ради кого я встану с постели, выйду из своей комнаты... и коснусь земли.
Я свернул за угол и выдохнул, увидев синий дом всего в полуквартале. В окнах гостиной сквозь коричневые шторы пробивался свет.
Улица Келлен.
Это дом... в котором жил Джулиан. Вот именно - жил. Больше не будет.
Бег перешел в быструю, уверенную походку. Что удивительно, ярость испарилась, уступив место странному, зловещему покою. Я ступал тихо и размеренно, как Мрачный Жнец с косой на очередном задании тысячелетней рутины.
Двор остался позади, а с ним и сладковатый запах примятой ботинками травы. Черная куртка отлично скрывала мою фигуру, пока я крался вдоль дома.
Открытое окно оказалось совсем рядом. Стоило настроиться - и в тишине зазвучали голоса из телевизора, негромкие шорохи, где-то неподалеку кто-то ворочался в постели. Вероятнее всего, это спальня родителей Джулиана.
Сразу же удалось прикинуть планировку дома. Скорее всего отец сидит перед экраном, а беспомощная мать покрывается пылью в кровати.
Я продолжил обходить дом, пока не попалось другое открытое окно. Внутри было темно и не слышалось ни звука. Идеально.
Ухватившись за подоконник, я перекинул через него ноги и беззвучно опустился на ковер. К счастью, ничего не преградило путь, внутри царили тьма и тишина.
Комната оказалась нежилой, что-то вроде склада, где под потолок громоздились коробки и старая мебель. Поначалу казалось, что это спальня Джулиана, но вряд ли дом вмещал три отдельные комнаты. Возможно, Джулиан жил где-то наверху, например, на чердаке.
На пути к двери взгляд зацепился за черную шляпу, похожую на панаму. Я усмехнулся и нахлобучил ее на голову.
Дверь кладовки распахнулась от резкого удара ноги. В гостиной с испуганным криком вскочил лысый престарелый мужик с пивным брюхом и вытаращился на меня в ужасе.
- Стой, где стоишь, старик, - голос мой прозвучал глухо, но хищно.
Тот начал пятиться к стене, шаря за собой руками по воздуху.
- Бери, что хочешь, и уходи, - пробормотал обрюзгший мужик, вытягивая изо рта обгоревший окурок. - Только не трогай меня.
От него несло прокисшим пивом и чем-то еще - страхом, липким и прогорклым, как тухлое мясо. Мое тело напряглось, будто зверь внутри почуял кровь.
- О, я-то возьму, - прозвучало почти ласково. Я вырвал у старика сигарету и швырнул ему в лицо. Он вздрогнул, а я направилась к камину. - Но сначала ты ответишь мне на один вопрос.
У красной кирпичной стены покоилась черная кочерга. Ручка ее легла в ладонь, как влитая.
Старик, прижавшись к стене, ощупывал обои, словно надеятся, что там волшебным образом материализуется оружие. Его изуродованное страхом лицо, вызывало во мне весьма приятные чувства. Охотник и его жертва. Мне нравилось.
- К-какой вопрос? - просипел он. Взгляд его метался по комнате, лоб лоснился от пота.
- Джулиана знаешь? - спросил я с ленцой.
Лицо старика тут же вытянулось.
- Джулс?.. - произнес он еле слышно. Взгляд метнулся ко мне - в нем мелькнуло узнавание, а следом паника распластала зрачки до окружности радужек.
- Илиш... - прошептал он.
Но прозрение пришло слишком поздно.
Больше мне о чем было с ним говорить. Ответ получен.
С улыбкой я двинулся к нему. Старик захлебывался мольбами, когда кочерга взметнулась вверх, и продолжал причитать до последнего.
- Нет. Нет. Нет.
- Принц Илиш... НЕЕЕТ!
Удар по черепу прозвучал, как самая прекрасная мелодия. Не просто звук, вонзившийся в слуховые проходы. Голос разбитой плоти обрел другую форму. Так прозвучал аккорд первого шага к возвращению того, что отнял у меня Силас Деккер - власти и контроля над собой и своей жизнью. Не только отклик очередной забранной мной жизни, а первый из многих внутренних звоночков. Пятнадцать лет. И вот я, наконец, потянулся из затопленного тьмой тоннеля к брезжущему вдалеке свету.
Путь до выхода займет годы, но тогда, в тот момент в синем доме на углу Келлен и Йохан во мне взыграл дикий звериный голод, пробежавший по венам и подчинивший тело, словно марионетку.
Удары один за другим обрушивались на череп, кровь и ошметки мозгов летели во все стороны, пока голова старика не превратилась в чащу с кровавой кашей, откуда на меня осуждающе взирал один ничего не видящий глаз.
Я прислонился к стене, тяжело дыша. Мертвый старик лежал у ног, а адреналин все еще держал поводья, от которых добровольно отказался разум. Неприятных запашок перегара и сигарет улетучился, вместо них в комнате витал густой аромат крови и ужаса, самый древний на свете коктейль, который мир вдыхал с сотворения жизни.
Ботинок коснулся раздробленной челюсти, больше из любопытства. К своим пятнадцати я повидал немало трупов, двоих из них убил сам, но этот старик предоставил возможность рассмотреть его внимательнее. Честно говоря, мне это показалось увлекательным, возможно, мне стоило продолжить изучать медицину...
Внезапно воздух прорезал выстрел. И почти одновременно с ним - гулкий звон, с которым кочерга отлетела в сторону. Меня по инерции развернуло в бок, и я наносекунду недоумевал, что за странное, резонирующее ощущение пронзило ладонь. Все вопросы улетучились, когда я обернулся. Женщина, брюнетка в розовой пижаме, стояла в коридоре, с дробовиком наперевес. Она узнала меня, и ее испуганные глаза распахнулись еще шире.
- Принц Илиш? - голос ее дрожал так же, как ствол оружия. - Почему... ЗАЧЕМ?
Я предостерегающе поднял руку. Ружье было направлено прямо на меня и из-за небольшого расстояния крошечного коридора могло попасть в цель даже в трясущихся руках.
- Опусти оружие. Женщина, по приказу короля, опусти ствол.
- Ублюдок, оружие-то у меня! Я тут диктую условия! - слезы катились по ее лицу. - Почему ты убил его? Мой муж... Только не говори, что ты и Джулса убил! Это новый закон?
Она зажмурилась в гримасе боли. Этого мгновения хватило, чтобы я стремительно и бесшумно сократил расстояние между нами, одной рукой задрал ствол вверх, второй обхватил женщину за горло. Ее глаза распахнулись - возглас паники, и дробовик разметал обломки гипсокартона на потолке. Я разжал пальцы на горячем металле, и ружье упало нам под ноги. Вторая ладонь обхватила шею.
А потом я ее задушил. Мало того - я с упоением наблюдал, как ее глаза вылезают из глазниц, будто их надувают изнутри, как багрянец заливает лицо, словно утренний восход солнца, как открывается рот, выпуская придушенные хрипы.
Я наблюдал за ее агонией... а она смотрела на меня в ужасе.
Дрожащие руки обхватили мои запястья, ногти в красном лаке раздирали кожу до крови. Домашние тапочки, отбивающие об пол глухие удары, добавляли нагнетающий ритм крещендо предсмертных звуков.
Глаза женщины закатились, но железный капкан моих пальцев не слаб. Она потеряла сознание, однако сердце ее продолжало бороться в своей нелепой миссии - толкать кровь к затухающему мозгу. Тело в моих руках обмякло и потянуло меня вниз. Я поддался и опустился на колени.
И вот она умерла.
Пальцы свело скрюченными когтями, поэтому мне не сразу удалось их разжать. Передавленная ими шея деформировалась, неровные углубления наливались синевой на глазах. Видимо, в состоянии аффекта я даже не услышал хруста позвонков.
Я поднялся, и мир вокруг вновь обрел звуки: работал телевизор, в камине потрескивали угли. Время текло своим чередом, не обращая внимания на преступления в этой гостиной.
Убийца остался единственным свидетелем.
Я подобрал кочергу, оглядел комнату, чтобы убедиться, что не оставил улик, и направился к кладовку. Дело сделано. Джулиан больше не будет страдать. И не будет чувствовать себя обязанным заботиться о матери.
Благодаря мне его связи с прошлым оборваны.
Поэтому... теперь я могу забрать его в свой мир.
Обратный путь через то же окно, темный двор и квартал по Себастьян-стрит прошел, как в тумане. Лишь у небоскреба с квартиркой Джулиана я осознал, что все еще смотрю на мир из-под полей черной шляпы и держу в руке кочергу. На ее изогнутой почерневшей части блестела кровь. Желания слизать ее не возникло, - кровь арийцев действительно не шла ни в какое сравнение с химерьей - но пробудился интерес узнать, какой на вкус Джулиан.
Губы растянулись в улыбке. Не самый подходящий момент для нее, но я не смог удержаться. Ощущение было... невероятным. Каждый вдох будто наполнял легкие гелием, тело стало легче пера.
Было просто невыразимо хорошо - чувствовать себя живым. Ни когтей, сжимавших грудь, ни гнета мира, давившего на плечи, ни зеленоглазого короля-демона, готового вцепиться, кусать и терзать меня при малейшем проблеске покоя. Там, на улице, я чувствовал себя свободным и вкусившим власть.
'Нет... нет, Илиш. Не то слово. Ты вкусил доминирование.'
И мне это понравилось.
Когда я зашел в квартиру, и Джулиан вскинул на меня взгляд, выражение его лица повторяло гримасы моих недавних жертв.
Но причина его ужаса крылась в другом.
- Ты ранен? - вскричал Джулиан и бросился ко мне. Он обхватил ладонями мое усмехающееся лицо и вглядывался в глаза, выискивая в них отголоски боли или дискомфорта.
Потом его взгляд упал вниз.
Увидев кровь, пропитавшую одежду, Джулиан ахнул и отшатнулся.
- Я разобрался с этим, - просто сказал я, не в силах отвести от него взгляд. С тех пор, как я переступил порог, Джулиан казался иным: выглядел, двигался, говорил по-другому. Что-то в нем изменилось. Будто... его переписали более яркими красками. Казалось, я впервые видел это совершенное создание.
И хотелось видеть больше.
- Ты... - Джулиан побелел. Дрожь пробежала вверх по рукам и разлилась по телу, словно змеиный яд. - Ты... убил...
Я схватил Джулиана и приник к его губам; тот лишь успел вдохнуть от неожиданности, прежде чем полностью подчинился. Он безропотно позволял мне вести, и ладонь, прижавшаяся к моей пояснице подсказала, что ему это нравится.
Не сговариваясь и не отрываясь друг от друга, мы дошагали до дивана. Я уселся, Джулиан тут же оседлал меня, и наши губы снова слились. Языки сплетались и воздух в комнате накалялся все сильнее.
Он стянул с моих плеч куртку, затем расстегнул окровавленную рубашку. Нервы прошибло током, когда влажные губы обхватили левый сосок.
От тепла его рта было приятно, но когда Джулиан принялся выцеловывать мне шею, казалось, что я поджариваюсь заживо, и мне... это нравилось.
Интересно, чувствовал ли он на губах вкус крови своего отца? Я же весь был в ней.
- Илиш, возьми меня, - прошептал Джулиан сквозь тяжелое дыхание. Мои глаза открылись, взгляд скользнул к его паху, уловив очертания возбуждения сквозь трикотажные штаны.
И тогда первые ростки тревоги прорвались из семян, посеянных Силасом. Стало ясно, что я все еще не готов к сексу. Прошло чуть больше недели с тех пор, как Силас взял меня силой, и даже если мне предлагали доминировать... я не был готов.
- Я не уверен... - пальцы провели по завязкам его штанов. Я позволил им скользнуть за пояс, ощутив тепло его члена. - Просто... не готов дойти до конца. Очень хочу, но... не могу.
Глаза Джулиана открылись, зрачки тонули в желании. Он потянулся, прижался губами к моим.
- Многое можно сделать помимо этого, - выдохнул он и застонал от прикосновения через ткань трусов. - Очень многое.
Я вытащил его член из штанов. Красивый член, меньше химерьих, но мне он казался идеальным. Я догадывался, что однажды познакомлюсь с этой его частью весьма близко, и жаждал ускорить знакомство.
Твердый ствол дернулся в моей ладони. Меня заводили стоны, вырывавшиеся у Джулиана, пока я ласкал его между ног.
- Как странно, тебя возбуждает то, что я только что убил твоего... - Джулиан поцеловал меня, не дав договорить. Возможно, к лучшему... Вряд ли он догадывался, что я задушил его мать. Не исключено, что он бы немного рассердился.
'А если и рассердился бы... его проблемы.'
Я усмехнулся, изогнутые губы разорвали поцелуй. Джулиан ответил усмешкой и соскользнул с моего тела.
- Принц-химера, ты оказал мне немалую услугу, - произнес он с показным безразличием. - Как насчет... благодарности? - Опустился на колени и, подняв на меня игривый взгляд, принялся расстегивать ширинку на моих брюках.
Меня обдало жаром. Я прислушался к себе, искал тревогу, щелкающие спусковые крючки, когда приподнялся, чтобы Джулиан стянул с меня штаны, но нашел лишь новую волну возбуждения.
- Потянешь ли? Мои услуги дорого стоят, – выпалил я, запыхавшись. Джулиан швырнул мои штаны на пол, затем опустился передо мной на колени... и уставился на выпуклость в моих боксерах.
- Правду говорят... – голос Джулиана прозвучал низким, манящим рычанием. – У химер действительно... внушительное достоинство, да?
Он ухватился за резинку моих трусов и стащил их вниз. Его глаза расширились, когда взору открылось то, что было скрыто тканью.
- Ебать... – Джулиан поднял на меня взгляд, и хитрая усмешка расплылась в широкую ухмылку. – Не пойму даже... кому повезло больше – тебе... или мне.
Пальцы сжали твердеющий ствол с уверенной силой, затем Джулиан склонился и провел языком по головке, закрыв глаза.
- Мне, – простонал он. – Определенно мне.
Волна возбуждения наконец накрыла меня с головой, когда он взял в рот и начал посасывать головку.
Это было... невероятно. Такой контраст с тем, что я знал с... ним... Ни стресса, ни стыда, ни ненависти к себе. Я по шею погрузился в молоко с медом и тонул в этой сладости.
Джулиан разомкнул губы.
- Не суди строго, принц... мне нужно привыкнуть к размеру. Твой гребаный химерий агрегат просто огромен. Я же задохнусь.
Я приоткрыл один глаз и бросил на него бесстрастный взгляд.
- Мальчик, я так старался не ради разговоров.
У Джулиана челюсть отпала от изумления, я не сдержался и рассмеялся, за что получил шлепок по животу.
Но затем парень поднялся и поцеловал меня – глубоко, так что я сам потянулся к нему всем телом.
- Ты никогда раньше не шутил даже вскользь. Вау. - Он снова поцеловал меня. - Жаль, что у меня папаши закончились. - Поцелуй прервался, и его губы снова вернулись к моему члену.
И остались там. Я вновь закрыл глаза, гладил по его спине и плечу, пока он старался доставить мне удовольствие. Это ощущалось не так, как с Силасом, который словно исполнял на мне отточенный танец – эксперт в минете, мастерски доводивший меня до пика, даже если это делалось исключительно ради контроля. Джулиан же, напротив, не имел такого опыта, по крайней мере, с химерьими размерами. Признаюсь, мне нравилось, как он экспериментировал, пытаясь взять глубже, совмещая движения руки с работой рта. Он изучал меня и мое тело, и к тому моменту, когда я полностью растаял в его ласках, а стоны начали срываться с моих губ между прерывистыми вздохами, он уже понял, что меня заводит, и стремительно превращался в профессионала.
И вот наконец накатила кульминация. Как ни странно, я ее боялся. Потому что знал, что происходит со мной после оргазма, и не хотел ощущать обрушивающийся потом груз вины. Но в пучине блаженства, в стремительно разгоравшемся внутри пожаре, этот страх мерцал лишь слабой искрой. Так что я принял накат наслаждения добровольно и, когда волна ударила, издал сдавленный сквозь зубы стон.
А ударила она сокрушительно. Я вскрикнул, зажмурился, впился пальцами в плечо Джулиана, пока тело содрогалось и по венам проносились электрические импульсы. Разрядка оказалась невероятной, казалось, она сбросила последние тысячи килограмм веса, привязанного к моему телу, даровав то же чувство невесомости, что я испытывал после... отнятых жизней.
Однако, этот оргазм показался мне иным. Он не был рожден унижением, контролем или доминированием, а ощущался таким же естественным, как и человек на коленях передо мной. И когда он схлынул... меня охватило облегчение – ошеломляющее облегчение оттого, что я не чувствовал ни капли стыда или угнетенности.
Я открыл глаза, когда Джулиан выпустил мой член изо рта. Мальчик откинулся на пятки, тяжело дышал, на его языке виднелись белесые капли. Он облизал губы, подхватив капельку в уголке рта, затем склонился, чтобы лизнуть чувствительную головку.
- Мне... надо кончить, – выдохнул Джулиан. Я пытался отдышаться, в углах зрения мерцали звезды от пережитого накала. - Могу пойти в спальню...
Я покачал головой, встал и толкнул его на диван.
Усталости не было. Силас не соврал - мне действительно почти не нужна была передышка. Я снова хотел его и собирался получить больше.
Джулиан задохнулся стоном от неожиданности, когда я обхватил его член ладонью и сомкнул губы на головке. Тогда я вобрал в себя ствол наполовину и принялся сосать.
Реакция последовала незамедлительно. «Блядь» сорвалось с его губ в соблазнительно-прерывистом всхлипе, дыхание тут же участилось, а тело забилось в конвульсиях, пока я дрочил ему, усердно работая ртом.
Имел ли я хоть малейшее представление, что делаю? Абсолютно никакого. Но я запомнил основы по двум эпизодам из прошлого опыта, когда это делали со мной. А судя по звукам, что уже издавал Джулиан, ему требовалось совсем немного, чтобы достигнуть пика.
Так и случилось. Мне не нужно было как-то изощряться – я просто сосал ему, и делал это с энтузиазмом. Его член легко помещался у меня во рту, стоило всего лишь задать ритм, согласуя движения рта и руки.
Мне нравилось контролировать его наслаждение. Это пьянило и в то же время вселяло уверенность: когда я возьму его, все будет в порядке. Я смогу заняться с ним сексом, и тогда вот эти его вздохи и стоны покажутся ничтожными по сравнению с теми звуками, что я вытрахаю из этого парня.
Частое дыхание Джулиана вдруг сменилось низкими, нарастающими стонами. Потом, словно кнопку нажали, он вскрикнул, вцепившись в мою руку, и первая струя спермы ударила в глотку. Я глотал каждую каплю, разделяя со своим любовником оргазмические волны экстаза.
Когда Джулиан кончил, я сел на диван, а он заполз ко мне в объятия и опрокинул меня навзничь. Мы лежали молча какое-то время, я прижимал его к себе, как самое дорогое в мире сокровище.
- Илиш, ты потрясающий, – прошептал Джулиан после долгого молчания. - Я в безопасности благодаря тебе.
Я поцеловал его в лоб и глубоко вдохнул запах волос, тело было измождено, но сердце – полно.
- А я жив благодаря тебе, – прошептал я в ответ. - Спасибо.
Вскоре мы оба уснули.