12 глава
– Мама будет ругаться.
– А ты не говори, что видел меня, – смахиваю с плеча его руку и вылетаю из дома.
Он меня не останавливает и не окликает. Наверное, пошел дальше смотреть телевизор.
Пересекаю двор, выбегаю на улицу и, не останавливаясь, мчусь за пределы коттеджного поселка.
К моему удивлению, за мной никто не гонится, никто не пытается вернуть меня назад. Вероятно, папа забыл обо мне, как только в телевизоре закончилась рекламная пауза.
Добегаю до автобусной остановки и, надев на голову капюшон, прячусь за широкой рекламной стойкой. Сердце бьется в груди, как обезумевшая птица в клетке, пульс зашкаливает, в венах чистый адреналин.
Впервые в жизни я решилась на что–то подобное и теперь сходила с ума от страха и азарта.
Рейсовый автобус пришлось ждать почти час. Этот маршрут не рассчитан на жителей нашего поселка, они в нем просто не нуждаются. Он действует только летом и возит дачников из расположенного неподалеку садоводства.
Наконец, приходит автобус, забитый под завязку пенсионерами. Я встаю в центре, подальше от окон, чтобы Саша, который обязательно кинется мне вдогонку, не увидел меня из автомобиля.
Мы едем очень медленно, и я начинаю нервничать. Автобус останавливается на каждой остановке, люди медленно выходят и еще медленнее заходят. Меня трясет от страха и нетерпения, так и подмывает подойти к водителю и напомнить, где находится педаль газа.
Спустя час тихоход останавливается на остановке в центре города, и я, едва ли не расталкивая бабулек локтями, выскакиваю из автобуса и, перебежав через дорогу бегу к пятачку, на котором, насколько я знаю, берут заказы таксисты.
Внезапно мой взгляд выхватывает знакомый белый внедорожник с не менее знакомыми номерами.
Это Саша!
Он проезжает мимо меня, не заметив, и тормозит у автобуса, из которого я только что вышла.
У меня слабеют ноги от осознания того, насколько близко я была к провалу. Поправляю дрожащими пальцами капюшон на голове и ныряю в первый попавшийся торговый центр, потому что, не найдя меня у автобуса, Саша наверняка рванет к бомбилам.
Целый час брожу по бутикам и магазинчикам и только потом рискую выйти на улицу. Оглядываюсь по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, иду к таксистам.
А еще почти через час выхожу из автомобиля у ржавых ворот.
Закрытых.
Растеряно смотрю в окно и слышу голос таксиста.
– Точно сюда? Ничего не попутала?
– Нет.
– Закрыто, вроде. Может, обратно?
– Нет, спасибо, – протягиваю ему деньги и открываю дверь.
– Точно? Странное местечко.
– Да, спасибо еще раз и до свидания.
Он бросает что–то типа «как хочешь» и бьет по газам. А я остаюсь одна под забором, как бедная родственница.
Почему закрыт автосервис?! Я ни разу не видела, чтобы эти ворота были закрыты, даже когда мы возвращались сюда с Даней ночью, здесь всегда кто–нибудь был.
Что, если его закрыли после вчерашней налоговой проверки?! Где мне теперь его искать и куда ехать. А главное, как?! Я без телефона!
Ставлю сумку на пыльную траву и, обхватив себя руками, сажусь на старую покрышку. В голове каша, одно предположение страшнее другого. А вдруг это мама? И исчезновение Дани связано с тем разговором у нашего дома?!
Время идет, но никто не появляется. Я совсем не вовремя вспоминаю про стаю бродячих псов, и мне становится совсем жутко.
Зачем я здесь осталась?! Нужно было вернуться в город с тем таксистом. Но куда?! Домой?! Нет, ни за что!
Темнеет, а я все сижу и жду неизвестно чего. Остается надеяться, что Даня все же вернется сюда ночевать, ведь ему больше негде.
Еще полчаса спустя совсем темнеет и я, накинув на плечи еще одну кофту, что была в сумке, вдруг начинаю плакать. От страха за себя и за него.
Отчаявшись, я решаю все же вернуться в город, хотя до оживленной трассы не менее десяти километров. Может быть, получится поймать попутку.
В этот момент вдали мигает свет, и я подпрыгиваю на ноги. Сюда кто–то едет! Всматриваюсь до боли в глазах вдаль и понимаю, что это не легковая машина, это джип.
Даня! Это точно он!
Внедорожник ускоряется и резко тормозит перед воротами. Я, моргая, стою в ослепляющем свете фар и слышу, как хлопает дверь.
– Юля! Твою мать!
Лечу к нему навстречу, с разбегу запрыгиваю на него, обвивая ногами торс.
Даня подхватывает меня под ягодицы и, с силой прижав к себе, вгрызается в рот поцелуем. Я плачу и целую в ответ.
– Где ты был? – всхлипнув, спрашиваю я.
– Как ты здесь оказалась? – отвечает вопросом на вопрос он, но, увидев мою сумку, удивленно вскидывает брови, – ты ушла из дома?
– Я сбежала.
– Сбежала? Ко мне?
– Да. Ты не рад?
Он ставит меня на землю, кладет руку на мой затылок и заставляет посмотреть в глаза.
– Рад, очень.
– Правда?
– Юля, – чуть помедлив, проговаривает он, – в моей машине Алла.
– Что?
Ощущение, что меня неожиданно со всего маху бьют в грудь. Я растерянно моргаю глазами и начинаю его отталкивать. Даня что–то еще говорит, вижу, как шевелятся его губы, но я как будто оглушена.
– Юля! – ощутимо встряхивает и смотрит в глаза, словно ища крупицы разума в моем обезумевшем взгляде, – слышишь?! Успокойся!
Оборачиваюсь к машине, хочу видеть ее собственными глазами, но из–за света фар не вижу даже очертаний внедорожника.
Даня заключает мое лицо в ладони и поворачивает к себе.
– Юля, посмотри на меня. Ничего такого, что бы ты могла подумать!
– Зачем ты привез ее?
– Она телефон здесь забыла. Заберет и уедет.
– Телефон? И все?
– И все! Веришь?
Хлопает пассажирская дверь и вскоре, эффектно виляя бедрами, к нам подходит Алла. Ультракороткое обтягивающее платье, распушенные волосы и высоченные каблуки.
И это так она ехала с моим Даней?! Сжимаю руки в кулаки, больно впиваясь ногтями в кожу ладоней.
Никогда еще я так не жаждала причинить человеку физическую боль!
Парень поднимает с земли мою сумку и закидывает ее на заднее сидение машины, затем, открыв ворота, садится за руль, чтобы загнать джип на территорию сервиса.
– Неловко вышло, да? – усмехается Алла, кое–как догнав меня на своих каблуках.
– Для кого неловко?
– Для тебя! Не для меня же! – смеется она, а я начинаю закипать, – не я же испортила людям вечер!
Останавливаюсь так резко, что она едва не впечатывается в мою спину.
– Слушай, – сложив руки на груди, говорю шатенке, – неужели тебе самой не противно навязываться мужчине, которому ты не нужна? Что, совсем нет гордости?
– Гордости?! У меня?! И это говоришь ты, которая ждала его целый день под забором, как верная собачонка?!
– Я его девушка! – чеканю, глядя в ее бесстыжие глаза, – а ты ему никто! Будь любезна держаться от моего парня подальше!
Пока мы, плюя друг в друга ядом, подходим к гаражам, Даня успевает открыть один из них, зажечь в нем свет и занести внутрь мои вещи.
– Милая моя, – шипит Алла, наклонившись к моему уху, – мы с ним уже много лет вместе. А ты здесь без году неделя. Ты же для него, как свежий кусок мяса, поиграется и ко мне вернется.
В моей груди полыхает пожар. Хватаю воздуха, пытаясь унять жжение, и совершенно теряюсь с ответом.
Алла снисходительно улыбается и, быстро разворачиваясь, бьет меня волосами по лицу. А затем стремительным шагом заходит в гараж.
Я следую за ней и нерешительно останавливаюсь у порога. Неуверенная, что мне здесь место.
– Вот он! – восклицает она, забирая свой телефон со столика перед старым диваном, и обращается к Дане, который в это время приближается ко мне, – Данюш, может, отвезешь меня в город?
– Вызови такси.
– Его сейчас не дождешься.
– Ты же не рассчитывала, когда ехала сюда, что я повезу тебя обратно? – подходит ко мне, обнимает рукой за плечи и ведет в сторону лестницы на второй этаж.
– Не рассчитывала, – отвечает томным голосом, пошло облизывая губы.
Даня никак не реагирует и не комментирует ее реплику, хотя ее намек прозрачнее воды в стакане.
– Данюш! – кричит Алла снизу, когда мы уже подходим к его комнате, – ты не против, если я кофе выпью, пока такси едет?
– Пей!
Заводит меня в комнату, зажигает свет и спрашивает:
– Что с лицом, Принцесса?
– Зря я приехала, – шепчу тихо, – испортила тебе вечер.
– Чего?! – хмурится он.
– Вызови мне такси, пожалуйста, у меня телефона нет.
– Что она тебе наговорила?!
– Ничего! – я закрываю руками лицо и сажусь на табурет.
Сил нет больше держаться. Я настолько вымотана сегодняшним днем, столько эмоций испытала, что у меня сейчас одно желание – забиться в самый дальний угол и плакать – плакать – плакать.
– Юля, – он присаживается на корточки у моих ног и отнимает мои ладони от лица, – говори!
– Это правда, что до меня ты был с ней?
– В каком смысле, был?
– Даня, ты говорил, что у тебя никогда не было с ней отношений.
– Не было, – кивает он.
– Она говорит, что вы много лет были вместе.
Парень тяжело вздыхает и досадливо морщится.
– Возможно, она имела в виду нечто другое.
– Что другое? – быстро проговариваю я, – секс? Ты спал с ней?
– Да, спал, – глядя в глаза, отвечает Даня, – до тебя.
– Но ты же говорил…
Горло схватывает спазмом. Тяну воздух носом и задираю лицо кверху в надежде спрятать от него слезы.
– Я говорил про отношения, а не про трах, чтобы снять напряжение.
Конечно, я понимаю, что он мне не девственником достался и до меня занимался сексом с другими, но от этого легче ни черта не становится. Как представлю Аллу в его объятиях, так убить ее охота.
– А со мной?
– Не смей сравнивать себя с ней! Поняла?!
– Поняла, – сиплю я, – Даня, как сегодня она в таком наряде оказалась в твоей машине?
– Я повез ее и Элю на день рождения их подруги. Алла вспомнила, что забыла здесь телефон, ну и поехала со мной обратно.
– Неужели ты не понимаешь, что она это спланировала заранее?
Это же очевидно! Она рассчитывала остаться здесь с ним на ночь! Что было бы, если бы я не приехала и не дождалась его у ворот?!
– Да, брось, ты! – отмахивается парень.
– Я серьезно, Даня! Она сама сказала мне, что только и ждет, когда я исчезну, чтобы ты вернулся к ней.
Он смотрит с улыбкой, как на несмышленого ребенка. Поднимается на ноги и тянет меня к себе.
– То есть, ты думаешь, Принцесса, что кто–то может заставить меня сделать что–то против моей воли?
– Но она очень старается!
– Это ее проблемы! Она может ходить вокруг меня даже голой, у нее ничего не выйдет, потому что я и мой член любят только тебя.
– Она уже уехала? – спрашиваю я, притягивая Даню к себе за шею.
– Не знаю. Подождешь, пока я провожу ее напутственным словом?
– Нет! Не ходи к ней!
Он хмыкает и зарывается пальцами в мои волосы. Осторожно массирует кожу головы, успокаивает. Наклоняется и собирает губами слезы с щек.
– Ревнивица моя.
– Я очень ревную, – тихо шепчу, млея от его ласки.
– Не стоит Принцесса, я не буду тебе изменять, обещаю.
– И я тебе… тоже не буду.
Даня садится на диван, тянет меня на себя и усаживает верхом на свои колени.
– Теперь твоя очередь. Рассказывай.
Я по привычке зарываюсь носом у него за ухом, затягиваюсь запахом, прижимаюсь губами к шее в коротком поцелуе.
– Я убежала из дома. Насовсем. Приехала сюда, а здесь закрыто. Почему, кстати?
– Нас закрыла пожарная инспекция, временно.
– Что?! Налоговая, а теперь и пожарная инспекция?! Одновременно?
– Потом об этом, – прерывает меня Даня, – не отвлекайся.
Вдоль позвоночника колючим холодом проходит нехорошее предчувствие. Интуиция шепчет, что это не случайность.
– Потом приехал ты… с Аллой… все!
– Долго ждала?
– Часа три.
Его руки на моей талии напрягаются, и сам он весь деревенеет.
– Завтра с утра выучишь мой номер наизусть! Чтобы от зубов отскакивал. Ясно?!
– Хорошо, – я начинаю разминать его плечи, мы оба сильно перенервничали, – Дань, о чем ты вчера говорил с моей мамой?
– Я думаю, все это ты уже слышала от нее сама.
– И?... Что думаешь по этому поводу? – спрашиваю негромко, перебираясь пальцами на затылок.
– А что я должен думать? Тут гораздо важнее, что думаешь ты, Юля.
– Я? – заглядываю ему в глаза, – разве это не очевидно?
– Очевидно, – соглашается он, – но я хочу, что ты хорошо подумала еще раз.
– Я уже все решила, Даня… или… погоди… ты, что, хочешь меня отговорить? – осеняет меня, – мама тебе угрожала?!
– Не собираюсь я тебя отговаривать, – отвечает терпеливо, игнорируя мой вопрос об угрозах, – просто мне кажется, ты сама не до конца понимаешь, на что подписываешься.
Понимаю! Я прекрасно осознаю, что, уходя к Дане, лишаюсь поддержки семьи, дома и всех материальных благ, к которым привыкла с рождения.
– Я все решила! – повторяю упрямо.
– Юля, у меня долги, – шумно выдыхает через напряженные ноздри, – охуенная куча долгов… Плюс, не так давно я внес задаток за землю, на которой в будущем планирую построить современный центр по обслуживанию автомобилей.
– Это хорошо.
– Хорошо, – едва заметно кивает Даня, – только в ближайшую пятилетку я не смогу купить нам квартиру и обеспечить тебе ту жизнь, к которой ты привыкла.
– Я понимаю.
– Я из обычной семьи, Принцесса. Мать умерла сразу после того, как родила Элю. Отец всю жизнь работал на стройке, сейчас на пенсии по здоровью. А это значит, что Элю поднимать на ноги тоже мне.
Лицо начинает гореть. Я скукоживаюсь от стыда. Выходит, что я буду Дане еще одной обузой. Меня ведь тоже содержать нужно будет. Одевать, кормить, учить…
– Готова ты променять свою обеспеченную беззаботную жизнь на… – обводит глазами комнату, – это?
– Я найду работу, – торопливо шепчу я, – летом и потом, после лекций.
– Дурочка! – перебивает Даня, – при чем тут работа?! Просто пообещай мне, что ты не пожалеешь, что променяла все, что у тебя было, на меня!
– Обещаю! – выдыхаю облегченно, – Даня, я не боюсь… перестань относиться ко мне, как к фарфоровой кукле!
– Кукла и есть, – бормочет парень перед тем, как накрыть мои губы в поцелуе.
– Как твоя фамилия? – смеюсь, уворачиваясь от поцелуя.
– Милохин.
– Дата рождения?
– Двадцать пятое ноября, двадцать три года.
– Старикашка…
Даня уходит закрыть ворота автосервиса, а я остаюсь приготовить что–нибудь на ужин. В последнее время запас продуктов в холодильнике Дани заметно увеличился. Не знаю, связано ли это с его младшей сестрой или с тем, что я стала часто оставаться здесь ночевать.
Делаю свой фирменный овощной салат и решаю приготовить омлет. Только вот небольшая проблемка – я даже не представляю, как его готовить.
– О’кей, Гугл, как приготовить омлет? – говорю громко в смартфон Дани и вздрагиваю, когда над ухом раздается мужской смех.
– Давай, я покажу, – смеясь, предлагает он.
Мы вместе делаем омлет и садимся ужинать. Совсем как семья.
– Даня, почему закрыли сервис? – возвращаюсь я к вопросу, который не дает покоя.
– Устраним небольшие недочеты и откроемся.
– Как думаешь, эти две проверки как–то связаны?
– Не забивай голову, Юля, – проговаривает он спокойно, – я разберусь.
Может, конечно, я себя накручиваю, но все это слишком подозрительно. В памяти всплывают слова Давида «у вас будут охуенные проблемы».
Черт! Неужели в этом замешаны Коганы? У этой семьи везде связи. Они могут.
После ужина я встаю у раковины, чтобы помыть посуду, а Даня идет в душ. Как подобает хорошей хозяйке, навожу порядок и начинаю гипнотизировать дверь душевой.
Почему так долго?! Даже мне хватает на душ в два раза меньше времени.
Толкаю дверь и захожу внутрь. Даня, опираясь двумя руками в стену, стоит под горячими струями и меня, судя по всему, не замечает.