1 глава
Юлия
— Я так и знала, Юлька, что ты у нас опять выделишься! — Восклицает Иришка, как только мы выходим из аудитории, где сдавали последний экзамен. — Отличница! Во всем намбр уан! — Она слишком громко и активно меня восхваляет, привлекая излишнее внимание студентов, которые не могут надышаться перед смертью, листая конспекты и черкая шпоры. — Как хорошо, что ты моя подруга! — Ира прилипает ко мне, протискивая руку под мой локоть, и я глупо улыбаюсь ее лести. — Иначе не видать мне этой четверки по философии. Мой гений! Моя богиня! Мое спасение!
— Перестань.
Посмеиваюсь, глядя на ее игриво состроенные глазки.
Ирина была очень красивой девушкой и с самого начала учебы искала приключений себе на пятую точку.
Не припомню ни одной вечеринки, которую бы подруга пропустила.
Будучи эффектной блондинкой с точеной фигуркой, Иришка штурмовала сердца парней, наслаждалась их ухаживаниями и меняла интересы со скоростью света.
По этой причине и получила ответную реакцию от доброй женской половины университета. Девчонки ее очень «любили».
— Это правда. — Иришка останавливается и преграждает мне путь, разводя руки в стороны. — И я, — она прикладывает одну ладонь к груди и закатывает глаза, пока я поджимаю губы, чтобы не рассмеяться над ее комичностью, — решила тебя отблагодарить.
— Я…
Только начала, но Ира меня резко остановила, погрозив пальчиком с новеньким маникюром.
— Вот не хочу этого слышать! Гаврилина, ты совесть имей! С самого первого дня заладила одно и то же. Учеба, учеба, учеба… Нет! Если ты откажешься пойти на эту тусу, то мы поругаемся, поняла?
Киваю с тяжелым выдохом.
Посещение вечеринки в мои планы не входило, тем более подходящего наряда у меня в помине не сыскать. Все удобное и простое. Ничем не выделишься среди веселых и беззаботных студентов.
— Так, — она снова берет меня за руку и ведет по коридору прямиком к выходу из здания, — теперь отмазок у тебя нет, а значит, мы с тобой оторвемся по полной программе сегодня вечером.
Ее восторгу нет предела, а я качаю головой, вызывая у подруги очередной приступ негодования.
— Какой дресс-код?
— Успокоилась, девонька, — Иришка усмехается и задирает нос, — я все обеспечу. Сделаю из тебя такую конфетку, что с порога парни слюни начнут пускать. Сечешь?
Улыбаюсь тому, как она говорит и не могу отказать.
Ирина давно уговаривает меня посетить хоть одну веселую пати, а я все ищу повод не пойти.
Наслышана о таких мероприятиях, и почему-то они не вызывают доверия. Даже если вокруг одни друзья.
— Давай так, — подруга останавливается через пару шагов от двери, загораживая собой теплые лучи солнца, — я заеду за тобой в шесть часов. Поедем ко мне и подготовимся. Все собираются к восьми, но там все равно рано нечего делать.
Хмурюсь. От чего-то сердце заходится странным ритмом. Похоже волнение, но я откидываю эту мысль. Чего волноваться? Иришка превратит меня в куклу, которую точно не узнают.
— Наша группа почти вся придет. Повеселимся.
— А где будет вечеринка?
— Ребята старшекурсники сняли клубешник на ночь. Ну не весь, конечно… Второй этаж вроде. — Ира нахмурилась, а я шумно выдохнула, представляя, что будет происходить вечером. — Или первый. У меня приглашения. — Отмахивается и достает ключи от машины, пока я высматриваю старенькую иномарку тетушки. — В общем, созвонимся. Жди к шести. И даже не вздумай слиться!
Киваю уже ее спине и поправляю лямку от сумки на плече.
На парковке знакомого авто нет, и я спускаюсь вниз и принимаюсь ходить по первой ступени в ожидании теть Сони.
Она говорила о хороших новостях утром, вот только побеседовать нам так и не удалось из-за внезапного звонка с ее работы.
Сейчас я губы кусала, накрутив себе разного. Тетя заменила мне родителей, когда их не стало, и я жутко боялась ее разочаровать.
— Юлька!
Вздрагиваю, услышав голос родственницы, поворачиваюсь и вижу ее широкую улыбку. Машет мне рукой, паркуясь неподалеку.
Иду к ней, сажусь в машину и ответно улыбаюсь, хотя немного беспокоюсь.
— Юлька, у меня для тебя чудесные новости. — Теть Соня хлопает в ладоши, пока я смотрю на нее и не моргаю. — Вечером мы уезжаем. Ты со мной работать будешь. Я уже договорилась.
Улыбка с лица стекает, пока родственница радостно качает головой.
— В лагерь?
— Да, ты ведь сама хотела. Или уже передумала?
Меня безумно радует тот факт, что я смогу заработать и помочь тете, но обещание, данное подруге, заставляет нервно прикусить нижнюю губу изнутри.
Мое смятение невозможно скрыть от тети Сони, и по пути домой я рассказываю ей о приглашении, поступившем от Иришки.
На удивление родственница кивает с довольным видом, что меня вводит в состояние транса.
За все время учебы я ни разу не посещала таких мероприятий, а все, потому что на одном из таких произошла трагедия, которая затронула жизнь тетушки, и я жутко боялась напугать ее или сделать что-то не так.
— Я не против. — Теть Соня разводит руки в стороны и активно расставляет посуду на стол, собираясь накормить меня до отвала. — Конечно, в мои планы не входили задержки… — Она на миг застывает в одной позе, но потому улыбается и смотрит на меня. — Сколько продлится ваша вечеринка?
Всю ночь. Прямо на кончике языка вертятся эти слова и колют его острыми иголочками, но я пожимаю плечами. Мол, не представляю, а сама соображаю, как лучше поступить.
— Побуду там часа два, а может и один. Ты же знаешь, что мне не по душе тусовки, где каждый хочет показать, насколько он крут, и у кого денег больше.
Сколько бы баек мне не рассказывала Иринка, всегда ключевыми фразами были лишь те, где у парней такая-то марка автомобиля, одежонка от великих кутюрье или айфон новой модели.
Все сводилось к одному — деньгам и статусу, чем я похвастать не могла.
Да, тетя работала в престижном месте, но она никогда не кичилась этим и подавала достойный пример, как мне, так и ребятам из летнего лагеря.
— Оу… — Родственница нахмурилась, но тут же закивала с удвоенной силой. — Хорошо. Тогда собирай вещи. Я заеду за тобой к вашему клубу, и мы поедем в лагерь. Просто мне с утра нужно встретиться с…, - она показала кавычки пальцами, смешно кривясь при этом, — важными людьми. Ехать пару часов. Может больше, если вдруг пробки возникнут. Ты точно не хочешь зависнуть с Иришкой на всю ночь?
Вопрос ударил в лоб, будто грабли. Я выпучила глаза и открыла рот, вызвав у тети смех.
— Думаешь, я древняя, и не знаю, как там веселится молодежь?
— Я…
— В общем, давай, налетай, — теть Соня указывает рукой на тарелки, — собирай вещи и готовься к веселью. Я заеду за тобой, как только позвонишь.
Мне не остается ничего другого, как с недоумением поглощать пищу, пока тетушка посмеивается.
На автомате работаю конечностями, еще не осознавая в полной мере, на что подписалась своим согласием.
***
Наша семья никогда не выделялась среди прочих среднестатистических.
Я не помнила родителей. Их не стало, когда мне было четыре года. Остаточные воспоминания иногда вырисовывались, но я не принимала их близко к сердцу.
Лица напоминали фотографии в рамках. На тумбочке, столе, полках для книг. Их было много.
Тетушка постаралась оставить след в моей памяти, но я, к сожалению, не могла похвастать чувствами к ним.
Да, при взгляде на улыбающуюся пару невольно горло сдавливала тисками грусть, но той скорби, которую испытывают при потере близких людей не было.
Из-за этого я ощущала стыд, будто согрешила или провинилась.
Признавалась себе в таком, но вслух произнести боялась и, когда речь заходила о родителях и трагедии, отмалчивалась.
Накатывала другая боль. Ее мы перенесли на пару с теть Соней.
Никому никогда не пожелала бы стать свидетелем подобного горя. Вероника. Именно так звали мою двоюродную сестру.
Мы вместе росли. Ника была на пять лет старше меня, и пик ее бунтарства я застала в самом расцвете. Сестра помогала тете во всем.
В то время с нами еще жил дядя Петя. Никин отец и мой вечно ноющий дядюшка. Мне он никогда не нравился.
Хмурый, с морщинами на лбу и сигаретой в зубах дядь Петя вызывал отвращение.
Я не могла объяснить причину своего неприятия, да и не пыталась. Просто избегала общения с ним.
В один прекрасный вечер в начале июня Ника сбежала из лагеря, где помогала тетушке, в город на вечеринку. Это был день ее восемнадцатилетия, и он запомнился всем нам…
Нет, истерик не было. Лишь тихое всхлипывание на кухне. Теть Соня подпустила только меня.
Дядь Петя после похорон Ники сильно запил, и она собрала ему вещи. Пары крупных ссор хватило, чтобы убрать его из нашей жизни.
К тому же, после смерти Вероники тетушка стала другой. Замкнутой. Задумчивой. Так было несколько месяцев.
Я не видела ее улыбки и сама плакала в подушку по ночам, ведь Никины вещи находились повсюду и напоминали о произошедшем.
Слишком больно это было, а потом теть Соня внесла в нашу жизнь перемены. Я до сих пор помню, как утром, проснувшись и пройдя по коридору, замерла.
Тетя улыбалась и накрывала на стол, словно ничего не произошло. И действительно.
Она стерла все следы Ники в квартире. Ни одной вещи. Ни одной фотографии. Все исчезло.
Я пыталась начать разговор, но тетушка лишь покачала головой, показывая, что тема закрыта.
Дядя Петя так и не вернулся. Жил в деревне у своей матери и пил. Часто, но я этого не видела.
Слышала обрывки «милых» бесед тети с родственниками бывшего мужа. Это являлось единственным напоминанием, что когда-то на свете жила красивая девочка Ника.
— Ты будешь в восторге, Гаврилина.
Ирка копошилась в своем шкафу, откидывая вешалки с нарядами, а я вынырнула из воспоминаний, которые тяжелым якорем тащили за собой, а все потому, что я оказалась в доме у подруги.
Нашу скромную квартиру нельзя было поставить в сравнение с их шикарным особняком в два этажа. В коридорах и комнатах, наверное, потеряться на неделю можно.
И если наша маленькая семья относилась к среднестатистической, то Иркина была богатой.
Я невольно засматривалась на лаконичный интерьер. Современное исполнение. Минимум мебели, но какой. Качественной, дорогой.
Прикасаться к подобным атрибутам стало страшно. Вдруг что-то испорчу.
— Юлька, — подруга расплылась в улыбке, прижимая к себе что-то очень маленькое и черное, — это идеальный вариант. Мы тебе ухажера точно найдем.
— Не продолжай.
Отмахнулась с улыбкой и попыталась усесться на кресло, но Иришка тут же схватила меня за руку.
— Э-э-э, нет, милая. Так не пойдет. Вот. — Она впихнула мне в руки вешалку с черным платьем, от длины которого мои глаза увеличились, и задрала голову. — Перевоплощение начинается.
И оно, действительно, началось.
Иришка колдовала над мои лицом минут двадцать, после чего улыбнулась так широко, что я думала у нее нечаянно рот порвется.
В зеркало смотреть не решалась. Не только из-за макияжа и прически.
Каблуки. Чертовы шпильки, которые так любит красотка-подруга теперь украшали мои несчастные ноги.
Черная тряпица, которую мне протянула Ира, оказалась платьем. Приятным для кожи. Мягким.
Струящаяся ткань сильно не облегала тело, но и хватало ее ровно настолько, чтобы прикрыть половину бедер.
Непривычно. Неуютно. Неудобно.
Я бы могла подобрать еще много определений своего состояния, но Ира не дала мне времени и чуть ли не силой развернула к огромному зеркалу, в котором я увидела преображенную себя и открыла рот, задержав дыхание.
— О-о-о, Гаврилина, ты — перфекто! — Подруга точно была довольна своей работой и не обратила внимание на то, как я опешила.
Да уж… Перфекто…
В отражении была совсем другая Юлия.
Я повертелась из стороны в сторону, оценивая масштаб трагедии, но это не прибавило платью длины, а мне уверенности.
— Не дрейфь, Юлька, — Иришка быстро перевоплощалась в привычную себя, пока я представляла, как убого буду ковылять на высоких каблуках, — я буду рядом. Привыкнешь. Я тебе говорила, что пора становиться женственней, а то кроссы, тапочки, ботинки… Ты же девушка.
Она блистательно улыбнулась и подмигнула мне.
Ага, девушка…
Остаток сборов Иришки я провела в глубокой задумчивости.
Стояла на том же месте, не рискуя раньше времени, и наблюдала за тем, как подруга становится принцессой. Без зависти.
Отсижусь за столиком и спокойно поеду в лагерь с теткой.
Утешала себя этой мыслью, пока мы не покинули дворец подруги.
Вот тут-то наступил момент волнения. Я ни разу не появлялась на глазах у группы в таком виде и не представляла их реакции.
Вообще, мне должно быть все равно, но нервишки не слушали и пошаливали.
— Пойдем уже.
Ира легонько толкнула меня в плечо и улыбнулась прежде, чем выпорхнуть из такси.
Я же медленно проскользила по сиденью, чтобы платье не задралось до неприличия, попрощалась с водителем и выбралась из авто.
Пару секунд любовалась яркой светящейся вывеской клуба, после чего перевела взгляд на Иришку, которая отошла вперед и уже беседовала с каким-то парнем.
Она махнула мне, приглашая присоединиться, и я с тяжелым выдохом шагнула вперед, но замерла с ужасом, увидев, как на меня надвигаются фары.
Их-то я видела, а вот сам автомобиль нет. В пору бы зажмуриться, а я не могла.
Слышала, как кричит Иришка, и еще визг тормозов.
Ослепленная ярким светом ни сразу поняла, что машина остановилась в нескольких сантиметрах от меня.
Хлопнули двери, и раздался заливистый смех.
— Шедевральный маневр, бро! Смотри!
Кажется, источник звука шел ко мне.
Я же часто моргала, пытаясь прийти в себя. Даже в клуб не успела зайти и чуть на тот свет не отправилась.
— Данчик, да ты — первоклассный гонщик! — Парень уже кружил около меня, присвистывая. — Идеально, научишь своим фишкам?
Я смутно видела лицо незнакомого парня, который улыбался. Еще немного поморгала. Что же такое?!
— Обойдешься, это дар от бога.
К нему приблизился второй.
За их спинами уже маячила Иришка, а я открыла рот, чтобы возмутиться.
— Живая хоть? — Второй парень подошел ближе и похлопал меня по плечу. — Отомри, морская фигура.
Первый залился противным смехом, а ко мне полноценно вернулось зрение.
Тут же внутри загремела злость, и я сжала кулаки.
— Вы что творите?!
Попыталась закричать, но получилось лишь процедить каждое слово сквозь зубы.
У второго парнишки брови мгновенно вверх взлетели.
— Расслабься, — он с надменным видом поправил бретельку от платья на моем плече и усмехнулся, — ничего страшного не случилось. — Он отстранился и отступил назад в сторону входа в клуб. — Иди и веселись, девочка с распродажи. Разрешаю.