Боль, боль и ничего больше
Сидя парой дней позже на мокрой земле в лесопосадке, которая находится не так уж и далеко от квартиры Феи, я думала. Думала и вспоминала.
Вспоминала, какого черта моя жизнь стала таким дерьмом.
Это был конец года. Как сейчас помню, мне тогда оставался месяц до восемнадцати летия. Родителей я ненавидела, они не давали мне дышать, не то, чтобы жить.
Я ненавидела себя, свое отражение, все то, что я делала.
Не верила людям, не верила в дружбу. Не верила ни во что.
И тогда появился Он. Он будто бы спустился с небес специально, чтобы меня спасти. Тогда еще глупую, полноватую для своего роста и наивную. Он был старше меня на два десятка лет, имел деньги и связи. На вид был интелигентным и порядочным. На вид.
А хотел он только одного, поэтому и пудрил мозги.
За месяц, который мы общались до моего совершеннолетия, он окутал меня в сети своей мнимой любви и заставил забыть обо всем и всех.
Дарил подарки, кстал на своих дорогих машинах. Я даже и не догадывалась, откуда у него столько денег.
Меня пытались спасти, отговорить, привети в чувство, но это было, как гипноз.
Я думала, что любила его, я верила, что любила его. И думала, что он любит меня.
Какой же я была наивной!
На третей неделе нашего знакомства я перебралась к нему. Он жил на другом канце страны. Мы ехали к нему почти трое суток на поезде, ибо так захотелось мне. Поезд, покачивание, мы одни, романтика... Он платил за меня, оберегал, не позволял себе ничего лишнего.
Был тем, кого я тайно представляла радом с собой.
И вот пришел День Моего Рождения. Какое громкое название! Лучше бы я не рождалась вообще!
В тот день я заказала пиццу, как мы и договаривались, и ждала его.
Он сказал, что меня ждет сюрприз. Как же я ошибалась, когда думала, что он подарит мне что-то милое.
Он подарил мне разорванную одежду, пощечины, кровоподтеки, царапины, глубокие ножевые ранения и боль. Невообразимую боль. Даже не физичискую. Когда он вошел в меня, я просто перестала быть собой. Я стала болью, боль впиталась в каждую клеточку моего тела.
Боль жила во мне все то время, пока он издевался над моим несопротивляющимся телом.
Это длилось безконечно, но как выяснилось, всего, ВСЕГО чуть больше трех суток.
Я не помню себя. Я не помню, что он делал. Я помню лишь боль. Боль и ничего больше.
Он сбежал из квартиры, бросив ее открытой после того, как не смог привести мое тело в чувство. Всю окровавленную меня нашла Фея и вызвала скорую.