До талого [Эйдан Галлахер]

POV Вероника

Холодно.Невыносимый мороз пробирал до самых костей, и с титаническим усилием мне удалось открыть глаза, взглядом уткнувшись в круглый кусок неба прямо надо мной. Дошло не сразу, но постепенно я поняла, что нахожусь в яме.

Что произошло?

Голова тут же отозвалась яркой вспышкой боли в пульсирующие виски, выбив из нутра едва слышный стон, когда я попыталась повернуть её, чтобы оглядеться. Ветер донёс кряхтение мертвеца, но это осталось где-то за пределами видимости. Была только я и дробящая черепную коробку мигрень.

Едва не теряя сознание, слишком явно ощущая, как разум затуманивался и тотчас же взрывался, я попыталась сконцентрировать внимание на сухих ветках и прочем мусоре, что был в яме. Это граничащее состояние сильно сбивало с толку — трудно зацепиться за реальность, ведь мне сложно понять, где она.

Закрыв глаза, медленно наполнила лёгкие воздухом — запах свежей, будто только что вскопанной земли будоражил рецепторы, перетягивая всё внимание на себя. Боль постепенно притупилась, оставляя, как напоминание, неясный гул в ушах и ноющий затылок. Я не знала, сколько я так пролежала, но, как только тело вновь начинало бить крупная дрожь, мне пришлось подняться на ватные ноги, и теперь уже в полной мере оценить происходящее. Попутно пытаясь вспомнить, что произошло, я спешно окинула взглядом яму, в которой оказалась и невольно обхватила плечи руками. Они скользнули по коже, на которой было лишь нижнее бельё, и на секунду замерли. Посмотрев вниз, я тихо выругалась. Даже во время похода одежда была не в силах подарить мне желанное тепло, а её отсутствие и подавно.

Тело забила крупная дрожь не сколько от холода, а от страха, ведь я совершенно не понимала, что происходило. Почему я оказалась здесь и почему на мне лишь нижнее бельё?

《Флешбэк》
— Привал! — впервые за долгое время окрик Роба не вызывал раздражения.

Не сдержав восторженный возглас, буквально обрушиваю своё тело на поваленное дерево. Тяжёлый рюкзак приземлился рядом, сопровождаемый моим тихим вздохом облегчения, и я принялась снимать неудобные ботинки, ноги в которых уже порядком устали. Рядом сел Вилмар, и с ухмылкой посмотрел на моё занятие.

— Эх, сейчас бы искупаться, — он зажал в зубах сигарету и чиркнул спичкой.

— Не замечала, что ты такой неженка, — я беззлобно засмеялась, получив ощутимый удар в плечо. — Эй, мне же больно!

— Не замечал, что ты такая неженка, — пародируя мой голос, отозвался Вилмар. — Два дня топаем, если поднажмём, то через три будем на месте…

Он продолжал что-то говорить, оживлённо жестикулируя, периодически затягиваясь сигаретой, а мысли в моей голове переместились на несколько дней назад — в тот вечер, когда я ненароком подслушала разговор, ведь и Вилмар был там, и он говорил те вещи, о которых я и не смела догадываться. Сейчас напарник сидел рядом и беззаботно рассуждал о прелестях походной жизни, изредка отвлекаясь на проходящих мимо людей. Пристально глядя на его профиль, я невольно массировала зубами нижнюю губу, и силилась понять, почему он скрыл от меня тот факт, что в Мегаструктуре была лаборатория, в которой разрабатывали вакцину. Очевидно, что Слай сам руководил теми, кто эту самую сыворотку создавал, а Вилмар вполне мог быть непосредственным участником всего того, что там происходило, но почему я — его напарница — осталась в неведении? Он настолько мне не доверял? Да и что бы я сделала, узнай об этом раньше?

— Не пойми меня неправильно, но твой пристальный взгляд меня смущает, — Вил затушил сигарету и сразу же засунул в рот вторую.

— Курить вредно, — всё также продолжала сверлить напарника взглядом, концентрируя внимание на облаке дыма, выпущенного Вилом.

— Рони-Рони, — он сплюнул в сторону. — Это самая мизерная проблема, которая только может приключиться в этом мире.

— А какая же большая? Предательство близких? — сердце пропустило удар, но я скрыла волнение.

— Ты о чём? — Вил немного напрягается, но это могло показаться.

— Ничего не хочешь мне сказать? — парень нахмурил брови и покачал головой. — Уверен?

— Скажи прямо, о чём ты? — тон заметно повысился.

Я быстро поднялась на ноги, отчего перед глазами помутнело, и меня немного пошатнуло в сторону. Злость била через край, и я ощутимо ударила Вилмара по руке, когда тот захотел помочь мне. В голове не укладывалось — почему он скрывал от меня это? Будто я могла сорвать их планы, разложи они передо мной все карты. Наверняка, нет, очевидно, что так считала я.

— Эй, — Вилмару удаётся схватить меня за локоть и развернуть к себе лицом, — я не пойму твоего настроения. Давай, ты успокоишься и расскажешь мне, что тебя беспокоит…нестерпимо бесит, — поправил он, увидев, как вытянулось моё лицо.

— Давай, ты уберёшь от меня свои руки, — переведя дыхание, продолжаю гневную тираду. — Почему ты мне не рассказал о лаборатории?

Он замер, удивлённо распахнув глаза, чуть сильнее сжимая мой локоть. Несколько секунд он стоял молча, а затем потянул меня в сторону, подальше от чужих глаз.

— Это не было какой-то тайной, — Вил завёл меня за дерево, — но откуда ты узнала?

— Раз это не тайна, то почему мы шифруемся? — я слегка толкнула его в грудь. — Услышала на общем собрании, которое не проводилось в комнате среди особо приближённых.

От злости, я поджала губы, но не сказала ни слова, проглотив горький ком.

— К тебе это не имело никакого отношения, — Вилмар хмуро посмотрел на меня. — Наличие лаборатории — просто факт.

Несмотря на внутреннее смятение и обиду на напарника, я поняла, что он прав. Встретившись с ним взглядом, я нехотя кивнула, соглашаясь с его словами.

— После недавних событий, — я выделила два последних слова, — везде мерещатся заговоры и недосказанность.

— Рони, — Вил виновато почесал затылок, — я понимаю, но ты выкинь эту чушь из головы. Если вопрос решился миром, то пойдём к остальным, а то Эйдан с ума сойдёт.

Мы вернулись назад под пристальным взглядом Эйдана, который стоял рядом с Робом. Лидер о чём-то спорил с Диего, оживлённо жестикулируя руками. Вскоре мужчины пришли к согласию, судя по облегчённому выдоху обоих, и Роб окинул взглядом присутствующих, останавливаясь на мне.

— Вероника, нужно принести хвороста для костра. Идите вместе с Эйданом, — дав задание, Роб ушёл к остальным.

Последний было открыл рот, чтобы что-то сказать отцу, быть может возразить, как к ним подошла воодушевлённая Венна.

— Можно я пойду с тобой? — слова были насквозь пропитаны фальшью, но девушка продолжала лучезарно улыбаться. — Эйдан, наверное, очень устал. Ты же понимаешь о чём я? — бросив томный взгляд на парня, который небрежно смахнул её руку со своего плеча, Венна повернулась ко мне, и только сейчас я заметила, как тяжело ей скрывать раздражение.

В ней всё наоборот — она искажение тех, кто окружал её. Для них естественно думать о других, заботится о совместном выживании, подстраиваясь друг под друга и порой ущемляя своё собственное «я». Венна жила для себя и своих прихотей, но в этом не было её вины, наверное, так даже правильно и проще. Могло показаться, что мы чем-то похожи. Эта мысль заскользила в голове словно змея, с характерным шипением пробираясь в самую глубь. Неужели я добровольно пришла к такому выводу? Тело содрогнулось, а мысль о том, что я провела параллель между нами, заставила скривиться, что не осталось без внимания. Венна злорадно ухмыльнулась и вздёрнула свой подбородок.

— О да, я понимаю, о чём ты, — сквозь зубы процедила я.

В скором времени, мы отправились в лес. Шагая впереди, явственно ощущая пристальный взгляд в спину, я в который раз задаюсь вопросом: «почему согласилась идти с ней?». В компании любого было бы уютнее — даже недовольное ворчание Диего подняло настроение. Устав проклинать себя, я со всей силы ударила по свисающей ветке, и та, с жалобным скрипом, упала наземь.

— Пора собирать хворост, — нараспев прошептала я, нагибаясь упавшей добычей.

— Скучала по Эйдану и остальным? — её вопрос не был внезапным — по остальным ей не важно, ей важно именно по Эйдану.

— Даже не задумывалась, — ответила без энтузиазма, продолжая собирать сухие ветки.

— А может, всё-таки скучала?

— Может и скучала, — она начала действовать мне на нервы, но приходилось сохранять хладнокровие и, как можно более равнодушно, кидать в её сторону расслабленные взгляды.

А нервы натягиваются, как канаты. Надменный взгляд, прямая осанка, губы, растянутые в широкой ухмылке. Как же она меня бесила. Конкретно выводила из себя одним лишь видом, но мне не хотелось выяснять с ней отношения и, зачем-то, делить Эйдана.

По мере приближения к Мегаструктуре, всё отходило на второй план, и я чаще думала о реальных последствиях этого похода, а страх перед Слаем разрастался до неимоверных размеров. Её колкие замечания не стоили того, чтобы даже обращать на них внимание, поэтому я сделала уверенный шаг вперёд, концентрируя всё своё внимание на лежащих на земле ветках. В ту же самую секунду сзади донёсся звук быстрых шагов, разбрасывающих в стороны сухую листву. Всё произошло слишком быстро — затылок обожгло, и в момент я оказывалась на земле, проехавшись вперёд. Не до конца поняв, что случилось, я быстро поднялась, опираясь о ствол дерева, и схватилась за катану.

— Ты что делаешь?

Ошарашено вглядываясь в её искажённое яростью лицо, чувствую, как на душе начала зарождаться тревога. Неожиданное наступление — значит, она не кидалась пустыми угрозами.

— Долбанная шлюха! Припёрлась в лагерь со своим «напарником» спустя столько лет, и думаешь, что всё осталось, как прежде? — она слишком быстро приблизилась ко мне. — Думаешь, сможешь так легко заполучить Эйдана? Я же знаю, что между вами ничего не было и быть не может, поэтому просто оставь его в покое.

— А ты свечку держала? — не смогла удержаться и вставила своё веское слово, с нескрываемым наслаждением наблюдая, как она поменялась в лице.

— Я знаю Эйдана, как никто другой и ты, — Венна подошла слишком близко, опаляя горячим дыханием моё лицо, — лишь жалкий обрывок воспоминания. Надеюсь, ты поняла, что должна держаться от него, как можно дальше?

— Так же, как и ты от меня. Катитесь к чёрту. Оба! — слишком резко оттолкнула Венну от себя, не подавляя яростное желание разбить кулак о её лицо.

Удар был резким, слишком сильным, но поняла я это не сразу. Одной рукой схватив её за ворот одежды, другую же вновь занесла для удара. Изо рта вылетела новая порция крови, орошая землю и отпечатываясь на моих свезённых костяшках. Притупленная боль стала сильнее, обострилась, а подкатившая к горлу тошнота отрезвила. Испуганно глядя на кашляющую Венну, размазывающую кровь по лицу и боязливо касаясь разбитой губы, я медленно встала на ноги и развернулась, чтобы не смотреть на эту сцену.

Не сразу, но поступь начинала замедляться, а картинка перед глазами превращаться в безумные кляксы. Обострённые чувства, после внезапной вспышки ярости, вмиг притупились. Словно в замедленной съёмке рука потянулась к затылку, коснулась чего-то влажного, что быстро заскользило по шее, проникая за шиворот. Перед погружением в темноту, я увидела свои окровавленные пальцы.
《Выход из флешбэк》

Переведя дыхание, я предприняла ещё одну попытку зацепиться за корни и сделанные мной выемки в стене, но сырая земля предательски обваливалась и продолжала осыпаться на меня, когда я упала вниз. Из-за ломоты во всем теле и ноющих ран хотелось опустить руки, но зато я и думать забыла про холод — бесплодные попытки подняться наверх быстро согрели меня, но легче от этого не стало.

Венна, эта параноидальная и вечно путающаяся под ногами дура была явно не в себе — угрожала, пыталась что-то требовать и явно не излучала дружелюбие. Но ведь она не могла… Я вспомнила, что произошло, необъятная злость на Венну заполнила меня до краёв. Могла бы и сразу догадаться, что эта дрянь что-то задумала, но я явно недооценивала её. Но важно сейчас не то, что произошло, а то, как мне быть дальше.
Сжав зубы, я вновь поставила ногу на корень дерева и ноющими пальцами, сделала в земле новое углубление. Рука коснулась края ямы, нащупав крепкий упор, и, из последних сил подтянувшись, я перевалила через край, быстро шевеля ногами и постепенно выползая из злосчастной ловушки.

Жар и подхлёстывающий адреналин медленно, но верно покинули моё тело. Вместе с выдыхаемым через рот паром, я теряла часть драгоценного тепла. Приходится ступать осторожно — неизвестно, что может скрываться под этим ковром из листьев. Цепкие пальцы холода ледяным кольцом сковывали конечности, замедляя и без того черепашью ходьбу. Мне нельзя так просто сдаваться, после стольких лет борьбы, умереть от холода попросту нелепо.

Но вскоре начали появляться ненужные мысли и желание понять причину, почему же я продолжала бороться за жизнь, почему ускоряла шаг и сильнее растирала коченеющие руки, почему не пытаюсь сдержать такие горячие слёзы — извечные вопросы без ответов.
Осознание безвыходности било в набат, затеняя даже самые несуразные попытки придумать что-то адекватное.

Паниковать нельзя. Нельзя.

Изо рта вырвался сдавленный всхлип. Мне страшно, мне никогда не было так страшно. Ноги не слушались, оступаясь и увлекая меня на землю. Господи, как же страшно. Я даже не пыталась быть тихой, когда громко закричала, захлёбываясь слезами и ударяя кулаками о землю, разрывая корки на заживших ранках и образуя новые.

«Успокойся! Истерики здесь не помогут!»

«Не могу»

«Не хочешь?»

«Не хочу…»

Внутренний голос продолжал вести монолог, из последних сил пытаясь вытянуть меня из этого кошмара.

***
— Вставай! — властный голос матери прозвучал над самым ухом.

Вскочила слишком быстро, едва удержав равновесие на затёкших ногах. Я уснула? Дикий ужас обдал сшибающим шквалом из-за ночной темноты и осознания, что я одна в ночном лесу без оружия и одежды.

— Вероника. Нужно идти…— вздрогнув от собственного голоса, оглядываюсь по сторонам.

«Куда? Куда, чёрт возьми, идти?!»

— Просто вперёд. Нельзя стоять на месте… Нужно. Просто. Идти, — окоченевшие пальцы с дикой болью сжимались в кулаки.

«И зачем нужно куда-то идти?»

— Нужно, — прошептала громче, чем рассчитывала и медленно сделала шаг вперёд.

В ноги тут же устремился тугой комок боли, покрывая каждый миллиметр острыми иголками, продолжающими колоть кожу с каждым шагом всё сильнее. Монотонность движений и неизменное состояние раздражало. Кулаки сжимались всё яростнее и сильнее проводили по шершавым кронам деревьев, мимо которых я проходила. Ступая быстро, надавливаю на стопу, что есть мочи, не обращая внимание на дискомфорт, в какой-то мере, даже специально причиняя себе боль.

"И зачем так беситься?"

— Заткнись!

«Что ты сказала? Мне не послышалось?»

— Заткнись! — переводя дыхание, шиплю в пустоту. — Заткнись! Закрой свой… — ледяной порыв ветра отрезвил разум, — …мой рот.

— Как ты разговариваешь с матерью? — до ушей донёсся безжизненный шёпот.

Я замерла, но лишь на секунду, чтобы в следующий момент вмиг сорваться с места. Мне кто-то преследовал? Среди деревьев мелькнула чья-то тень, обогнала меня, исчезла и появилась совсем рядом, разглядывая меня своими белёсыми глазами. Глохну от собственного крика, затыкающего уши словно ватой, до боли, прорезающейся до перепонок, но вопль продолжал прорываться из вне, пока не заполнил всю меня.

— Мамочка, — детский голос раздался совсем рядом. — Почему ты злишься на меня? Почему… — голос стал грубее и таким знакомым.— Почему? — мои губы, словно повинуясь чьему-то приказу, продолжали двигаться.

За кожу что-то цеплялось, оставляя после себя пылающие ссадины — явно не ветки. В нос ударил зловонный запах — неправдоподобно осязаемая, густая вонь.

— Это всё кажется, — голос двоился, искажаясь шумом ветра, превращаясь в зловещий скрежет.

Из-за облаков показался месяц, освещая расползающийся по земле туман. Набухающая пелена просачивалась под корнями деревьев, оплетая толстые стволы и накрывая плотным смогом всё вокруг. Тяжесть тумана просочилась в лёгкие, и кашель сдавил свербящее горло. Тело покрылось ледяным потом. Под ногами начало что-то хлюпать и затягивать. Наконец-то я смогла остановиться, всё ещё ощущая за спиной дыхание смерти, клацающей своими зубами и исходящей слюной от нетерпения. Нестерпимый запах обдал жаром, и слёзы невольно заполнили глаза.

Впереди что-то начало шевелиться — силуэт темнее, чем окружающая его тьма. В горле застрял ком — мне показалось, что я больше не издам ни звука, но внутри теплилось нечто, похожее на истерику. Сморщенная, пожелтевшая кожа натянута на тонкие кости, порвавшись на острых сгибах. Иссохшее лицо с впалыми щеками и полусгнившими глазницами внимательно изучало меня, а беззубый рот растянулся в неестественно широкой улыбке.

Раздался рёв. Звон в ушах разбился на сотню мелких осколков, а боль в горле вздулась, взорвавшись огнём в районе груди. Это не очистило меня, лишь подкрепило веру собственной никчёмности.

— Зачем ты меня убила? — вкрадчивое рычание окутало со всех сторон.

Задышала специально громко, словно доказывая самой себе, что живая. Горло горело и издавало пугающие хрипы сродни с мертвецами. Даже не понимала, что это я.

— Зачем ты убила Сэма?! — женский визг взвинтил нервы, а возникший рядом силуэт едва не лишил чувств.

— Я…Сэм? — во все глаза посмотрела на уродливое создание, в котором теперь начали проступать черты близкого мне человека. — Я не хотела. Сэм, — на место страху пришло чувство раскаяния. — Сэм, умоляю, прости меня! Если бы я тогда не пошла в лес, то ты был жив! Я всё испортила, пустила под откос твою жизнь, и теперь не могу смириться с твоей смертью, просто не могу! Сэм…

Внутри что-то порвалось, позволяя истерике в полной мере выплеснуться наружу. Все мои переживания, связанные с событиями трёхлетней давности, вывернулись из меня, будто рвотные массы, и сил остановиться нет. Одни и те же слова повторялись без остановки и потеряли свой первоначальный смысл, становясь пустым набором букв.

— Тебе даровано искупление.

— Спасибо, — сказанные им слова принесли лёгкость, и с губ сорвался стон облегчения.
Ощутив в руках тяжесть пистолета, пальцами скользнула по рифлёной резьбе на рукоятке и быстро приблизила дуло к лицу. Почувствовав вкус железа у себя во рту, невольно провела языком по стволу пистолета. На лице появилась улыбка. Отстранённо глядя на силуэт матери, Сэма и блеклых тенях позади: одно движение и меня нет.

***
Резко подскочив с импровизированной постели, я пыталась отдышаться, стирая со лба пот. В это время в палатку заглянул Диего, и изобразил на лице подобие улыбки.

— Ты как? Она проснулась, — крикнул он кому-то, не дождавшись ответа от меня.

Неприятно скрутило живот от отрывочных воспоминаний о произошедшем в лесу, но мозг словно блокировал что-то, как бы я не пыталась заглянуть вглубь себя. В палатке стало на несколько градусов холоднее, а колючие пальцы ужаса сдавили меня за плечи.

— Как я здесь оказалась?

— Тебя принесли. На вот, — Диего протянул мне бутылку с водой.

Кивнув в знак благодарности, только сейчас понимая, как сильно я хотела пить. Дыхание стало ровным, быстрое сердцебиение замедлилось, и голова невольно опустилась на подстилку. Диего вышел, а вскоре в палатку заглянул Вилмар, лицо которого было беспокойным.

— И почему я не удивлён, — он присел рядом со мной и вскинул брови. — Скажи мне честно, ты напала на Венну?

Поджав губы от досады, я нервно пробежала взглядом по скромной обстановке, всем своим видом показывая, что не замечаю Вилмара. Он тяжело выдохнул и многозначительно кашлянул.

— Понимаешь, тут такое дело, — начала я, и тут же вспылила, увидев, как он закатил глаза. — Она сама спровоцировала меня! А знаешь, что было после? Удар в спину, а потом я очнулась в какой-то яме, без одежды и оружия. И как считаешь, равноценно — разбитая губа или то, как она поступила со мной?

— Да, некоторые моменты эта особа опустила, — парень выглядел озадаченным.

— Что она сказала? — сквозь зубы прошипела я, до боли стиснув кулаки.

— Что ты напала на неё, а потом… — он выдержал паузу, — рванула в лес с дикими воплями.

Замерев в изумлении, я внимательно вгляделась в лицо Вилмара, который почти сразу же разразился хохотом.

— Видела бы ты своё лицо, боже, — он вытер глаза. — Прости, знаю, сейчас шутки вообще ни к месту, но я не смог выносить твою кислую мину. Да, — продолжил он, — про своё нападение она не сказала, зато тут в лагере разыграла целый спектакль. К сожалению, многие поверили.

— А кто за меня? — грустно хмыкнула я, вспомнив про Эйдана.

— Я, Эйдан, — протянул он последнее слово, и я едва скрыла улыбку, — и главное, что Роба не впечатлила сцена этой истерички, но нашлись и те, кто полностью ей поверил.

— Ну конечно, людям не нужны доказательства, подай им лишь шокирующую историю и лишь одного человека, олицетворяющего вселенское зло, — аккуратно поднявшись со своей постели, я кивнула на выход. — Думаю, меня заждались.

На улице, у остатков костра, собрались все те, кто отправился в Мегаструктуру. Многие смотрели на меня с таким отчуждением, холодностью и нескрываемой неприязнью. Скользнув по присутствующим взглядом, я остановилась на Венне, голова которой оказалась перебинтованной. Внутри вспыхнула ярость, жар от которой опалил каждую ноющую клетку тела. Приложив титанические усилия, я отвернулась от этой душераздирающей картины.

— Почему она здесь? — вскрикнула Венна, вскочив на ноги и бросившись в сторону к Эйдану.

Тот, всё это время глядевший на меня, невольно отшатнулся, когда девушка схватила его за руку и спряталась за спину.

— Не будет ли безопасным связать её? — Венна давилась бутафорскими слезами, а я уже в который раз содрогнулась от омерзения.

— Венна, я повторюсь, если ты чувствуешь себя плохо, то будет лучше, если ты вернёшься в лагерь, — Роб был спокоен, однако, от его пристального взгляда Венна кротко кивнула и опустила голову.

Это будто стало неким сигналом для остальных, которые разбрелись в разные стороны, занявшись своими делами.

Удовлетворительно хмыкнув, я посмотрела сначала на Венну, затем на Эйдана. Встретившись с ним взглядом, я заглянула в огромные глаза, в которых отчётливо читалось волнение, вперемешку с растерянностью. Где-то в глубине, на задворках зрачков, неясными бликами отражалась злость, но она была так туманна, что можно сослать всё на бурную фантазию. Именно в этот момент мне, сильнее, чем раньше, захотелось остаться с ним наедине.