Глава 32
- Доброе утро, - бросил я своим братьям и сестре, входя в столовую.
Неро, Гаррет, Эллис и малыш Сеф уже собралась за обеденным столом, заставленным тарелками с панкейками и черникой, хрустящим беконом, яйцами всмятку и кружками свежесваренного кофе. Ароматы завтрака становились все насыщеннее, пока я поднимался по лестнице, а вместе с ними возрастал гул утренней болтовни и радостный лепет Сефа, втиснутого в детский стульчик. Малыш тренировал мелкую моторику, ловя пухлыми пальчиками рассыпанные перед ним ягоды черники.
Четыре головы повернулись ко мне. И все, кроме младенца, уставились так, будто им пожелал доброго утра не я, а оборотень.
Реакция была настолько нелепой, что я не удержался - меня разобрал смех. Их изумление только усилилось, что позабавило меня еще больше. Клянусь, они выглядели так, будто их вот-вот хватит удар.
- Он улыбается, - проговорил Неро, глядя на меня, как на нечто инопланетное. - И смеется. У нас тут, похоже, какая-то хрень из «Вторжения похитителей тел».
Я опустился на свое привычное место, взял вилку и подцепил два панкейка. Когда нож уже был на полпути к масленке, я понял, что ему никто не ответил. Более того, за столом повисла тишина.
Я поднял глаза. Все пялились на меня.
- Что? - бросил я с оборонительной ноткой и принялся накладывать себе остальные ингредиенты для завтрака. - Ешьте давайте, а не смотрите так, будто у меня третий глаз на лбу прорезался.
- Ты... ты счастлив, - озадаченно произнес Гаррет. Он чуть наклонил голову, явно не понимая, что со мной не так. Волосы у него сегодня стояли колючими шипами с темно-красными кончиками. Под глазами - стекающая по бледным щекам черная подводка, словно он пытался косить под Ворона. - Почему... ты такой довольный?
Эллис, тоже в черном, очередном своем кружевном платье с сеткой, моргала, пытаясь осмыслить увиденное.
- Может, Лиаму позвонить? - предложила она.
Я закатил глаза.
- Просто наслаждайтесь моментом и дайте мне поесть.
Но тут Неро прищурился, губы его расползлись в ухмылке до ушей, и он наклонился вперед, подняв брови:
- Как его зовут?
Сердце екнуло. Его прозорливость застала меня врасплох. И хотя внешне я даже бровью не повел, проклятая сердечная мышца сдала меня с потрохами. Химеры тут же все услышали.
Раздалось дружное «ах!» и взрыв реакций. Гаррет прижал ладонь ко рту и затрясся от возбуждения. Неро расхохотался и ударил по столу, Эллис раскрыла рот и, сияя, обменялась взглядами с братьями.
Даже малыш Сеф визгнул и захлопал ладошками по чернике.
- Ему ж не пятьдесят, надеюсь? - спросил Неро. Он никогда не избегал щекотливых тем, скорее предпочитал плясать на их трупах.
- Да нет никого! - начал я, задыхаясь от раздражения. Да как бы не так! Ни за что на свете я не рассказал бы им про Джулиана. Это было моим секретом, и пока я не буду готов - а случится это еще ой как не скоро - никто о нем не узнает. - Просто ешьте. Если не хотите, чтобы я снова стал несчастным суицидником Илишем, оставьте меня в покое. Пожалуйста... дайте мне побыть счастливым и не привлекайте к этому внимание.
Все трое недовольно поморщились, будто учуяли неприятный запашок. Ну конечно, им же невыносимо не лезть в мою жизнь. Но они сдались. Три тяжелых вздоха и все вернулись к завтраку.
- О, Сефи, ты хочешь бекон, да? - услышал я спустя пару минут голос Неро.
Он держал на вилке кусок бекона, а малыш с отчаянием в глазах тянул к нему пухлую ручонку.
- Детям нельзя! - дразнил его Неро и демонстративно отправил бекон в рот. - Ты же еще малыш, дебилушка, тебе нельзя есть нормальную еду.
Нижняя губа Сефа задрожала, личико сморщилось, щеки залились ярко-красным. Он был на грани.
- Отдай ему бекон, - буркнул Гаррет. Но Сеф уже запрокинул голову и разразился ревом.
Этот трехмесячный карапуз обычно был спокойным, но если проголодался - берегись. Его ночные вопли, если вовремя не дать вторую бутылочку, были сравнимы с апокалипсисом. Ел он непомерно много, и чтобы не оглохнуть, Силас иногда позволял ему нормальную взрослую еду.
Так что Неро не просто издевался над младшим, он действовал всем нам на нервы.
- Да ты посмотри, он затыкается, как только даешь ему еду. Он же нас за идиотов держит, просто орет, а на самом деле не плачет, - сказал Неро, похлопав малыша по щеке.
Сеф открыл глаза и, увидев, что старший изверг снова протягивает ему бекон, тут же перестал плакать. С икотой и всхлипами принял заветный кусочек и начал его жевать, довольно посапывая.
- Еще веселее будет, когда Аполлона и Артемиса принесут, - заметил Гаррет. - Хорошо хоть помощники к тому времени появятся.
- Помощники? - переспросил я. Это могло значить только одно. - К нам скоро переедут сенгилы?
Неро, Гаррет и Эллис синхронно кивнули.
- Если бы ты хоть иногда вылезал из своей пещеры, знал бы, что происходит в семье, а не только в мире Илиша, - отозвался Неро с резкостью, которая мне не понравилась. - У нас троих появятся сенгилы, и у Силаса тоже. Им же уже по пятнадцать, они прошли подготовку по уходу за детьми и помогут с этим тормозом и серебристыми близнецами. - При этих словах он протянул Сефу еще кусочек бекона.
- И у меня? - выдохнул я, растерянный. Я слышал, конечно, что нам когда-нибудь дадут сенгилов, но это всегда казалось чем-то из далекого будущего. А теперь оказывается так скоро? - Прямо... на днях? А когда близнецов принесут домой?
- Эм... - Неро оглядел комнату, Гаррет и Эллис беспокойно заерзали на своих местах. - Вообще-то Королек сегодня собирался, но ушел куда-то вчера вечером и до сих пор не вернулся.
'Вчера вечером... Я тогда выскочил как ошпаренный, босиком, в чем был, лишь бы убрать подальше от него, и оставил его разбитым, потому что... потому что он отрицал, что изнасиловал меня. Значит, он ушел сразу после меня и до сих пор не вернулся? Очевидно, он не доложил моим братьям и сестре о том, куда направлялся.'
Я резко отбросил эти мысли. Теперь это давалось проще - Джулиан освещал собою темные углы моего сознания. Я понятия не имел, что творилось с Силасом - может, ему было легче отрицать, чем принять то, что он сделал, - но в любом случае это была его проблема. Я же со своей стороны собирался напоминать ему об этом при каждом удобном случае, и эта мысль странным образом успокаивала. Даже радовала. Если он действительно чувствовал вину, настолько сильную, что готов был все отрицать и мучиться от одного взгляда на меня - что ж, это открывало интересные перспективы.
- Илиш, ты до сих пор не видел своего сенгила? - Голос Гаррета вонзился в мои мысли, как комариный писк. - Я вот с Тайлером каждые выходные встречаюсь. Он такой милашка! А глаза... огромные, карие, как у щенка. У меня от них сердечко тает.
- Не думаю, что Силас будет в восторге, если ты начнешь встречаться со своим сенгилом, - пропела Эллис.
- Да нам, блядь, вообще ни с кем нельзя встречаться, - буркнул Неро, скорчив кислую мину. Я вспомнил их с Силасом вчерашнюю ссору. - Но хотя бы трахаться с ними не запрещено. У Килы отпадная задница. И все они девственники. Илиш, не забудь своего распечатать.
'Разумеется, они девственники. Силас коллекционирует девственность, как гребаные марки. Не удивлюсь, если он сначала сам перетрахает всех наших сенгилов. Кажется, для него это какой-то обряд посвящения.
Нет. Сегодня хороший день. Забудь, что Силас вообще существует.
Мир прекрасен.'
- Сегодня схожу к своему, - сказал я, натянуто улыбнувшись. Познакомиться с тем, кто станет моим личным слугой на долгие годы - это было... волнующе. Я надеялся, что он не будет меня раздражать, но, с другой стороны, их обучали прислуживать и быть незаметными с детства.
- Он очень миленький! - восторженно воскликнул Гаррет. Его почти детское возбуждение выглядело нелепо на готичном размалеванном лице. Мы все надеялись, что он скоро перерастет эту дурацкую фазу, поскольку этот образ ему совсем не шел. Как бы ни старался мой брат-ученый выглядеть мрачным и загадочным, слишком уж легко его было взбудоражить. Вот Эллис - другое дело. Она со своими подружками-готками вписывалась в образ идеально. Но не Гаррет.
- У него такие...
Я поднял руку.
- Не рассказывай. Пусть сюрприз будет. - Я видел сенгилов раньше, на общих занятиях по уходу за детьми, но не знал, кто из них предназначен именно мне. - Где они будут жить?
Неро проглотил, не дожевав. Его не раз били за разговор с набитым ртом, и если приглядеться, можно было заметить, как он вздрагивает каждый раз, когда ему задают вопрос во время жевания. Похоже, так срабатывала мышечная память.
- Силас нанял рабочих, чтобы достроить еще одну лестницу - на этаж под нами. Малыши будут жить наверху с Силасом, мы - на среднем этаже, а сенгилы - внизу. А еще в наши гардеробные поставят детские кроватки, потому что через пару дней нас буквально завалит младенцами, - лицо брата расплылось в довольной ухмылке. - И я смогу оставаться в Кардинал-холле надолго, без вас, идиотов, и без этого мелкого дебилоида. - Он ткнул пальцем в нос Сефа. - Так что удачи вам. Ни капли не завидую.
Неро поднялся с пустой тарелкой и ушел. Гаррет все еще светился от предвкушения.
- У нас впереди столько всего! - восторженно заявил он. - Не могу дождаться. А еще исследования по бессмертию идут полным ходом. Силас поменял мне график: три дня в лаборатории, три - здесь. А пока я дома, буду помогать Салазару. Прикинь, Силас сказал, что гордится мной.
Я тяжело вздохнул.
- Мы можем не говорить о нем? - спросил я с горечью. Этот человек - тень, которая снова и снова пыталась заслонить мне солнце. Я повернулся к Эллис: - А тебе, значит, сенгила не дали? Полагаю, мужланок-натуралок они не обучают?
Эллис хмыкнула. Она вообще никогда не была особо женственной - росла с братьями, отхватила половину генов у Неро, так что вопросов ни у кого не возникало.
- А нахрена мне сенгил? Я прекрасно справляюсь сама, - сказала она и встала. - Это мои старшие братья - беспомощные, слабые создания, которым прислуга нужна на каждый чих. А я - независимая женщина и сама себе хозяйка.
- Ей Силас не разрешил, - довольно пояснил Гаррет. Но через секунду вскрикнул - Эллис схватила его за торчавший заостренным колом пучок на голове и дернула. - Не срывай на мне свою агрессию, стерва... Ай! Отстань! - Он попытался увернуться, когда она ущипнула его за шею. Эллис рассмеялась и, довольная собой, удалилась с пустой тарелкой.
Весь день прошел дома, и меня это вполне устраивало. Братья и сестра ушли заниматься своими делами: Эллис - подготовкой на базе тиенов, Гаррет - хвостом ходил за президентом Декко Салазаром Санчесом, Неро - няньчил Сефа, таская его по военной базе и хвастаясь рыжей копией себя перед приятелями. Я остался в квартире, радуясь отсутствию Силаса. Он почему-то оставил дома свой мобильник, так что я отвечал на звонки, назначал встречи и выполнял другие королевские обязанности по мере возможности.
Но мысли то и дело возвращались к Джулиану. Несколько раз в течение дня я ловил себя за тем, что смотрю в окно застывшим мечтательным взглядом, вспоминая наши поцелуи.
Только после ужина я наконец решился пойти в школу-интернат, где содержали сенгилов. Это был поразительно огромный особняк в Скайленде, на частной территории, окруженной высоким железобетонным забором. В одной его половине располагались классы, куда сенгилы ежедневно ходили на занятия, обучаясь общеобразовательным и прикладным наукам. Во второй половине они жили: спальни, зоны отдыха и все остальное, что нужно подрастающим помощникам королевской семьи, было обставлено вполне прилично.
Я бывал в этом особняке всего один раз, когда Силас встречался с директором школы, человеком по имени Питер Харрис. Или, как его называли, директор Харрис. И тогда у меня даже не было возможности толком осмотреть здание, не говоря уже о том, чтобы понаблюдать за сенгилами во время обучения.
Подготовка сенгила - процесс долгий и требующий значительных затрат. Кристо, Калеб и Дилан вышли из третьего потока обученных сенгилов, их готовили для Силаса и выбора тогда особо не было. А теперь в особняке жили десятки молодых юношей: не только наши четверо, но и для работы на кухне (туда определяли натуралов. Силас не выбирал нам в личные слуги мальчиков-гетеросексуалов, потому что считал это несправедливым по отношению к ним). А через несколько лет их станет еще больше: для Сефа, Аполлона и Артемиса. Плюс для планируемых Силасом химер D.
Я выбрался из черной машины и велел водителю вернуться через полтора часа, к семи. Он высадил меня прямо перед особняком у длинной мраморной лестницы, ведущей ко входу во внушительное здание. За моей спиной большой фонтан в центре круговой подъездной дорожки разбрызгивал струи воды.
Мрачный особняк в викторианском стиле, носивший имя Осенний Дом, был построен из серого кирпича, с черными рамами многочисленных окон, двойными дверьми из дерева и железа и массивными колоннами темного оттенка, поддерживающими широкие карнизы крыши, - и эти карнизы опоясывали весь дом, превращаясь в тенистую веранду, идеальную для отдыха или укрытия от солнца. Здание украшало много мелких изысканных деталей - кованые ограждения балконов, готические вытянутые окна, башенки с заостренными крышами, покрытые черной черепицей, сверкающей на солнце.
Это место было прекрасно. Хотел бы я жить в таком особняке. Хотя нет - я любил высоту, небо и облака под ногами. Я собирался построить себе особняк до небес. Чтобы никто не мог до меня добраться, если я сам их не приглашу.
Я поднялся по каменным ступеням, отполированным и блестящим, будто их драили зубной щеткой. На самом верху, заложив руки за спину, меня ждал директор - пожилой мужчина с седой бородой, залысиной и добродушной улыбкой.
- Принц Илиш, - произнес он тоном вежливо-довольного хозяина. Поклонился, когда я ступил на гранитную площадку у входа. - Для нас это большая честь. Юный Финн все спрашивал, когда вы его навестите. Ему ужасно завидно, что принцы Гаррет и Неро приходят к своим сенгилам каждую неделю.
'Финн, значит, - так его зовут? Могло быть и хуже. Силас из вредности вполне мог назвать его, скажем, Мелвином или Берни. Хотя, раз Финн будет жить с остальными сенгилами... пока я не сбегу или не начну жить отдельно, ему бы пришлось самому терпеть нелепое имя, а этого даже его мелочность не стоит.'
- Вот я и пришел, - ответил я безразлично.
Харрис что-то ответил - неважное и незначительное, как и все, что говорят взрослые, когда им нечего сказать. Мы прошли за массивные двери и оказались внутри особняка.
Интерьеры были сдержанные, но ухоженные. Передо мной раскинулась просторная приемная с кирпично-бордовой обшивкой по низу стен и деревянными плинтусами ручной резьбы под потолком. В центре стояли старинные диваны и кресла, журнальный столик, зелень в горшках. На северной, восточной и южной стенах - двери с табличками: «учебный корпус», «общежитие» и, прямо предо мной, - «столовая». Стены украшали дофоллокостные картины, фрески в викторианском духе и позолоченные таблички с высеченными на них мотивирующими фразами.
Из учебного крыла доносилось легкое жужжание голосов. Я приоткрыл дверь и увидел длинный коридор, залитый светом из окон, занимающих всю левую стену. Видимо, шли уроки.
- Принц Илиш, я позову его, - произнес директор. - Он знает, что вы решили навестить его сегодня, и сейчас в своей комнате.
- Не надо, - остановил я мужчину. - Я хочу увидеть его... в естественной обстановке.
'Это лучший способ понять, что он из себя представляет.' Мне было любопытно познакомиться со своим новым сенгилом, ведь нам предстояло проводить много времени вместе, к тому же он должен был стать моим первым по-настоящему личным сенгилом. Его с шести лет учили угадывать желания хозяина и вдалбливали, что его жизнь - это служение принцу. Прежде чем он попадет в мой мир, я хотел взглянуть на его. Возможно, другой такой возможности уже и не представится.
Харрис, как и все взрослые за пределами королевских апартаментов, отреагировал дежурной вежливой улыбкой и указал мне направление. Юноша, предположительно моего возраста, жил в общежитии Х. Вероятно, «Х» означало «химера». Насколько я знал, он делил комнату с остальными тремя выбранными для членов королевской семьи мальчиками: Тайлером, Килой и новым сенгилом Силаса - Киррелом.
Я заглядывал в комнаты по пути - простые, но уютные: по две кровати, тумбочка справа от каждой, комод слева. В нише с витражным окном стол, пара стульев и книжные полки с личные мелочами.
Вдруг послышался чей-то голос. Резкий и насмешливый. Я насторожился и, прислушиваясь, медленно направился к двери, откуда он доносился. Это было как раз общежитие Х.
- Ты... у меня из-за тебя кровь! А он скоро придет! - голос звучал испуганно, почти умоляюще.
- Просто признайся, что ты его взял, - зарычал кто-то в ответ. - И я отстану. Признайся, блядь.
- Он всегда валит на меня, мудак. Если хочешь вернуть его, просто, блядь, вытряси из Тайлера. Это он, а не я...
Раздался шлепок. Затем - всхлип. Кто-то заплакал.
- Зато он сразу увидит, какая ты жалкая, сопливая тварь, - продолжал тот, что угрожал. - А мог бы просто...
Послышалась возня, тяжелое дыхание, всхлипы. Тогда я решил, что самое время для моего выхода.
Я распахнул полуоткрытую дверь общежития Х и вошел.
Сцена, которая передо мной развернулась, напомнила о моем детстве с Неро и Гарретом. Парень с черными, как смоль, волосами и мускулистым телосложением прижал к стене худощавого, по-мальчишески хрупкого юношу, тугие завитки светлых локонов которого придавали ему еще более беззащитный вид. Бугай держал его за шею так высоко, что стопы мальчика болтались в воздухе в нескольких сантиметрах от пола. По лицу его была размазана кровь от поспешных, тщетных попыток скрыть кровотечение из носа. Щеки уже начали заливаться багровым, на глазах темнея от удушья.
До этого момента я сохранял спокойствие, но лицезрение этих издевательств затронуло в сознании болезненные струны, которые остались после побоев от Неро, Силаса, даже от Тиберия до того как он изменился. Я не выносил, когда сильный давил слабого. Особенно если слабый - это сенгил, предназначенный лично мне.
- Что здесь происходит? - прогремел я, и голос мой гулко разнесся по комнате.
Оба повернулись ко мне, лица застыли в шоке. Брюнет, с узкими глазами и острым подбородком, тут же отпустил мальчика и спрятал руки за спину.
Тот шлепнулся ступнями на пол, покачнулся, но удержался на ногах. И вдруг начал лепетать извинения, лихорадочно вытирая кровь с лица, однако только размазывая ее еще больше.
В незабудково-голубых глазах оттенка яйца малиновки застыл страх. Но не перед его обидчиком, а передо мной. Мальчик смотрел из-под полуопущенных ресниц, но я видел - мое появление вызвало у него ужас.
Я перевел взгляд на сенгила-бугая, который все еще стоял рядом, бормоча извинения.
- Я задал вопрос, юноша, и жду ответа. Почему ты бьешь моего сенгила?
Парень уставился в пол, нервно сглотнув.
- Он стащил мой десерт с подноса во время ужина...
- И ты решил, что это дает тебе право поднять на него руку? Разбить ему лицо до крови, хотя он сказал, что его хозяин уже идет на встречу?
Я говорил холодно. Адреналин пробегал по телу волнами, от пальцев к плечам. Видеть этих двоих такими покорными было... опьяняюще. Я наслаждался этим чувством власти, слишком новым для того, кого всю жизнь унижали.
- Простите, хозяин Илиш, - произнес брюнет, и вдруг встал на колени, склонившись передо мной. Это удивило меня, но я не стал его останавливать. Мне нравилось видеть, как он съеживается. Я ощущал себя гигантом.
- Имя?
- Кила, хозяин, - отозвался он.
'Что ж, неудивительно. Неро, конечно же, достался хулиган. Мой брат либо будет потворствовать его тяге к травле, будучи таким же, либо выбьет дурь кулаками. Хотелось бы второе.'
- Мне... очень жаль, что вы получили первое впечатление обо мне при таких обстоятельствах. Я сделаю все, чтобы изменить ваше мнение.
- Извинись и перед ним, - сказал я тем же ледяным тоном. - И в течение недели ты будешь отдавать ему любую еду с твоего подноса, что бы он не пожелал. Даже если останешься голодным.
Я кивнул на дверь.
- А теперь - убирайся с глаз моих.
Хулиган Кила, трясущийся в прединсультном состоянии, повернулся к Финну.
- Прости, - пробормотал он и, опустив голову, прошмыгнул мимо меня так быстро, будто ожидал, что я ударю его палкой по заднице, как только он повернется спиной.
Дверь закрылась. Остались только я и мой будущий сенгил. Он так и стоял, не двигаясь и сцепив руки за спиной, а его испуганный взгляд из-за нахмуренных бровей казался еще напряженнее.
Но внезапно, прежде чем я успел заговорить, он вздернул подбородок и посмотрел прямо на меня. Я замер, ожидая его дальнейших действий или слов. Юноша глубоко вдохнул, распрямился и твердо переступил, чуть расставив ноги.
- Хозяин Илиш, приятно с вами познакомиться, - голос звучал отточенно, словно парень репетировал это не один вечер. - Мое имя Финнеус, но если вам угодно, можете звать меня Финн. Для меня честь - быть сенгилом столь удивительного, достойного восхищения принца. Я с нетерпением считаю дни до выпуска из Осеннего дома.
И пусть слова его звучали заученно, я чувствовал, что в нем действительно смешивались волнение и страх. По моему наблюдению он был искренне рад быть моим сенгилом, но в то же время до смерти меня боялся и нервничал, что в ближайшее время покинет место, которое называл домом с раннего детства.
Мне это показалось трогательным. Но куда более интересной оказалась моя собственная реакция. Возникло странное, неестественное для меня желание защитить его. Что-то в его искренности пробивало мою броню. В нем не было фальши, притворства и барьеров, за которыми прячутся люди, порой даже от самих себя. Язык его тела, интонации - все говорило, что он чистое, невинное существо.
'Какая редкость.'
Хотя, если бы ему суждено было провести всю жизнь в этом особняке, он бы таким и остался, но его белоснежная, пушистая наивность скоро окажется в грязи среди цепных псов. Под ударами моей семьи он завянет. Его будут сгибать, перекручивать и деформировать до тех пор, пока однажды он не увидит в зеркале кого-то совсем другого. И будет стыдиться этого нового себя.
Так случилось со мной.
- Рад знакомству, Финн, - сказал я.
Он засиял, словно от этих нескольких слов внутри расправились крылья.
- Кила часто тебя донимает?
Я сунул руку в карман длинного белого пальто, перехваченного ремнем, и вынул носовой платок.
Финн посмотрел на него так, будто я протянул ему мешочек с золотом. Осторожно взял, с благоговением расправил ткань и поднял на меня глаза.
- Хозяин Илиш, вы так добры... с-спасибо.
'Моя семья сожрет этого мальчишку и не подавится.'
- Ты - сенгил Принца Скайфолла и наследника Силаса, - сказал я ему строго. - Ты должен соответствовать своему статусу и проявлять твердость характера. Кила ведь не единственный, кто издевается над тобой, верно?
Финн опустил платок, закрывавший его лицо.
- Нет, не единственный, - тихо признал он. - Но я не хочу беспокоить вас такими мелочами...
- А я не хочу, чтобы мой сенгил ставил под сомнение выбор моих вопросов, - отрезал я.
Финн сжался и тут же пробормотал короткое извинение.
- Хозяин Илиш, мне проще молчать и держаться особняком. Остальные сенгилы дружат друг с другом, хоть и соперничают. Поскольку я не хочу в это ввязываться, значит, не могу себя защитить. Вот и выходит, что меня дразнят и во всем обвиняют. Хозяин, как вы сами заметили... я и постоять-то за себя не могу. Я ниже их ростом, и худее, и...ну, вы и сами видите, как я выгляжу.
- Тебе всего пятнадцать, - сказал я. Когда он умылся и привел себя в порядок, я жестом пригласил его идти за мной. Гаррет упоминал, что часто гуляет по территории со своим сенгилом - я решил сделать то же самое. - Некоторые взрослеют быстрее других. У тебя еще все впереди, это просто гены.
- Хозяин, я вам завидую, - сказал Финн.
Мне стало немного смешно, что он пошел ровно на шаг позади, как и положено сенгилу. Но я не хотел разговаривать с пустотой, поэтому махнул ему, чтобы шел рядом. Он посмотрел на меня с таким удивлением и благоговением, будто я на его глазах вытащил меч из камня.
- Вы выглядите таким взрослым... лет на двадцать. И... простите, могу ли я говорить откровенно?
- Можешь, - разрешил я.
- У вас невероятно красивые глаза.
'Этот мальчик... он как миниатюрный, кудрявый, блондинистый Джулиан - только в сто раз слаще и болтливее.'
При мысли о Джулиане я едва не улыбнулся. Вот еще, улыбаться при сенгиле - нужно сохранять лицо. Но Финн делал все правильно, чтобы заслужить мое одобрение, даже сам того не понимая.
- Фиолетовые... Хозяин Илиш, вы самый уникальный человек в мире. Ни у кого больше нет таких глаз. У Неро и Эллис королевский синий, но он и близко не сравнится с вашим. Боже, я так жду, когда перееду в Алегрию! Силас такой добрый, такой заботливый король... Я буквально считал дни до своего пятнадцатилетия, а теперь просто смотрю на ворота и жду, когда за мной приедет черная машина. - Финн буквально светился от счастья, оно исходило от него как живое, ощутимое тепло. - День, когда король Силас лично выбрал меня вашим сенгилом, стал лучшим в моей жизни.
Я остановился.
- Силас выбрал тебя сам?
Мальчик был тихим, замкнутым, кротким и вежливым...
А у Неро сенгил грубоват и, вероятно, шумный, энергичный и задиристый. Финн бы отлично подошел Гаррету, да и самому Силасу.
Я ожидал, что король нарочно подберет мне кого-нибудь, кого я возненавижу, просто чтобы проявить свое мудачество. Это было бы в его духе: он ненавидел меня так же сильно, как и я его. Но выбрать Финна для меня, это было... на удивление заботливо.
'С чего бы ему быть таким внимательным?'
- Да, - подтвердил Финн. - Он приехал в Перспективу, когда мне было шесть, выбрал тридцать мальчиков от пяти до семи. Потом раз в год отсеивал тех, кто, по его мнению, не подходил. К тринадцати годам нас осталось всего пятеро. Я какое-то время соревновался с одним мальчиком - его последним исключили в прошлом году. Он меня ненавидел... очень хотел стать вашим сенгилом.
Финн метнулся вперед и открыл мне дверь во внутренний двор. Я кивнул и прошел внутрь.
- А Силас... был с вами добр? Со всеми четырьмя?
- О, да! Когда мы были маленькими, он приносил нам пончики, дарил подарки на день рождения и Скайдей. В этом году он подарил мне Game Boy. Директор запрещает нам подобные вещи, но мне разрешил играть на нем по выходным.
Этот мальчик был странный.
Он не просто на стены лез от нетерпения переехать в Алегрию - он искренне считал Силаса добрым.
На лицо мое опустилась тень.
'Финн абсолютно не готов к той реальности, которая его ждет.'
Апрельское солнце светило нам в спины, когда мы вышли во двор. Под ботинками пружинила свежескошенная трава, а по краям мощеной дорожки, огибающей весь участок, распускались цветы на фоне черной земли.
- Ты мой сенгил, - сказал я резко, - поэтому должен знать: Силас не всегда бывает доволен. Особенно - мной. Остерегайся его и не допускай оплошностей. Короля легко вывести из себя.
Финн остановился, потрясенный.
- О-он разозлится? Но, хозяин, он же такой добрый...
- Силас не добрый, - сказал я жестко. Финн вздрогнул, и его голубые глаза затопили слезы.
'Слезы? Этот мальчик не сенгил, он - теленок, которого Силас откармливал перед закланием.'
- Будь осторожен рядом с ним, и если тебе станет страшно - сразу иди ко мне. Избегай ситуаций, где вы останетесь наедине. И если ради собственной безопасности тебе придется сдать кого-то из остальных троих - сделай это. Понял меня, Финнеус?
Он уставился на меня, будто на монстра из ужастика. Казалось, на мгновение его разум отключился от страха. Но вскоре взгляд все же опустился, и он прошептал тише мышиного писка:
- Д-да, хозяин Илиш.
Я выдохнул. Вопреки своему характеру, решил проявить доброту к этому испуганному птенчику и положил руку ему на плечо.
- Сейчас это может показаться жестоким, но ты все поймешь, когда приедешь в Алегрию. Все, что я от тебя требую - только ради твоей безопасности. Ты меня понял?
Удивительно, но под моей ладонью плечо Финнеуса будто немного расслабилось. Мальчик кивнул и смахнул слезы моим платком.
- Я понимаю, хозяин, - сказал он, голосом, в котором еще слышалась неуверенность.
'А ведь этот мальчик и правда может не пережить переезд. Помрет от сердечного приступа, как кролики или маленькие птички, которые коченеют от страха, едва заметят хищника.
Я буду за ним присматривать. Скоро он окажется под моей опекой - а это уже ответственность.'
Эта мысль пришла внезапно, как озарение. Пока мы прогуливались, неспешно вышагивая рядом, я вдруг остро почувствовал, что отвечаю за него. За добродушного, наивного мальчика, которого вот-вот бросят в загон со львами.
'Я должен буду защищать его, иначе чудовища, среди которых я живу, разорвут его в клочья.
Нельзя чтобы он стал таким, как я.'
- Хозяин Илиш?
К своему смущению, я понял, что остановился посреди дорожки. Вместо того чтобы идти, тупо уставился в траву под ногами, хмурясь, как будто пытался выровнять вес мыслей, рухнувших на плечи.
Собравшись, я поднял взгляд - Финн держал в пальцах пурпурную фиалку, а за его спиной, рядом с японским кленом, колыхалась целая клумба таких цветов.
- Я посадил их прошлой весной, - сказал он, протягивая мне цветок. - Подбирал оттенок под цвет ваших глаз по фотографии. Если вы не возражаете, я хотел пересадить один в горшок и взять с собой. Мы могли бы поставить его у вас на балконе.
'Какой же он... нежный, доверчивый мальчик. Ровесник мне, а по хрупкости - как этот цветок.'
И тут до меня дошло.
Пока Финн хвастался результатами своего цветоводства, я смотрел на нежные пурпурные лепестки и осознавал: Силас опять меня подставил. И провернул все так изощренно, с таким коварством, что я едва не проглядел подвох.
Король дал мне не просто сенгила, а того, кого мне придется защищать. Хрупкого, чистого мальчика, который рассыпется от первого удара, у которого начнется паника при первой же ссоре членов моей семьи.
Силас выбрал не того, кто подходит мне по характеру... Он дал мне в руки новое оружие. Против меня же.
'Конечно. У этого психопата всегда есть причина или тайный замысел. И на этот раз безумие Силаса искусно замаскировано под доброту и внимание.
Стоило догадаться раньше.'
- Спасибо, Финн, - тихо сказал я, глядя на цветок в руке.
- Нет, хозяин, - Финн чуть покраснел и опустил глаза. - Спасибо вам... что пришли сегодня. Вы именно такой, каким я вас представлял.
И вот я вступаю...
...в новую игру.
В очередную партию Безумного Короля.