Глава 37
– Она меня ненавидит, – пробормотала Лиза на ухо Ире, когда они пошли в спальню Лазутчиковой за документами.
– Что? – Ира недоуменно нахмурилась, уставившись на собеседницу.
– Мэри-Маргарет, – уточнила Лиза, – она ненавидит меня. Это видно по глазам.
Ира затащила Андрияненко к себе в спальню и закрыла дверь, чтобы их разговор не услышали:
– Мэри-Маргарет никого не ненавидит, это что-то генетическое, верь мне, она просто на это не способна.
Лиза раздраженно фыркнула в ответ на данное утверждение и с любопытством огляделась:
– Ты спишь здесь?
– Да, для этого и существуют спальни, – тихонько рассмеялась Ира. – И Генри тоже здесь спит.
Лиза осматривалась, недоуменно хмурясь. Комната вмещала двуспальную кровать, на которой лежали два стеганых одеяла из разных комплектов, маленький комод и невзрачный платяной шкаф. За дверью пряталась большая пластмассовая корзина с игрушками, а голый пол перед кроватью скрывал игровой коврик, изрисованный пересекающимися дорогами.
– Вы спите вместе, – прокомментировала Лиза.
– Да, – ответила Ира, вытаскивая коробку из-под кровати и устраивая ее на одеяле.
– Это удобно? – прямо спросила Лиза.
Ира глубоко вздохнула:
- Ну, когда он начнет ходить на свидания, это может стать проблемой.
Лиза потрясенно уставилась на Иру, и та покачала головой:
– Я шучу, Лиза, ради Бога.
– О, – Андрияненко покраснела, чувствуя, что расстроила Иру, и отвела взгляд.
Некоторое время Лазутчикова игнорировала спутницу – ей не нужно было напоминать, что ее текущая ситуация с жильем не идеальна и, конечно, скоро будет нуждаться в изменении. Она открыла крышку пластиковой коробки и достала пару листов бумаги.
– Ой, не то, – Ира присела, шаря под кроватью.
Лиза посмотрела на открытую коробку, достала стопку бумаг, скрепленных старой ржавой скрепкой, и, нахмурясь, принялась просматривать текст.
Ира подняла вторую коробку, устроив ее на постели, и посмотрела на Андрияненко, изучающую содержимое первой:
– Ты в курсе, что это может считаться грубым?
Лиза замерла на перелистывании страницы и смущенно посмотрела на Иру:
– Мне остановиться?
Ира фыркнула:
– Ну, теперь уже смысла нет, но ты должна была спросить.
– И что бы ты ответила? – нахмурилась Лиза.
– Видимо, что все нормально, иначе ты уже забрала бы их у меня.
Ира открыла было рот, чтобы вступиться за свою точку зрения, но тут же закрыла его и рассмеялась:
– Да, ты права. И все-таки ты должна была спросить.
Лиза согласно кивнула и продолжила просматривать бумаги:
– Ты это написала?
– Да, – безразлично ответила Ира, вытаскивая из второй коробки документы, которые были накиданы небрежной кучей.
Лиза подняла взгляд на первую коробку:
– Все?
– Да, – ответила Ира, не глядя, – знаешь, просто убиваю время.
Лиза положила бумаги на кровать и с интересом принялась шариться в коробке.
Ира вздохнула в ответ на такую настойчивость:
– Слушай, мы пришли забрать финансовые документы, чтобы ты могла просмотреть их, а не копаться в старье.
– Но я хочу, – просто ответила Лиза, напомнив Ире сына. – Так я больше узнаю о тебе.
Лазутчикова заметила усмешку Андрияненко и закатила глаза:
– И что ты сейчас обо мне узнала?
– Что ты скрываешь свои таланты, – ответила Лиза, выуживая из коробки очередную стопку листов, скрепленных широкой эластичной лентой.
– Расскажешь мне о них?
Ира тяжело вздохнула, поняв, что Лиза не отступит.
– Я... я любила писать. Во время беременности я начала писать телевизионные сценарии – по ТВ показывали кучу дряни, и я знала, что могу сделать лучше, так что я решила, что смогу просто написать собственное шоу.
Лиза с нежностью вытаскивала бумаги из коробки и просматривала их, прежде чем аккуратно сложить рядом на кровати.
– Когда Генри болел, мы много времени проводили у врачей, в больницах и все такое, – продолжила Ира, и голос ее чуть дрогнул.
– Я... я продолжала – это было хорошим спасением от мыслей. Когда я не могла позволить себе приходящую няню, мне приходилось выкраивать время от работы, чтобы приглядывать за малышом – я сидела около него и писала.
– Либо ты очень быстро пишешь, либо Генри много болел, – нахмурясь, прокомментировала Лиза, доставая последние бумаги и выкладывая из них новую стопку.
– Что ты делаешь? – спросила Ира.
– Правильно раскладываю их, края помялись, – объяснила Лиза, поочередно убирая стопки обратно в коробку.
– Не важно. Никто, кроме меня, их не читает, – усмехнулась Ира.
– Могу я прочесть какой-нибудь? – спросила Лиза.
– Тебе не обязательно это делать, – Ира улыбнулась и покачала головой, снова поворачиваясь ко второй коробке. – Если бы я больше времени тратила на это, и меньше на то, возможно, я не была бы сейчас в такой ситуации.
– Который мне почитать? – спросила Лиза, игнорируя самоосуждающие слова Иры.
– Какой твой любимый?
Ира вздохнула и рассеяно махнула рукой:
– Не знаю, зависит от того, что тебе интересно.
Лиза продолжала спокойно смотреть на Иру, явно не собираясь переходить к финансовым документам.
Лазутчикова снова вздохнула, просмотрела две стопки и вытащила одну пачку листов.
– Вот мой любимый, но это не значит, что работа действительно хорошая, – произнесла Ира, вручая Лизе бумаги.
– Я скажу, что думаю об этом, – кивнула Андрияненко, пролистывая стопку.
– Нет, я бы... я бы предпочла, чтобы ты этого не делала, – мягко остановила ее Ира.
Лиза нахмурилась и посмотрела на собеседницу:
– У меня есть... эта мечта, будто я способна писать. Я не знаю, так ли это, но и не хочу знать. Я никогда ничего с ними не делала и предпочту дальше обманывать себя, будто на что-то способна, и не узнать, что кто-то считает, будто это не так.
Андрияненко нервно прикусила щеку, и Ира усмехнулась:
– Я не жду, что ты поймешь, Лиза, я знаю, звучит сумасшедше.
– Но, – нерешительно вздохнула Андрияненко, – что если ты хорошо пишешь? Ты никогда не пыталась что-либо с этим сделать?
– Это авантюра, – рассмеялась Ира. – Я могу не показывать их никому и полагать себя гением, никогда не узнав, что это не так. Или могу показать их кому-нибудь и услышать, что они ужасны. Лично я предпочитаю жить в своем выдуманном мире.
– Ты пропустила третий вариант, в котором ты кому-то показываешь свои работы, и они соглашаются с тем, что ты – гений, – прокомментировала Андрияненко.
– Лиза, этого не будет, – Ира тихонько усмехнулась.
– Но... – попыталась продолжить Андрияненко.
– Вот документы, – оборвала ее Ира. – Тебе нужны банковские отчеты и договоры по кредитам, верно?
Лиза немного помолчала, будто взвешивая варианты, прежде чем кивнуть:
– Да, хотя можно взять и всю коробку, ей явно не повредит некоторая организация.
Ира медленно выдохнула, считая до пяти.
К счастью, ее спас Генри, взволнованно ворвавшийся в комнату:
– Лиза! Почему ты здесь? – мальчик усмехнулся и с надеждой уставился на свою корзину с игрушками.
– Она не играет в машинки, – хмыкнула Ира, угадав его мысли.
– Но Лиза хочет поиграть в машинки, – раздраженно заявил мальчик.
– Вообще-то, нет, Генри, – Ира присела и принялась щекотать сына, рассмеявшись, когда малыш завизжал и шустро скрылся за спиной Лизы. Андрияненко защитным жестом положила руку мальчику на плечо и развернулась, вставая между ним и Ирой.
Лазутчикова тихонько рассмеялась над сценой:
– Думаю, мы выяснили, что ты боишься щекотки, Лиза.
Глаза Андрияненко вспыхнули при воспоминании об этом, и она усмехнулась:
– Я более чем готова рискнуть.
Ира улыбнулась и примирительно подняла руки:
– Ладно, перемирие, пока что!
Генри выглянул из-за ноги Андрияненко и усмехнулся:
– Мамочка, когда мы поедем к Лизе?
– После ужина, – улыбнулась Ира. – Ты с нетерпением этого ждешь?
Генри кивнул и поднял взгляд на Лизу:
– Можно Кроха тоже поедет?
– Конечно, – Лиза улыбнулась.
– Ты порисуешь со мной? – серьезно продолжил Генри.
– Конечно, – повторила Лиза с усмешкой.
– Если время будет, – добавила Ира, – помни, что сегодня ночь ванны.
– Можно я возьму свои кораблики? – спросил Генри у матери.
Ира улыбнулась:
– Ты отправляешься туда на одну ночь, а не переезжаешь, – подмигнула она.
– Иди, принеси свой чемодан.
Генри взволнованно развернулся и протиснулся мимо Лизы, которая с интересом наблюдала за происходящим. Мальчик открыл шкаф, вытащил какие-то ботинки и достал стоящий за ними маленький жирафовый чемодан.
– Ладно, нам нужна твоя пижама и одежда на завтра. Ты можешь взять с собой все, что еще войдет в чемодан, хорошо? – предупредила Ира, собирая свои вещи в сумку.
– Хорошо, мамочка, – кивнул Генри, раскладывая чемодан на полу.
– Лиза, помоги мне, – приказал он.
Андрияненко кивнула и подошла вслед за мальчиком к комоду, глядя, как он, пыхтя, вытаскивает нижний ящик из старого хрупкого предмета мебели. Открыв ящик, Генри тут же принялся рыться в нем, выкинув на пол трусики и один носок с жирафом. Лиза бестолково стояла рядом, задаваясь вопросом, в чем должна выражаться ее помощь, наблюдая за тем, как малыш нашел пижамную рубашку и швырнул ее за спину через плечо. Наконец, она решила поднимать одежду, которую Генри выкидывал из ящика, сворачивать и складывать в чемодан.
– Я вижу, в кого у него такие организационные способности, – пробормотала Лиза, усмехнувшись Ире.
– О, замолчи, – хмыкнула Лазутчикова, – не у каждого из нас есть Саймон.
Генри подошел к своему чемодану, прижимая к груди гору одежды, и кинул все внутрь:
– Теперь мои кораблики!
Мальчик выбежал из комнаты, и Ира рассмеялась:
– Ты не могла бы проверить, все ли он взял?
Лиза присела на корточки, недоуменно глядя в чемодан:
– А что ему нужно?
– То же самое, что ты взяла бы для поездки с ночевкой, кроме лифчика, – с усмешкой ответила Ира.
Лиза покопалась в чемодане, убедилась, что там есть и пижама, и одежда на следующий день, аккуратно все свернула и разложила. Генри ворвался в комнату с полными руками пластмассовых корабликов всех форм и размеров и кинул их в чемодан, заполнив его с горкой.
Лиза усмехнулась:
– Генри, они не входят.
Мальчик нахмурился, глядя на чемодан, и упер руки в бока в манере, вынудившей Лизу сжать губы, чтобы сдержать смешок. Генри наклонился и вытащил несколько корабликов. Когда это не помогло, мальчик выкинул из чемодана еще несколько игрушек, оставив только две. Генри повернулся к Лизе и улыбнулся:
– Теперь входят!
– Да, теперь входят, – счастливо улыбнулась ему Лиза, поднимая несколько лишних корабликов. – Давай отнесем остальные на место.
Когда Генри с Лизой вышли, в комнату зашла Мэри-Маргарет:
- Они очаровательны.
Ира кивнула, заканчивая собираться:
– Да.
– Ужин будет готов минут через десять, – сказала Мэри-Маргарет.
– Прости за Генри, я пыталась дать вам время наедине, но он хотел увидеть Лизу.
– Не волнуйся, – рассмеялась Ира, – мы только решили взять всю коробку – она собирается организовать бумаги.
– Смелая женщина, – усмехнулась Мэри-Маргарет.
Генри вернулся в комнату, Лиза нервно вошла за ним, старательно глядя на мальчика, чтобы не встретиться взглядом с хозяйкой дома.
– Ладно, я лучше пригляжу за готовкой, десять минут, – улыбнулась Мэри-Маргарет. – Генри, хочешь помочь свернуть салфетки. Мальчик взволнованно развернулся и подбежал к Мэри-Маргарет, которая подхватила его на руки и унесла.
Ира со знающей улыбкой смотрела на Лизу, замечая ревность в глазах возлюбленной. Внезапно дискомфорт Андрияненко стал намного понятнее для Лазутчиковой – женщина не только волновалась из-за социального взаимодействия, она еще и была расстроена тем, что Генри больше тяготел к Мэри-Маргарет. Улыбнувшись, Ира застегнула свою сумку, пытаясь придумать, как успокоить Лизу и помочь ей понять непостоянство разума маленького ребенка.
– Возьмешь чемодан Генри? – попросила она, устраивая свою сумку поверх коробки с документами.
Лиза наклонилась и закрыла чемодан. Потом, нахмурясь, посмотрела на тяжелую с виду ношу Иры:
– Разве тебе не нужна помощь с этим?
Ира усмехнулась:
– Нет, мне нравится разминка, – она легко подняла коробку, заставив Лизу улыбнуться.
– Не стану спорить, – Андрияненко последовала за Ирой на выход.
_______________________________