Глава 56
Джек взобрался на перила причала и склонился над мутно-бурой водой, которая когда-то звалась мировым океаном. Его черные глаза метались туда-сюда, выискивая хоть малейшее движение, признак того, что внизу есть рыба.
— Ну что, Джеки, видишь что-нибудь? — окликнул его Неро. Он тоже стоял у перил, только в одной руке держал удочку, а в другой — бутылку пива. Рядом с ними замерли Сеф и Феликс, как и Джек, всматривались в безжизненную гладь.
Мертвый океан полностью оправдывал свое название. И все же последние двадцать лет время от времени появлялись слухи, что рыба возвращается. Даже Неро клялся, что однажды видел всплески воды, и уверял, что рыба приспособилась к зараженной воде и снова заселяет глубины. Я ему верил. Водоросли ведь выжили, а именно они дают восемьдесят процентов кислорода в атмосфере. Морская трава тоже адаптировалась к отравленной воде и разрослась в пустом океане. Не хватало только рыб да морских млекопитающих.
— Нет... пока ничего, — крикнул Джек. Он наклонился еще ниже, поднявшись на перекладину перил.
— Подожди еще лет десят, — раздалось сбоку. Подошел Силас, я улыбнулся ему. — Время от времени я улавливаю запах тухлой рыбы... значит, она здесь есть, но ее слишком мало, чтобы разглядеть у поверхности.
— И тогда мы будем есть суши каждый день! — радостно воскликнул Джек. — И рыбу с картошкой — настоящую, а не эту лабораторную дрянь.
Рыба в Скайфолле имелась, но она была дешевой, костлявой и безвкусной. Ее выводили в специальных резервуарах с чистой водой, кормили гормонами роста, и на вкус она походила на раскисший картон.
— А Джек прав, — отозвался Периш с пляжа. Они с Гарретом, Рио и Людо изучали морских созданий, поселившихся в песке. — Когда поймаем хоть одну рыбешку отсюда, я смогу изучить ее и понять, как она пережила радиацию. Тогда получится улучшить тех, что у нас есть: лосось, палтус... и весь Скайфолл будет сыт.
Джек чуть ли не подпрыгивал от восторга, а вот Силас, напротив, помрачнел.
Впрочем, через секунду стало понятно почему.
— Когда сделаешь мне клона Ская, Периш, тогда и будешь кормить Скайфолл, — сухо произнес король. — А пока они будут есть то, что я им разрешаю. И без того чересчур избалованы.
Улыбка Периша погасла, и он молча продолжил прогулку с моими братьями. Силас шумно выдохнул носом и направился к столу, где сидели остальные члены семьи.
И тут, как всегда наблюдательный, Джулиан, стоявший рядом со мной, прокашлялся. Я посмотрел на него — нелепая зеленая рубашка с белыми цветами и виноградными лозами, бежевые штаны и авиаторы на носу. Он кивнул в сторону Силаса.
Мне хотелось послать его подальше, сказать, что я пришел отдохнуть, а не поднимать настроение Силасу, но я знал, что каждый маленький успех с ним имел значение.
— Что это было? — мягко спросил я короля, положив руку ему на плечо и встав рядом. — Обычно ты начинаешь портить семейные прогулки только после нескольких бокалов.
Силас обернулся, сверкнув на меня недобрым взглядом, но, увидев мою улыбку, не сдержался и сам чуть усмехнулся.
— Все никак не привыкну к твоему сухому юмору, любимый, — сказал он и положил ладонь поверх моей. — Тревожусь раньше времени, наверное. Ты ведь знаешь... Кратц скоро собирается запустить нового клона Ская.
Да, собирается. Вернее, Силаса сам настаивал, чтобы клона спроектировали в ближайшее время. А я пока обдумывал, как бы это отсрочить. Гаррет вот-вот заберется под халат нашего умницы-ученого Кратца, и тогда моя задача заметно упростится.
— Да, слышал, — кивнул я, в миг став серьезным. Скай всегда был для Силаса больной темой. Легкомысленные шутки сейчас могли обернуться скандалом. Мне нужно было его поддержать. — Он, кстати, говорил, что сильно продвинулся в работе над укреплением сердечной мышцы. Ты боишься, что все кончится плохо?
Силас прикусил нижнюю губу и кивнул.
— Да, — прошептал он, голосом выше обычного. — Я просто... я так хочу его вернуть. Это невыносимо. Я привязываюсь к этим малышам... а они умирают.
Краем глаза заметив движение, я обернулся и наткнулся на спину Гаррета. Мой брат стоял в паре шагов от нас и старательно делал вид, что не подслушивает, хотя, очевидно, ловил каждое слово.
Вместо того, чтобы раздражаться, я усмотрел в этом прекрасную возможность. Его склонность влюбляться по щелчку пальцев уже обеспечила мне Кратца. Теперь нужно было привязать ниточку и к самому Гаррету. Пусть он увидит, как Силас волнуется из-за потери этих клонов.
— Тебе давно пора вернуть его... а семье — познакомиться с человеком, которому мы стольким обязаны, — сказал я, сжимая плечо Силаса. — Хочешь, я лично понаблюдаю за процессом первые три месяца?
Силас покачал головой, и у меня невольно вырвался вздох. В глубине души я знал, что он не согласится, но попытаться стоило.
— Нет. Продолжай работу над бессмертием, — отчеканил Силас. — Я хочу, чтобы мои мальчики стали бессмертными до его рождения.
— Конечно, — ответил я. — Готов вернутся к семье?
За нашими спинами бесились Джек и Вален, Неро хохотал над очередной, вряд ли настолько смешной шуткой Сефа.
— Думаю, сенгилы уже все подготовили, — добавил я. В нескольких метрах от нас Финн с тремя другими нашими сенгилами выкладывал закуски на скатерть. И несомненно следил за каждым моим движением, но я нарочно не взглянул в его сторону, чтобы убедиться.
Силас помолчал, лицо оставалось спокойным, глаза устремлены вдаль. Потом он кивнул и улыбнулся.
— Да, любимый, — он обернулся к остальным и хлопнул в ладоши: — Ну что, мальчики, пойдемте к столу. Пора обедать.
Гаррет явно пытался перехватить мой взгляд, поэтому я оставил Силаса собирать семью и подошел к нему.
— Или, а если у него не получится? — прошептал Гаррет тревожно. — Он же убьет Гарри.
'О, так ведущий научный сотрудник Скайтеха Кратц у нас теперь Гарри? Отлично.
Самое время полить семечко, которое я посадил.'
— Да, убьет, — произнес я негромко, не без оттенка мрачности в голосе. — Это несмоненно. А насколько вы уверены, что этот клон выживет?
Гаррет должен был знать. Он знал куда больше меня. Моей задачей была взломать код бессмертия, и меня жуть как бесило, что ради информации о клоне приходилось зависеть от других.
Мой брат переминался с ноги на ногу и потер нос.
— Кратц... — он тяжело выдохнул и посмотрел мимо меня, туда, где собиралась семья. Я их не видел, потому что стоял лицом к Гаррету, однако слышал, как они собираются к месту пикника. Никто нас не подслушивал, но Гаррет был слишком мнительным.
Только удостоверившись, что нет лишних ушей, он шагнул ближе. Плечи его опустились, лицо исказилось тревогой.
— Или, Кратц сомневается, — выдохнул он глухо, прикрывая рот рукой. Гаррет откровенно боялся. — Он сомневается... хотя столько лет уже работает в кардиофизиологии. А Силас начинает терять терпение. Гарри хочет подождать... подождать, прежде чем переместит Ленникса в стальную мать. — Так звали очередного клона Ская; Силаса всегда перебирал по порядку четыре имени. — Годы, Илиш! Но если он в ближайшее время не покажет результата... он боится, что хозяин Силас его убьет.
Занятно. И крайне полезная информация. Я ведь как раз хотел, чтобы Кратц запустил рождение клона — тогда я снова смог бы вытащить Силаса из очередного кризиса и еще крепче застолбить место рядом с ним. Но, возможно, имелся способ проще.
С новым планом Джулиана стоило задуматься: закончить эту возню с клонами Ская сейчас или, наоборот, затянуть?
А может... и то, и другое.
— Понимаю, — ответил я Гаррету. Обернулся: у накрытой поляны Силас гонялся за Джеком, Валеном, Рио и Людо, с улыбкой на лице. Король сейчас в прекрасном настроении, но я знал, что это не продлится долго. — Сейчас у него стабильная психика... но она снова рухнет, когда клон умрет.
— Я слышал, что он говорил, — прошептал Гаррет, снова потирая нос, будто стирая с лица собственное напряжение. — Он так привязывается к этим малышам... неудивительно, почему он так сильно расстраивается, когда они умирают.
'Да...
Значит...'
На моем лице не отразилось не единой эмоции, пока мозг работал, анализируя информацию, формируя теории и перебирая следующие ходы. Все складывалось в план, идеальный для достижения моей цели. Мое место рядом с Силасом должно быть нерушимым, и для этого мне придется подтолкнуть его к краю — в нужный момент.
И с этими взрывами... и с появлением Ивана Джексона и его семьи...
Кажется, сейчас — самое время...
И тут раздался взрыв. Оглушительный.
'Это... это так Иван решил выйти на сцену? '
Я резко повернулся к источнику грохота и увидел, как из-за здания потянулся столб черного дыма. Стиснул зубы.
'Чем думал гребаный Джулиан, устраивая это, пока мои младшие братья здесь? '
— Силас?! — крикнул Неро. Он подбежал к королю, но тот уже стоял лицом к взрыву, держа Кесслера на руках — малыш смотрел на меня из-за плеча Силаса жалобным взглядом, губки тряслись. Казалось, что только он испугался. Остальные дети, сгрудившись возле Аполлона и Артемиса, возбужденно визжали, подпрыгивая на месте.
Но быстро поняли, что это ошибка.
— Заткнитесь! — Силас резко обернулся, сорвавшись на них. Мальчики замерли и уставились на него в немом ужасе.
— Это последняя капля, — процедил король, голос его почти сорвался на шепот. — Последняя капля. Они посмели... когда моя семья здесь... — Он обернулся ко мне, лицо перекосилось, будто его сменила маска монстра. — Когда моя чертова семья здесь, Илиас!
— Мы выведем детей, — сказал я спокойно. И, увидев бегущего ко мне Финна, приказал: — Отведи детей к лимузину, поезжайте в убежище на Уиллоу-стрит.
Машина бронированная — как только двери закроются, они будут в безопасности.
— Илиш, иди с...
Я повернул голову к Силасу — и второй взрыв разорвал воздух. Ослепительный. Всего в пятидесяти метрах от нас здание разлетелось на части, послав столб дыма и волну обломков в нашу сторону.
На мгновение я просто оцепенел. На месте здания теперь клубился черно-серый вихрь, в небо летели куски кирпича, доски, камни, и падали на землю с гулким треском.
Моим первым побуждением было накрыть Финна с Валеном на руках и заслонил их своим телом. Боковым зрением я заметил, что остальные сделали так же, прикрывая младших химер.
Дождь из обломков обрушился на нас. Острые деревянные щепки, крошево бетона впивались в кожу. Я зажмурился, оглушенный грохотом, и ждал, пока все стихнет.
'Я убью Джулиана за это. Я убью Джулиана. И убью Ивана.'
— Я их вижу! — донесся голос, слух только начинал возвращаться. Мужской, вроде бы знакомый, но я не был уверен. — Стрелять на поражение!
'Стрелять на поражение? '
Я вскочил на ноги, спина горела. Рядом поднялись братья из первого поколения и Силас. Мы вгляделись сквозь дым и пыль — и разглядели силуэты, бегущие вдоль здания. Стреляли не в нас. Нет, они уходили глубже, к эпицентру взрывов.
И тут воздух разрезали выстрелы.
Силас рыкнул. Его глаза вспыхнули зеленым огнем.
— Останьтесь здесь, — бросил он нам, и пошел вперед. Голова наклонена, плечи напряжены, вся фигура источала ярость, ставшую почти осязаемой. Мы все знали это его состояние. Для многих людей оно становилось последним, что они видели в своей жизни — короля в гневе.
А значит, Силас разберется. Мне было жаль тех, кто попадется ему под руку. Никто не смел тронуть его семью.
И как же мне хотелось быть рядом с ним. Моя обязанность — сражаться плечом к плечу с моим королем. Но пока не стану бессмертным, я буду только отвлекать его.
Я стиснул зубы. Не контролировать себя и быть бесполезным — два чувства, которые я ненавидел больше всего. Мне нужны были ответы, и немедленно...
Вдруг грудь пронзила резкая боль, такая, что я схватился за нее, сдавленно вскрикнув, и воздух вырвался из легких. Сердце бешено заколотилось. Какого хрена происходит с моим телом? Если это проклятая паническая атака, я сам вскрою себе череп и накажу собственный дебильный мозг. Я не должен бояться, я должен быть охуенно разъяренным!
И ярость моя возросла во сто крат, когда я ощутил за спиной присутствие Джулиана. Заставив себя забыть о боли в груди, я резко обернулся, готовый оторвать ему голову.
Но выражение его лица охладило мой гнев.
Он выглядел растерянным, обеспокоенным...
'Это не часть его плана? '
— Какого хуя происходит? — прошипел я сквозь стиснутые зубы, резко схватив его за ворот рубашки, пользуясь дымом и хаосом вокруг, чтобы никто не заметил моих нападок.
— Я не знаю, — отозвался Джулиан так же тихо. — Но похоже, они только что буквально спасли ваши задницы... — он вздрогнул от очередного выстрела и метнул взгляд в сторону, где в дымовой завесе исчезла спина Силаса. — Пойдем за ним, посмотрим, что там.
— Илиш? — услышал я крик Финна и немедленно кинулся на зов своего сенгила. Он держал малышей рядом с собой, всех покрывала серая пыль. — Дети со мной, они в порядке... — Финн закашлялся, дети тоже хрипели. — Мы идем в убежище. Давайте.
И тут сквозь дым прорезался крик. Я сразу узнал его. В мире жило только два человека, способных заставить кого-то так кричать.
Силас пустил в ход способности. Он нашел кого-то.
И выстрелы стихли.
— Уводи их, — приказал я Финну. — Я не побегу от мятежников, и взрослые братья с сестрой тоже. — Проверять не имело смысла: Неро, Гаррет и Эллис восприняли бы подобный приказ как оскорбление.
Лицо Финна вытянулось, но спорить он не стал. Покрасневшие от пыли глаза блестели страхом. Мой сенгил кивнул и повел детей прочь, к машинам.
Мы с Джулианом рванули сквозь стены пыли, отхаркивая сухие частицы, раздирающие горло. Когда же мы пробились сквозь завесу, я увидел впереди Неро, Эллис и Гаррета. Они бежали вдоль здания к улице, где прогремел первый взрыв. Небольшая толпа скайленцев держалась на безопасном расстоянии.
Мы догнали мои братьев и сестру, всей пятеркой завернули за поворот... и тут же остановились, как вкопанные.
В нескольких шагах впереди остановился и Силас.
Рядом с ним лежал мертвый мужчина. Из ушей тонкой струйкой текла кровь, а глаза, застывшие на запыленном лице в ужасающем изумлении, уставились в пустоту. Но не он был причиной нашего оцепенения.
Нет. Причиной стала гора из пяти тел, сваленных одно на другое, словно мешки с мукой. Все были изрешечены пулями, у некоторых лица превратились в кровавое месиво из костей и кожи. Под ними расползалась темная лужа.
И сверху, воткнутый в этот курган трупов, развевался бумажный флаг Скайфолла с надписью черным маркером: «Здесь были Повстанцы Скайфолла».
Игра действительно началась.
— Дорси, Киркпатрик, Деверо... — Гаррет качал головой, перечитывая список. — Все — пустынники, Силас, все до одного. Думаю, теория Илиша верна... На нас хотели напасть, но другая группа повстанцев сорвала их планы. Что еще это может быть?
Силас смотрел в окно, сжимая бокал вина до побелевших костяшек. Наступил вечер. После долгого разговора с Талботом, пока выясняли личности пустынников, убитых повстанцами Ивана, мы вернулись домой.
И Силас был в том состоянии, которое мне было нужно: злой, измотанный и, в придачу, отвлекся от мыслей о клоне Ская. Это давало мне время укрепить связь с Гарретом и продолжить продвигать свой план.
— Хочу, чтобы этот город сгорел к херам, — просипел Силас. — Я скорее уничтожу этот поганый мир еще раз, чем позволю выжившим в радиации букашкам угрожать моей семье. — Его пальцы хрустнули на бокале.
Я уловил движение у лестницы и перевел взгляд. На верхних ступенях стоял Джулиан. Он встретился со мной глазами и поманил.
Оставив Силаса кипеть в ярости — ненадолго — я проследовал за Джулианом в свою квартиру, и мы сразу направились в спальню.
Дверь закрылась — и Джулиан шумно выдохнул. Пока остальные разбирались на месте происшествия, я отправил его на поиски Ивана. Мне нужен был полный отчет о том, что произошло, и если выяснится, что его семья хоть как-то была замешана, я собирался вырезать их всех до единого.
— Он выглядел очень довольным... — начал Джулиан, чем мгновенно разжег во мне гнев. Парень почувствовал это и вскинул ладони. — Не тем, чем ты думаешь. На самом деле все вышло идеально.
Это было искрой, воспламенившей пары бензина, что я вдыхал все это время.
— Идеально? — рявкнул я и двинулся к нему, готовый сомкнуть руки на его покрытой шрамами шее и сжимать, пока не хрустнет. — Мои младшие братья были в опасности, ты, долбаный...
— Спокойно, спокойно! — воскликнул он, голосом полным протеста. — Блядь, да послушай ты! — Я остановился, глуша рычание в горле. — Иван следил за Алегрией, он знал о семейной прогулке. Оникс и еще несколько его людей присматривать за нами. Они не знали о бомбах. Иван не так давно в Скайфолле, чтобы выстроить нужные связи, и ты это знаешь. Как только прогремел первый взрыв, Оникс связалась по рации с остальными — они примчались и перестреляли этих мятежников. Если бы не они... кто знает, чем бы все кончилось.
Я вглядывался в его лицо, и обмана не видел. Но легче мне не стало. Это означало лишь одно: мятежные повстанцы наглеют. Они намеренно атаковали районы, окружавшие мою семью.
— Зато теперь у нас есть Повстанцы Скайфолла, да? — ободряюще сказал Джулиан. — Это ведь именно то, чего мы хотели. Да, было бы лучше, если бы ваши мелкие чертенята не оказались в опасности. Но теперь Силас будет еще больше волноваться и ни за что не выпустит детей из небоскреба без сопровождения небольшой армии лучших легионеров и тиенов. — Джулиан подошел ближе, улыбнулся и — к моему отвращению — обвил руками мою шею. — Правда, мой лев? — добавил он сладко.
Я хмыкнул, но по неведомым мне причинам не отстранился.
Джулиан улыбнулся, приподнялся на носки так, что оказался почти вровень со мной.
— Может, и страшно было, — промурлыкал он, — но ведь все могло кончиться куда хуже. Теперь ты сможешь успокоить Силаса... и, кроме того, использовать его взвинченное состояние, чтобы надавить на Гаррета. Все вышло идеально, не так ли?
Я снова лишь хмыкнул, затем процедил с горечью:
— Возможно. Теперь, когда ситуация снова под контролем... я вижу в ней пару выгодных моментов.
Признаваться в этом было неприятно. Бомбы заложили слишком близко к парку, и хотя никто из нас не пострадал серьезно, кроме пары ссадин, ушибов и раздраженного горла, сам факт, что эти ублюдки оказались так близко к детям...
— Вот и хорошо, — кивнул Джулиан, скользнув губами по моей щеке. После этого я все-таки отшатнулся. — Сначала поработай над Гарретом, прежде чем займешься Силасом. Нужно, чтобы Гаррет проникся всей тяжестью стресса Силаса.
— Этим я и собирался заняться, — ответил я. Развернувшись, распахнул дверь в коридор. — У меня и без того достаточно проблем сейчас. Лучше уж задушить в зародыше это дерьмо с клоном Ская, разбить мечты Силаса и на пару лет покончить с этим.
Пора было приступать ко второму плану.
Час спустя мы с Гарретом сидели на террасе. Силас в четвертый раз за день совещался с Талботом, Неро с Эллис уехали на военную базу Скайленда, а сенгилы укладывали малышей-химер спать.
Гаррет был на грани. Он уже опрокинул в себя несколько стаканов виски и не выпускал из пальцев опиатные сигареты. Я тоже курил, серебристые клубы дыма стелились туманом над нашими головами.
— Ничего не выйдет, — протянул брат с отчаянием. — Гарри сказал, ему нужно больше времени. Силас снова впадет в депрессию. Неудача с клонированием Ская на фоне этого дерьма с мятежниками... Он сломается. — Гаррет теребил пальцами волоски своей короткой бородки и невидящим взором окидывал просторы искрящегося огнями ночного Скайфолла. — Но перед этим... он убьет Кратца. Он прикончит Гарри, Илиш.
Гаррет отвернулся от города и навалился спиной на перила.
Я тяжело вздохнул, положил ладонь ему на плечо и тихо сказал:
— Не буду приукрашивать... Все выглядит скверно.
Он всхлипнул, опустил голову. Трудно было признавать, но я испытывал желание помочь брату не только из эгоизма. За последнее время я все больше сближался с сестрой и братьями одного со мной поколения. Сначала я разговаривал с ними ради выгоды, чтобы манипулировать... но со временем мне действительно стало нравиться их общество. Хотелось облегчить их жизнь, даже если это никоим образом не улучшало мою.
Это было странно. Но я принял эту свою сторону. Я был старшим братом, в конце концов, и многие вещи понимал лучше них.
Я похлопал его по плечу:
— Сделаю все возможное, чтобы защитить Кратца.
Это мое заявление вызвало ожидаемую реакцию. Силас и Финн когда-то смотрели на меня так же шокирована. Никто не привык ко мне такому — хорошему брату, требовательному хозяину, заинтересованному помогать наследнику... Но я стал другим человеком.
— Правда? — переспросил Гаррет, почти шепотом. — Ты... серьезно?
Я кивнул.
— Чудес, конечно, не обещаю. Если он сорвется, остановить его никто не сможет. Но можно попробовать переключить его ярость на другого ученого. Есть кто-нибудь, кого Кратц сейчас ненавидит? В Крейге?
Благодарность во взгляде Гаррета сменилась хищным блеском.
— Ах ты хитрый ублюдок, — усмехнулся брат. — Двух зайцев одним выстрелом? Спасаем Гарри и подставляем кого-то еще? Отлично. Гарри ворчал что-то по поводу парочки ученых... Я поговорю с ним и передам тебе имя.
Я ухмыльнулся:
— Значит, решено. — Провел рукой по левому предплечью, оно начинало неметь. — Пошли внутрь, Силас скоро вернется.
— Я вижу Киррела, он с кем-то разговаривает, — сказал Гаррет, шагая мимо. — Может, Силас уже дома. — Он вдруг замер. — Тебя ранило там?
— Нерв, наверное, защемило, — бросил я. Потряхивая руку, шагнул к стеклянной двери.
Силас как раз снимал плащ. И чуть ли не дымился от злости. Я вздохнул.
— Придется успокоить его. Смотри, как ноздри раздувает.
Я сдвинул дверь, вошел. Жесткие зеленые глаза Силаса мгновенно поймали мой взгляд.
— Есть новости? — спросил я.
Он оскалился, словно пес, рычащий на забор.
— Я должен радоваться... но слишком разъярен, чтобы радоваться, — пробормотал он.
— Этим так называемым Повстанцам Скайфолла? — Я положил ладонь ему на спину, повел в гостиную. Рука все еще немела, в груди немного тянуло. Странное ощущение. В голове тишина и покой — обычно приступы паники начинались там, и мысли путались, но сейчас...
— Да, — ответил он. — Пресса уже поет им дифирамбы. Я был бы счастлив, если бы какая-то группа повстанцев занялась очисткой улиц... но эти пустынные отбросы угрожают моей семье, и я не могу... — он резко порвался и уставился на меня. — Что с тобой?
Я не ожидал, что он заметит так быстро.
— Ничего, — отмахнулся я. Точно не паническая атака. Мозг думает, что она должна быть, но ее нет и не будет.
Хотя становилось хуже. Судорога пронзила сердце, я едва сдержал гримасу. Решил принять ксанакс после разговора. Только не показать Силасу слабость.
— Думаю, ты прав насчет повстанцев, — выдавил я сквозь боль. — Если в Скайфолле завелась группа сторонников Короны, прессе будет, что мусолить, и для нашей репутации хорошо...
— Ты потеешь, — перебил Силас. Шагнул ближе, коснулся моего лба. Я сам удивился — по виску побежала капля. — И покраснел. — В голосе короля прозвучала тревога. — Сердце... — его ладонь легла мне на грудь, глаза расширились. — Что-то не так с...
— Илиш! — крикнул Гаррет. Он вбежал из столовой, бледный. — Рука, ты говорил, что она немеет... Силас, это сердечный приступ!
Боль снова вспыхнула, дыхание оборвалось, я ухватился за спинку дивана.
— Да это всего лишь приступ паники, не орите и принесите ксанакс, — рявкнул я, но колени подкосились, и я позорно осел на пол. — Мне просто нужно...
Вокруг вдруг начался хаос. Но я почти ничего не видел, перед глазами все расплывалось. Боль в груди затмила все чувства, кроме слуха.
И я слышал Силаса. Он держал мое лицо, кричал Гаррету, Киррелу. В их адрес сыпались проклятия, приказы, отчаянные вопли. Но когда он заговорил со мной, тон понизился до мягкого дрожащего шепота:
— Не оставляй меня, любимый. Почему ты все время пытаешься уйти от меня?
Я то приходил в сознание, то снова падал в темноту — так продолжалось довольно долго. Сквозь бред и забытье прорывались встревоженные голоса членов семьи, ощущение чьих-то холодных пальцев, сжимающих мою ладонь, трясущих ее, будто пытаясь удержать меня на границе жизни. Я отчетливо помню надрывный плач Финна, а потом его злой крик, обращенный, как я подозревал, к Джулиану:
— Это случилось с ним из-за тебя! Я же говорил вам обоим: будете делать из него второго Силаса, — это убьет его!
В его голосе звучала такая ярость и резкость, что хватило бы разбудить мертвого. Но не меня — я по-прежнему был заключен в кокон беспамятства, из которого не мог вырваться.
Когда же, наконец, удалось открыть глаза, мир явился мне в мутном тумане. Зрение не фокусировалось, и я щурился, пытаясь разглядеть хоть что-то.
— Вот он... — услышал я шепот Джулиана и почувствовал его грубую ладонь, гладящую мою щеку. — Вот мой лев. Я знал, что ты недолго проспишь.
Картинка перед глазами медленно, но обрела резкость, я различил его лицо: всклокоченный, измученный, но с выражением глубочайшего облегчения, перемешанного с тревогой. Он выдавил улыбку и продолжал гладить мою колючую щетину.
'Что со мной случилось? '
— Знаю, ты хочешь узнать, что с тобой случилось, — тихо сказал Джулиан. Он всегда умел читать мои мысли по лицу. — У тебя был сердечный приступ. Стресс-индуцированная кардиомиопатия.
Сердечный приступ? Для меня это были просто два слова, ничего не говорящие о серьезности произошедшего или последствиях в будущем. Медицину я изучал вскользь, мой путь лежал в науке, но времени углубиться в это так и не нашлось.
— Как и следует из названия, это из-за стресса, — продолжил Джулиан. Он всхлипнул, вытер глаза и машинально провел пальцами по шраму, пересекавшему его бровь. — Вся семья волнуется, места себе не находит. — Его голос дрогнул, но он поспешно откашлялся, пряча это. — Финн винит меня. Силас винит себя.
Я огляделся и попытался заставить губы шевельнуться. Мне хотелось знать, где Финн и Силас. Не похоже на них — не быть рядом, когда я очнулся.
— Финн?.. — выдавил я хрипом.
Губы Джулиана дернулись в недовольной гримасе, но тут же смягчились.
— Он спит... — ответил он, и в голосе прозвучала тень раздражения.
— Силас?
Джулиан тяжело выдохнул, провел ладонью по лицу и покачал головой.
— С ним не все в порядке, — сказал он. — Уже несколько дней не выходит из спальни. Только раз спустился сюда — после операции.
Операции? Значит, надо мной и правда работали хирурги?
— Но потом... он просто закрылся в своей комнате и с тех пор не выходит.
Значит, Силас снова погрузился в депрессию. На этот раз из-за меня? Я не знал, что думать, и что это значило для всех моих планов по поводу клона Ская, спасения Кратца ради Гаррета, Повстанцев Скайфолла...
Джулиан уловил ход моих мыслей.
— Знаю этот взгляд, — сказал он мягко, почти шепотом. — Ты хочешь знать все, что произошло, пока ты был без сознания. Так вот, львенок, — он улыбнулся, — я справился.
Я подозрительно прищурился, и он рассмеялся.
— Говори, — хрипло велел я. Голос дрожал, и тогда он поднес мне стакан с трубочкой. Я сделал несколько глотков и с облегчением почувствовал, как туман в голове рассеивается, разум возвращается к ясности.
— Сначала отдышись, малыш, — укорил Джулиан с нежностью.
Я метнул в него злой взгляд.
— Малыш? Смотрю, во всю пользуешься моей слабостью.
И, несмотря на его протесты, поднялся в кровати, сел. Движение отозвалось тупой болью в груди. Отрицать, что мое сердце оперировали, не было смысла. Неприятная помеха моим планам.
— Ну, после того, что мы с Гарретом провернули, — улыбнулся Джулиан, — ты позволишь мне называть тебя как угодно.
Его слова вызвали во мне интерес и окончательно отрезвили плывущее сознание.
— И что же?
На лице Джулиана появилась ухмылка Чеширского кота.
— Учитывая, что ты подцепил Гаррета на крючок... я решил поговорил с ним, и мы проболтали всю ночь. Хороший парень. Может, даже буду встречаться с ним, когда Кратц исчезнет с радара.
Я сузил глаза.
— Ближе к делу.
Брови Джулиана лукаво приподнялись.
— Силас отменил проект по клонированию Ская. Мой лев, твой сердечный приступ убедил его, сердца его химер слишком слабы. Он выслушал Гаррета, действительно выслушал, Илиш. Тот объяснил, что новое сердце еще не готово, нужно время. Гаррет говорил это и раньше, но ты же знаешь Силаса. Он из тех, кто наорет на повара, что рис готовится слишком долго, а когда ему приносят полусырой, — пристрелит на месте.
Какая удачная аналогия.
— Теперь все работы над клоном приостановлены, — продолжил Джулиан. — До тех пор, пока сам Кратц не скажет, что уверен в сердце для клона. Более того, Силас даже заговорил о том, чтобы испытать его наработки сначала на близнецах-извергах, которых он планирует на следующую партию химер.
Мои брови поднялись. Я пока не понял, как мне к этому отнестись. В моих планах было загнать Силаса в новый срыв. Комбинация из мятежных пустынников и гибели очередного клона должна была довести его до безумия. С которым я помог бы ему справиться.
Но теперь эти планы сорвались. А мое сердце...
— Я знаю, ты хотел довести его до нервного срыва, — снова прочитал меня Джулиан. — Но... — он медленно выдохнул и закрыл глаза. — Думаю, Финн был прав. Все это — игра на грани, постоянные осколки, которые ты подбираешь за ним после каждого надлома... для тебя это слишком.
— Я в порядке! — прорычал я. — Я, блядь...
— Ты не в порядке, Илиш! — перебил он, сорвавшись. — Ты едва не умер. Это был гребаный сердечный приступ! От чудовищного стресса, которого в твоей жизни и так было слишком много. Он догнал тебя. И нас, тех, кто любит тебя, — нас это убивает.
Его слова вызвали во мне вспышку ярости.
— Это все дерьмовая инженерия, а не стресс! Я абсолютно здоров, Джулиан! — рявкнул я. — Я...
Но боль пронзила грудь, перехватило дыхание, и я судорожно вдохнул, хватая воздух.
— Ты не здоров, — прошептал он сломленным голосом. — Илиш... все, что я тебе подсказывал, ведь сработало, правда?
Я молчал. Не хотел признавать этого вслух.
Джулиан наклонился ко мне и сказал:
— А теперь, мой лев... теперь я научу тебя терпению.
Я посмотрел на него таким взглядом, что мог бы прожечь его насквозь, и тогда Джулиан поспешно отступил, вскинув руки в притворной капитуляции.
— Знаю, знаю, ты у нас бог терпения. Поверь, я это прекрасно понимаю. Но также я знаю, что тебе не терпится воплотить свои грандиозные планы в жизнь... Ты жаждешь довести Силаса до срыва. Но, Илиш... тебе придется подождать.
Он придвинул стул ближе и взял мою ладонь. Я позволил. Не знаю, почему, но позволил.
— Появление мятежников в Скайфолла само по себе выбьет Силаса из равновесия, — продолжил Джулиан. — Ты сможешь провернуть облегченный вариант своего плана, а за это время восстановишься и продолжишь работу над бессмертием. Силас... — он на мгновение замялся, — он перевел всех ученых с проекта по клонированию Ская на проект бессмертия. Всех, кроме Кратца и еще пары человек. Он теперь одержим этим до безумия.
Джулиан поднял руку и откинул с моего лба прядь.
— Илиш... дай Силасу отложить свою гонку за клоном бывшего. Используй это время, чтобы сблизиться с братьями и сестрой. Направляй Скайфолл и самого Силаса через повстанцев Ивана. Сей семена, которые нужны. Так, чтобы, когда Силас снова вернется к идее возродить Ская или когда возникнет момент, где нужно будет подтолкнуть его в нужную сторону, — у тебя уже был прочный фундамент.
Мне это не нравилось... но я понимал, что он прав.
И был уже достаточно осознанным, чтобы признать это.
— Это идеально, мой лев, — прошептал Джулиан. — Подумай, чего ты добился всего за год? А теперь представь, чего сможешь достичь за несколько. Пусть это будет твое время подготовки, твое время взрастить сад у себя в голове.
Я тяжело выдохнул.
— Знаю, — признал я с горечью. — Просто... хотелось бы, чтобы все складывалось иначе.
— Конечно, — мягко ответил он, продолжая гладить мои волосы. Почему я позволял ему прикасаться ко мне так? Почему, несмотря ни на что, это все еще приносило мне странное удовольствие? Я ловил себя на этом вопросе снова и снова. — У тебя будет все, что ты захочешь. И даже больше.
Джулиан поднялся со стула, наклонился и коснулся моих губ.
И я снова не отстранился — и все еще не понимал, почему.