Chapter 11 "...Danger around every corner"
Rag'n'Bone Man – Guilty
Linkin Park - Crawling
«...В душе моей, как в океане,
Надежд разбитых груз лежит»
М.Лермонтов
За каждой душой своя, полная трагедии история, что влияет на его дальнейшую жизнь. Однако сможет человек жить дальше, если нет сил подниматься после каждого падения? Это как скрипка с порванной струной – не будет прежнего звучания. Ты лишился важной части своей души, из-за чего оказался в непосредственной близости от черты, и уже не сможешь стать прежним.
Философские размышления превратились в одну из составляющих моего утра. Появлялись всё новые вопросы, на которые, увы, пока невозможно найти ответ. Да, я неисправимая пессимистка, ага.
Ночь выдалась чересчур насыщенной, оставив после себя тянущее чувство беспокойства. На данный момент странного, казалось, что это еще не последний акт, в этой длинной кровавой пьесе.
Интуиция?
Глупости. Больше нечего бояться. Убийцу, вернее, убийц поймали. Можно спокойно ходить по улице.
Относительно спокойно...
- Хватит, кофейный маньяк, сердце посадишь, - до слуха донесся жизнерадостный голос Марго, впорхнувшей на кухню. Мотнув головой, поворачиваюсь к девушке, взявшей с мойки чистую кружку. Взглянув в свою чашку, нахожу там довольно приличную горстку коричневого порошка, с которым, задумавшись, переборщила.
- Взбодрилась, чтоб вас, - пробурчала я, высыпая лишнее обратно в банку, при этом стараясь сохранять самое невозмутимое выражение лица. Сейчас опять посыпятся вопросы о моём самочувствии. Надеюсь отделаться малой кровью.
- Как ты?
- Жива, уже неплохо, - отшучиваюсь, наливая в чашку кипяток. К счастью, это удается мне без последствий – подавив дрожь в руках, умудряюсь не расплескать воду.
- Кого ты пытаешься обмануть? - качает головой Марго, и отпивает из кружки. Ну вот, началось.
- Только без сеанса психотерапии, прошу тебя, - хмурюсь, и перевожу взгляд на Марго. Она пристально разглядывала меня, стараясь уловить малейшее изменение на лице. Да, это было несправедливо по отношению к девушке, подавшей руку помощи в непростое для меня время, с легкостью впустившей в свою жизнь. При том, какие отношения связывали нас в Кембридже.
Да Уильямс, не повезло тебе с соседкой. Просто ходячее недоразумение, с кучей комплексов и фобий. Постаралась улыбнуться как можно мягче.
- Ты не понимаешь, Марго...
Та, цокнув языком, поставила кружку на стол, и скрестила руки. Ох, опять эта позиция. Ждать, пока она сменит тему бесполезно.
- Конечно же, я настолько глупа, что совершенно ничего не понимаю в людях! Пойми же ты, что нет ничего зазорного в том, чтобы выговориться, поделиться наболевшим. Станет легче, и ты перестанешь ежечасно изводить себя, - вздохнула, и взяла со стола яблоко. Я от греха подальше отодвинулась. Зная нрав Уильямс, оно в любую минуту могло полететь в мою сторону, в ответ на сарказм.
- Не в этом дело, просто... - я запнулась, и виновато посмотрела на девушку. Спустя столько времени проведенного в одиночестве, после того как об тебя столько лет вытирали ноги, не считали за человека, раз за разом разрушали, и с ухмылкой наблюдая, как ты разваливаешься на куски, довериться кому-то – непозволительно. Всегда ждёшь ножа в спину. – Не в моих правилах откровенничать.
- Я понимаю, что тебя в прошлом предали, но... Не стоит равнять всех под одну гребёнку. Есть и такие люди, которые изменят твою жизнь в лучшую сторону, а потом и вовсе станут её неотъёмлемой частью. Просто нужно подождать.
Я горько усмехнулась, и посмотрела в окно. Милая Марго, да ты мечтательница. Только в жизни не всё так просто. Такого психа, который примет меня со всеми заскоками, просто не существует.
- Все серийные убийцы тоже когда-то были как мы. У каждого человека свои слабости, свои страхи, своя боль. Кто-то справляется, находит в себе силы двигаться дальше. А кто-то нет, испытав боль и разочарование однажды, стремится причинить как можно больше вреда остальным людям. Чтобы они почувствовали то, что чувствовали они.
Уильямс округлила глаза:
- Ты жалеешь этого психа? После того как он чуть тебя не прикончил?
- Жалеть и понимать разные вещи. Я просто знаю, что двигало им в данный момент. Психология простая, - покачав головой, глотнула уже успевшего остыть кофе. То самое чувство, когда ты понимаешь, что и сама недалеко от края. Стоит только подтолкнуть...
- Кажется, я никогда не смогу понять тебя, Кэмпбэлл. Если захочешь поговорить – ты знаешь, где меня найти.
Грустно улыбнувшись, она выходит из кухни. Я глубоко выдыхаю, и закрываю глаза.
***
Детектив задумчиво уставился в пространство перед собой, сведя ладони в своём излюбленном жесте. Снова погрузившись в Чертоги, он заново прокручивал недавно случившиеся события. Казалось бы дело закрыто, он вычислил преступников, и они за решеткой, но... Что-то не давало ему покоя. Какая-то незначительная деталь головоломки, которую он упустил из виду. Но вот что именно?
Он сравнивал всех погибших девушек. Способы убийства, расположение ран, места, где были найдены тела. Почерк разнился. Все, кроме Джанет Тёрнер, были убиты одним человеком. Девушка-манекенщица была убита более изощренно, чем остальные. С особой ненавистью.
Джон и Грэг еле слышно переговаривались между собой, не желая нарваться на гневную отповедь, пребывающего в раздумьях Холмса. В последнее время детектив был слишком раздражительным, вместо привычных никотиновых пластырей пристрастился к сигаретам, с еще большей ожесточённостью палил по стенам, вызывая очередную волну возмущения миссис Хадсон. На все попытки Джона урезонить рассерженного напарника, тот посылал самый убийственный взгляд из своего арсенала.
Наконец он вышел из своего, как обычно это называет Джон "анабиоза", и посмотрел на разговаривающих вполголоса мужчин.
- Одного из задержанных нашли задушенным в своей камере. И никаких следов постороннего присутствия, - инспектор вздохнул, скользнув взглядом по наручным часам. - И это средь бела дня! В изоляторе Скотланд-Ярда! Если об этом пронюхают журналисты, не избежать очередной грязной статейки...
- Который похитил Кэмпбэлл из клуба?
Лестрейд вздрогнул от неожиданности, и встречается с внимательным взглядом Холмса.
- Да, Майкл Шеридан. Оказывается, это его настоящее имя, обычно маньяки используют разные имена, для того, чтобы создать опредёленный образ для каждой жертвы, - детектив встаёт с кресла, и подходит к окну. Еще один день пролетел мимо. И ответа он так и не нашёл, узлы всё больше запутываются.
- Шеридан... Он не может быть убийцей, слишком слащав,- растягивает губы в улыбке. Чувствует на себе удивленные взгляды. Впрочем, ничего необычного. Столь неподвластные его пониманию сантименты- разочарованность в противоположном поле, отсутствие острых ощущений, которые он пытался заполнить пьяными знакомствами в баре, и исполнению своих сексуальных желаний.
- Я вот что еще хотел сказать...- нарушил воцарившееся молчание Грэг.- Та девушка, на которую напали в переулке... Которая выжила, когда Джослин спугнула убийцу,- при упоминании имени девушки детектив нахмурился, но промолчал. - Она оказалась лучшей подругой погибшей Тёрнер.
- Шерлок, дорогой, - в гостиной как нельзя кстати появляется миссис Хадсон. - Тебе письмо. Просили передать лично в руки.
Приняв из рук домовладелицы конверт, он нетерпеливо разрывает его.
Пять фотографий девушек. Четыре из них крест-накрест перечеркнуты красным маркером. Кроме одной...
Светлые волосы последней он узнает без труда.
***
Подышать свежим вечерним воздухом, и избавиться от дурацких мыслей – всё что сейчас нужно.
Рабочий день начался и закончился как обычно. Спокойствие, тишина, и пара свежих трупов, привезённых неотложкой. Один предположительно отравлен газом, другой умер от интоксикации неизвестным ядом.
Вечерний ветер приятно холодил кожу. Стиснув лямки своей сумки, останавливаюсь перед пешеходным переходом.
Далее перекресток. Оглянувшись по сторонам, шагаю по узкой дорожке, теряющееся в вечерним сумраке.
Вдох-выдох, вдох-выдох.
Слышу позади себя топот. Но не успеваю обернуться, как рука в чёрной кожаной перчатке грубо затыкает рот. Хриплое дыхание касается моих волос, чужие пальцы сдавливают горло.
- Пикнешь – распрощаешься с жизнью, раньше, чем планировала.
***
- Почему ты так уверен, что он решит продолжить начатое? - Ватсон едва поспевал за детективом. Преодолев еще один лестничный пролет, он наконец останавливается перед нужной дверью.
- Он заигрался. Слишком уверен в своей безнаказанности, тем более после того, как в газете появилась информация о поимке "настоящего" преступника, - ворвавшись в лабораторию, они сталкиваются только с Молли, вешавшей халат на вешалку.
- Где Кэмпбэлл?
- Уже ушла... Минут десять назад...
***
Расширенными от парализовавшего ужаса глазами смотрю, как он проводит кончиками пальцев по моей ключице, медленно спускаясь к груди...
Подступает озноб. Слёзы начинают жечь глаза. От нахлынувшей паники я не могла пошевелить и пальцем, молча наблюдая как мужская ладонь скользит по моему телу.
Нет, пожалуйста, не надо...
Хватка усиливается - пальцы снова вдавливаются в горло. Кислорода в легких уже не остаётся. Перед глазами начала появляться белая пелена...
Неужели, это конец?
Я уже была готова умереть, но вдруг чужие липкие руки исчезают с моей шеи, и я сползаю по стене, захлебываясь холодным воздухом.
Силуэт мужчины в джинсовой куртке и с накинутым на голову капюшоном, исчезает в свете фонарей, больно резанувших по сетчатке. Тело словно сковало льдом, я жадно втягивала носом воздух, как выброшенная на сушу рыба.
До сознания едва доходит мысль, что моего мучителя спугнули торопливые шаги, отдающиеся эхом по каменной кладке.
Окончательно упасть мне не дают крепкие руки, схватившие за плечи. Голоса постепенно возрастают, словно кто-то прибавил звук. Чувствую новый прилив паники.
- Джослин? Ты слышишь меня?
Кое-как фокусирую зрение, и вижу склонившегося над собой Холмса. Смотрю на него уже осознанным взглядом, прямо в глаза. Он непривычно обеспокоен. Слегка встряхивает меня за плечи, заставляя прийти в себя.
Затем кое-как поставив меня на ноги, и на ходу кинув Джону «Останься с ней», он исчезает в темноте вслед за моим несостоявшимся убийцей.
Ватсон аккуратно приобнимает меня, говорит что-то ободряющее. Холод постепенно отступал.
Не прошло и десяти минут, как мертвую тишину улицы прорезает выстрел...