Глава 57. «Градус»
«История повторяется» — сказали бы игроки команды «Архипелаг "Победа"», если бы им было вовсе до этого. Тренировки наслаиваются одна на другую как пласты снега с крыш, только и слышно, как под треск льда юноши старательно наслаждаются своим занятием, а через несколько секунд проклинают это место и тихонько матерятся. Макс был приличных манер, он просто нашептывал молитвы, что его вернут в первое звено, что у Миши все не совсем плохо с мозгами. Тренер с грустью глядел на Деятеля и не знал что и делать. Положение обоих было мягко скажем не благополучно. Вернулся Кирилл и теперь они как в тесной клетке, где кого-нибудь обязательно зажмут лицом в острую решетку, а в нашем случае в сетку хоккейных ворот.
— Этот капитан еще дырку мне на спине не прожёг? — раздалось над ухом Максима, согнувшегося после окончания упражнения, он задрал голову и увидел рядом Женю.
— Чей капитан? — удивленно спросил Тарасенко и стал судорожно осматриваться.
На тренировку вторглись сегодняшние соперники «Архипелага», — команда «Месяц» — они были дотошно пунктуальны, что пришли на арену четко в назначенное им время — вот же ходячие маховики времени из Шушар!
— Француз подкрался незаметно. — рассмеялся подъехавший к парням Дима.
— Да какой там француз! Был бы у них Наполеон! — возразил негромко Тарасов, переглядываясь с Романовым и пытаясь высмотреть действия тренера.
Макса это несильно волновало. Весь день его голова была забита каким-то мусором. Он проснулся после сна, который даже сном назвать нельзя. Ночью Тарасенко вскакивал раза три, и все от какого-нибудь недуга — то жарко, то холодно, то опять жарко. От этих эмоциональных качелей самочувствие с самого утра у Максима было как у выжатого лимона. Евгений заметил, что у друга разъезжаются ноги, поднял его голову и снял шлем. Глаза лениво слипались, а само лицо было бледнее поганки.
— Брат, ты не заболел случаем? — заволновался Тарасов, и в порыве дружеской заботы забыл снять с руки перчатку и начал пробовать температуру со лба через неё. Макса это ободрило тут же. Ну, согласитесь, не всякому будет приятно получить холодной хоккейной перчаткой по лицу. Тарасенко тут же зашипел как аспирин в стакане воды.
— Ты бы еще у Лопаты взял ловушку и с размаху, чтобы меня сразу вынести! — возмутился пришедший в себя Максим, наблюдая согнувшихся в истерическом припадке окруживших его Женю и Диму.
— Вы чего там устроили, лишенцы? — прикрикнул сквозь улыбку Михаил, заставив хоккеистов успокоиться, — Идите в раздевалку все, раскатка через полтора часа.
***
Лив сидела на трибунах и наблюдала за движением хоккеистов, толком не разбираясь в том, что происходит. В этом была вся ее сущность — если информация её ни коим образом не касается она даже не станет задумываться.
На ряду, на котором она сидела, практически никого не было, поэтому девушка позволила себе вальяжно расположиться и втихую касаться носами ботинок спинки передних кресел. Она даже не заметила, в наблюдении за смешением красок на льду, как возле нее оказался Александр. Оливия, увидев друга впервые за несколько дней, не то что бы обрадовалась, но стукнула она его по плечу знатно, с такой силой, что Васильев зашипел.
— Ты где пропадал, кровопийц? —завопила Стар, рассматривая друга, схватившегося за плечо.
— Я болел... — соврал разочарованный Саша. Он был в таком хорошем настроении, а ему всадили по самое не балуйся.
— Болел он! Чем? Ты в коме лежал? — ругалась Лив, пока «Архипелаг» сравнивал счет.
Васильев, подняв виноватый взгляд, похлопал ресницами и вопросительно кивнул: — Почему сразу в коме?
— Потому что если не в коме, то какого-то, простите, черта, ты не написал об этом сразу? Не позвонил?
Александр, еще немного погодя, подполз к подруге и, прекрасно зная, насколько она отходчива, приобнял её за плечи, выпрашивая прощения.
— Тарасенко снарядила еще тебя проведать, я ж думала ты помер. — пошутила Стар, скрестив руки на груди и выбираясь из объятий друга, — С Тополем обниматься будешь.
— Тарасенко? — переспросил удивленно Саша, поддев очки, — Меня проведал как раз таки Женя, а не Макс.
У Лив заметно вытянулась шея. Она медленно обернулась на Васильева и загадочно, немного сумасшедше улыбнулась.
— Да что ты? — сквозь зубы выпалила Оливия и резко повернулась к катку лицом, — Вот ведь ферзь, а! Или как там его?
— Деятель. — подсказал Александр, смеясь.
— Да плевать. — фигуристка вздернула носом и снова перевела внимание на ожесточенную борьбу.
Михаил скакал по тренерскому мостику как полоумный, тряс хоккеистов за плечи, приводя подопечных в чувства, в то время, как Вячеслав с важной миной стоял рядом и как в театре смотрел на все происходящее.
«Месяц» вели слишком жесткую игру, они нападали на соперников, пугали их и вздрючивали.
— Это они должны бояться Вас! — орал Миша, заряжая игроков на успех. И они боролись. Макса несколько раз вынесли с ног в сторону, Шаломов получил травму, а Романов слезно просил поставить Максима в первое звено, без него эта связка разваливается. Во втором периоде он так и поступил. И так выбыл Илья, все равно нужно было делать перестановки, поэтому удача обернулась к Тарасенко лицом. И во втором периоде, несмотря на все попытки команды противника заглушить быстрого нападающего, с помощью Жени Максу удалось сровнять счет.
— Мы уже обыгрывали их, обыграем еще раз! — подбадривал всех Михаил, активно жестикулируя.
— Они пересмотрели свою игру после той в сентябре, теперь это будет вдвойне сложнее. — рассудил Дмитрий.
— Но не невозможно же! — вступился Тарасов, сжимая клюшку. Тренер поддержал настрой Евгения и посоветовал всем его придерживаться.
В перерыве Миша слышал, как в коридоре спортивный директор пытается до кого-то дозвониться, грешит на плохую связь и перегрузку трафика. Увидев тренера, он окликнул его: — У Вас нормально связь ловит?
Доронов подошел к Роману, достал из кармана телефон и, проверив полосочки в строке состояния, кивнул.
— Что за черт с этой связью?! — вспылил Ларин, зыркнул на Мишу и напоследок сказал: — Порвите этот месяц, чтобы у них там новолуние случилось.
Михаил, приняв эту аллегорию к сведению, направился к своим ребятам. Они во всю готовились бороться, сражаться и биться. Командный дух в такие моменты приходится как никогда кстати.
В перерыве Макс пожаловался на сильную головную боль, это и помешало ему забить шайбу во втором периоде, у него закружилась голова и он эту самую шайбу потерял.
— А врач-то у нас где? — спросил Доронов, выискивая в дежурной аптечке парацетамол.
— Так не было его у нас. — подхватили один за другим хоккеисты, стоя над Тарасенко.
— Роман Матвеич кивал головой, когда Юра... Юрий Денисович ему говорил об этом. — поправил себя Женя, — Однако врача как не было так и нет.
Макса сняли с игры, градусник показывал тридцать семь и девять, ноги были ватные и двоилось в глазах. Парня оставили в раздевалке отдыхать. Первую пятерку опять пришлось перекроить и на место Тарасенко поставили Абрамова. Но конечно, без двух звездных нападающих, один Женя не покроет все недоимки, он попробовал забить три раза, но только один шайба пролетела над ловушкой и попала в сетку.
Болельщики волновались, переживали и подпрыгивали, когда «Месяц» высыпал на лед. Но много говорить и не надо. На тринадцатой минуте они сравняли счет, дав соперникам уверенность в овертайме, но один из ведущих нападающих команды соперников за несколько секунд до финальной сирены, забил победный гол. Со счётом два—три победила команда «Месяц». «Архипелаг» боролись достойно, и ни в чем себя упрекнуть им нельзя.