14 глава
– С–стерва!
– Закрой рот и повернись ко мне спиной.
Фыркнув, Эля снимает с себя футболку и разворачивается, предоставляя мне доступ к ране.
– Когда это было? – спрашиваю, заливая царапину перекисью.
Она не выглядит свежей. Ее края подсохли, а сама она уже заметно воспалилась.
– Вчера.
– Почему сразу не сказала?!
– Он бы стал орать на меня.
– Могла бы ко мне подойти.
– Да, ладно?! Чтобы ты сразу побежала Данюшке докладывать?!
– Своим упрямством ты делаешь себе только хуже. Царапина воспалилась, и теперь после нее останется шрам, а если бы ты сказала сразу…
– Большой? – перебивает девочка, – большой шрам останется?
Изгибаясь, пытается заглянуть назад.
– Не вертись! Я не знаю, нужно снять воспаление.
Нахожу мазь с антибиотиком и намазываю ее на рану. Закрываю стерильной повязкой, которую креплю к коже лейкопластырем.
– Хорошо, что в аптечке все есть.
– Даня всегда за этим следит, – гордо проговаривает девочка, – здесь постоянно кто–нибудь то режется, то царапается.
– Вечером я приду к тебе в комнату, посмотрим, помогает ли лекарство.
– Ладно.
В этот момент хлипкая дверь открывается и в кухню входит Аман. Смотрит на меня, а затем переводит взгляд на Элю.
– Какого хрена? – рычит парень, замечая, что девочка в одном хлопковом лифчике, – чем вы тут занимаетесь?
– Ничем! – выпаливает она, одним движением влетая в футболку, – Юля мне прыщ на спине выдавила.
Парень какое–то время еще сверлит ее черным взглядом, а затем берет из холодильника бутылку с водой и выходит.
Я, включив чайник, собираюсь последовать его примеру, но чувствую пальцы Эли на предплечье.
– Это… короче… ну... спасибо, в общем…
– Пожалуйста, – улыбаюсь, глядя в ее нахмуренное лицо.
***
– Доброе утро, соня, – шепчет Даня тихо, проходя носом по моей шее, – просыпайся.
– М-м-м…
Обожаю так просыпаться. Расслабленная, разомлевшая ото сна, в его горячих объятиях я завожусь с полуоборота.
– Пахнешь обалденно.
– Даня...
– Как спелое яблоко.
Я представляю этот сладковатый запах и чувствую, как внезапно к горлу подкатывает тошнота. Делаю большой вдох, пытаясь успокоить взбесившийся желудок, но ничего не выходит. Второй позыв к рвоте еще сильнее.
– Даня, – хриплю, зажимая рот руками, – пусти…
Откатившись, он хмуро наблюдает, как я вскакиваю с дивана и лечу в душевую.
Едва успеваю добежать до унитаза, как меня выворачивает наизнанку. Спазмы накатывают один за другим, и вскоре от рвоты начинают болеть горло и мышцы живота.
Руки Дани убирают назад волосы и протягивают мне влажное полотенце.
Присев около меня на корточки, он обеспокоенно заглядывает мне в глаза.
– Температура есть? – кладет ладонь мне на лоб.
– Не знаю.
– Не похоже. Раньше такое случалось?
– Нет, – последний раз рвота была у меня в детстве, когда я у соседей дедушки наелась немытой клубники.
Он помогает мне встать, выводит в комнату и садит на диван. А затем протягивает стакан воды.
– Когда в последний раз у тебя были месячные?
– Ч–что? – шепчу одними губами, – месячные?
Только не это, пожалуйста.
– Когда, Юля?
– Давно, я не помню.
Внутри начинает противно дребезжать, а к горлу подступает колючий ком.
– Понятно, – выдыхает Даня, – лежи пока, а я в аптеку.
– Зачем?
Мой вопрос остается без ответа. Парень надевает кроссовки, берет ключи от машины и выходит и комнаты.
Я же остаюсь одна наедине со своими страхами.
Последний раз менструация у меня была еще до того, как мы с Даней стали встречаться. Значит, задержка примерно дней десять.
Что делать?!
Даня возвращается через сорок минут. Большими от страха глазами я наблюдаю, как он вытаскивает из пакета противовирусный препарат, средство от отравления и тест на беременность.
Молча беру розовую коробочку и иду в туалет.
Вторая полоска проявляется даже раньше первой. Наш ребенок уверенно заявляет о своем существовании.
– Юля… – деликатно стучит в дверь и, не дождавшись моего ответа, толкает, срывая хлипкую щеколду.
Я сижу на закрытой крышке унитаза, слепо глядя перед собой, не в силах осознать новой реальности. Чувство, словно я с разбегу врезалась в стену. В голове звон и абсолютная пустота.
– Что? – требовательно спрашивает он и забирает из моих рук тест–полоску, – это значит, беременна?
– Беременна, – подтверждаю сиплым голосом, – у нас будет ребенок…
– Черт… – Даня запускает пальцы в волосы, ероша прическу, и вновь садится передо мной на корточки.
Смотрит на меня пристально нечитаемым взглядом. И я как завороженная вглядываюсь в его лицо, отчаянно ищу ответ на главный вопрос.
Что дальше?
Давай, Даня. Не молчи. Скажи, что нам теперь делать с этим. Как ты видишь наше завтра? Справимся мы еще и с этим?
– Аборта не будет, – четко проговаривает он.
И у меня отказывают тормоза. Закрыв лицо руками, я начинаю плакать.
– Юля, – гладит по голове, – нельзя нам аборт.
Я захлебываюсь в рыданиях. Отрицательно машу головой, хочу сказать, что да, аборта не будет, мы не станем избавляться от малыша, но у меня ничего не выходит. Из горда вылетают лишь беспорядочные всхлипы.
Даня поднимается, берет меня на руки и несет на диван. Садится, устраивая меня на своих коленях.
– Ну, все, давай успокаивайся.
Я послушно киваю, делаю глубокие вдохи, растираю слезы по лицу.
– Я не хочу аборт… я хочу его родить.
Он прижимает меня к себе сильнее. И я буквально слышу его облегченный выдох.
– Только это не вовремя.
– Согласен, не вовремя, – тихо шепчет Даня на ухо, – но так бывает.
– От меня одни проблемы.
– Не называй нашего сына проблемой.
– Сына? Почему ты решил, что будет мальчик? – его слова вызывают во мне улыбку.
Парень кладет ладонь на мой еще плоский живот и тоже начинает улыбаться.
– А ты кого хочешь?
– Девочку, конечно!
– Пусть будет девочка. Главное, что она будет наша.
– Марго.
– Что?
– Если девочка, мы назовем ее Маргарита, Марго.
Даня хмыкает и приподнимает брови.
– А если мальчик?
– Я про мальчика никогда не думала, – медленно проговариваю я.
Это правда. Когда я представляла своих детей, мне всегда виделась маленькая милая девочка с пухлыми щечками и белокурыми локонами. В мечтах я наряжала ее в красивые платьица и повязывала на голову пышные банты.
– Если будет мальчик, имя выберешь ты. Договорились?
– Договорились, – смеется парень, гладя мою спину.
Уже к вечеру Даня находит нам квартиру. Однокомнатную, и в спальном районе недалеко от автосервиса, но я ужасно рада и этому.
Признаться, проживание в этой комнатке над гаражом мне дается очень не легко. И дело вовсе не в бытовой неустроенности. Я начинаю потихоньку привыкать к другому уровню жизни. К тому, что стирать вещи нужно в тазу и что сохнут они порой по два дня. Что выбор и качество продуктов сильно отличаются от того, к чему я привыкла с рождения. Что готовить нужно на крохотной электроплите, у которой всего два режима нагрева. Что у нас всего один комплект постельного белья и что нет тарелок для вторых блюд.
Перечислять можно до бесконечности, но ко всему можно привыкнуть, за исключением того, что твой дом словно проходной двор. В любой момент в комнату могла ворваться Эля, чтобы поболтать с братом и войти Аман, чтобы порыться в нашем холодильнике.
Постоянный шум и выхлопные газы, которыми, кажется, я насквозь пропиталась. Все это било по моей выдержке и испытывало нервы на прочность.
Переезд был запланирован на завтра, поэтому, не теряя времени, я начинаю собирать наши вещи в сумки.
– Пойдем вниз, Аман поляну накрыл, – говорит Даня, меняя грязную футболку на чистую.
– Поляну? По какому поводу?
Я думала, что голоса в гараже не стихают, потому что у парней срочная работа, а оказывается, у них там застолье намечается.
– У Амана днюха.
– День Рождения?! Почему ты мне не сказал? Я бы подарок приготовила.
– Я уже подарил, забей.
За то время, что я здесь живу, пару раз парни засиживались допоздна. Пили пиво, слушали музыку и смеялись. Я с ними не сидела, предпочитала коротать вечера в комнате в ожидании Дани.
Но сегодня День Рождения. Отсидеться не получится.
– Пойдешь?
– Да, сейчас только переоденусь и спущусь.
Решаю поздравить именинника, посидеть там полчаса и вернуться в комнату. Думаю, никто против не будет.
Меняю легкое платье на джинсы и свитшот и выхожу в коридор.
– Данюш, садись поближе, – долетает до меня голос Аллы и я, сжав руки в кулаки, ускоряю шаг.
– Добрый вечер! – здороваюсь я сразу со всеми и подхожу к развалившемуся на диване Аману, – с Днем Рождения, Аман!
Парень подскакивает и сгребает меня в объятиях.
Неожиданно.
– Спасибо, Юлька! – подмигивает и тычет пальцем в колючую щеку, – поцелуешь?
– Руки убрал, – доносится до нас тихий рык Дани.
– Да иди ты, Отелло, – хохочет он и сам быстро чмокает меня в скулу.
Я, красная, как рак, иду к моему ревнивцу и вдруг ловлю на себе полный ненависти взгляд Аллы.
Не реагирую. Пусть хоть умрет от злости. Завтра я перееду, и наши встречи прекратятся.
Жаль только, что она совсем сюда приезжать не прекратит. Как оказалось, Алла здесь работает. Гараж в левом крыле здания оборудован под мойку, там же производят химчистку салона и полировку кузова. Этим она там и занимается, когда появляется заказ.
– Пива? – предлагает Антон, один из сотрудников автосервиса.
– Нет! – отвечаем с Даней в голос.
– Сок, если можно, – добавляю уже тише.
Комментариев не следует. Вижу, что Алле не терпится съязвить, но присутствие Дани тормозит ее порыв. Откинувшись на стуле, она закидывает ногу на ногу и принимается накручивать на палец рыжий локон.
Плевать. Мой мужчина сказал, что она ему безразлична. Я ему верю, особенно сейчас, когда мы уже почти семья.
Чуть позже, когда все подарки вручены, парни решают выйти на улицу размяться. Я отказываюсь, знаю, что почти все они курят. Не хочу травить ребенка никотином, поэтому остаюсь сидеть на диване.
Алла и Эля тоже уходят. Алла курит, а Эля не упускает ни одной возможности побыть рядом с Аманом.
Вскоре хлопает железная дверь и в гараж входит шатенка. Идет в мою сторону, не спеша, словно давая мне возможность ее лучше разглядеть. Чем я и пользуюсь.
Красивая… И ростом повыше меня, и формы округлее, и ноги длиннее. Мужчины таких любят. Не удивительно, что Даня ее в любовницах столько лет держал. У нее и опыта, наверное, побольше, чем у меня.
Только нет в ней стиля. Чистоты. Выглядит потрепанной и немного уставшей от жизни. Глаза яркие, но блеск в них нездоровый и взгляд недобрый.
– Поговаривают, что родители у тебя шишки, – склонив голову набок, произносит Алла, – и все эти проверки из–за тебя.
– Кто поговаривает?
– Все, – скалит ярко–вишневые губы, – вцепилась в Даню клешнями, а мы все должны из–за этого страдать.
– Мы? – не сдерживаю смешка, – ты здесь вообще при чем?!
– Мы близки с ним много лет, у нас своя компания, свой круг общения, в который ты внаглую влезла. Его проблемы – мои проблемы! Ясно?!
Кровь бьет в голову. Я готова вцепиться ей в волосы, но нас разделяет стол. Вскочив, опираюсь о столешницу ладонями и подаюсь в ее сторону.
– Тогда и радость у вас должна быть одна на двоих! Можешь поздравить, у нас с Даней будет ребенок! Я беременна!
Она порывисто поднимается мне навстречу и приближает ко мне свое лицо. Белое, искаженное болью.
– Шустрая какая, тварь.
Мы сверлим друг друга взглядами, готовые сцепиться в любой момент. И да, я, считавшая себя миролюбивым человеком с устойчивой психикой, жажду ее крови. От моих укусов или царапин, не важно. Я хочу, чтобы она раз и навсегда уяснила, что Даню я ей не отдам!
– Алла?
Одновременно мы поворачиваемся в сторону Эли, которая стоит на пороге гаража, перескакивая взглядом с меня на Аллу и обратно.
Я прихожу в себя первая. Беру со стола коробку сока, наполняю свой стакан и сажусь на диван. Кровь в венах еще пузырится яростью, и лицо горит, но я беру себя в руки и пытаюсь вернуть себе самообладание.
Парни возвращаются практически следом за Элей. Но не в полном составе. Трое из них поехали по домам. Остались только Аман и Антон.
– Устала? – наклонившись к уху, спрашивает Даня.
– Нет.
Я не уйду, пока здесь она. Буду сидеть до утра, если потребуется, но не пойду спать, пока помещение не проветрится от ее дешевых духов.
Он целует меня в висок, а я продолжаю давить на Аллу взглядом. Ей, наверное, больно. Скорее всего, Даня был для нее чем–то большим, чем трах для снятия напряжения, как он сам же и выразился.
Но на войне, как на войне. Своего я не отдам.
Внезапно она отводит взгляд, самостоятельно наполняет свой бокал пивом и встает.
– У меня тост! – растягивает губы в улыбке и смотрит на Даню.
Сука. Решила устроить представление.
– Ты уже поздравляла, – лениво подает голос Аман.
– Я хочу выпить за тебя, Даня, – преувеличенно торжественным тоном произносит Алла, – За тебя и твоего будущего ребенка.
Чувствую, как каменеет его тело. Он опускает взгляд, но лишь на секунду, а затем, легко улыбнувшись, притягивает меня к себе.
– Спасибо.
За столом царит тишина. Новость оглушила всех. Даже Аман, которого, казалось невозможно ничем смутить, выглядит растерянным.
– Какого ребенка? – спрашивает Эля, трогая Даню за рукав.
– Нашего. У нас с Юлей будет ребенок.
– Так быстро?
– А чего время даром терять? – хмыкает пришедший в себя Аман, – так ведь, Юль?
Я не понимаю, что он имеет в виду. Намекает, что я специально забеременела?
– Рот закрой, – тихо проговаривает Даня и обводит взглядом лица присутствующих, – да, у нас будет ребенок, и завтра мы отсюда съезжаем.
– Куда? – Эля, наклонившись вперед, с тревогой заглядывает в глаза брата.
– Я снял квартиру.
– А я?! Оставишь меня здесь одну?!
Я затаиваю дыхание. Мне даже в голову не пришло подумать о девочке. Неужели, он отправит ее к отцу?
– Оставайся здесь, – вмешивается Аман, – я посторожу и гараж… и тебя.
Даня поворачивает голову к другу и, сощурив глаза, впивается в него взглядом. Тот сидит, оперевшись локтями в колени, и глаз не отводит. Очевидно, что они ведут безмолвный диалог, но о чем?
– Правда? – робко, скрывая радость, спрашивает Эля, – Даня, можно, Аман будет здесь ночевать?
Даня выгибает бровь, все так же глядя другу в глаза.
– Не ссы, Ден. Нормально все будет. Отвечаю.
Его, прижатое ко мне тело, ощутимо расслабляется. Похоже, он доверяет другу. Настолько, что готов оставлять с ним взбалмошную девчонку на ночь.
Вечер близится к завершению. Алла, ни с кем не разговаривая, роется в своем телефоне и вскоре объявляет, что за ней приехало такси. Антон уезжает с ней, а Аман остается ночевать на диване в гараже.
– Это я рассказала Алле, – говорю Дане, едва мы оказываемся в нашей комнате, – прости.
– Зачем?
– Она меня вывела, начала говорить гадости.
– Она провоцировала тебя, а ты поддалась.
– Да, провоцировала!
– Успокойся, Юль, – ровно проговаривает он, снимая с себя футболку.
– Она постоянно это делает! Почему я должна это терпеть?
– Не обращай на нее внимания.
Не обращать?! Как можно не обращать внимания на то, что тебя каждый раз пытаются задвинуть на второй план? И не кто–нибудь, а бывшая любовница твоего мужчины!